Читаем Прыжки по лужам онлайн бесплатно
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!
Автор: Эмбер Л. Джонсон
Название: Прыжки по лужам
Серия: №1
Количество глав: Пролог+17+Эпилог
Переводчик: Svetlana Locmanova, с 13 гл. Инга климова
Редактор: с 13 гл. Елена Чигрова
Бета - корректор: Елена Сафьянова и Ника Гарская
Когда дело доходит до любви, то существует столько стереотипов….
Все думают, что Колтон Нили - особенный.
Лили Эванс думает, что он очаровательный.
Когда-то, когда они были младше, они были друзьями, но после несчастного случая их пути разошлись, и каждый пошел своей дорогой.
Через несколько лет они встретились снова, и Лили поняла, что действительно есть что-то особенное и необычное в мальчике, которого она когда-то знала, но она и понятия не имела, что….
И не уверена, что готова узнать это.
Когда он прошел по школьному коридору в их первый учебный день, она поняла, что вот оно - время узнать настоящего Колтона Нили.
И чем больше она узнавала, тем больше проникалась к нему чувствами. Их дружба переросла в любовь, даже если Колтон и не выражал ее словами.
Но одно принятое решение угрожает сломать их мирок, который Лили старается сберечь всеми силами, и она должна понять, смогут ли их отношения пережить это…
Даже если они будут порознь.
Все начинается с парня и заканчивается им же, но в какой истории такого нет?
В моих глазах он - одна из самых потрясающих личностей, которых я когда-либо встречала.
И, может, некоторые люди скажут, что я любила его слишком сильно и потеряла себя в этой любви, но все, что я знала об отношениях это то, что в паре всегда есть такой человек.
Прошлой ночью мой мирок был таким маленьким, укутанным во все, что с ним связанно, и вот сейчас он замер.
Я не могу спать.
Мне нужно сделать что-то.
Я решила написать об этом от начала и до конца. Как мы пришли к этому.
Это моя история. Наша история.
Она о потрясающем парне, который изменил мое мнение обо всем, изменил мои мысли, изменил мое представление о жизни.
И, возможно, я помогла ему изменить его мир.
Вот она.
Это вам не заурядная сказочка. Это не какой-то дамский роман. Я даже вовсе не буду обозначать это как роман.
Просто потому, что я не из тех людей, которые влюбляются.
Как и парень, по которому я схожу с ума.
Меня зовут Лили Грэйс Эванс и это правдивая история, как влюбиться в парня, который заставил меня поверить, что любовь — это не только стереотипы и какие-то стандарты.
Любовь, для тех счастливчиков, кто испытал ее. Это что-то неподдающееся описанию, что-то потрясающе волшебное.
1 глава
Я не должна была встретить его.
Моя лучшая подруга Харпер сказала, что она больше не сможет подрабатывать няней по средам, когда проходят молитвенные встречи, так как она была настолько глупа, что умудрилась усадить трехлетнего ребенка на подоконник всего лишь прикрытого окна. Бедный малыш едва не погиб, когда прислонившись вывалился, повиснув на руках.
Такое ни в коем случае недопустимо и, да поможет вам Бог, если это происходит в Аллентауне штата Пенсильвания.
К счастью все обошлось, но наш пастырь был вовлечен в это дело, и предположил, что она не слишком хорошо подходит для этой работы.
Вот так я попала на ее место.
Я появилась в доме у Нили, и, пока моя мама была занята приготовлением мясных биточков, меня провели в комнату, сто процентов принадлежащую парню.
Это был первый раз, когда я встретила Колтона Нили.
Девятилетнего мальчика.
У него были коротко стриженные каштанового цвета волосы и глаза, смотрящие куда угодно, только не на меня.
Комната была завалена раскрасками, всякими художественными принадлежностями и красками. И поездами.
Боже мой! Даже не спрашивайте меня насчет поездов... Они были везде, и в каждом углу валялись детали от них.
Он занимался разукрашиванием все те два часа, что я была с ним.
Иногда у меня даже возникала мысль, что мне ничего не заплатят. Что я просто сижу с мальчиком, с которым мы почти ровесники, пока наши родители находятся в соседней комнате.
Но мне все-таки заплатили.
Я подсмотрела его уже наполовину разукрашенную картинку в раскраске, которую он наотрез отказался мне показывать, и мягко взяла его за руку, тем самым заставив его оторваться от рисования.
- Тебе нужно разукрашивать внутри линий, вот они для чего! - предостерегла я его таким менторским тоном, на который только была способна десятилетняя девочка с комплексом превосходства.
Понимаете, я верю, что о человеке можно многое сказать по тому, какие цвета он использует.
И я привыкла думать, что бывает два вида художников: те, которые рисуют внутри линий, и те, кто выходят за четко очерченные черные контуры.
Да, линии внутри и снаружи рисунка - это основной принцип для сравнения. Есть еще, конечно, те, которые рисуют светлее внутри и более насыщенными оттенками ближе к контуру и наоборот - они играют оттенками.
И есть те, которые рисуют неправильными цветами. Иногда эти люди рисуют сиреневых индеек и всякое подобное дерьмо, которое приводит меня просто в капец какое бешенство.
Серьезно?!... Сиреневые индейки?!
И еще есть те, которые тщательно подбирают цвета, выверяя каждый свой шаг перед тем, как нанести цвет на рисунок. Им реально кажется, что что-то зависит от того, какого цвета будут глаза у пони на рисунке.
Или те, которые специально на морде медведя рисуют прыщи, и в итоге получается медведь с ветрянкой.
Понимаете, куда я веду? Общество учит нас быть в границах или вне их. Но ведь столько всего есть между ними.
Я хотела исправить Колтона, чтобы он стал таким же, как все.
Он не оторвал свой взгляд от рисунка, и не посмотрел на меня, но быстро высвободил свою руку из моего захвата.
- Ты злая, - прошептал он, и продолжил рисовать вне линий, при этом еще проводя своими маленькими пальчиками по рисунку, выравнивая цвет.
Это были первые слова, которые он сказал мне, и они отпечатались у меня в памяти навсегда.
Была ли я злой?
Я не люблю, когда люди злятся на меня или не любят меня, поэтому всегда стремлюсь всем нравиться.
- Не хочешь пойти на улицу? - спросила я, опасаясь, что он скажет моей маме, что я обидела его.
- Там дождь, - ответил он так, как будто был взрослым, а я маленьким глупым ребенком.
Я поняла, что Колтон не собирается облегчать мне работу. Но я собиралась получить свои 15 баксов. И решила сделать так, что он расскажет своей маме, какая я классная и как ему со мной понравилось.
- Там не такой уж и сильный дождь.
- Моя мама сказала, что мне нельзя.
- Никто не заметит! Давай! Пойдем, выйдем на улицу.
И это был первый раз, когда я смогла заставить его сделать то, в чем он не был уверен на сто процентов.
В тот дождливый летний день мы вышли на улицу. Он смотрел на небо широко открытыми ясными голубыми глазами, которые казались слишком взрослыми для его возраста, и он пробормотал что-то о том, что существует вероятность, что нас может шарахнуть молнией.
Но я не обращала особого внимания на то, что он там бормочет. Все мое внимание было приковано к горке с песком на их заднем дворе. И я решила незамедлительно с нее съехать, потому что я всегда хотела быть, как крутые девчонки из телевизора.
И первый мой шаг к становлению моей крутизны - это съехать с горки!
Под дождем. Будем называть это «подготовкой».
Колтон подбежал ко мне, размахивая руками, остановился возле горки, и стал отчаянно пыхтеть и сопеть, пытаясь забраться вслед за мной по скользкому металлу:
- Ты можешь пораниться.
Я закатила глаза:
- Все в порядке!
Когда первая молния ударила в дерево в нескольких метрах от нас, я как раз готовилась съехать с горки. А бедный маленький Колтон закрыл уши руками, и даже подпрыгнул в воздухе.
Я с любопытством наблюдала, как он развернулся в сторону дома, и до смешного быстро перебежал задний двор, крича от страха и ловко перепрыгивая на бегу метровые лужи.
Он оставил меня одну на металлической горке. Одну.
Где в меня попала молния…
Ну, не в меня, а в горку.
Я как раз держалась за металлический поручень, спускаясь, и тогда-то молния и ударила.
Через все мое тело прошел ток, и меня так тряхнуло от силы удара, что я отпустила поручень, и упала в грязь, после чего потеряла сознание.
Очнулась я уже в больнице, и уже там моя мама поведала мне о том, что Колтон испугался за меня, его и моя мама получили от него достаточно информации, чтобы составить представление о том, что произошло, и где я нахожусь. Там они и нашли меня, лежащую в грязи без сознания.
Они обе впали в панику. Но, к счастью для меня, я выжила.
Колтон спас мне жизнь.
Когда он пришел со своей мамой проведать меня в больнице, Шейла смотрела на меня так, словно я была самым удивительным существом в мире, потому что я смогла выжить после удара молнией.
И кстати я получила великолепный шрам за свой эксперимент.
Доктор сказал, что это называется «фигуры Лихтенберга»* (*иногда называются «лихтенберговы фигуры»: картины (узоры) распределения искровых каналов, образующиеся на поверхности твердогодиэлектрика при скользящем искровом разряде, а также на коже жертв удара молнии. Впервые наблюдались немецким ученым Г. К. Лихтенбергом в 1777).
Кожа на узоре ожога темнее кожи вокруг, а шрам выглядел, как три корня дерева, начинался от плеча, и тянулся до середины руки.
Я была очарована им в то время. Видимо, и Колтон тоже.
Сейчас - это просто узор на моем теле. Часть меня. Иногда я вообще забываю о его существовании.
Но вернемся обратно к истории.
Он остался со мной в палате на полчаса, не разговаривая и ничего не делая, просто смотрел на меня, точнее на мою отметку, которая, как я надеялась, делала меня реально крутой девчонкой.
Перед своим же уходом он достал сложенный листок бумаги из кармана и протянул его мне, подарил мне легкую улыбку, и помахал на прощание, а затем вышел вслед за своей мамой.
На этом листике был самый потрясающий рисунок, который я когда-либо видела.
И вместо того, чтобы почувствовать себя лучше, мне стало только хуже. Потому что только за день до этого я сомневалась в его таланте, и говорила о том, чтобы он рисовал, не выходя за линии.
***
Я виделась с Колтоном под предлогом заработка денег на карманные расходы, чтобы я сидела с некоторыми детьми от церкви.
Но каждый раз, когда я появлялась в доме, мы были только вдвоем.
Мне было любопытно, почему мне платили за то, чтобы я в первую очередь тусовалась с Колтоном.
И я именно это имею в виду, серьезно!
Вы могли бы подумать, что после того, как я чуть не умерла, меня перестали приглашать сидеть с ним.
Но вы ошибаетесь, и, видимо, его мама не усвоила урок.
Я уверена, она считала, что ее сын слишком хороший и умный, и мы больше не будем вляпываться в неприятности, но она не учла только одного...
Я-то не такая!
Колтон был практически идеален.
Он тихий, отчужденный, всегда следил за своими манерами и движениями.
Ребенком он был полностью поглощен рисованием и раскрашиванием, он даже начал раскрашивать комнату, которую его отец освободил над гаражом.
Но мне-то не хотелось разукрашивать или собирать поезда. Я устала разукрашивать! Я хотела играть, понимаете?
Надо сказать, что, возможно, он перестал мне доверять после того, как я весь день каталась и скользила по мраморному полу.
Или когда случайно запутала жвачку у себя в волосах, и попросила его помочь мне избавиться от нее. В результате, мне состригли значительную часть волос с левой стороны.
Или тогда, когда я решила его научить спускаться на матраце вниз по лестнице, хотя он был решительно настроен против.
Вот я и решила ему показать, что на самом деле это очень весело.
Я посмотрела на Колтона, залезла на матрац, оттолкнулась от вершины лестницы, и полетела вниз.
Только вот...
Да, матрац не полетел за мной, а так и остался на вершине лестницы.
В полете, если это можно так назвать, я перевернулась на спину, а при приземлении так сильно ударилась головой о дверной косяк, что получила сотрясение.
Именно Колтону пришлось вытаскивать меня из-под матраца потому, что тот задержался лишь на пять секунд от моего «отрыва в полет». После чего Колтон позвал наших мам, и уже они вызвали для меня скорую. По дороге в больницу меня стошнило зеленым хот-догом и чем-то еще невообразимым.
Как только мне стало немного лучше, а мысли слегка прояснились, чтобы внятно говорить с мамой, я сказала ей, что это только моя вина.
Забавно, но она мне поверила.
К тому времени, когда Колтон и его мама вновь пришли навестить меня в больнице, стало ясно, что я больше не буду приходить к ним по средам.
Они сменили церковь.
И только после всех этих происшествий, его мама поняла, что я просто не способна держаться от неприятностей как можно дальше. Превосходно!
Так или иначе, в тот день Колтон был даже более тихий, чем обычно.
Он вообще едва взглянул на меня, пока был в палате, но перед своим уходом он подарил еще один рисунок. И я скажу вам, что он был еще прекраснее, чем предыдущий, потому что вся страница была в ярких цветах.
Он почесал волосы, спрятанные под своей любимой кепкой, и прошептал:
- Пока, Лили.
Я помахала ему вслед, глубоко в душе понимая, что, возможно, это последний раз, когда я его вижу, и следующий раз будет не скоро.
И я была права.
Миссис Нили разговаривала с моей мамой наедине, разговор был не для чужих ушей, но я все равно услышала обрывки фраз.
В тот момент ее слова не имели никакого смысла для меня.
Зато имеют сейчас.
Ушло пять лет на то, чтобы я смогла понять, что именно так отличает Колтона Нили от других детей, и почему его мама была расстроена, что не может найти для него друзей.
Когда я была младше, то всегда думала, что все люди - одинаковые.
Так что я не очень расстроилась, что Колтон исчез.
Он просто был очередным ребенком, с которым я тусовалась, а потом... А потом перестала. Он стал еще одним ребенком, с которым я была знакома.
Прошло пара-тройка лет, и я вообще перестала о нем вспоминать.
Харпер и я выросли из девочек, которые играли с мальчиками, в девочек, которые хотели привлечь внимание мальчиков.
Она флиртовала, а я смеялась над тем, как это было очевидно. Но, несмотря на все, я реально хотела иметь такую же уверенность в себе, которой у меня на самом деле не было.
Не было до тех пор, пока мои родители не заставили меня отправиться в поход, и я поняла, что тоже могу привлекать внимание парней.
И оказалось, что это мне не особо нравилось.
Я отбивалась изо всех сил. Мне хотелось быть дома, читать книги и смотреть телевизор, зависать с Харпер или заниматься чем-то еще, например, проводить время в кругу семьи. Хотя когда я была с ними, то постоянно хмурилась, и всегда была в наушниках, раздраженная тем, что я недостаточно взрослая, чтобы самостоятельно принимать решения.
Пока родители гуляли, я же пошла на пляж с книжкой в одной руке и наушниками в другой. Мне нужно было немного загореть, потому что я была практически прозрачной. Но вместо этого, я встретила мальчика по имени Рори.
