Читаем Пустошь (СИ) онлайн бесплатно

КНИГА I

Небесные странники: триединый мир.

(Мир иссушенных душ)

Опираясь на старый посох, яростно вонзавшийся в земную твердь, одинокая странница брела по пустыне. Полуденный свет иссушал ее насквозь, обдавая жаром губы, изъеденные кровавыми трещинами. Седые нити волос, свободно гуляющие по тонкому стану, ломались от обезвоживания. Даже капюшон дорожного плаща, скрывающий лицо от постороннего взора, не мог уберечь незнакомку от засухи.

Девушка остановилась. Шумно вдохнула. В нос ворвался смердящий воздух, пропитанный унынием изможденных грешников, чья нетвердая поступь в прошлых воплощениях привела их сюда, в мир ветхого пейзажа, утыканного вершинами гор и пиками скалистых ущелий. Достала флягу с водой. Сделала глоток. С наслаждением прикрыла глаза. Влага, не успевшая нагреться на солнце, освежила нутро, прозрачными каплями растеклась по телу, добавив сил для дальнейшего путешествия.

Оставив позади косую ленту раскаленных барханов, путешественница наткнулась на песчаный кратер, вырвавшийся из недр земли. Склонившись над ним, девушка уперлась взглядом в надпись на дне:

"Межпараллелье: 707 градусов южной широты, 707 градусов северной долготы".

"Мир иссушенных душ".

"Проход свободный. Любая оплата вне закона. Госпошлины, таможенные сборы не взимаются."

Озадаченная путница мысленно "прощупала" поверхность, потянулась к ржавому столбу на обочине кратера, уцепилась за сложенное из огоньков приветствие: "Добро пожаловать в мир иссушенных душ, небесная странница! Создатель избрал для тебя верную дорогу. Мир тебе, душа!" Незнакомка думала, что совсем затерялась на просторах чужого мира, но оказалось - напрасно. Сам Творец освещает ее путь.

- Надо выбираться... - Размышляла путница. - Набрести на источник влаги, еду и кров... Встретятся люди - грешные души -- обитатели здешнего мира - пришельцы из других уголков огромной Вселенной, перенесшие сюда свои жалкие пожитки из прошлой жизни. У кого-то и целый багаж в виде кармы, тяжелой, не преодоленной... Хотя, чем она лучше их - грешников, направленных в мир иссушенных душ, дабы искупить деяния прошлого? - Мозг яркой вспышкой пронзила мысль. - Ничем. Не лучше и не хуже. Такая же как они, обреченная вечно скитаться по мирам в поисках беглецов. - Если и есть ад, а он есть, - пробормотала странница, - он здесь, на горящей раскаленными углями, земле...

Незнакомка рассеянно шагала, утопая по щиколотки в горячем песке. Движения становились медленными и неуклюжими. Девушка отчаянно сопротивлялась свинцовой тяжести в ногах и предательской вялости, заполнившей тело. Превозмогая себя, из последних сил, она поднесла ладонь к глазам и внимательно прицелилась к линии горизонта. Странница увидела под красным небом маленький треугольник, похожий на избушку с дымящей черной трубой. "Может, это местный дорожный трактир?! - подумала она. Так и было.

На вершину горы взгромоздилась серая хибара, сотворенная местным архитектором из ветхих, ссохшихся от солнца, бревен и останков облупившейся охряной краски, из последних сил цепляющейся за резные наличники.

Возникнув возле трактира, путешественница потянулась к дверной ручке, но открыть дверь не смогла. Вместо ручки зияла дыра, наскоро заштопанная исписанной черной лентой: "Стучите! Да откроется Вам, по требам Вашим!"

Странница легонько ударила посохом по бревнам, услышав бодрое шарканье босых ног. Дверь отворилась. На пороге появилась годившаяся страннице в матери, дородная женщина. Из под платка у нее выбились непокорные седые пряди, а старый потрепанный сарафан доживал не лучшие времена.

- Входи, доченька, - придерживая открытую дверь, поклонилась женщина. - Добро пожаловать в "Пустую обитель". Давно жду... Видно... пришлось тебе поплутать по здешним хлябям... - Заговорщически подмигнула она. - Не кручинься! Путь ты видишь, работу ладно делаешь, Всеединый поможет!

- Благодарю, милая бабушка, - не удивляясь осведомленности женщины, произнесла гостья. Когда бабушка повернулась спиной, незнакомка посмотрела на нее внутренним оком, увидев Берегиню во всей красе -- мудрого духа-хранителя всех заблудших и путешествующих.

В обителе оказалось уютно и прохладно. Как и положено миру иссушенных душ - без лишних удобств. Пару деревянных столов с разложенными на них меню "По требам Вашим, да будет Вам". Длинные деревянные скамьи. В левом углу - стойка с ключами от комнат для постояльцев. За стойкой - лестница, убегающая на второй этаж.

Постояльцев не было, за исключением сидящего у окна в таком же сером дорожном плаще как у странницы, мужчины. Гость, жмурясь от удовольствия, хлебал ароматные щи. Вошедшая незнакомка бросила на него заинтересованный взгляд. Он поймал его и с деланным равнодушием кивнул. Странница присела за соседний столик.

- Давно здесь? - спросил мужчина.

- Сутки, - изучая меню, ответила девушка. Не успела она прочесть первую строчку, как Берегиня поставила перед ней горшочек с печеной картошкой и дымящимися овощами. В дополнение к основному блюду на столе был графин березового сока и плетеная корзинка с румяными пирогами. Путешественница вдохнула манящий аромат...

- Верховен велел найти тебя, - произнесла незнакомка.

- Знаю, - ответил мужчина. - Я просил подкрепление.

- Мне известно.

- Мария, женщины не подкрепление. - Во взгляде говорившего сквозил немой укор.

- Михаил, мироздание давно изменилось. - Девушка разломила пирог. - Ты не успеваешь за временем.

- Мне прострелили ногу, когда я вышел на них! - Собеседник с силой сжал свой посох.

Мария устало посмотрела на кровавую пелену неба, отразившуюся в оконном стекле.

- Не согласен с решением Верховена? - Отвернувшись от пейзажа, спокойно спросила Мария.

Немного позднее...

Храня молчание странники поднялись на второй этаж. В комнаты.

Мария осмотрелась, отметив про себя скудную обстановку из нескольких предметов: стол; кувшин с водой; серый платяной шкаф; покрытая ворохом шкур, скамья, и кресло-качалка, так похожее на то, что стояло в доме ее детства.

Девушка подошла к объекту своих воспоминаний; провела пальцами по гладким подлокотникам, заметив те же старые потертости и зазубрины на дереве; потерла ладонью шероховатую спинку; сняла плащ и повесила его на стул. В просторном белоснежном платье опустилась в кресло, закрыла глаза, раскачиваясь под собственное бормотание.

Странница вздрогнула, очнулась, выплывая из забытья, подбежала к окну, прикидывая сколько прошло времени с того момента, как она впала в беспамятство. Кровавое солнце мира иссушенных душ находилось на прежнем месте. - Слава Всеединому! - выдохнула Мария. - Заката еще не было. Время есть... - Не теряя больше ни минуты, девушка отправилась к Михаилу.

Гостья обернулась, чтобы захлопнуть дверь, но помедлила, рассматривая висевшую над входом мишень. Мария хмыкнула. Все дротики, вонзившиеся в доску, расположились в районе десятки, кучно пристроившись друг к другу.

- Неплохо, - произнесла она, показывая взглядом на разноцветный круг.

Михаил безразлично пожал плечами.

Небесный странник в белоснежной рубашке и брюках офисного клерка лежал в гамаке о чем-то раздумывая...

-Вспоминаешь детство? - спросила Мария.

-Юность, - кратко ответил мужчина.

-Я пришла...- Девушка не успела договорить...

-Чтобы посмотреть, чем моя комната отличается от твоей, - усмехнулся напарник.

-Нет, - возразила собеседница с плохо скрываемым румянцем на щеках. - Всего лишь хотела узнать какие у нас планы?

-Мария, твое любопытство может сослужить плохую службу, - сухо произнес собеседник.

Девушка испытующе уставилась на него.

-Завтра на рассвете, - спустя минуту молчания добавил Михаил.

Небесная странница вышла, громко хлопнув дверью на прощание.

На рассвете они отправились в путь.

У каждого за спиной висел заплечный мешок, щедро набитый припасами Берегини; на поясах зацеплены по две полулитровые фляги с водой и еще четыре такие же, странники потеснили на спину.

Прошел первый день, а за ним наступила первая ночь. Ночью в пустыне стоял жуткий холод и чтобы согреться, путники развели огонь.

Мария уставилась на черное небо, абсолютно беззвездное и холодное.

-Хотя бы луна тут есть, - нарушил тишину Михаил.

-Черная луна, - кивнула спутница. - Лилит.

Наскоро перекусив рыбными консервами, путники закутались в дорожные плащи и уснули.

Так продолжалось шесть дней, заполненных унылой полоской бесконечных дюн. И наступил день седьмой, точнее утро. Жаркое и палящее, как и его предшественники. Песок, сложенный на поверхности, вырос в огромные пирамиды, соединившиеся в древние врата, иссеченные причудливой гравировкой. По мере приближения, величественные строения разрастались, накрывая пустынный зной спасительной прохладой. Становилось ясно, что это не гравировка, а изображения Богов, с немым укором взирающих на проходящих путников. Среди них Мария узнала Иисуса и Аллаха. Взгляд Михаила уперся в Будду и Ганешу. И если обойти вокруг ворот, взгляду откроются все Божественные создания многомерной Вселенной, когда-либо известные человечеству.

Из пирамиды с ликом Шивы вышел человек в белом халате, опоясанный терновым венком. Край халата отогнулся при ходьбе, обнажив песочного цвета форму.

- Инспектор пограничного контроля, - произнес Михаил.

-Я догадалась, - ответила спутница, разглядывающая высокий тюрбан на голове босого незнакомца.

Человек поприветствовал их, достал пачку сигарет, вынул одну и закурил. Марию удивил необычный вид упаковки: черная пачка с портретом Люцифера, эдакого английского джентльмена в дорогом сером костюме-тройке и трезубцем вместо трости. Из рисунка сочилась красноватая жидкость, пропитавшая буквы: "Ад заботится о твоем здоровье. Люцифер любит тебя!" и приписку под ней: "Тридцать процентов денежных средств с покупки каждой третьей пачки идет на поддержание инфраструктуры Ада, включая замену котлов и другого оборудования. Выкуривая сигарету, ты сокращаешь на час земную жизнь, приближая вечность в объятиях Сатаны. Бог любит тебя, душа!"

Заметив интерес спутницы к сигаретам, Михаил скривился, отвернулся от девушки, запустил руку в заплечный мешок и выудил из него туго свернутую холстину, которую передал незнакомцу. Инспектор раскрыл сверток, внимательно вчитываясь в содержимое.

- Хануман был здесь. Ворота для него держали открытыми, - с бесстрастными интонациями в голосе произнес пограничник. - И не один.

- С кем? - спросила Мария.

- С ним были женщина и мужчина, - ответил он. - Женщина вся в бинтах, с кровоточащими стигматами. Мужчина в черном шейном платке. Помню лишь глаза. Странные. Без зрачков. Цвета молока.

-Когда они вошли?! Почему их не остановили?! - возмутилась странница.

Михаил молчал, посматривая на пограничника.

- Госпожа! Не думаете ли Вы, что Хасан плохой служащий?! Я -- отличный воин, охраняющий покой мира иссушенных душ, - ответил инспектор. - Три недели назад мы получили приказ сверху - держать ворота открытыми. Пропускать всех. Никого не досматривать и не задерживать, - вздохнул мужчина. - Приказ поступил из самой верховной канцелярии и таможня не вправе его оспорить.

- Трехнедельная амнистия на вход, - кивнул Михаил. - Инспектор не врет, - добавил небесный странник. - Не иначе как происки Сатаны.

- Сатаны?! - спросил Хасан. - Шайтан!

- Да, - сжал кулаки Михаил. - Шефа нашей конкурирующей организации.

Небесная странница прощупывала пограничного инспектора внутренним оком.

- Ты слишком много куришь, - с сожалением произнесла Мария, обращаясь к служащему.

- Госпожа! Не упрекайте Хасана! Я курю с четырнадцати лет - это укрепляет мой дух! Все настоящие мужчины курят! - ответил пограничник.

Михаил рассмеялся. Мария улыбнулась.

-Очередная жертва адской пропаганды табачных компаний, - пожал плечами небесный странник.

-Твое дыхание тяжелеет, - без тени улыбки, глядя в глаза пограничнику, сказала Мария. - В правом легком скоро будет прореха. Лет через пять ты умрешь.

-Я подумаю над Вашими словами, госпожа, - помрачнел Хасан.

-Только не медли, - с иронией в голосе добавил Михаил. - Люди много думают вместо того, чтобы действовать. Думай и действуй, Хасан!

Пирамиды остались позади. Начиналась ничья земля -- кусок пустыни между пограничным постом и Перехлестьем, где новым грешникам предстояло сделать судьбоносный выбор.

Напарники привычно оглядели мертвую поверхность, благоухающую праведной тишиной. Повсюду брели понурые и усталые, грешники, цепляющиеся друг за друга, как за надежду выжить и одолеть что-то ужасное, поджидающее их впереди...

Бесцеремонно вторгнувшись в толпу, странники протиснулись в центр, где стояла группа безразличных одиночек, державшихся обособленно и слегка отрешенно. "Яркие индивидуалисты", - обменялись мыслями Мария и Михаил. - "При жизни противопоставлявшие себя обществу, и после смерти не дрогнувшие в людской толчее".

Михаил с тоской смотрел на бесконечную массу копошащихся тел. Мария же, напротив, заинтересованно крутила головой, высматривая вновь прибывающие души. На глаза ей попались подростки -- юные грешники со звериным оскалом жестокости на лице. Их вид одновременно пугал и заставлял взрослых задуматься, за какие грехи жизнь поставила на них такое клеймо?!

Толпа достигла развилки -- узкого места в песке, откуда ручьями песчаной влаги дороги убегали к оазисам - трем спасительным участкам поверхности. По-другому, в пустыне не выжить. Царство песка ожесточено к людям: открытое небо, засуха, нехватка воды; обитатели внешних территорий за стенами трех клочков суши -- головорезы, сбившиеся в стаи, чтобы грабить и убивать.

Поток людей обступил увешанный указателями, ржавый столб:

"АЙСБЕРГ". "БУМАЖНАЯ ИМПЕРИЯ". "МГЛИСТЫЙ ПРИЮТ".

"ДЕЛАЙ СВОЙ ВЫБОР, ГРЕШНИК! МИР ТЕБЕ, ДУША!"

- Свобода выбора во плоти, - насупилась небесная странница.

- Свобода? - наморщил лоб Михаил. - Путь грешника определен. Программа работает без сбоя, регулярно настраиваемая Всеединым. Три пути, три дороги, созданные Творцом.

- Как ни старайся, а каждый выберет пустые надежды на лучшую жизнь, попытается поудобнее себя пристроить... помягче, - обреченно махнула рукой Мария.

Странники замолчали, наблюдая за тем, как небольшими стайками люди потянулись в разные направления. Человеческие цепочки разомкнулись на множество звеньев, ранее державшихся вместе, и двинулись по избранным маршрутам.