Читаем Противостояние (СИ) онлайн бесплатно

========== Глава 1. Игра по новым правилам ==========

1567 год.

Топкапы. Покои Валиде Султан.

Хюррем Султан, бледная и немощная, превозмогая боль, разрастающуюся по телу, крепко сжимала руку дочери в своих ладонях, пока та, роняя слёзы, в беспомощности сидела рядом с ней на ложе.

Михримах Султан не могла сдержаться от рыданий, наблюдая, как её собственная мать умирает у неё на руках. Позади, прикрыв рот ладонью, чтобы не расплакаться, стояла Хюмашах Султан.

Сюмбюль-ага и Фахрие-калфа, мрачные, молча стояли в стороне.

— Михримах… — раздался хриплый и едва слышный голос Валиде Султан. — Аллах вот-вот заберёт мою душу…

От этих слов Михримах Султан лишь сильнее расплакалась, ничего не видя за пеленой слез.

— В этом… мире я доверяю… только тебе, — шептала султанша, медленно теряя жизнь в острой боли в груди, где сердце словно разрывалось на куски. — Пусть гаремом и Топ Капы… ты правишь. Оберегай… Мехмета и не позволяй… рабыням возвыситься. Нурбахар и Сейхан…

На последних словах её голос вовсе стих, а затем раздался последний судорожный вздох великой Султанши, перевернувшей весь мир своей судьбой.

1568 год.

Топкапы. Покои Валиде Султан.

Вздрогнув от тяжёлых мрачных воспоминаний, Михримах Султан глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Стоя на террасе покойной матери, она не могла спастись от разрывающих душу воспоминаний.

Когда-то красивое лицо султанши испещрили морщины, а в серых глазах даже прежнего холодного безразличия не было. Лишь тоскливая мудрость и скорбь по ушедшим в иной мир любимым людям.

Михримах Султан обернулась на приближающиеся шаги и увидела Фахрие-калфу, несшую в руках кипу документов.

— Султанша, — поклонилась она. — Вам нужно подписать некоторые бумаги по делам гарема и фонда Хюррем Султан.

Молча кивнув, Михримах Султан опустилась на тахту, и её русые волосы блеснули в свете летнего горячего солнца. Машинально оставив подписи на документах, она передала их обратно калфе и, мимолётно взглянув на неё, спросила:

— Как обстоят дела в гареме?

— Гарем спокоен, — заверила её Фахрие-калфа. — Наложницы рады вашему руководству и благодарят вас за щедрость.

— А Сейхан?

— Сейхан Султан притихла. Из покоев не выходит. Точнее, выходит, но только к нашему повелителю.

— Как часто? — недовольно спросила Михримах Султан, и в её серых глазах зародилось какое-то мрачное чувство.

— Примерно четыре ночи в неделю.

Султанша недовольно поджала губы, и Фахрие-калфа, зная, что означает этот жест, поспешила заговорить:

— Покойная Валиде Султан завещала вам, чтобы вы помешали возвышению рабынь, а именно Сейхан Султан. Быть может, отправить на хальвет Нурбахар Султан? Или наложницу из гарема.

— Ты права, — согласно кивнула Михримах Султан, задумчиво взглянув на своё рубиновое кольцо на левой руке. — Нужно вытеснить Сейхан из султанских покоев. Она быстро заняла место покойной Нурбану. Теперь брат, излечившись в её притворной любви, доверяет ей. Но я уверена, что он её не любит. Так что… Нурбахар он примет. А наложницу из гарема я более выбирать не стану. Дважды совершила эту ошибку и теперь расплачиваюсь за неё, борясь то с Нурбахар, то с Сейхан.

— В таком случае, госпожа, я велю Нурбахар Султан готовиться к сегодняшней ночи.

— Ступай.

Топкапы. Султанские покои.

Черноволосый султан Мехмет меланхолично листал книгу в кожаном переплёте, восседая на небольшом диване, стоящем на террасе. У мраморных перил, облокотившись о них, стояла темноволосая Сейхан Султан. Её зелёные глаза задумчиво созерцали дворцовый сад и Стамбул.

— Как хорош Стамбул в летнее время года, не правда ли, повелитель? — вздохнула она, с тёплой улыбкой обернувшись на того.

Султан Мехмет, не отрываясь от чтения книги, коротко кивнул:

— Верно.

Недовольно нахмурившись из-за его холодности, Сейхан Султан медленно подошла к нему со спины, приобняла за широкие плечи и заглянула в книгу, которую он так увлечённо читал.

— Тогда может выйдем в сад? Прогуляемся.

— Если хочешь, прогуляйся одна, — устало выдохнул султан Мехмет, с шелестом перевернув страницу. — Я желаю остаться во дворце.

Султанша, оставив краткий и лёгкий поцелуй на шее повелителя, который от этого нахмурился, села рядом с ним на диван.

— Что за тоска вами владеет, повелитель? — раздался её вкрадчивый и полный осторожности голос. — Поделитесь ею со мной…

Тёмно-карие глаза султана оторвались от книги, и он замер в задумчивости. В его памяти неожиданно вспыхнуло улыбающееся лицо Нурбану Султан и её смех, но от осознания того, что она мертва, султан Мехмет помрачнел. Тоску в его душе рождала и смерть матери. В то время он был в военном походе и не смог быть рядом с ней, из-за чего переживал до сих пор.

— Возвращайся в свои покои, Сейхан, — вынырнув в реальность, ответил повелитель и вернулся к чтению. — Не оставляй надолго шехзаде.

— Как прикажете.

Сейхан Султан направилась в свои покои. Едва она вошла в них, то наткнулась на свою встревоженную служанку Зейнар-хатун. Бросив мимолётный взгляд на играющих маленьких сыновей-близнецов, которые были под присмотром второй служанки Элие-хатун, Сейхан Султан обратила обеспокоенные зелёные глаза обратно к Зейнар-хатун.

— Что такое?

— Госпожа, я слышала, как Фахрие-калфа дала распоряжение девушкам подготовить хамам для Нурбахар Султан. Кажется, госпожа намеревается этой ночью отправиться на хальвет к повелителю.

— Что ты такое говоришь? — возмутилась та, и её тёмные брови сошлись на переносице.

— Пристало ли хазнедар лично раздавать такие поручения, когда на это есть личные служанки? Видимо, приказ поступил от Михримах Султан.

Задумчиво помолчав, Сейхан Султан взглянула на своё отражение в зеркале, стоящем за спиной Зейнар-хатун. Её зелёные глаза наполнились решимостью и недовольством.

— Мы должны помешать этому.

Топкапы. Покои Нурбахар Султан.

Едва узнав о приказе Михримах Султан, Нурбахар Султан, улыбнувшись своей служанке Ясмин-хатун, что сообщила ей эту новость, расцеловала светловолосых детей шехзаде Селима и Севен Султан, играющих на кровати, а после с довольной улыбкой обернулась обратно к служанке.

— Неси банные принадлежности. Идём в хамам.

Сняв драгоценности, Нурбахар Султан распустила светлые длинные волосы и спешно покинула покои, оставив с детьми свою вторую служанку Арвен-хатун, что когда-то жила с ней в одной комнате фавориток. Взяв её к себе в услужение, Нурбахар Султан потешила своё самолюбие, так как когда-то давно Арвен-хатун насмехалась над её амбициями и мечтами, что стали реальностью.

Топкапы. Хамам.

С довольной улыбкой на устах Нурбахар Султан, расслабленно сидя на деревянной табуретке, в предвкушении ожидала наступления вечера. Ясмин-хатун осторожно омывала свою госпожу, изнемогая от жары и духоты.

Их потревожил скрип открывающихся дверей. Прохладный воздух ворвался в распаренное помещение, и Нурбахар Султан поёжилась от неприятных мурашек, поползших по её телу. В хамам вошла Сейхан Султан, бросив на соперницу за сердце султана тяжёлый взгляд зелёных глаз, и опустилась на табурет, придвинутый для неё Зейнар-хатун.

Ненадолго в хамаме воцарилась тишина, прерываемая лишь плеском воды.

— Напрасно воду льёшь, Сейхан, — не сдержалась от злорадства Нурбахар Султан, ухмыльнувшись той прямо в лицо.

— Наступит ночь, и мы узнаем, кто напрасно лил воду, а кто нет, — невозмутимо ответила девушка.

— Этой ночью я буду с султаном. И ты не сможешь мне помешать.

Благоразумно промолчав, Сейхан Султан отвернулась в сторону, чем ещё больше возмутила соперницу.

Дворец санджак-бея в Трабзоне.

В своём небольшом кабинете, склонившись над письменным столом, Соколлу Мехмед-паша что-то яростно выписывал пером на бумаге. Закончив, он бегло перечитал написанное, и на его лице появилась слегка смущённая сдержанная улыбка.

Оставив письмо без подписи, мужчина свернул его и перевязал шнурком. В этот момент двери распахнулись, и в кабинет вошла рыжеволосая Эсмехан Султан, которая, увидев, как муж спешно спрятал письмо, нахмурилась.

— Паша, — кивнула она. — Что за письмо, позвольте узнать?

— Государственные дела, султанша, — поднявшись из-за стола, улыбнулся жене Мехмед-паша. — Мне необходимо отправить его в Стамбул. Кстати, наш повелитель вызвал меня в столицу. После неудачного военного похода он намеревается отправиться в новый и завершить задуманное на Чёрном море. Ему необходима моя помощь. Так что на днях я отправляюсь в Стамбул.

Он было спешно направился к дверям, но Эсмехан Султан задержала его лёгким прикосновением руки к плечу.

— Вы намерены снова оставить меня?

— Я не могу идти против приказов повелителя, госпожа, — обернувшись, возразил Мехмед-паша.

— О том и не прошу, — покачала рыжеволосой головой султанша. — Я и наш сын Ибрагим поедем с вами.

— Не думаю, что это хорошая мысль, — мягко, но решительно ответил мужчина. — Султанзаде Ибрагим ещё слишком мал, чтобы переносить столь длительные поездки.

— Что-то подсказывает мне, паша, что вы попросту не желаете нашего сопровождения. И не по причине длительности пути.

Мехмед-паша устало выдохнул, с толикой раздражения взглянув на жену.

— Вы ошибаетесь, султанша. Если вам угодно, то можете сопровождать меня.

Выйдя из кабинета, мужчина выдохнул, а после бросил напряжённый взгляд на письмо.

Дворец Хюмашах Султан.

Русоволосая женщина восседала в деревянной беседке в саду, с улыбкой обнимая долгожданную дочь, сидевшую у неё на коленях. Тёплый летний ветер овевал их, донося аромат какого-то цветущего растения.

Подняв серые глаза на звук приближающихся шагов, Хюмашах Султан улыбнулась, просияв от созерцания возвращающегося с государственной службы Ахмеда-паши, который также зажёгся улыбкой, заметив жену и дочь.

Подойдя к ним, он кратко поцеловал первую в щёку, а после прикоснулся губами ко лбу дочери.

— Наконец-то, — молвила Хюмашах Султан, одарив мужа любовным взглядом. — Ты сегодня задержался.

— Наш повелитель задержал меня после заседания совета. Он намерен снова отправиться в военный поход.

Хюмашах Султан нахмурилась от сразившего её непонимания и беспокойства. Она не желала расставаться с любимым мужем.

— Но вы ведь только вернулись! И трёх месяцев не прошло с вашего возвращения.

— Воля султана — закон, — сухо возразил Ахмед-паша. — Если он пожелает отправиться в поход на следующий день после возращения из прошлого похода, то так тому и быть.

На лице султанши не осталось и следа былой улыбки. Передав дочь служанке, она поднялась на ноги и, обойдя мужа, спешно покинула беседку и направилась во дворец. Вздохнув, Ахмед-паша последовал за ней.

Оказавшись в главном холле, Хюмашах Султан подошла к окну и сложила руки на груди. Ухмыльнувшись, Ахмед-паша, проводив взглядом служанку, уносящую их дочь Салиху Султан, медленно подошёл к жене со спины. Его рука нежно коснулась её плеча.

— Не расстраивайся напрасно.

— Напрасно? — возмутилась русоволосая султанша. — Я не видела тебя около года из-за похода. И вот ты едва вернулся, как снова покидаешь меня. Снова эта разлука длиною в несколько лет. В твоё отсутствие я не могу избавиться от навязчивой от мысли, что с тобой что-то случится!

С грустью улыбнувшись, Ахмед-паша, желая успокоить жену, поцеловал её в шею.

Вечер.

Топкапы. Гарем.

Михримах Султан, сияя в роскошном красном платье и в рубиновой диадеме, степенно шествовала по одному из коридоров дворца, а рядом с ней шла её верная помощница Фахрие-калфа.

— Сейхан, я уверена, намерена помешать хальвету Нурбахар, — произнесла султанша, взглянув недовольно на хазнедар.

— Разумеется, это так, госпожа. Вы намерены задержать её в покоях?

— Да. Пока Нурбахар пройдет по золотому пути, я побуду в покоях Сейхан и не позволю ей что-либо предпринять.

Покои Нурбахар Султан.

Улыбаясь своему отражению в зеркале, Нурбахар Султан нанесла на шею пахучее жасминовое масло. Её светлые волосы заплетены в витиеватую изящную причёску, и в них сияет жемчужная диадема. Голубое платье, в которое она облачена, сверкает белым жемчугом и узором из золотой нити.

— Как я выгляжу, Ясмин?

— Вы сияете, словно ночная звезда, госпожа, — улыбнулась та, стоя позади своей госпожи.

Нурбахар Султан довольно ухмыльнулась и, кивнув служанке, вышла из покоев. У дверей её уже поджидал беспокойный Сюмбюль-ага и две служанки, обязанные сопровождать госпожу.

— Госпожа, — поклонился Сюмбюль-ага, мельком взглянув на султаншу.

Шествуя по золотому пути и улыбаясь в счастливом предвкушении встречи с повелителем, Нурбахар Султан, пройдя последний поворот, напряглась, увидев у дверей султанской опочивальни Зейнар-хатун, служанку Сейхан Султан.

Сюмбюль-ага, остановив помрачневшую Нурбахар Султан, подошёл к Локману-аге, который встретил их, заслышав шаги.

— Что такое, Локман-ага? Нурбахар Султан явилась на хальвет к повелителю. Он не один в такое позднее время?

— В его покоях Сейхан Султан.

— Не может быть… — протянул Сюмбюль-ага, приложив руку к подбородку. — Как долго?

— Уже второй час, ага.

Топкапы. Покои Сейхан Султан.

С надменной улыбкой на лице Михримах Султан вошла в покои, но, оглядевшись, поняла, что они пусты, не считая служанки, которая возилась с Махмудом и Мурадом. Изменившись в лице, султанша, подхватив подол платья, спешно вышла из покоев и встретилась в коридоре с недоуменным взглядом Фахрие-хатун.

— Что такое?

— Её нет в покоях.

Тут они обернулись на приближавшихся к ним Сюмбюля-агу и явно расстроенную Нурбахар Султан, которая, увидев Михримах Султан, побледнела.

— Сюмбюль-ага. Неужели Сейхан всё-таки удалось нам помешать?

— Да, Султанша. Она пришла раньше.

Михримах Султан, вспыхнув от гнева, на мгновение зажмурилась, а после взглянула пылающими недовольством серыми глазами на светловолосую девушку.

— Нурбахар, неужели ты кому-то проговорилась?!

— Я не думала, что это стоит скрывать, — пролепетала та в ответ, опустив голубые глаза в пол.

— Ты вообще когда-нибудь думала?! — горячилась Михримах Султан, и Сюмбюль-ага с Фахрие-хатун напряжённо переглянулись.

Нурбахар Султан обиженно поникла и нахмурилась, опустив светловолосую голову.

Топкапы. Султанские покои.

Восседая на тахте, султан Мехмет листал ту же самую книгу, теперь даже не вчитываясь в написанное на её страницах. Рядом с ним молча сидела Сейхан Султан, полная напряжения из-за холодности повелителя к ней и его мрачной задумчивости.

— Повелитель, — хотела было она прервать затянувшееся молчание, но тот отложил книгу и обратил тёмно-карие глаза к девушке, отчего она умолкла.

— Мы достаточно долго разговаривали, Сейхан. Уже поздно. Возвращайся в свои покои.

Скрывая расстройство, девушка не сдвинулась с места, а медленно протянула руку и прикоснулась пальцами к колену султана, скрытому за полами кафтана, отчего султан Мехмет вздохнул.

— Позвольте мне остаться, повелитель, — раздался в покоях её вкрадчивый мягкий голос. — Я помогу вам забыться от тоски.

— Я хочу побыть один, — отрезал султан Мехмет, мягко убрав её руку со своего колена.