Читаем Пустой I - 2 часть онлайн бесплатно

Где-то наверху раздался звук. Камень словно слегка просел под чьим-то весом. Это было настолько тихо, что поначалу я списал все на игру воображения. Но затем последовал еще один еле слышный шорох буквально в паре метров от меня. Ко мне явно что-то приближалось, стараясь не шуметь.

Зрение подводило, картинка по краям начала расплываться. Затем навалилась тяжесть. Она давила не сразу, а как-то постепенно, будто на грудь надвигалась огромная каменная плита. Внутри дернулось разбухшее зерно, оно попыталось как-то отреагировать, но безуспешно.

Существо показалось из тени между камнями.

Зверь был приземистым и передвигался так мягко, словно вообще не касался земли. Его плечи двигались как бы сами по себе, независимо от туловища. С каждым шагом под кожей перекатывались мышцы. На толстой шее сидела несоразмерно маленькая голова, а по земле тянулся тонкий хвост, похожий на скрученный кусок кожи.

Шерсти на нем не было. Всю поверхность покрывала темная матовая шкура, будто зверя хорошенько прокоптили в дыму. У него были широкие лапы с вытянутыми пальцами. При этом звуков я от него не слышал.

Тварь замерла шагах в трех от меня. Зверь повернул голову. Я увидел узкие черные зрачки, окруженные светлым кольцом. Они смотрели прямо на меня. Взгляд был цепким и неподвижным, словно существо меня изучало.

Я сидел без возможности сдвинуться с места, а в голове крутилась лишь одна мысль. Вирг упоминал, что создания пути возвышения охотятся на пустых. А я в тот момент был почти пуст. Мое зерно просто захлебнулось, действие листа заблокировало его изнутри.

Хотелось только одного, чтобы этот хищник не решил мной пообедать. Животное продвинулось еще на полшага и опустило морду. Крошечные ноздри начали принюхиваться.

Я старался даже не дышать.

Зверь наклонилось еще ниже. Его морда оказалась настолько близко от моей руки, что кожу обдало горячим дыханием. Затем зверь повел головой в сторону, принюхиваясь к земле возле моего колена. Как раз там лежали запасы собранной собелии.

Тварь втянула воздух, затем повторила это снова. Ее голова слегка дернулась. Издав короткий фыркающий звук, зверь сделал шаг назад, потом еще один.

Развернувшись, он спокойно двинулся обратно в щель между камнями. Тонкий хвост мелькнул по краю плиты и скрылся из виду.

Тяжесть тут же отступила. Я с хрипом выпустил из легких воздух. Внутри слабо отозвалось зерно. Некоторое время я просто сидел и пялился туда, куда ушел незваный гость. Накатила горячая волна облегчения от того, что удалось уцелеть.

Осознание произошедшего дошло чуть позже. Сначала я думал, что спасся благодаря замершему зерну. Но потом в памяти всплыло, к чему именно принюхивалась тварь. Его явно пришлась не по вкусу собранная мной собелия. Наверное, ее специфический запах отпугивает таких существ. Не знаю.

Взглянув на свертки с травой, я невольно усмехнулся. Могущественный зверь, пусть и слабее того же скалиха, просто взял и ушел.

Чувствительность начала возвращаться с левой руки. Я сфокусировался на пальцах, и они стали сгибаться, хоть и с легким покалыванием. Сделав около десятка вдохов, я почувствовал, что неметь перестает и язык. Во рту появилась слюна. Попытка сглотнуть далась с трудом, словно в горле стоял ком.

Примерно на восьмидесятом вдохе. Ожила правая рука. Пальцы казались чужими и двигались с задержкой, но уже подчинялись приказам. Я нащупал копье и смог обхватить древко, пусть и слабо.

Отсчитал сто двадцать вдохов. Смог поднять голову. Пелена перед глазами развеялась. Вокруг никого не было, а в небе привычно светили оба солнца.

К двухсотому вдоху получилось пошевелить спиной. И в этот момент внутри будто что-то дрожало. Это вернулось к жизни зерно. Я зажмурился, радуясь, что эксперимент удался. Прислушавшись к себе, я понял, ради чего стоило терпеть этот паралич.

Внутренний источник словно стал ярче и крупнее, а биение ощущалось намного четче. Сейчас зерно усваивало энергию, полученную из растения. Было четкое чувство, что оно питается полученными запасами, а не тянет силу из меня.

Я перевел взгляд на траву. Собелия сработала отлично, однако у нее оказались серьезные побочные эффекты. Зерно переполняется энергией, а тело временно парализует. Судя по моим подсчетам, источник начинает приходить в норму где-то на двухсотом вдохе, а полный контроль над мышцами возвращается к трехсотому.

Появилась мысль съесть еще один лист. Хотелось проверить, будет ли эффект стабильным при повторном приеме. Да и нужно было точнее засечь время, в течение которого я остаюсь беспомощным.

Конечно, такие вещи безопаснее проверять дома, но возвращаться с пустыми руками нельзя. Может, отложить попытки на потом?

Нет, решил я про себя.

Последние три месяца зерно только вытягивало из меня соки. Оно так ослабло, что я начал подозревать падение своей ступени, хоть и не был уверен, что такое вообще бывает. Здравый смысл подсказывал, что надо принять еще порцию. Я уже протянул руку, но тут вспомнился недавний хищник и то липкое чувство беззащитности.

Желудок неприятно сжался, и явно не от голода. Но именно из-за этой опасности и стоило продолжать. В этом мире всегда найдется кто-то крупнее и злее тебя. У меня нет богатых родственников, готовых обчистить зельем ради моего возвышения. Рассчитывать приходится только на себя.

Я раскрыл запас и разложил траву вокруг себя, надеясь, что запах отпугнет случайных гостей. Закинув в рот еще один лист, я сразу почувствовал знакомое жжение. Проглотил.

Процесс повторился от и до. Зерно уснуло, а мышцы отказали. В этот раз я не паниковал и не пытался вытянуть силу насильно. Я просто сидел, отсчитывая дыхание и прислушиваясь к телу. Все шло по как было до этого.

На долю мгновение мне показалось, что я уловил то самое состояние, как при контакте с энергией Вирга. Увы, скрыть свое зерно так и не вышло. Рука сама потянулась за третьей порцией.

Вдруг по лицу потекло что-то теплое. Понял я не сразу. Вытер губу рукой и увидел на коже кровь. Еще одна капля сорвалась и разбилась о камень.

Стоило вытереть нос рукавом, как в голове начала пульсировать боль. Источник все еще перерабатывал вторую порцию. Я понимал, что он спокойно проглотит и третью, но вот тело явно не справлялось. Подобное уже случалось раньше, когда я по неопытности тянул слишком много энергии и просто падал от истощения. Ситуация немного другая, но суть та же.

На этом попытки стоит закончить. Я убрал остатки в мешок и немного перевел дух, дожидаясь, пока окончательно уйдет онемение. Итог был ясен. Жевать эту траву перед дракой или охотой — чистое самоубийство. Зато для домашних тренировок она подходит идеально, главное не превышать дозу в два листа.

Марта ни словом не обмолвилась о таких мощных побочных эффектах. Возможно, она и сама не в курсе. Или просто умолчала об этом при Тариме, чтобы тот без вопросов отправил людей на сбор.

Я поднялся на ноги. Слабости не было. Осмотрел снаряжение: нож, копье, лук на месте. А вот в колчане оказалось всего три стрелы. Где я умудрился посеять еще две, оставалось загадкой. Придется потом придумывать отговорки.

Теперь надо было найти добычу. По пути я прислушивался к непривычным ощущениям внутри. Зерно казалось переполненным, словно я за день сожрал три порции мяса. Видимо, еще один плюс растения. Обидно, что такой полезной штуки не было под рукой во время нашего долгого сидения в деревне.

Я направился к знакомому месту возле вторых руин. Там, на восточной стороне, стояла огромная вертикальная плита, отбрасывающая хорошую тень. Именно в том районе мы с Руном недавно убили пару остроклювов. К тому же в небе мелькали еще птицы, так что гнездо должно быть поблизости. Я шел по краю развалин, стараясь держаться так, чтобы ветер дул слева. Позиция была удачной.

Шагов через двести обнаружились свежие следы. Кто-то оставил глубокие царапины на камне, а рядом валялась пара крупных темных перьев. Я покрутил одно в руках, попробовал согнуть. Оно оказалось на удивление жестким и упругим. Раньше мне такие не попадались, возможно, эта особь постарше.

Спрятавшись за валуном, я стал вслушиваться в звуки пустоши. Вскоре издалека донесся короткий пронзительный свист. Птица была где-то впереди.

Я подобрал удобную точку для засады. Это был небольшой чистый пятачок между каменными завалами. Место идеально подходило для атаки с воздуха, птице было бы очень удобно пикировать сюда сверху.

Я приготовил лук и наложил стрелу на тетиву, но поднимать оружие пока не стал. Оставалось только ждать.

Мишени пришлось ждать недолго. Высоко в небе возник темный силуэт. Остроклюв не наворачивал круги, а плавно скользил по широкой траектории, экономя силы.

Не сводя с него глаз, я заметил, что хищник меня обнаружил. Его траектория начала сужаться, и вскоре птица пошла на меня. Я вскинул лук, целясь в основание шеи, как когда-то учил Савр.

Выстрел получился хорошим. Стрела ударила в грудь, чуть выше намеченной точки. Но вместо того, чтобы пробить плоть, наконечник просто скользнул по жестким перьям, не нанеся никакого вреда.

Птица мгновенно дернулась в сторону и стала резко набирать высоту. Что-то я не припоминал рассказов о таких остроклювах, которым плевать на стрелы.

Пришлось быстро доставать вторую стрелу. Хищник пошел на следующий заход гораздо стремительнее и под более острым углом. Я едва успел натянуть тетиву и выстрелил прямо в морду.

Раздался металлический лязг. Птица просто отбила стрелу клювом, отломив наконечник. Прочность кости поражала. Да и поведение было странным. Обычные особи сразу бросаются в бой, а эта предпочитала короткие налеты.

Забросив лук, я перехватил приготовленное копье. Я пытался подгадать момент для удара по взмахам крыльев. Остроклюв снова бросился вниз, но на этот раз его движения стали настолько быстрыми, что силуэт слился в пятно.

Пришлось ориентироваться по звуку, но привычного ритма я так и не дождался. Чудом удалось уклониться, хотя когти все же чуть распороли плечо. Вскрикнув от боли, я ткнул копьем наугад, но хищник уже ушел на новый круг.

Эта тварь была куда опаснее других. Более резкая, с твёрдыми перьями и прочным клювом. Я лихорадочно соображал, как ее достать, и заметил уязвимость в районе сустава крыла. Перьев там казалось поменьше, да и защита выглядела слабее.

Я кинул копье на землю и взялся за лук. Стрела оставалась всего одна, и если я промажу, дома меня по головке не погладят. А эта тварь тем временем заходила на новый круг.

Нужно было дождаться правильного мгновения. В полете птица на секунду притормаживает, и ее крыло идет немного под другим углом. Я прицеливался к темному сгибу слева, прямо у самой кости.

Тетива щелкнула.

Попал.

Остроклюв заорал, но как-то странно. Вместо привычного визга раздался хриплый, низкий звук. Птица дернула крылом пару раз, но не рухнула, однако лететь ровно уже не могла. Ее ощутимо кренило на левый бок.

Сил у нее еще хватало, так что она снова бросилась на меня, но в этот раз промахнулась. Раненое крыло сработало плохо, птицу занесло куда выше цели. Я хотел ухватиться за торчащее древко и потянуть к земле, только реакции не хватило.

Закинув лук за плечо, я снова подобрал копье и начал отступать вдоль каменной кладки. Птица была в ярости. Она разворачивалась резко и дергано. Давно известно, что подранки злятся и оттого чаще ошибаются.

Очередная атака пошла не по дуге, а напрямик. Остроклюв быстро снижался, неуклюже загребая воздух перебитым крылом.

Я кинулся к заранее примеченному месту. На краю площадки лежали две каменные глыбы, образуя узкий зазор. Для древка места там было в самый раз, а вот туша зверя бы не протиснулась.

Тварь стремительно приближалась. Я занял позицию между камнями, упер тупой конец копья в основание щели, направив острие под углом вверх. Птица неслась прямо на меня. Хоть летела она и криво, но метила точно в голову. За миг до столкновения я присел и крепко вцепился в нижнюю часть древка.

Толчок оказался настолько сильным, что вибрация прошла даже через гранит.

Остроклюв напоролся на оружие с какой-то бешеной скоростью. Наконечник пробил шею у самого основания черепа. Дерево выдержало удар, хотя и с громким хрустом дало трещину. Птица рухнула на плиту, пару раз дернулась и затихла, напоследок ударив крылом по камню.

Вокруг повисла тишина, нарушаемая только гуляющим по руинам ветром.

Выждав немного, пока не уляжется сердцебиение, я приблизился к туше с торчащим из шеи копьем. Присмотрелся. Клюв у нее был массивнее обычного, и в том месте, куда раньше угодила стрела, не осталось даже царапины. Когти тоже выглядели чересчур длинными. Очень необычная особь.

Я потянул древко на себя. Выходило туго, мертвые мышцы плотно зажали дерево. Оглядев место скола, я решил, что если туго перетянуть его кожей, пользоваться еще будет можно.

— Ну и потрепал ты мне нервы, — произнес я вслух.

Оружие сломано. Вытащив из крыла стрелу, я сунул ее обратно в колчан. По-хорошему стоило бы поискать ту, что отлетела раньше, да только кто ж помнит, куда она упала.

Вдруг внутри возникло странное чувство, будто кто-то давит на мое зерно. Похожее ощущение было во время драк с Ломом. Я уставился на мертвую птицу, и тут до меня дошло. Если она отличалась от остальных из-за того, что начала возвышаться, внутри нее обязано быть ядро.

Вытащив нож, я вспомнил совет Мираса о том, что разделывать такую добычу надо на месте. Отыскал на брюхе участок с редкими перьями и вонзил лезвие. Резать оказалось тяжело, шкура была на редкость прочной. Пришлось навалиться всем весом, чтобы протащить клинок вбок.

Вывалив внутренности наружу, я запустил руку в горячую тушу. Нащупал кости, какую-то мягкую ткань, а потом пальцы скользнули по мелкому твердому предмету. Размером он был едва ли больше ногтя. Сначала вытащить не получалось, но я нащупал место крепления, аккуратно подцепил и вырвал его.

Разжал кулак.

На ладони лежал серый шарик, внутри которого едва заметно что-то мерцало, напоминая тлеющий под золой уголек. Для своих габаритов штука была на удивление увесистой. На ощупь предмет оказался твердым, но не каменным, а слегка упругим.

Мое собственное зерно отозвалось легкой дрожью, словно признав находку. Я попытался обтереть шарик о штаны, потом прошелся рукавом, счищая налипшую кровь.

Глядя на эту мелочь, я прокручивал в голове слова Мираса. Серые ядра считались самыми простыми, зеленые попадались реже. На лице сама собой расплылась улыбка. Плевать, что в городе за это дадут сущие копейки. Зато это мое первое лично добытое ядро.

Когда-то пределом моих мечтаний была мелкая дичь, которую можно было просто съесть. Чуть позже я ухитрился убить ловушкой иглоспина и с гордостью притащил его домой, почувствовав себя настоящим добытчиком. И вот теперь в руках лежало нечто совершенно иное.

Это уже не просто мясо на ужин. Хотя и поесть нам будет что. Я снова глянул на тушу и понял, что тащить ее в таком виде опасно. Если Тарим или кто-то еще из местных заметит странности, они быстро сообразят, что зверь был непростым, и начнут задавать вопросы про ядро.