Читаем Просветление онлайн бесплатно

«Познай самого себя».

Сократ

«Будь осторожными со своими помыслами, ведь они начало поступков».

Лао Цзы

«Наши желания есть источник наших страданий»

Будда

Посвящается Л.Н.Толстому

Когда-то люди ходили по миру, держась за руки, у них не было ни власти, ни денег, ни влияния друг на друга. Все они были равны перед лицом природных стихий и диких животных. И выжить среди них смогли только те, кто держались вместе. Так появилось в людях добро, сострадание и любовь к ближнему. Вой.

Наша земля, когда-то пылала как солнце, и от нашей злобы она может запылать снова. И не спрашивайте меня, кто поджег солнце, если от злобного взгляда у меня иногда жжет в затылке. Кто мне скажет, почему воздух между людьми нагревается, тому я тогда отвечу, почему солнце не гаснет. Падающая звезда.

С тех пор мир поделился на добрых и злых, злые охотились на добрых в одиночку, а добрые держались сообща. Был случай, когда антилопы затоптали льва, отбивая своего старейшину из его пасти. Мир тогда поделился на одиноких и злых с одной стороны, и дружелюбных с другой. Как река делит берега.

Чем мы наполняем себя, что мы едим, кого слушаем, что читаем, от чего отворачиваемся, на что закрываем глаза. Все это формирует каждую нашу морщинку, каждый наш вздох, и каждую мысль перед сном. Не советуй, не критикуй, не завидуй, не жалуйся, не оскорбляй, не обвиняй и не отдаляйся. Выход из реки.

Когда-то время было живое, как вода, оно текло под ногами, и падало с высоты водопадами. Им наполняли кувшины, стаканы, тела, пока не пришла вечная мерзлота, и лед не разорвал все, что было заполнено им до краев. С тех пор время стало тяжелым и холодным, и оно больше не греет наши тела. Но жажда осталась.

Однажды кто-то захотел стать героем и пройти океан в одиночку по льду, но не успел он дойти до середины, как тот треснул под ним, и расплескался. Тот, кто идет в одиночку обретает себя на страдания и добровольную жертву. Когда его тело прибило к берегу, его объявили вечным героем. Тающий айсберг.

Все кто были сильнее человека, погибли от холода. Динозавры и мамонты не привыкли ходить за руку, и греться друг об друга, когда их кожа покрывается мурашками. Люди ютились и спали в пещерах, пока эгоизм и злость уничтожала их врагов одного за другим. Сухое дерево, проплывающее по реке.

До наших дней дожили только те, кто держался вместе, и те, кто смогли ужиться друг с другом. Добро победило тогда, спасая людей дружелюбных от злых. И вот опять в воздухе пахнет морозами, которые снова докажут нам силу любви и помощи ближнему. Снег, летящий с неба похож на падение вниз головой.

Мои руки в крови, потому что я не сделал больше, чем сделал. От того, что не сказал близким то, что обязан был. От того, что я лишил тепла своих слов тех, кто в них так нуждался. Я видел их кричащую боль, я видел их текущую кровь, но ничего не делал, — я просто молчал. Одинокое дерево.

Тепло внутри мы рождаем, когда кому-то чего-то дарим, благодарим или любим. А когда, что-то получаем или забираем, будто снежками в нас кто-то кидает. Мы не согреем друг друга, если будем только потреблять. Чем больше мы отдаем, тем больше согреваемся внутри. Запах костра.

Холод вещей остужает внутреннее тепло. Каждая вещь обмораживает нам пальцы, потому что мы не можем ей ничего отдать. Потому что вещи создаются, чтобы их потреблять. Вещи невозможно любить. Поэтому они нас так незаметно до самых костей остужают. Холодный ветер продувает одежду.

Чтобы согреться — нужно раздавать, нужно полюбить всех до одного, особенно своих врагов. Раздавая чувства, мы согреваемся сами и согреваем других. Вырастить в себе чувство, можно только делясь им. То, что мы отдаем, растет внутри нас с избытком, а то, что храним — мельчает. Треснул лед на солнце.

Служить — значит отдавать больше, чем получать. Люди считают деньги, но не считают чувства. Первое кончается, а второе — бесконечно, но люди этого не понимают. Когда они перестают что-то считать, они перестают чувствовать. Они подменяют количество качеством, и часто забывают дышать.

Я шел уже три недели по острым камням, и узким горным тропам, которые виляли передо мной, как зовущая за собой рука молодой девушки. Сначала скрипели иголки под ногами, и поднимался запах хвои от шишек, потом они сменились грубыми камнями и щекочущим ступни песком.

На ногах появились ушибы, мозоли и ссадины. Но они были ничтожными, по сравнению с теми ранами — внутри, которые заставили меня покинуть родной дом и встать на незнакомый путь. Говорят, что кошки стесняются своей смерти, поэтому уходят из дома умирать вдаль.

Должны ли видеть наши слезы близкие нам люди, — вероятно нет. Но, только в том случае, если не они являются их причинами. Их языки острей мечей, не потому что точат их они, а потому что мы их сами, им в руки вкладываем. В любви мы все наги и беззащитны, снимая все доспехи.

А тот, кто держит против нас свой меч, и видит что без доспехов мы, — кто он тогда? Нам говорят: «в любви мы все равны», но видимо не все. Любовь ли это во-о-обще, — бить безоружного. И раны наши их не тревожат вовсе, а запах крови нашей их бодрит еще сильней.

Тут, под высоким и скалистым небом мы все равны, и птицы, и деревья, и мои мысли и сомнения. Здесь, среди равных друг другу, быстрее раны заживают, ведь все едины мы в порывы быть свободными и быть любимыми. И ветер всех ласкает нас — за гривы.

Кровоточат мои раны, я к ним прикладываю сострадание и радость, при чем не ту, где солнце светит, а ту где нету тени. Радость за других, когда от счастия соседа, мне самому становится светлее. Я стар и перепробовал лекарства разные, но помогают только эти два. Огромный океан открывается.

Вчера проснулся я слишком рано, солнце не поднялось еще над полосой, но уже осветило небо голубым покрывалом. С какой бы стороны я не смотрел на небо, оно казалось мне как огромная плоскость, наклоненная или перевернутая как стол сверху вниз, с которой скатывались облака.

Вокруг тишина, лишь в ушах шипел рой насекомых, который приветствовал подъем своего божества. Они шептали «Вставай!», но шептали это торжественно и хором. Может и мне научиться шептать как они, как вся та природа, в которой я живу, и частью которой я являюсь.

Мысли, как табун буйволов неслись с горы, поднимая за собой в тучи пыль. «Тише!», шепчу я им, «Подождите! Все успеется!», но шепчу как насекомые — тихо-тихо. И они останавливаются один за другим, и веер пыли за ними низко стелется под их копытами вниз к земле.

Сердце билось, как рыба, пойманная в сеть, отчаянно и во все стороны. «Тсс!», шепчу я, «Тише! Я тебя слышу! Говори тише!», и оно успокаивается и проскальзывает сквозь сеть, в глубины мутного океана. Тишина и шепот открывают любые двери, которые захлопываются перед нами.

Если бы мы научились не повышать голос друг на друга, когда нас перестают понимать, а напротив, пытались говорить тише и мягче, то не было бы между людьми столько конфликтов, которые тянутся за ними, как сухие листья за ветром, через многие тысячелетия.

Зачем кричать так громко, когда люди стоят так близко. Или может быть, им кажется, что из-за не понимания — они так далеки, что нужно повышать им свой голос. Но понимают ли они, что чем сильнее повышают голос, тем дальше от них отдаляются их собеседники.

Когда теплом друг на друга смотрят люди, им шепот кажется сильнее грома, им порою даже говорить не надо, настолько схожи. Но если холод изо рта исходит у кого-то, то тут же между ними ров растет, и наполняется рекою бурною, перекричать которую уже никто не может.

Этим утром, я дал обет: говорить с людьми только шепотом, о чем бы они меня не спрашивали, и чтобы они передо мной не вытворяли. Мало того, я зарекся перед самим собой, научиться еще мыслить шепотом. Кто из нас задумывался, как громко он мыслит и почему. «Тише, не надо!».

Жажда счастья разъединяет людей, она делает их будущее непредсказуемым. И лишь сострадание объединяет людей, и делать их совместное будущее предсказуемым. Все, что способствует разобщению и эгоизму подавляет человека, а все что способствует объединению и альтруизму улучшает здоровье.

Всему нужно давать оценку: хорошо это или плохо, особенно своему поведению. Так природа общностей создала мораль, которую не мог в свое время понять Кант. Она есть то, что нас притягивает, а то, что нас отталкивает, есть зло. И это не присуще нам от рождения, а зависит от характера окружающих людей.

И чем больше человек имеет достатка и ресурсов, тем больше он бежит от этого. Один принц понял это, когда убежал из своего дворца, и обрел волшебное чувство на окраинах города — муки сострадания. Никто не понимает его правильно, как надо, поэтому и не верят в его волшебные свойства.

Не человеческое общество создало сострадания, а чувство сострадания создало человеческое общество, поэтому от проявления добра самому становится светлее. Поэтому дающий получает больше получающего. Солнце такое теплое и яркое, потому что оно ни для кого не жалеет ни своего тепла, ни своего света.

Сострадания уравнивает субъект с объектом, иначе это чувство не возникают в нас. Если вам просто жалко, глядя свысока, то вы никогда не испытаете чудо сострадания. Сострадание это объединение душ путем выравнивания ощущений. Радость твоя — теперь моя. Боль твоя — теперь и моя. Одна душа. Одна на всех.

Сострадание это венец человеческого существования, а не слабость, кто бы, что не говорил. Богатым нельзя стать не жалея своих клиентов и работников. Успех строится на чужой благодарности, которая прорастает из нашего сострадания к ним. Но не так просто понять чужую боль, не ударившись.

Чувство сострадания учит, что наша боль неисключительна, а мы такие же, как все остальные. Себялюбие разрушает нас изнутри, себялюбие охлаждает нас изнутри. Себялюбие отдаляет нас от других. Когда мы отворачиваемся от чужих страданий, мы отворачиваемся от своей природы. И замерзаем. Озноб.

Все может начинаться по разному, но заканчивается всегда одинакового — состраданием, к которому каждый либо приходит извилистой дорогой и освобождается, либо заблуждается без него и погибает. Высшей формой добра становится любовь, а высшей формой любви оказывается сострадание.

Без сострадания не будет ни любви, ни дружбы, ни счастья. Все чувства как полевые цветы вырастают из сострадания, и без него же вянут, как розы в пустыне. Сострадание это нержавеющий ключ от всех дверей, это сокровище на миллионы рублей. Это котел всех добродетелей. Это невидимые нити, связывающие нас.

Истинное сострадание может почувствовать только тот, кто сможет разглядеть в нем любовь, красоту, уважение, честность, надежду, щедрость, нужность, новизну и наслаждение. Сострадание — это любовь без условий и без причин, которую нужно искать не во внешнем, а во внутреннем мире. Щекотка.

Истинное просветление получит тот, кто поймет, что сострадание и есть весь его внутренний мир. С возрастом все мы гоним его от себя как паршивую собаку, тем самым лишая себя сил и здоровья. Культ денег и власти призывает отказаться от сострадания, а без него они приносят одни только муки.

Если мы достигаем успеха без сострадания, то мы обрекаем себя на вечные страдания. Сострадание останавливает время и выравнивает пространство. Сострадание наводит порядок в нашей душе, которая всю жизнь ищет его. Все мы каждый день ходим вокруг него, но каждый раз отворачиваемся.

Первый этап к состраданию — это умение хвалить и вдохновлять слабых. Сострадание есть выравнивание других с самим собой. «Ведь если я смог, то и ты сможешь». Сострадание это хвала других, вселение в них того, чего не дадут им ни деньги ни власть, к которым они так стремятся.

Нам не выжить без чувства сострадания в этом мире, ведь как только мы его лишаемся, мы лишаемся и этого мира, мы перестаем его чувствовать, мы теряем с ним связь. Семь смертных грехов: гнев, зависть, жадность, чревоугодие, похоть, отчаяние — это грехи против самого себя.

Заблуждаются те, кто считают, что они ни перед кем не обязаны отчитываться за свое поведение. Прежде всего, они должны отчитываться перед самим собой. Важно просить прощения у себя за проявление когда-либо чувств, которые отталкивали нас от других, испытывая при этом искреннее раскаивание.

Пока не заплачешь над сделанным и не пообещаешь больше так не делать, не обретешь сострадание. Тем, кто думает, что мораль и нравственность где-то далеко в незнакомых людях ошибаются, — она внутри каждого из нас. И этот цензор наказывает нас постоянно, подрывая силы и выносливость.

Важно всегда быть искренними с самим собой, ведь мораль живет не в других людях или культуре, она в каждом из нас молча наблюдает. Раскаивайтесь за свои поступки перед собой, и тогда не придется просить прощения у других. Стоит научиться извиняться перед каждым, если не вслух, то хотя бы про себя.

Наше личное спасение заложено самой природой в спасении других. Поэтому думая только о себе, мы идем против своей природы. Отказываясь от сострадания мы отказываемся от своей природы.

Грехи помогают нам богатеть материально, но беднеть духовно. Стремясь к успеху, мы стремимся к одиночеству, добровольно. Людей объединили не деньги, а сострадание. Но откуда оно взялось? От неизбежности происходящего ранее, без объединения люди просто погибли бы.

Не от того ли мы теперь чувствуем тепло другого человека, когда сами творим добро для кого-то. Не от того, ли радость за другого приносит нам больше света, чем радость за самого себя. Не от того ли, чувство сострадания к другим, почему-то исцеляет в первую очередь нас самих.

Каждый думает, что он личность, находясь только с кем-то вместе. Прикосновения и дыхание другого делает нас теплее, делает нас добрее. Люди превзошли животных потому, что стали просто объединяться, стали помогать друг другу. Растворился человек, но появилось общество.

Сострадание к ближнему создало наше человечество, а человек независимый хочет его растоптать, ввергнуть в древние времена, когда все охотились по одиночке и умирали с голоду. Наше спасение скрыто от глаз и заключается только в сострадании и помощи другим. Как бы кто не противился этому, и какие бы примеры из историй успеха нам не приводил за образец.

Все лучшее в истории было создано ради других людей, только с такими мыслями можно достичь настоящего успеха. Все прочее тленно и мимолетно, оно разлетается как пепел на ветру. Не горит только сделанное для других, не для себя, а ради всех вокруг. Только это ценно и вечно.