Читаем Проводник онлайн бесплатно
Annotation
Наговицына Екатерина
Наговицына Екатерина
Проводник
Посвящается Ивану, Светлане и всем удивительным жителям Камчатки
Проводник
- Ну что, брат, давай, за тебя! Вот ведь чертяка, доехал-таки!
Сидящие за столом мужчины сдвинули наполовину наполненные граненые стаканы, которые гулко звякнули, медленно качнув содержимым. Выпили залпом и на секунду замолкли, задумавшись каждый о своем. Затем встрепенувшись, заговорили враз, один о том, как ждал, второй - как собирался, но жена не отпускала, так как сын разболелся... Посмотрели друг на друга и рассмеялись, столь нелепо выглядел этот диалог.
- Чего мы, ей-богу, как будто через пять минут разбегаться! Все, Славка, приехал я, как обещал. Погощу, пока не надоем, либо до двадцатого. Поэтому давай без спешки поговорим, чё да кого. Расскажешь, что у вас здесь на Камчатке посмотреть можно, чтобы, так сказать, не зря летел, да на перекладных ехал, - гость, крепкий парень с короткой стрижкой, уселся удобнее за столом. Обстоятельно придвинул к себе тарелку в мелкий цветочек, водрузив на нее соленый огурец, и расплывшись в обаятельной улыбке, которая никого не оставляла равнодушной, кивнул на бутылку: - Наливай по второй, за встречу. Шутка ли, сколько не виделись, почти три года прошло. Во, время летит!
- Это для тебя там летит, а здесь, сам удивишься, все по-другому, - передав стакан товарищу, хитро сощурившись ответил хозяин. - Давай, Бэл, за встречу!
Выпили, закусили, смачно хрустнув мелко нашинкованной квашеной капустой.
- Эх, хороша закуска! - весь вид Бэла выражал крайнюю степень удовольствия. - У хозяйки твоей, Слав, руки золотые!
Вячеслав, довольный оценкой, усмехнулся:
- Это что, сейчас я тебя пельмешами угощу. Варька так начинку замешивает - ум отъешь. Специально к твоему приезду лепили. Даже Маруська помогала, счастливые пельмени катала. А ты давай рассказывай, кого из пацанов видел, что слышал, дома как, на службе что нового?
- Да, Слав, нормально всё, по-старому. А пельмени-то, поди, из медвежатины? Сколько их здесь, коль меня начиная с аэропорта стращать начали?
- Около сорока тысяч - вот и посуди, много их на эту территорию, или мало. Но они на особом положении, отстрел запрещен, кроме крайних случаев. Правда, браконьеры шалят, без этого, сам понимаешь, никуда. А так - строго. Так что, медвежатина отменяется, - и хозяин, тяжеловато поднявшись из-за стола и слегка поморщившись, принялся наливать в кастрюлю воду, зажигать газ, и хлопая дверцами искать в банках нужную приправу.
Гость, наблюдая за его нехитрыми манипуляциями, вздохнув, спросил:
- Беспокоит?
- Бывает. Правда, сейчас это не важно, не так важно, но за это позже. Лучше расскажи, не тебя ли засветили по телеку в репортаже, когда убийц гаишников в частном секторе хлопнули?
- Это да, прославился! И как вы только меня в маске все узнаёте? Валерка да Димон аж позвонили, прослезились от подвига моего всенародного! Но скажи, красиво зашел, с понтом под зонтом. Наклепал упырям толеранток в спину.
- Что есть, инет вон до сих пор качает. Я только одно понять не могу: как такое "семейное" видео в сеть уходит, и почему ты впереди "забора" на штурме оказался?
- Так это не одно, а два! - Бэл усмехнулся. - Тебе с какого непонятнее? Про первое сразу скажу, вопрос риторический, ты же понимаешь, за подобной вкусняхой целая киностудия любителей и профессионалов охотится, это же материал - огонь! А потом занедорого в массы уходит. Ну а второе... - парень понурил голову, - понимаешь, высочайшее начальство медаль за подвиг только одну пообещало, ну меня жаба и толкнула в спину, а вернее - пнула чуть ниже, а дальше куда? - только вперед. Все-таки, есть такое ощущение, Сашка Матросов - дед мой, внебрачный, - и не удержавшись расплылся в улыбке.
Слава только хмыкнул, аккуратно опуская в воду пельмени, стараясь, чтобы брызги не летели во все стороны. Закончив и обернувшись, серьезно посмотрел на друга:
- Среди наших потери были? А то по ящику как-то непонятно выразились.
Улыбка Бэла вмиг потускнела.
- Серегу Свата, уже когда в дом зашли... Сразу. Не маялся.
- Свата... Чёрт! Как?
- Да там, Слав, что расскажешь? Когда раздолбили всё, пошли зачищать. Бандюки уже остывать начали, поэтому в последнюю комнату заходили с ним без паранойи. Ну нет, всё как положено, "крючком": я налево, Сват направо, и он четко на свою пулю налетел. Баба там оказалась. Под кроватью пряталась, оттуда и шмалять начала. Две маслины в броню попали, а следующая в шею. В общем, там без вариантов получилось.
Слава подошел к столу, налил, поднял свой стакан, заглянул в него, и вздохнув произнёс:
- Давай, Бэл, за Свата, за Петьку пулеметчика, за Коляна, за Маринку... за парней.
Бэл поднялся следом, взял стакан, и молча чуть сплеснув на пол залпом выпил. Потом посмотрел на товарища и кивнул в сторону дверей, приглашая выйти подышать свежим воздухом. Слава прихрамывая, не зажигая свет, пошел через коридор к выходу. А во дворе небольшого дома навалилась на них черным низким звездным небом летняя ночь.
Сели на скамейку, тут же из темноты бесшумно вышла большая дворняга и помахивая хвостом ткнулась мордой в руки хозяину. Тот потрепал её, и она довольная улеглась рядом, мгновенно задремав.
- Я смотрю, у тебя с фантазией все хорошо - барбоса Печенегом назвать, - с умилением глядя на собаку произнёс Бэл.
- Ностальгия - страшная штука.
- Эт нормально. А хорошо у тебя здесь. Надо же, никогда бы не подумал, что ты на метеостанцию работать уедешь.
- Сам бы не придумал, но Варвара уговорила. Ей с работы позвонили, сообщили, что есть вакансия на Камчатке. Хоть и вахтовый метод, но замены особо ждать не приходится - зарплаты-то копеечные, поэтому желающих на такую глушь не нашлось. Я ей вначале про то, что сдохнем здесь, одичаем, а она смеялась только - тебе, мол, не привыкать без цивилизации жить, попытка не пытка, да и Маруська пока маленькая, без садика легко обойдется. В общем, поехали и как-то приросли, уже два года разменяли. А места здесь - закачаешься, это ты по сумеркам доехал, а завтра рассветет, и вот тогда держись, маму не потеряй.
- Ага, и маму, и папу потеряю, если завтра в окно мне медведь лапой постучит!
- Ну, за это ты не переживай, медведи здесь культурные, они в двери стучат. А ты ему скажи: "Уходи, Мишутка, не до тебя сейчас, с похмелья болею" - и он уйдет. Что он, не человек, что ли?
- Видел я этих "человеков", когда на вахтовке ехали. Они же как собаки у нас дома дорогу переходят. Я сначала подумал, что показалось с недосыпа, на водилу глянул, а тот рулит, лыбится на мою вытянувшуюся физиономию и спрашивает: "Ты их видел? Это матка с малышами". В общем, Слава, фигею я за вашу дачу!
- Фигей не фигей, а вот представляешь, вон там, в темноте, может, сидит бурый и смотрит на тебя с грустинкой, да лапой слюни утирает...
- Э-э-э, стоп разгону, с какой грустинкой? Ты еще скажи, с вожделением зыркает маслянистыми глазками! - запротестовал гость. - Не, точно, стоп! Что-то я походу надышался, пойдем уже умопомрачительные пельмени есть, - и первым зашел в дом. Вячеслав, чуть помедлив, посмотрел в по-ночному глубокую темноту, улыбнулся и зашел следом.
***
Утром Бэл проснулся от того, что стало жарко и душно в небольшой гостевой комнатке. Посмотрел на тусклый свет, пробивающийся через занавески, затем на часы. Стрелки показывали без десяти шесть, но сон уже улетучился. Встал, оделся, сладко, до хруста потянулся, и стараясь не шуметь пошел на кухню. Там умылся, заварил кофе и, накинув на плечи полевку, вышел во двор. Дверь, чтобы не хлопнула, придержал, и после того, как она плотно легла на место, обернулся, да так и замер с поднесенной ко рту дымящейся кружкой:
- Ох ты ж корзинка с апельсинкой! Это разве так бывает?!
Двор, который вчера тонул в темноте, на самом деле был небольшой и находился на склоне горы, которая дальше довольно круто уходила вниз. А прямо напротив, белея снежными краями в предрассветных сумерках, четко вычерчивалась громадина скалистого хребта. Бэл не мог точно определить, что его так впечатлило - величие гор, снежный покров в такой близи, и это в июле, или суровая красота открывшегося пейзажа, когда один склон ломаной волной переходил в другой, занавешенные низкими медленными пушистыми облаками. Свинцовый свет восходящего солнца, пробивающийся сквозь тяжелые облака, на удивление не делал это место унылым, он лишь подчеркивал всю четкость граней необыкновенного края.
Дверь хлопнула, и на крыльцо вышел Слава, сонный, но довольный видом обескураженного Бэла.
- Ну как? А ты все твердил, что красивее Кавказа мест нет. Интересно, что ты скажешь, когда живые вулканы увидишь, фумаролы, кратеры, вскрывшиеся реки, водопады... Про океан вообще молчу. После этого, я думаю, жизнь твоя изменится безповоротно.
- Судя по тенденции, видимо, просто с ума сойду, - уже мало-мальски придя в себя и отхлебнув из кружки горячий кофе, улыбнулся Бэл.
- Вон, посмотри вправо, видишь небольшое плато? Там не облако застряло, это малая долина гейзеров парит. Прогуляемся позднее, посмотришь, как это вживую выглядит, когда скала кипятком плюется. А у меня для тебя еще один сюрприз имеется.
- Как, всего один? Тогда всё, я домой поехал!
Вячеслав указал вниз двора, где тоже подымался пар.
- Это наш личный горячий источник - бассейн, конечно, не уплаваться, но посидеть погреться хватит. Кстати, ты сегодня не запекся в комнате?
- Было чутка. Чего это у вас централизованное отопление летом не отключают?
- Бери выше, - вытянув вперед крепкие руки, поиграв мышцами, произнёс хозяин торжественным голосом, - вот они, руки, лежащие на вентиле обогрева метеорологического царства!
И уже без шутовства добавил, объясняя:
- Здесь все просто: горячий источник выше по склону бьет, часть потока мы на себя завернули, поэтому, когда прохладно становится, горячая вода через дом, по трубам идет, а если чересчур жарко накочегарим, то вентиль закручиваем, и вода сначала в тот уличный резервуар попадает, а с него самотеком вниз с обрыва падает. Температура как раз кости прогревать, круче чем в бане. Если что, там ниже, в скальнике, тоже целая дикая ванна имеется, только тропа скользковата. Так что, в какой хочешь, в той и балдей. Давно, наверное, водные процедуры с видом на горы принимал?
- Да как тебе сказать... Вот так, да еще и не опасаясь прицельной стрельбы, наверное, впервые. Эх, не зря, не зря я до тебя собрался! Думал, меня реально мало что может удивить...
- Лиха беда начало. Иди, купайся, да завтракать пойдем. А я пока данные с приборов сниму. Работа, как-никак.
***
- Ну что, пошли, прогуляемся? Здесь столько мест удивительных, что жизни может быть мало всё посмотреть, а ты всего несколько недель заложил.
Бэл посмотрел на дикий нехоженый простор, затем на друга.
- Слав, ты как с ногой своей по этим козьим тропам? Не крутовато будет?
- Нормально. Я здесь свой маршрут проложил. Ты, главное, сам не навернись, за мной шагай, чтобы не пришлось мне Варьке с Марусей во всех красках рассказывать, как дядя Бэл неожиданно уехал.
- Ты лучше расскажи, куда своих девчонок дел?
- А чего я, они у меня большие, сами решили прогуляться по случаю, и до Петропавловска уехали с вахтовиками с ТЭЦ, к Варькиной подруге. У той тоже дочка, Марусина ровня, пусть моя с живыми детьми пообщается, чтоб не забыла, как они выглядят. Да и нам дали время всё переговорить, обсудить, водки попить, и план твоего маршрута разработать. Здесь, знаешь, не Кавказ, здесь без плана никак нельзя.
- Так эта махина с трубами в горах, которую мы проехали - это ТЭЦ?
- Ха! Не просто ТЭЦ, а ТЭЦ! Стоит на горячем вулкане, речка с гор затекает, снизу кипятится, и вниз, в город, тепло и электричество подается. Каково придумано, а?!
- Впечатляет. Умеют же наши заморочиться!
- Умеют. А ты чего Ульянку с Венькой с собой не взял? Он у тебя парень большой, с тобой бы по горам полазил.
Бэл слегка приотстал на крутом спуске, наблюдая как ловко, почти не хромая, передвигается по этой круче Слава, и скорее всего вопрос не услышал, по крайне мере, ничего не ответил. Но оказавшись на живой, дышащей земле, быстро догнал друга.
- Вот это да! - в удивлении разводя руками выпалил он. - Славка, это же... ну, я даже слов не найду! Как так может быть, чтобы все рядом и все вместе? Вот он, снег, летом лежит - не тает, вот кипяток в небо взлетает, сера, пар, грязь булькает, и тут же зелень, река горная... Мне все это снится, что ли?
- Ну, если только сон наяву. А вот здесь осторожнее! - Вячеслав отдернул друга от ледяного козырька, под которым с ревом проносилась горная река, через несколько метров вновь заныривая в снежный тоннель, чтобы уже где-то ниже, освободившись от стеснения, пройдя свой километраж, влиться в Тихий океан.
- Здесь, Бэл, иногда промоины образуются под снежником, можно легко провалиться. И пожалуй, это будет самый быстрый спуск, хотя не совсем удобный.
- Принято.
Получив подтверждение приёма, Вячеслав повёл глазами:
- Посмотри, Бэл, какие удивительные растения стелятся по камням.
- Слава, ты меня все больше и больше удивляешь. Вот уж не думал, что на лютики-шмутики внимание будешь обращать. Стареешь, что ли?
- Не в возрасте дело. Остановись, присмотрись! Здесь же макромир с микромиром переплетается, вечное с мимолётным, и в этом суть данных мест. Оглянись, Бэл, этим вулканам миллионы лет, а вот цветок со спичечную головку через день исчезнет. Попробуй на вкус воду, которая бежит с высоты нескольких тысяч, с ледника, как знать, может ровесника нашего седого мира, и скажи, есть здесь место для суеты, проблем Большой земли? Что они на фоне величия, сплетения изменчивости и незыблемости?
Бэл действительно остановился, огляделся, затем внимательно посмотрел на Вячеслава:
- Мой друг, да ты становишься поэтом! - и осторожно, стараясь не соскользнуть по размякшей местами грязи, стал подниматься обратно к метеостанции.
***
- И что, Слав? Типа приехал сюда, и сразу отлегло? Вот прям, посмотрел на горы, на реки, на кисельные берега, и как бабка отшептала?
- Не бабка, и не сразу, - хозяин сидел на скамье, на которой они сидели ночью, и всматривался вдаль. Распогодилось, и скалистая гряда была видна во всей красе. - Садись, Бэл, история длинная.
Дождавшись, когда друг устроится рядом, Вячеслав продолжил:
- Многое ты и так знаешь. Да только это как обертка, а суть всегда внутри прячется. В общем, случилось со мной что-то еще до ранения.
