Читаем Просто друг (СИ) онлайн бесплатно

====== Глава 1. Новое начало. ======

Новая жизнь – это глоток свежего воздуха. Новая жизнь будет развиваться, расти, двигаться вперед. Она сможет сделать наш мир лучше. Рождение ребенка – это прекрасно. А когда малыш появляется в атмосфере гармонии и любви – это прекрасно вдвойне.

В один из погожих майских деньков мужчина пришел к зданию роддома, заметно волнуясь. За его руку держалась маленькая девочка с голубыми глазами.

– Папа, а мама скоро выйдет? – поинтересовалась девочка.

Мужчина убрал челку светлых волос с глаз.

– Думаю, скоро, – ответил он.

В кармане зазвонил мобильный телефон. Иван ответил. Через минуту, облегченно вздохнув, мужчина сунул аппарат обратно. Маленькая Вика провожала взглядом бабочку и, отпустив ладонь папы, побежала ловить её.

Двери здания открылись, и на улицу вышла рыжеволосая женщина, бережно державшая на руках недавно родившегося ребенка. Ваня и Вика подбежали к Тане. На лицах всех троих сияли улыбки.

– Мама, мама, можно посмотреть на сестренку?! – возбужденно спросила девочка.

Таня слегка опустилась и наклонила младенца, чтобы его увидела Вика. Глаза девочки заблестели.

– У меня тоже будет дочка, и я буду с ней гулять!

Супруги засмеялись.

– Ваня, давай вернемся домой.

Ветеринар кивнул. Семья двинулась к дому.

Валялкины жили в одном из спальных районов большого города. В их типичной девятиэтажке было всегда тихо и спокойно. Это обычная семья.

– Сильно скучал? – с лукавинкой поинтересовалась ведьма.

– Сильно, – подтвердил Валялкин и добавил. – Я, наконец, нашел работу ветеринара.

– Я так рада! – улыбка женщины стала ещё шире, а лицо – счастливее.

Вика то обгоняла родителей, то подбегала к ним. Это такое детское развлечение... Войдя во двор дома, девочка заметила играющих на детской площадке детей и захотела играть с ними.

– Мама, папа, можно я погуляю?

– Можно, – разрешили родители.

Счастливая Вика побежала к друзьям, громко всех приветствуя. Дети дружно поздоровались с девочкой в ответ и увлекли её в игру.

Ваня с Таней переглянулись.

– Она очень общительная, – заметил ветеринар.

– И активная, – добавила ведьма.

Супруги смотрели в глаза друг друга, не отводя взгляда.

– Я люблю тебя, – нежно произнес Валялкин.

– Шесть.

– Ты все ещё считаешь? – с не меньшей нежностью, что в признании, спросил маечник.

– Конечно. Я тоже люблю тебя, Ваня.

Мужчина улыбнулся и посмотрел на новорожденную дочь. Он чувствовал бесконечное счастье, которое захватило всю его душу. “Ради такого и стоит жить”, – отчетливо понял Валялкин.

– Как назовем? – поинтересовалась Татьяна.

– Мне все равно, – искренне ответил Иван.

– Имя для Вики выбрала я, значит, имя для неё выберешь ты!

Иван задумался.

– Вероника, – через несколько минут сказал отец.

– Прекрасное имя! – одобрила рыжая ведьма.

Здесь начинается новая история.

Солнце медленно поднималось над заснеженной землей. Ветер двигался медленно и лениво, словно не желая выполнять свою работу. Он привык кружить белые снежинки в красивых и быстрых хороводах.

Маленькая девочка, встав на стул, смотрела в окно. Она восторженно наблюдала за зимним танцем снега и восходом, наполняющим всё теплым, не по-зимнему теплым светом.

Дверь в комнату открылась. На пороге стояла Татьяна Валялкина. Увидев дочь, она покачала головой.

– Ника, ты почему не спишь?

Девочка оглянулась.

– Мама, там, на улице, снег так красиво кружится! – радостно воскликнула Вероника.

Таня, приблизившись к дочери, бережно опустила её на пол. Маленькая Ника легла в свою кровать и накрылась одеялом.

– Засыпай, кисуня, – ласково улыбнулась мать.

– Не могу, – чуть ли не плача сказала девочка. – Голова болит и жарко очень...

Таня приложила ладонь ко лбу Ники, через пару секунд убрала и вышла из комнаты на кухню. Там сидел Ваня с чашкой чая в руке. На лице ветеринара была лучезарная и добрая улыбка. Но, увидев жену, он опустил уголки губ.

Пока Иван пытался понять, в чем дело, экс-Гроттер вовсю рылась в аптечке в поиске нужных лекарств. Найдя необходимое, она сказала: “Ника заболела”, – и вернулась к дочери.

Температура тела Вероники была почти тридцать девять: Татьяна действовала быстро и слаженно. Отпоила чаем с медом, накрыла ватным одеялом, выключила свет, пожелав спокойной ночи.

Девочка быстро уснула и увидела мимолетные, незапоминающиеся сны.

Вскоре проснулась Вика. Она села в постели, потянувшись, и вновь упала в сон. Глубокий, долгий, но опять же незапоминающийся. Позже, когда старшая сестра всё-таки встала, она занялась домашним заданием, которое делала до вечера. Не могу сказать, что Виктория Валялкина была прилежной ученицей, но она точно не была ленивой.

Вика росла активным ребенком. Просто посидеть пять минут, ничего не делая, – пытка для девочки. По выходным она гуляла с друзьями до позднего вечера, и, если опаздывала, то родители отправляли её к Нике играть. Вика не любила этого до истерик. И детей младше её тоже не любила. И, вдобавок, обижала сестру. По самой банальной из причин...

За несколько дней до того, как заболела Ника, Вика праздновала одиннадцатый день рождения. Она пригласила друзей и весело проводила время. Иван же решил погулять с Никой, чтобы та не скучала в компании детей гораздо старше себя. Миры в одиннадцать и в пять лет разные.

Вику отсутствие отца очень огорчило. Почему-то девочка любила его больше, чем мать... и больше была привязана к нему. Может, дело в схожести их внешности? Вика унаследовала васильковые глаза и светлые вихрастые волосы ветеринара. А Вероника – рыжие кудри и зеленые глаза Татьяны.

Словом, не стоило Валялкину проявлять такую инициативу...

Ника обожала свою старшую сестру и очень огорчалась из-за её враждебности по отношению к себе. Она с нетерпением ждала выходных, чтобы больше видеться с Викой, которая запиралась в своей комнате и чем-нибудь занималась там. Уроками, компьютерными играми, чтением, вышивкой крестом...

Накануне Вика вновь опоздала после прогулки с друзьями. И вновь ей пришлось проводить время с сестрой...

– Давай на улицу пойдем, Вика! – с горящими от восторга глазами предложила девочка.

Вика удивилась.

– Родители не пустят: поздно уже.

– Мы ненадолго! – не унималась малышка.

– Ладно... Иди, оденься... потеплее.

Ника с радостными криками побежала в свою комнату и уже через пару минут вернулась в комнату Вики.

Они гуляли около часа. Снег падал невесомыми хлопьями. Фонари слабо горели. Кое-где земля покрылась тонким слоем льда. Холод медленно покрывал изморозью голые ветки деревьев. Словом, зима теснила осень.

Ника с восторгом ловила ртом снежинки, лепила снежки и кидалась ими в сестру, делала ангелочков, каталась на льду и падала, падала, падала... Вика смотрела на младшую сестру. Смотрела? Нет, скорее следила, будто надзирательница.

– Пошли домой! – разозленно произнесла Вика.

– Хорошо!

Ника словно светилась от счастья. Вика, хмурая и злая на весь мир, едва раздевшись, отправилась к себе. Иван и Татьяна непонимающе хлопали глазами.

– А... Как... Они куда-то ходили?

– Видимо, да. Не нравится мне, как Вика себя ведет.

– Мне тоже.

– Я боюсь... Вдруг... она станет темным магом?

– Таня, конечно, не станет, – успокоил жену ветеринар.

Ника совсем не устала за день. Ей не спалось. В очередной попытке уснуть, повернувшись в постели, маленькая девочка заметила в незашторенном окне снег. Она подошла ближе. Большими зелеными глазами заворожено глядела на невинный ни в чем снег. Ника пододвинула стул и встала на сидение, продолжая наблюдать за водой, по какой-то ошибке притворяющейся снегом.

Вероника не заметила, как быстро пролетело время. Счастливое дитя, окруженное любовью и заботой.

От жажды Ника проснулась рано утром. Она стала чувствовать себя лучше. Подобно кошмару, жар исчез со сном. Все знают это блаженное чувство. Такое странное... счастье.

Дверь, чуть скрипнув, открылась. Рядом с Вероникой присела её старшая сестра.

– Просыпайся!

Ника высунула голову из-под одеяла.

– Сестрёнка... – Девочка немало удивилась и очень обрадовалась. – Может, снова погуляем, Вика?!

Валялкина громко засмеялась.

– Тебе нельзя, ты болеешь.

Вика приложила ладонь ко лбу сестры.

– Ты горячая. Не нравится мне это, Ника.

Девочка со светлыми волосами взяла градусник, встряхнула его и сунула подмышку сестренке. Оказалось, что температура снизилась, но несильно. Ладонь Вики снова легла на горячий лобик маленькой Ники, которая мгновенно почувствовала себя странно, будто тело парит где-то далеко, легко, легко...

После повторного попадания под мышку градусник показал 36,6.

Вика, самодовольно ухмыльнувшись, поднялась и резко сорвала одеяло с постели, не забыв воскликнуть:

– Вставай!

Ника, сжавшись от холода, пыталась вернуть одеяло на его законное место. В итоге недлительной борьбы раздался характерный звук, который появляется, когда рвется ткань...

– Ой! – одновременно взвизгнули сестры.

В комнату вошла Татьяна Валялкина, и её лицо под натиском огромнейшего удивления вытянулось: девочки, тянувшие одно одеяло наподобие каната, дыра, получившаяся в ходе применения силы, мирно лежащий на столике градусник.

Чтобы не получить неминуемое наказание, Ника все рассказала. Она показывала на Вику и на лоб, быстро тараторя. Лицо Тани вытянулось ещё больше, если такое было возможно.

– Стоп... А теперь по порядку. Вика, ты... вылечила Нику.

Вика неуверенно кивнула. Маленькая девочка с ещё большим восхищением смотрела на сестру.

Вдруг раздался настойчивый стук в окно, требовательный и даже немного просящий. Экс-Гроттер бросилась к окну и... она очень удивилась. За стеклом в воздухе парил купидон в подтяжках, с почтальонской сумкой, колчаном стрел за спиной...

– Вика, принеси быстрей пакет печенья, которое я вчера принесла! – скомандовала мать дочери.

– Но... – хотела было возразить девочка, но, увидев серьезный взгляд мамы, повиновалась.

Таня открыла форточку, и в комнату, плавно спланировав на стол, попало письмо. Вслед влетел и карапуз. Он обхватил себя руками, пытаясь быстрее согреться.

В комнату вбежала Вика и почти уже дала печенье маме, как вдруг споткнулась и выронила лакомство, которое, словно по инерции, полетело по прежней траектории и столкнулось с купидоном...

Оба: пакет печенья и замерзший бедняга, упали на пол. Причем получилось так, что печенье «смягчило» падение. Полиэтилен порвался, и кондитерское изделие кусочками и крошками просыпалось на пол.

– Вика, нужно смотреть под ноги, – мягко произнесла Татьяна и пошла на кухню за чем-нибудь другим.

– Не нужно, – убито из-за падения, все ещё лежа на полу, начал купидон, – оплатили. Но в качестве компенсации... – малыш издал стон боли, – я возьму чего-нибудь...

– Нельзя купидонам переедать! – заметила Валялкина, но на кухню пошла и вернулась с коробкой конфет.

Едва дверь в комнату закрылась, в проем заглянул Иван, и через секунду его голова исчезла обратно, успев сказать:

– Я на работу!

Ника обратила внимание на письмо. Таня, уловив взгляд девочки, взяла и распечатала конверт. Её зеленые глаза быстро пробежали по строчкам раза два-три, прежде чем она поняла смысл.

«Таня и Ваня!

Вике недавно исполнилось одиннадцать, верно? Большая девочка и одаренное в магии дитя! Давно уже магов с лечащими способностями не было... Я буду очень рад, если вы позволите Вике учиться в Тибидохсе! Медузия прилетит за ней завтра вечером, заодно навестит вас. Нижайше ваш, академик Белой магии Сарданапал Черноморов».

Танино лицо опять вытянулось... Но на этот раз уже в радостной улыбке. И её волновало, почему прилетит именно Медузия.

«Наверное, профессор сама захотела...» – поняла Татьяна и позвала детей пить чай. Пока мать стояла в попытках понять содержимое письма, купидон улетел, захватил не только коробку конфет, но и уцелевшее печенье.

Вечером, чуть припозднившись, домой вернулся Иван Валялкин, ветеринар. Он работал в крупной клинике и очень гордился своей работой. Почти каждый день он лечил домашних животных и слышал благодарности хозяев. Хотя не они приносили ему большое счастье, а глаза и состояние животных.

– Я дома! – как обычно сказал Ваня, снимая куртку.

– Папа! – с радостным криком девочки бросились к отцу, еле устоявшему на ногах. В коридор вышла и Татьяна, прижимая к груди лист бумаги.

– Сегодня принес купидон... – тихо сказала Таня, протягивая письмо мужу.

Валялкин прочел. И словно впал в ступор: уголки его губ медленно поднимались, на лице застыло странное выражение, радостное и даже счастливое.

– Ты сказала ей? – поинтересовался валенок.

Экс-Гроттер покачала головой. Муж опустился и взглянул в маленькое личико старшей дочери. Вика быстро моргала от непонимания, что происходит.

– Вика... Ника... Далеко-далеко отсюда есть школа, необычная школа. Если захочешь, ты будешь учиться там, Вик.

– А что за школа? – спросила светловолосая.

– Мы с мамой там учились.

– Школа для одаренных? – Глаза девочки заблестели.

– Да... В некотором роде, да. Ты – маг, как мама.

Девочки с восхищением и одновременно с недоверием посмотрели на смутившуюся Татьяну.

– Я хотела, чтобы вы не знали о магии... – ещё сильнее смутившись, произнесла она, – но Вика унаследовала мои способности. Милая, ты будешь учиться в Тибидохсе?

Вика посмотрела на сестру, маму, папу, потом опять на сестру, папу, маму. Все взгляды были обращены к девочке.

– Буду! – решила Вика и с горящими глазами побежала собирать вещи. Таня поспешила за ней, чтобы помочь, а Иван... пошел спать. Он устал за день. Мужчина собирался отправиться в спальню сразу после возвращения домой, но письмо слегка скорректировало планы ветеринара... Не суть важно!

Незадолго до появления Медузии Вика одиноко сидела в гостиной. Она, обхватив руками колени, со страхом думала о будущем. Что её ждет? Какие испытания будут на пути? Не пожалеет ли о сделанном выборе? Совсем недетские вопросы для одиннадцатилетней девочки. Она – старшая сестра.

“В жизни взрослых столько проблем. Они оба учились там, значит, знакомы с учителями. Я решила: они никогда не будут краснеть из-за меня. Я буду хорошей в новой школе, чтобы не огорчать их”, – думала Вика.

В углу лежала большая, набитая вещами сумка. Девочка долго собирала её, вплоть до обеда. Когда семья как обычно обедала на кухне, Ника заплакала.

– Что случилось? – испуганно спросили дочь родители.

– Это потому что я уезжаю, – отчетливо произнесла Вика, доела и вышла из-за стола.

Ровно в шесть вечера раздался звонок в дверь. Иван поспешил открыть. В квартиру вошла медноволосая красавица, строгая дама лет тридцати. Так, по крайней мере, подумала Вика.

Медузия осмотрела присутствующих и, остановив взгляд на Вике, спросила:

– Ты Вика? Я Медузия Зевсовна, преподаватель. – Медузия повернулась к родителям ученицы. – Таня? Ваня? Давно же мы не виделись. У вас такие прелестные дочери, похоже, вы счастливы. Кстати, Тарарах, Соловей, Сарданапал передавали привет, – с небольшой ноткой эмоций сказала гречанка.

Супруги улыбнулись и предложили чай гостье. Медузия согласилась.