Читаем Проводничка онлайн бесплатно

Мелодичный перебор на стыках рельсов не успокаивал, как обычно, а раздражал всё сильнее. Скорый поезд мчится сквозь снежные заносы, не обращая внимания на то, что творится в его вагонах. Плацкартных, купейных, СВ. Ему всё равно, чем там занимаются люди. Спят ли они ночь в полночь или веселятся, распивая водочку, закусывая солёными огурцами с колбасой, предлагая соседу потихоньку, чтобы не разбудить вверхулежащих, спеть задушевную дорожную песню.

Фирменный нёсся на всех парах домой, словно был кругом виноватый. Опоздание на сутки, виданое ли дело. Работники и служащие железной дороги не припомнят, чтобы такое случалось раньше. А вот нате, пожалуйста, выкручивайтесь теперь, как хотите, и можете.

Из-за неразберихи в расписании поездов сплошь перепродажи билетов. На одно место два, а то и три человека. Хоть на голову их себе сади. И все, кому не повезло, норовят попасть в штабной вагон, чтобы начальник поезда предоставил ему спальное место со всеми удобствами.

А начальник то выпивши, да так крепко, что дежурная проводница заперла его в купе, чтобы не осрамил высокое звание железной дороги. Ну не выдержали нервы у человека от такого количества недовольных пассажиров, он и засадил стаканчик сорокоградусной, чтобы как-то помягче с ними объясняться.

Выпить-то выпил, да видать переборщил, забыл надеть носок и форменные туфли. Так в одном носке и вышел из радио-будки. Молоденькая проводница, охнув от такой красивой картинки, запихнула его обратно и закрыла дверь ключом проводника. Огляделась, вроде никто не заметил, честь железной дороги спасена.

–– Надя, что делать, у меня пять человек лишних. Я им объясняю, что некуда мне их ложить, так не понимают русского языка. Вот привела к вам. Где Владимир Петрович?

–– Класть, – машинально пропела Надя, что-то прокручивая в голове и задумчиво глядя на Дуракову.

Дал же бог фамилию, прямо в точку попал. Учась вместе с Татьяной на курсах проводников, она уже наизусть знала, на что способна эта красавица с длинной русой косой. На сколько всевышний одарил её красотой, ровно на столько не додал соображения. Дура дурой, честное слово.

–– Что говоришь?

–– Владимир Петрович занят, – смутилась Надежда, потому что сама не любила, когда её поправляли за неправильное произношение. – Сейчас что-нибудь придумаем.

Так всю дорогу и придумывала, разруливала создавшуюся неразбериху. Своё купе, убрав запасы белья с верхних полок, заселила в первую очередь. Парней и некоторых мужчин ласково попросила занять третьи полки. Они не смели отказать такой молоденькой хозяйке штабного вагона.

Тётя Галя, напарница, без задних ног отдыхала после суматошной смены. В шесть утра Надюша должна её разбудить. Вроде все угомонились, можно посидеть в дежурном купе, немножко подремать, до конца смены ещё три часа.

Надя до последнего не селила в это купе народ, потому что чувствовала, как нарастала зубная боль, от которой она мучается уже которую ночь. Днём ещё можно терпеть, а ночью даже анальгин не помогает. Положила таблетку на зуб, вроде легче. Через час девочка в голос выла под стук колёс в своём убежище.

К утру боль притихла, но щеку разбарабанило. Тётя Галя сказала, что это она застудила. Не мудрено, на улице декабрь, а выскакивать на мороз проводнику приходится часто. Надо срочно к врачу, а на следующее утро отправление на второй виток в Москву.

Из-за раздутой щеки Надежду освободили от сдачи грязного постельного белья в прачечную. Это для неё огромная удача. Бесконечно считать простыни и наволочки – довольно скучное занятие. Не досчитаешься одной, и мачало, начинай сначала.

У зубного, конечно, тоже не сахар, но надо наконец-то покончить с этими мучениями.

После приятного посещения стоматолога юная железнодорожница отправилась в общежитие, где она нелегально проживала в дни отдыха после рейсов.

В институт на очное не поступила, зато на заочное легко прошла со своим отличным школьным аттестатом и недостающим проходным баллом.

Методисты, вернее, методистки в деканате ждали возвращения студентки из Москвы. Надя привозила им косметику, конфеты.

В Москве можно купить всё, были бы деньги. Перед рейсом Надежда имела длинный список заказов от подруг и педагогов. С таким положением учиться довольно легко, есть возможность договориться, если не успеваешь сдать вовремя зачёт или экзамен.

Наде хотелось думать, что её ценят и любят в первую очередь за то, что она уже сейчас, с первого курса железнодорожного института, работает по специальности. Может, так оно и было, но с каждой поездкой аппетиты знакомых росли.

Надюше повезло с напарницей, тётей Галей. По приходу поезда в Москву, она, сбегав в близлежащий магазин за колбасой и мясом, отпускала Надю на весь день. Неописуемое ощущение радости и свободы!

Магазины и универмаги в первую очередь. Выполнить заказы и себе что-то интересное купить, ведь зарабатывала Надя хорошо, с деньгами проблем не было. Музеи, выставки, это во вторую очередь и, перед возвращением в вагон, вечернее посещение Красной площади.

Горящие звёзды на Кремле стали для девушки чем-то вроде ритуала, она не может отправиться в обратный путь, не простившись с ними. Красиво и торжественно.

С негнущимися от усталости ногами добралась на метро до Ярославского вокзала, куда уже подали состав из парка. Пассажиры притоптывают на перроне, ноги мёрзнут, хоть и не такой в Москве мороз, как в Сибири. Надюша вваливается в тёплый вагон под заботливое крылышко тёти Гали.

Такие вкусные молочные сосиски навряд ли вы ели. Купленные в Москве и сваренные в кастрюльке на печке около топки пассажирского вагона.

На тарелке варёная картошечка четвертинками с московским сливочным маслом, горячие сосиски и холодные маринованные огурчики из банки.

Тётя Галя нарезала хлеб и приготовила горячий чай, Надюше надо хорошо согреться после такой долгой прогулки на морозе. Молоденькая, смешная, всё куда-то торопится. Быстро работает и успевает всё посмотреть в Москве, да ещё и учится. Как уж там учится, неважно, но, наверное, доучится. Настырная.

–– Согрелась? Давай, дорогуша, на боковую, в три часа разбужу. Иди, иди, сама тарелку помою.

–– Может помочь? Посадка скоро.

–– Иди спать, посадка! Глаза вон уже не откры-

ваются. В Буе на смену, отдыхай.

Надя разделась, забралась под тёплое одеяло и, не дождавшись отправления, уже видела сны.

Как же хорошо ей в поезде, почти как дома. И напарница у неё лучше всех, вторая мама.

–– Надюша, поднимайся, через пятнадцать минут Буй. Я пойду прогрею сливы, замерзают, заразы. Видно, мороз крепчает.

Стоянка на этой станции одну минуту. Пассажирка с огромным чемоданом кое как забралась, тяжело дыша. Поезд тронулся, а по соседнему пути движется встречный.

–– Вы до куда? – Надя подняла верхнюю ступеньку и начала закрывать дверь вагона.

–– В Москву я!

–– Так мы оттуда, вам в другую сторону! Стойте! Вы куда? – Надя вцепилась в женщину, которая, отпихнув проводницу, уже сбросила чемоданище с, начавшего набирать скорость, поезда.

Раздумывать было некогда, Надежда сорвала стоп- кран. Тётка буквально вывалилась из вагона и, с криком, что ей надо срочно в Москву, побежала вдоль путей. Через минуту поезд тихонько тронулся.

Разбираться с происшествием в штабной вагон никто не пришёл. Надю трясло от мысли, что женщина могла попасть под колёса. Тётя Галя вернулась из туалета с грелкой.

–– Кто-то кран сдёрнул. А ты что такая бледная? Пораньше тебя сменю, пойду покемарю маленько. Следи за сливами, промерзают насквозь!

Надя подбросила угля в печку и быстрее назад, в тамбуре холодно. В титане кипяток, некоторые пассажиры не прочь и ночью чайку пошвыркать.

Налила горячей воды и уселась у окна. Хорошо, когда зубы не болят. Вагон раскачивался, водичка согревала, захотелось спать. Вдруг она вспомнила, что, когда умывалась, оставила в туалете на рукомойнике свои кольца. Бегом в другой конец вагона.

Слава богу, вот они, оба, никто не взял. Колечки подарила бабушка. Надя носит их на безымянном пальце правой руки, чтобы парни думали, что она замужем и не приставали.

Всякие пассажиры бывают, некоторые напрямую предлагают вдвоём отдохнуть в купе, подарки дарят. Надюше по душе солдатики, возвращающиеся со службы из-за границы, например из Германии. Они хорошие, не пристают, даже помогают пылесосить длинную ковровую дорожку. От них Надя подарки принимает, особенно переводилки и духи на открытках. Розовое масло.

______________

Рядом со штабным вагоном прицеплен вагон СВ. Там всё по-другому, богато. Надя периодически бывает в нём, бегунок относит. На этот раз узнала новость, что в двухместном купе дорогого вагона едут артисты. Вицин и Вертоградов. Надо же! Настоящего Георгия Вицина можно увидеть!

Утренний марафет с утра в вагоне наведён, можно рискнуть сходить за автографом. Собрались втроём, для смелости.

Андрей Вертоградов, заслуженный артист Российской Федерации, оказался очень весёлым человеком. Он шутил над девчонками, видя, что они стесняются. Георгий Вицин, наоборот, серьёзный и неразговорчивый.

Надя принесла с собой две открытки с изображением олимпийского мишки. Артисты нарисовали на обороте свои шуточные автопортреты. Очень похоже! Проводницы счастливы, можно теперь перед друзьями хвастаться.

На одной открытке под шаржем написано: <<Наде от всего сердца>>, а на другой: <<Наде от бывшего труса>>. Девчонки радостно разошлись по своим вагонам. Скоро большая станция. Загрузка углём.

Угольщику всё равно, кто перед ним. Здоровый бугай или худенькая девушка. Нагружает полные вёдра чёрными камнями и подаёт в раскрытые двери вагона.

Наде не поднять такую тяжесть, сваливает уголь в угол, потом закинет в специальный отсек.

Поезд трогается после долгой стоянки, уголь спрятан, пол в тамбуре чёрный. Надя не умеет мыть пол в резиновых перчатках, они ей всегда мешают. Быстро, пока не видит тётя Галя, убирает угольную пыль и пытается отмыть руки. Чернота въелась намертво. Чёрные, ледяные руки, их не спрятать, хоть ста кольцами обвесь.

–– И ты после этого хочешь, чтобы у тебя цыпок не было? – тётя Галя серьёзно ругает сменщицу. – Совсем с головой не дружишь, балда.

Надя, обидевшись, хотя тётя Галя и покрепче может вставить словечко, хватает грелку и бежит отогревать умывальник в туалете. Скоро станция, надо будет отбивать лёд снаружи.

Длинный тяжёлый лом поднять сложно, не то, что дубасить им по обледенелой трубе. Надя уже привыкла к таким действиям, лёд разлетается в разные стороны. Часа на два хватит, а потом снова надо отогревать сверху и отбивать снизу.

Молодые проводнички громко переговариваются между собой, им весело от такой забавы. Все вагоны готовы к дальнейшему следованию. Впереди два дня пути. Мороз крепчает.

Тётя Галя предупредила, что на этой станции к ним сел важный пассажир. Полковник или генерал, она точно не поняла. К нему необходимо особое внимание.

–– Какое ещё особое внимание? Мы ко всем внимательны. Мы же для пассажиров, а не они для нас.

–– Надька, ты, как всегда, умничаешь. Пойду предложу ему чай, а ты иди отдыхай, в ночь дежуришь.

–– Слушаюсь, товарищ генерал!

Днём растянуться на полке в пустом купе, это особое удовольствие. Надо бы почитать конспекты, которые она выпросила у вечерников, но почему-то неохота…

Скоро сессия. Оплачиваемые дни. Ладно, почитаем про грузоперевозки, может интересно. Через пять минут Надя крепко спала под сладостный перестук колёсных пар.

Надежда, заступив в ночную смену, с удовольствием убедилась, что ночью ей почти ничего делать не надо, ну если только кипятком пару раз трубы прогреть.

Отнесла бегунок в СВ и засела за конспекты.

Часа в два ночи прибежала проводница из соседнего вагона, тоже молодая, недавно курсы закончила. У неё во втором купе умерла бабушка. Надо действовать по инструкции, а она растерялась немного.

Надька, жуть как, боится покойников. Девчонки не должны поднимать умершую, но делать что-то надо, пока поезд придёт на следующую станцию.

Вместе вспомнили правила и успокоились. Вдвоём не так страшно. Пока санитары выносили умершую, девчонки держали поезд красными огнями фонарей. Наконец, поехали дальше.

Надя зашла в вагон коллеги, чтобы немного её поддержать. В первом купе находится электрик, мало ли что в дороге может случиться. Надежда сама его несколько раз вызывала, когда начинал трезвонить щиток.

У этого самого электрика место на полке как раз через стенку с полкой, на которой умерла бабушка.

–– Лежу я, значит. Чувствую, стало холодать…

–– Дурак ты, Степан, прекрати!

Надя увидела, как электрик зашёл во второе купе, сел на нижнюю полку, взял со стола плавленый сырок и откусил…

Тёте Гале не спалось. Надя пошла в своё купе в надежде хоть немного вздремнуть, чтобы завтра выглядеть более-менее сносно. Всё-таки в штабном вагоне работает. После сегодняшнего происшествия было страшно закрывать глаза. Мерещилась еда на столике во втором купе соседнего вагона.

________________

–– Спасибо большое за уборку. Вам чем-то помочь?

–– Пылесосом не трудно прибираться. Приятной дороги.

Надежда фыркнула, зайдя в купе для проводников.

–– Что с тобой?

–– Генерал привязывается, даже неприятно.

–– Да, он у меня спрашивал, правда ли ты замужем.

–– Что спрашивать, есть же кольцо!

–– Да у тебя на лбу написано, что ты ещё не замужем, молодая совсем.

–– Может у меня парень есть.

–– Вроде положительный военный, не похоже, что бабник. Серьёзный. Ты не груби. Я поговорю с ним. И что он в тебе нашёл? Иди накрасься получше.

–– Накрашусь и пойду отдалбливать лёд.

Пробегая с горячей грелкой по проходу вагона, Надя чуть не сшибла выходящего из купе генерала. Она извинилась, покраснела и помчалась дальше. Генерал улыбнулся ей вслед, похоже ему понравилось её смущение. Немного погодя он вызвал Надю на разговор.

Оказывается, у него есть сын. Даже три сына. Он бы очень хотел, чтобы у Валентина была такая девушка, как она. Просил адрес, по которому тот сможет ей написать. Надюша опять смутилась, пообещала дать адрес и, сославшись на занятость, ушла к себе в купе.

Надя старалась не попадать на глаза генералу, чтобы он не вспомнил про адрес. Как она может быть девушкой сына такого важного человека?

Студентка железнодорожного института, заочница, с нелегальным проживанием у друзей в общаге. Работает проводницей, почти как уборщица. Надя, конечно, так не считает, но всё же…

Суматоха перед прибытием на конечную станцию перечеркнула все приключения во время поездки. Так уже было не раз. Надя заметила, что как только у людей заканчивается дорога, они даже внешне меняются.

Во время пути все становятся знакомыми, даже родными. Прибыли на свою станцию, опять чужие и далёкие. Вот и генерал, которого приветствовала целая гвардия встречающих, даже не смотрит в её сторону и про адрес не вспоминает.

Надя не видела, снимая маршрутную доску, как военный помахал тёте Гале. Поднялась в вагон и начала сортировать грязное бельё.

–– Бутылки посчитала, ровно пятьдесят штук.

–– Милая, какие бутылки?! На тебя такой человек обратил внимание!

–– Что теперь? Бутылки не сдавать? Зачем ты мне

про него говоришь? Приехал и забыл про нас с тобой, мы для него прислуга.