Читаем Провинциальный остеопат. Том 2 онлайн бесплатно

Глава 1

Декабрь окончательно вступил в свои права. С каждым днём Новый год неотвратимо приближался, а я до сих пор не знал, как буду его проводить и конечно же самое главное, что подарить Ане. Это утро не стало исключением. Я, хрустя подошвами кроссовок по свежевыпавшему снегу, лениво выбрался на пробежку, в надежде хоть как-то привести мысли в порядок, и наконец закрыть для себя этот вопрос.

На дворе всё ещё стояла темень, местами рассекаемая светом городских фонарей, а вдоль Яузы не было ни души. В голове крутились самые различные вещи: Рома, который на глазах менялся после каждого занятия, стоимость курсов остеопатии, баланс очков, умножившийся почти вдвое. В общем всё подряд, но только не то, ради чего вышел на пробежку.

Москвичи же видимо решили, что и вовсе, нет смысла пытаться привести себя в порядок перед праздниками, потея в спортзалах или бегая на улицах, если это не было сделано раньше и поголовно досыпали в своих мягких кроватях. Даже те две девушки, которые никогда не пропускали наши утренние пробежки, так и не появились, видимо предавая ленивому блаженству. Так что вдоль Яузы, под хруст свежего снега под ногами и панорамы спящей Москвы бежал только я.

В такие моменты, когда не мог определиться с подарком девушке, батя всегда говорил, что надо спросить женского совета. Вот только у кого? У мамы? Она начнёт задавать миллион вопросов, и обычная консультация превратиться в получасовой допрос на темы: «Кто такая Аня» и «Почему ты мне только сейчас о ней рассказываешь?»

Лена? Соболева пускай слегка и недолюбливала Аню, по весьма очевидным причинам, всё же была ненамного младше её самой. Так что в принципе, вариант рабочий. Она действительно может подсказать что-нибудь ладное. Я достал телефон из кармана спортивных штанов, нашёл в контактах Лену и чуть не нажал на кнопку вызова, как край глаза зацепился за отметку часов. Десять минут шестого утра. Да уж, даже боюсь представить, что она испытает, если разбужу её ради совета для подарка другой девушке.

Пришлось убирать телефон обратно и признать, что «выбиральщик подарков» из меня никакой. Правда с этой мыслью я давно уже смирился, и учитывая, что мой отец страдал тем же синдромом, можно сказать — это наследственное.

— Ой, здравствуйте. — За спиной послышался знакомый голос, приближение которого я пропустил мимо ушей.

Развернулся и заметил, что ко мне навстречу лёгкой трусцой бежала Колесникова в спортивном костюме женского баскетбольного клуба Динамо. На щеках девушки играл пёстрый румянец, а широко распахнутые зелёные глаза едва заметно блестели от свежего московского морозца.

— Таня? — Я удивлённо спросил, будто мы встретились где-нибудь посреди Тихого океана.

— Алексей Николаевич, — улыбнулась в ответ девушка. — Не ожидала вас здесь увидеть в такое время, — как вдруг внезапно замолчала и виновато опустила голову, — Хотя что уж я говорю, конечно ожидала. Все студенты знают, что вы единственный преподаватель Бауманки, кто в такую рань бегает вдоль речки. Даже легенды ходят.

Я слегка улыбнулся. Не ожидал, что обо мне судачат.

— Получается ты меня подкараулила?

Таня поправила вязанную шапку.

— Получается так. Знаю, что прошло три дня и мы должны были встретиться сегодня вечером, но я не могла дождаться, чтобы рассказать вам всё лично? Пробежимся?

— Давай. — Коротко ответил и мы посеменили вдоль речки.

Первым делом я заметил, что Колесникова двигалась намного свободнее и больше не старалась переносить вес на здоровую ногу. Она легко бежала рядом, и кажется, даже наслаждалась процессом.

— Ну и как твоё колено? — Спросил через несколько секунд молчания, не активируя интерфейс. Хотелось поглядеть в динамике, да и полагаться на то, чего я не понимаю, попросту глупо. Нужно и самому развиваться как специалисту.

Таня не стала отвечать и вместо этого демонстративно ускорилась на несколько метров, а затем так же легко вернулась обратно, сделав вокруг меня парочку кружков.

— И при этом ни капли боли. — Выпалила, как на духу девушка, при этом даже не сбив дыхание.

Шаг стал ровным. Исчезло прежнее осторожнее приземление на левую ногу, а правая стопа перестала разворачиваться наружу. Решил всё же просканировать её и подтвердить собственные мысли. Через секунду перед глазами моргнул интерфейс и выдал подтверждение.

«Компенсаторный двигательный стереотип отсутствует.»

«Болевая реакция не выявлена.»

— Пробежимся чуть быстрее? — Предложил я.

Колесникова улыбнулась, и мы прибавили скорости. С каждым шагом она постепенно нарастала и достигла того уровня, при котором ещё три дня назад Таня начинала заметно хромать и испытывать первые признаки боли. Правда теперь вместо этого она двигалась комфортно, и кажется, её совсем не заботили былые приступы.

Не успел я ничего и сказать или спросить есть ли остаточные болевые ощущения, как перед глазами вновь вспыхнули синие линии интерфейса.

'Возврат спортсмена в строй после ошибочного списания.

«Награда: +30 очков.»

«Текущий баланс: 91 очко.»

Вдруг девушка остановилась, повернулась ко мне, подарив тёплую улыбку и сказала:

— Значит я прошла тест?

— Какой тест? — Я не сразу понял, что она имела в виду, а затем выдохнул. — А, ты про тот. Да, Колесникова, на данном этапе терапия тебе пока больше не понадобится, но выполнять упражнения и ходить в кружок продолжишь. Я буду следить за тем, как идёт восстановительный процесс. Сама понимаешь, что проблема всегда может вернуться, если ты снова будешь что-то делать не так. Зато есть и плюсы. Под наблюдением опытного специалиста, — ткнул я в себя пальцем, — тебе обеспечен успех.

Девушка некоторое время переминалась с ноги ногу, словно боялась решиться на поступок, а затем легко обняла меня и прошептала:

— Спасибо, Алексей Николаевич.

— Да ладно, что уж там. — Ответил, всё ещё так и не привыкнув выслушивать благодарности. — Главное об упражнениях не забывай, а то боль может вернуться.

— Не буду. — Коротко кивнула Таня.

Она уже собиралась бежать дальше, как я вдруг её внезапно остановил.

— Слушай, у меня к тебе вопрос, как к женщине… ну то есть, как к девушке.

Колесникова широко распахнула глаза и слегка приоткрыла рот, чем заставила меня улыбнуться. Впрочем, стоит развеять её мысли, пока она там себе ничего не надумала.

— Мне нужен твой совет. — Я спешно вставил, опережая готовые сорваться слова, после которых нам бы стало неловко. — Близится Новый год, и мне нужно выбрать подарок для Ани… Воронцовой. Ты если помнишь, она недавно приходила к нам в кружок для видеосъемки.

Колесникова хихикнула, правда в этом смешке я уловил нотки грусти.

— А, значит вы всё-таки вместе? Эх… Ну, я так и подумала… а что ей нравится?

Вот это хороший вопрос. Я знал Аню уже месяца три, два из которых мы довольно быстро сближались, но всё о чём обычно говорили — это о моей методике или биомеханике в целом. В редкие моменты, когда тема начинала надоедать, она рассказывала о своей семье, в основном об отце, но рано или поздно всё равно возвращались к спортивной реабилитации.

— Эм… ну, балет, наверное. — Нерешительно произнёс я.

— Как-то это прозвучало неубедительно. — Ответила Колесникова и в целом была права. — Получается вы ничего не знаете.

Я, признав поражение, кивнул.

— Получается так.

Таня посмотрела на речку, подняла голову к утреннему небу, которое даже и не думало заливаться лучами зарева и задумалась.

— Ну ничего страшного, время выяснить до Нового года ещё у вас есть, но тянуть лучше не советую. Самые банальные подарки скоро начнут разбирать, как горячие пирожки, а если хотите что-нибудь на заказ, то это обычно занимает до недели. Сами понимаете, праздничные очереди.

Экран телефона выдал семнадцатое декабря и получается, что до Нового года осталось всего две недели. А если рабочих, то и вовсе, дней десять, а то и меньше, если не считать выходные и, собственно, сам сочельник.

— Выяснить, что ей нравится. — Повторил слова Тани, задумчиво сжимая в руке телефон.

— Угу, что ей нравится. — Добавила Колесникова. — Девушки обычно говорят, что главное — это внимание, что несомненно так, но не совсем. Если вы только начали встречаться, сейчас она будет оценивать каждый ваш поступок, а вы в свою очередь, набираете себе очки на будущее.

— Набираю очки. — Произнёс в слух и криво ухмыльнулся.

— Ну да, очки. — Повторила Таня, — Это как запас на будущее. Чем больше наберете очков на старте, тем больше она будет прощать за проступки в целом. Так что советую хорошенько подумать над подарком и выяснить, что ей нравится. Дарить, исключительно ради самого факта подарка — лучше не стоит.

— Спасибо, Таня. Попробую выяснить, что ей нравится.

Девушка уверенно кивнула.

— Только не тяните, а то времени не останется, а потом обязательно расскажите, как всё прошло. — Она посмотрела в сторону речки и добавила. — Ну что, я тогда побежала?

— Беги, Колесникова. — Ответил я, — И не забывай об упражнениях.

Она сорвалась с места, и соскучившись по бегу, понеслась по набережной. Я остался стоять на месте, некоторое время размышляя, что может понравиться Ане, а затем нашёл её контакт в телефоне и отправил короткое сообщение:

«Есть планы на сегодня?»

Весь оставшийся день я почему-то нервничал сильнее, чем перед разговором с деканом Михаилом Борисовичем. Виделись мы с Аней мы уже десятки раз, но грядущая встреча фактически была нашим первым полноценным свиданием. Мы, конечно, виделись вдвоём в общаге, но инициатива тогда исходила от неё, а теперь вот и я сподобился на шаг навстречу.

В голове прокручивались стандартные фразы, с помощью которых легко было уйти в разговор на очередную тему биомеханики, но сегодня у меня была миссия. Мне требовалось не только произвести впечатление и при этом не разориться перед праздниками, но и попробовать выяснить, какой подарок Ане понравится больше всего.

К шести вечера солнце уже давно зашло, повсюду горели вечерние огни столбов, а с неба медленно падал крупный снег, ложась на крыши машин и старую брусчатку Арбата ровным и пушистым ковром. Уличные палатки, которые ранее по словам местных буквально заполоняли всю улицу, постепенно исчезали, а те, которые каким-то образом сумели остаться, продавали хот-доги, чебуреки и горячую кукурузу.

Сам же Арбат заметно преображался, готовясь к Новому Году. Люди постепенно начинали ходить за покупками, посещать тематические заведения, да и в целом, более активно гулять по городу, предвкушая наступление нового, две тысячи тринадцатого года. Особо предприимчивые владельцы заведений заранее выставили украшения в надежде капитализировать настроение, а жёлтый свет фонарей превращал обычный снегопад в бесконечный поток золотистых искр.

Я вышел из метро и остановился возле входа, машинально поглядывая на часы. До назначенного времени оставалось ещё три минуты.

— Лёша, — раздался голос за спиной.

Я обернулся. Аня стояла буквально в нескольких шагах. Она была одета в тёмно-синее зимнее пуховое пальто с меховой опушкой на капюшоне, подчёркивавшее стройную фигуру. Светло-бежевая вязаная шапка мягко облегала голову, а длинный шерстяной шарф такого же оттенка, несколькими витками закрывал шею. Из-под неё выбивались длинные каштановые волосы с тёплым золотистым отливом, слегка растрёпанные снегом.

На щеках Ани играл лёгкий морозный румянец, а большие серые глаза казались особенно тёплыми в свете вечерних фонарей. Учитывая, что она была меня на голову ниже, девушка стояла и застенчиво улыбалась, слегка приподняв подбородок, прижимая ладони к ладоням, заключённые в зимние варежки.

Стоит ли говорить, что я несколько секунд просто молча смотрел на неё.

— Что? — смущённо улыбнулась она.

— Да вот… пытаюсь понять.

Аня подошла поближе.

— Что?

— Как тебе удаётся в разных образах выглядеть совершенно иным человеком?

Она задумчиво осмотрела себя.

— Да вроде ничего особенного.

Несколько секунд мы просто стояли друг напротив друга, пока вокруг нас не непрерывным потоком ходили люди. Они спешили домой с работы, гуляли парочками по праздничному Арбату, а иностранные туристы фотографировались возле украшенных витрин.

— Ну что? — Спросила Аня, — Какой у нас план?

Я посмотрел на оживлённую улицу и прищурился.

— Ой, да ладно! — Возмутилась девушка, — Ты тщательно документировал каждый свой шаг терапии, я же видела твои записи и знаю, что ты умеешь планировать.

— Знаешь, — ответил я честно, — Сколько не думал, ничего в голову так и не пришло. Так что план у меня ровно был до этого момента, а дальше придётся импровизировать.

Аня звонко рассмеялась, обнимая меня за предплечье.

— Господи, Смирнов… какой же ты всё же невозможный.

— Как раз наоборот, — ответил я, когда мы пошли вдоль Арбата, — ты просто ещё не слышала о моих возможностях.

Мы неторопливо двинулись по лице, подстраиваясь под неспешный поток гуляющих людей. Снег продолжал валить крупными хлопьями, оседая на плечах прохожих и вывесках многочисленных заведений. Повсюду сновали люди в ростовых фигурах, заманивания особенно впечатлительных туристов, а я надеялся, что мы не попадём в область их жадного взора.

— Слушай, — Неуклюже начал я после длинного молчания, — а чем ты любишь заниматься в свободное время?

Аня повернула голову и посмотрела мне в глаза.

— Интересные ты слова выдумываешь, Лёша. Я раньше такие только в детстве слышала… — она помолчала, а затем демонстративно вытянула. — Свобо-о-о-одное время. Что-то на незнакомом.

— Я серьёзно, Воронцова. — Настоял на своём, попутно замечая, что всё же попали в поле зрения Арбатских зазывал.

Всё же попали. Огромный плюшевый медведь обнимал какого-то ребёнка, а рядом с ним пританцовывала зебра. Туристы охотно улыбались в камеры, а потом, судя по выражению лица некоторых из них, узнавали, что так называемая «бесплатная» фотография стоила от двух сотен рублей и выше.

Мне уже приходилось видеть нечто подобное и раньше. И именно по этой причине, когда медведь вдруг заметил нас и уверенно направился в нашу сторону, внутри что-то неприятно кольнуло.

— О, — хихикнула Аня, — Начинается.

Медведь широко раскинул лапы и уверенно двинулся прямо к ней, после чего демонстративно похлопал себя по груди и уже потянулся, чтобы приобнять её за плечи. Я успел шагнуть вперёд, перегораживая путь и оказался между ним и Аней.

— Спасибо, мы как-нибудь обойдёмся, — сказал я максимально вежливо.

Медведь сделал вид, что не услышал, обошёл меня сбоку и снова потянул лапы к Ане.

— Ну давай, красавица! Бесплатно! На память! — Послышался из его пасти приглушенный человеческий голос.

Я почувствовал, как она чуть сильнее сжала мою руку.

— Я сказал нет, — повторил уже твёрже, — Хорошего вечера.

И в этот раз подействовало. Скорее всего виновником был мой взгляд, направленный куда-то в тёмную пустоту широко распахнутой пасти медведя, где находилась голова затейника. Он, кстати, появился как-то сам собой, когда на некоторых уроках первокурсники решали, что можно шутить с молодым физруком.