Читаем Псих из Крашти (СИ) онлайн бесплатно

Время словно застыло. Кинжал лежал в руке как влитой. Аманда считала удары собственного сердца, резонирующие с шагами приближающегося к двери охранника, полностью сосредоточившись. Ее свобода и, возможно, жизнь зависела сейчас от одного единственного удара.

Равнодушный к происходящему сосед по камере, пронзительно рыжий и слегка (а может и нет) тронутый эльф, поглядывал вполглаза из своего угла. Железная маска, закрывающая рот, придавала ему совершенно чумовой и зловещий вид.

«Одни психи кругом», — мельком подумала Аманда, главное, чтобы идиот Пи…

Она так и не определилась: хотела бы, чтобы Пи принялся ее отсюда вызволять, или чтобы лучше не лез, а то у него все через противоположное голове место, если дело касается планирования.

Шаги в коридоре, приблизившись, стихли, по нервам прошлось пилой от грубо снятого с двери охранного проклятия, лязгнул засов.

— Эй вы, рыжие твари, последний завтрак перед каз… кх-х-х-х…

Пнутая с дурной силой дверь грохнула о стену. Внутрь, звеня разлетающимися с подноса мисками, ввалилось туловище охранника с дырой в затылке, плашмя влепилось мордой в грязный пол, конвульсивно подергалось и обмякло, распространяя запах… Распространяя запах.

Следом, высоко подняв ногу, чтобы перешагнуть павшего стража, вошел не к счастью помянутый насквозь мокрый Пи в форменной куртке тюремщика. И запах от него тоже был.

Вошедший, по мнению Аманды, сделал все, чтобы улечься с охранником рядышком. Ради счастья лицезреть этого психа бездыханным хоть пару минут, можно и вонь потерпеть.

Занесенная для удара рука стремительно пришла в движение. Посеребренный кончик клинка с витиеватой гравировкой рванул под поросший вчерашней щетиной подбородок.

— За что?! — взвыл Пи и дернулся в сторону, едва успев подставить под лезвие кованый держатель для светсферы с пустой клетью. Сама светсфера, кажется, и была причиной дыры в затылке охранника

— Сволочь! — рявкнула Аманда и в сердцах пнула по коленке придурка, который, вместо того, чтобы бежать, загородил собой выход.

— Ау! — скривился ушибленный, выронил держатель, поджал пострадавшую конечность, попятился, и быстро закрыл дверь.

— Нет! — протестующе вскрикнула Аманда, но засов щелкнул, снова прошлось пилой по нервам, а желание уложить Пи рядом с трупом и желательно с такой же дырой в дурной голове сделалось таким невыносимым, что кинжал в качестве средства убиения был отметен как слишком гуманный. Исключительно. Собственными. Руками.

И поорать.

Аманда вдохнула…

— Не ори, рано.

«Договор, — медитировала Аманда, стискивая рукоять и с трудом удерживаясь, чтобы не воткнуть клинок туда, куда собиралась. — Договор, много денег, домик в Нодлуте и никаких, глядь, бездной тюкнутых… гениев».

— Это ещё что за… людоед? — тем временем озадачился гений, обнаружив соседа по камере.

— Без понятия, — сквозь зубы процедила Аманда, старательно отводя взгляд от шеи Пи и того, что выглядывало в ворот рубашки, по обыкновению расстегнутой едва не до пупка. Теперь еще и мокрой.

— А кинжал откуда? — любопытничал Пи.

— Людоед одолжил, — продолжая заставлять себя злиться на придурка, но злость куда-то делась. Впрочем, известно куда. Туда же, куда упрямо возвращался взгляд. Да и сделать что-то с закрывшейся дверью, кроме как ждать еще одного тюремщика больше было нечего.

У-у-у, сволочь темная…

— А у него откуда? — искреннее детское любопытство в голосе сволочи даже соседа заинтересовало и тот бровь приподнял, и натопырил острое ухо, нагло торчащее сквозь гладкие и художественно спутанные, несмотря на отсутствие мытья (тоже сволочь!) волосы.

— Написал, что из пространственного кармана достал, — сдала сокамерника Аманда. — Но учитывая, как меня осматривали, я не стала уточнять, в каком именно месте у него этот карман. А рукоять тщательно протерла.

Пи рефлекторно поджал половинки, поежился и посмотрел в блудливые раскосые глаза уважительно. Очень.

Очень знакомые глаза. И дури в них хватило бы не то что на одно сомнительное предсказание, а на целый пучок. Рыжий опять же. Правда, тогда темно было, а ночью, как известно, все эльфы одной масти. Даже такие уникально рыжие, что среди эльфов еще большая редкость, чем среди прочих одаренных, исключая ведьм. А уж грязи с него в тот раз натекло… Где только нашел, когда до ближайшего болота полкоролевства было.

Тем временем «людоед» отодвинулся в самый угол, прикрыл голову краем тощего тюремного тюфяка. Поднял руку, усаженную антимагическими печатями-блокираторами, и принялся медленно, по одному, загибать пальцы со сбитыми костяшками. Не последовательно, а как душа просит, оставляя самый выразительный палец напоследок.

Словно наперед что-то знал, рыжая сволочь.

Пи прислушался. По времени должно было… Но всё никак.

«Людоед», будто бы это он, а не Пи, оружейное проклятие с отсрочкой на угол тюрьмы навесил и считал, когда сработает, уже все пальцы загнул, а тот самый оставил.

— Какой бездны мы ждём? — спросила Аманда, испытав чувство повторения происходящего.

И тут во дворике, куда выходила зарешеченная щель окна, истошно, исходя на визг, заорали. Мгновенно, почти в той же тональности, подключилась сирена.

Пи, представив, как шикарно выглядит сейчас покрывающийся пятнами тлена угол тюрьмы, радостно оскалился, «людоед» резво нырнул под тюфяк целиком, а стена по левую руку от него вспухла и, лопнув, как прыщ, брызнула осколками камня, земли, гнили, требухи, ошметков…

Ошметков с требухой Пи не планировал, но это же тюрьма, парой утырков больше, парой меньше… Да и времени особо тщательно изучать план тюрьмы не было. Зато теперь было от чего прикрывать упавшую на пол Аманду. Немного мешался мертвый охранник, за которым за неимением под рукой тюфяка спряталась ведьма, но ведь можно же и отодвинуть.

Собственные блокираторы лишили Аманду возможности выставить щит, Пи тоже, пока не просохнет, был способен использовать только подручные средства или себя в качестве средства.

— Пи, животное, какого хрена? — не слишком внятно прогудела придавленная к полу Аманда.

— Ш-ш-ш, рыжая, я тебя немножко спасаю, — чувственно (он надеялся, что да) прошептал Пи в торчащее из волос розоватое ушко.

— А по-моему наоборот. И что за дрянь упирается мне в зад?

— О, прости, — Пи чуть сменил положение, чтобы упиралось пониже. — А так?

— А так? — Кончик людоедского клинка пощекотал шею.

Снова грохнуло. Кажется, проклятие срезонировало с охранной системой. Стены ощутимо дрогнули, пол качнулся. С потолка посыпалось. Пи чудом не напоролся глазом на кинжал. Зато щель в наружной стене стала куда просторнее. И туда уже шустро лез рыжий «людоед».

От еще одного взрыва, куда более близкого, по боковым стенам пробежались молнии трещин, потолок просел, дверь в коридор выгнулась, сминаясь, в спину толкнуло горячим и затхлым, будто болото подожгли.

— Ходу, — выпалил Пи и вскочил, дергая Аманду за собой.

Он буквально вытолкнул ее наружу, вывалился сам, кое-как сориентировавшись, махнул рукой в сторону ворот, и они, кашляя от пыли, дыма и вони даже туда побежали. Туда много кто бежал. А Аманда вдруг резко остановилась.

— Пи! Моя метла!

— В бездну! Я кажется напортачил со связкой между потоками, и моя тлен-бомба сейчас-с-с… С-с-зачем так душ… ы-ы-тс-с…

— Теоретик, глядь! — орала ведьма, дергая за воротник. — Гулю на ухо мне твои связки! Это мамина метла! Понял?! Я! Без нее! Никуда!! Не пойду!!

— Больная! — заорал в ответ Пи, отодрал от себя руки Аманды и принялся раздеваться.

— Это я больная? — спокойно спросила рыжая, будто не орала сейчас, как полоумная, и глазами этими своими важными в поволоке дрожащей слезы не смотрела так, что у Пи екнуло сразу в нескольких местах. В сердце и на три ладони ниже. Задница тоже екнула, почуяла, что запахло жареным.

Поэтому Пи ничего не ответил. Он надел на Аманду куртку тюремщика, пнул рыжую истеричку к воротам, а сам пошел.

В бездну было бы эпичнее, но нужнее — за метлой.

1

Аманда вошла в таверну и поморщилась. В переполненном зале, мягко говоря, попахивало, подошвы ощутимо липли к полу. Она не рискнула опустить метлу, так и держала, оглядываясь и пытаясь в толчее и чаде отыскать глазами… Ага!

Инквизиторский темный капюшон с красным кантом таинственно нависал над кружкой за столом в самом темном углу.

— Зачем мы здесь, светен Арен-Фес? — раздраженно спросила Аманда и упала на свободный табурет, грохнув метлу прямо на стол. Больше некуда было, а у двери оставить — в три счета сопрут, хоть гирю на нее подвесь, хоть таранное проклятие.

Кружка светена вздрогнула, вспенилась и пустила по захватанному боку пузырящуюся бороду с запахом прокисшего пива.

— Нам нужен Пи, — меланхолично отозвался инквизитор приятным сочным, как у барда, голосом, наблюдая за расползающеся лужей.

— Пи? И все? — уточнила ведьма, усилием воли прогнав неуместные в присутствии служителя света мурашки.

— Поверьте, Аманда, этого достаточно.

— Да кто такой этот Пи? — не сдержалась девушка.

— Гений! Урод! Идиот… Красавчик!!! — раздалось в ответ из разных углов зала разными голосами, и инквизитор согласно качнул капюшоном на каждое из высказываний.

— Конгрегация Нодштива и Орден Арина кое-что ему, — добавил светен, ткнув пальцем куда-то в закопченный потолок с подергивающейся на цепи светсферой, — задолжали.

— Ему? — продолжила раздражаться Аманда, повторив жест, догадываясь, что вышеозначенный Пи где-то на втором этаже этой убогой низкопробной забегаловки. — Задолжали?

— Да, именно так. Его уговорили на опасный эксперимент, который пошел немного не по плану, и теперь Пи вот такой, — Арен-Фес обреченно развел руками. — Впрочем, он не слишком отличается от себя прежнего.

Степень раздражения Аманды неотвратимо приближалась к отметке «взбешена». Она, дипломированная ведьма, как бездарная, ехала верхом, потому что пользоваться метлой в Корре нельзя, а теперь приходится сидеть в пропахшей жженым маслом и дрянным пивом дыре и слушать, как инквизитор несет какой-то бред вместо того, чтобы просто представить ее будущему напарнику.

— И давно вы знаете его, светен? — спросила Аманда.

От вежливой улыбки, которую она старательно выдавила на лицо, свело скулы.

— С рождения, — удрученно вздохнул Арен-Фес и тут же прекратил балаган. — Вы ведь понимаете, веда Зу-Леф, — продолжил он совсем другим голосом, спокойным и деловым, — что то, что вы попросили в качестве оплаты, тоже весьма рискованно? Недвижимость в Нодлуте, который в ближайшее время станет центром королевства вместо Корре — безделица, а вот опыты по замене крови совсем другое дело, ваша совместимость…

— Достаточная, я на четверть эльф. Если это будет кровь клана Фалмари или родственного ему, проблем вообще не будет. И разве так уж странно для женщины желать оставаться молодой и красивой и жить дольше?

— Прекрасно, у вас с ним уже есть общие интересы.

— Что? — не сдержала брезгливой мины Аманда.

— Пи тоже все время твердит, что будет жить вечно.

— И где же он?

Инквизитор снова указал в потолок.

— Тогда чего мы ждем? — спросила Аманда.

Как по команде, светсферы в зале полыхнули. Столы вздрогнули, пиво инквизитора опять пустило пену, а сверху раздался явно усиленный заклинанием сладострастный женский стон, за ним торжествующий мужской, утонувшие в хоровом рявке посетителей, вздернуших вверх свои кружки.

— Вот этого, — вздохнул Арен-Фес и поднялся из-за стола как раз в тот момент, когда пивная лужа докатилась до края и споро закапала на пол.

Аманда сдернула со стола свою метлу и поспешила вслед за инквизитором к лестнице.

— Как его на самом деле зовут? — спросила ведьма, поравнявшись с Арен-Фесом. Перил она разумно не касалась и старалась не обращать внимания на мерзкий звук отклеивающихся от ступенек подошв.

— Вам это не нужно, — меланхолично отозвался тот.

— И все-таки? — настаивала Аманда.

— Андрзедж Пеша Питиво.

— Андр… з… ж… Глядь… Вы правы, мне это не нужно.

Наверху оказалось гораздо чище, а звуков определенного характера больше. Арен-Фес, пощелкав пальцами, распустил под потолком рыжеватых светляков, прислушался, уверенно направился в дальний конец коридора. Остановился, бросил в щель дверного замка плетение и жестом предложил Аманде войти.

Ведьма толкнула дверь черенком метлы, шагнула и увидела… Пи.

По комнате неровным слоем лежало, в основном сосредоточившись в районе подоконника, стола-огрызка, косого стеллажа без одной дверцы и похабно овальной постели в центре.

Огарки свечей в плошках и без, книги и отдельные страницы в пометках и пятнах воска и без, кружки, одежда, ботинки, какие-то камни, бутылки, оборванная штора со следами возгорания и следами экстренного тушения, ночная ваза с… деньгами? Зеркало было закрыто покрывалом с нарисованной на нем глумливой рожей, уцелевшую дверцу шкафа подпирала рогатая вешалка, прилепленная какой-то вязкой розовой дрянью к полу, и кажется там, за дверцей что-то застенчиво скреблось.

В неуверенно пробравшихся в помещение сероватых лучах утреннего света удивительно красиво плясали сверкающие лазурные искорки. Источником странной пыли была опрокинутая емкость с порошком такого же цвета на подоконнике.

В дремучем хаосе и бедламе, который здесь царил, при прочих равных где-то, если подумать и хорошенько поискать, наверное, и была какая-то особенная прелесть из разряда «зато сразу все на виду», которой оправдываются неряхи, но. Аманде, как всякой порядочной ведьме, подобное претило.

А еще более ей сейчас претило валяющееся на постели лицом в обильном бюсте временной подруги пьяное (запах) полуголое (вид) нечто, не подающее признаков осмысленной деятельности.

Из неосмысленной имелись: невнятное мычание, которое, при должной фантазии, можно было бы счесть за приветствие, и рука, потянувшаяся, как подумалось сразу Аманде, поднять штаны повыше, а на деле просто почесавшая упругую, подтянутую, весьма апп… (спокойно!) задницу с отметинами от ногтей и…

Аманда осторожно шагнула чуть ближе и присмотрелась. Нанесенный ритуальный знак обещал носителю благословение Матери Всего, по большей части именно на ту часть, на которую был нанесен. Печать-благословение изобиловала краштийскими символами изгнания. Любопытно…

Арен-Фес, изображающий молчаливую тень позади, не мешал изучению одобренного кандидата в напарники в естественной среде обитания, и Аманда продолжила.

Спина этого… Пи тоже была фактурная. Не слишком широкая, но вполне рельефная. Вязь татуировки, похожая на растопырившего лапы ядовитого скорпа или на странное, лишенное листьев дерево охватывала спину почти целиком и ветвями-лапами впивалась в бока. Хвост тянулся к упругому, подтянутому и апп...

Смотрели.

Аманда отвлеклась от созерцания. Девица, на которой изволил отдыхать «гений» (хотя просилось совсем другое слово из озвученных внизу), прищурилась, будто Аманда собиралась утащить с прилавка филей, что присмотрела хозяйка бюста.

Сугубо научный интерес к заднице был воспринят за интерес совсем другого толка? Первый котел… Ей эти упругости и рельефы интересны только тем, насколько они квалифицированы для выполнения задачи.