Читаем Прости онлайн бесплатно

Нагретое солнцем тело казалось невесомым, легким, как воздушный шарик. Глаза начали вдруг слипаться, строчки запрыгали. Наташа захлопнула книгу и посмотрела на загоравшую рядом подругу.

Светлана лежала, подперев руками щеки, и глядела вдаль, где по огромному джинсово-голубому полотну сливавшихся воедино воды и неба скользил маленький белый парус яхты.

— Боже мой! Ведь так ты совсем сгоришь! — воскликнула Наташа. — А я обещала следить, чтобы с тобой этого не случилось, Белоснежка ты моя! Извини, я немного увлеклась.

— Да-а, ты увлеклась чтением интереснейшего романа!.. О спряжении сильных глаголов в немецком языке. Я надеялась, что хоть на пляже ты забудешь о них. Как ты можешь думать о грамматике, когда вокруг так красиво? Ты только посмотри на эту яхту! Ох, каким счастливым людям она принадлежит! Ветер, волны, парус, шампанское!..

— Ну да, конечно, только шампанского нам здесь не хватает, чтобы получить солнечный удар! — рассмеялась Наташа. — Пойдем лучше искупаемся и домой.

— Что ты! Наконец-то мы выбрались на пляж…

— Мне нужно хорошенько подготовиться к завтрашнему дню. Начинаю давать уроки русского языка настоящему немцу. Представляешь?! Он только неделю назад приехал из Германии и не знает по-русски почти ни слова.

— Молодой или старый?

— Какая разница? Знаешь, я очень беспокоюсь за свое произношение. Наверное, сегодня всю ночь буду слушать пластинки с немецкой речью.

— Если бы я хотела провести ночь за более интересным занятием, чем сон, то я и пластинку бы поставила, но не с немецкой же речью! Ты просто чудо, Натка! Приходит к тебе парень… Цветы, свечи, милые слова, а из колонки проигрывателя: «Скажите, пожалуйста, где можно посмотреть расписание движения поездов?»

Ее черные кудри разлетелись в разные стороны.

— Если он не извращенец, то убежит тут же… Нет, не могу!.. Я что-то никогда не слышала о такой форме извращений!..

Наташа, глядя на подругу, тоже не смогла удержаться от смеха.

— Ты же знаешь, меня не интересуют мужчины, — сказала она, успокоившись. — Чтобы стать хорошим переводчиком, нужно столько заниматься. У меня нет времени на подобные глупости.

— Интересно, какой же он, твой немец? А он женат или нет? Вот бы выйти замуж за иностранца… Может, ты из-за этого и согласилась с ним заниматься?

— Вечно ты надо мной смеешься.

Наташа нарочно надула в обиде щеки, потом обняла подругу.

— Наверное, я и правда смешная. Но что же я могу поделать с собой, если, кроме будущей работы, меня ничто не интересует? Ведь в немецком языке…

— Ну ладно, ладно, не обижайся, бежим скорее в воду. Я уже и так пострадала из-за твоей тяги к знаниям — сегодня вечером буду совсем больная, — прервала ее Светлана. — А в клубе — дискотека. Мне бы хотелось напоследок развлечься. Ведь отпуск у мамы кончается, и послезавтра она привезет Оксанку. Тогда — прощай жизнь молодая!

Глядя на всегда веселую, жизнерадостную девушку, никто бы не смог догадаться, что она растит одна свою маленькую дочку. За наигранной веселостью скрывалось нежелание рассказывать людям о свалившихся на нее проблемах.

Светлана вскочила и, схватив Наташу за руку, повлекла ее к воде. Она нырнула в набежавшую волну, появилась опять, смеясь от удовольствия, и обдала подругу фейерверком брызг.

Все окружавшее девушек было такое яркое и чистое, будто невидимый художник только что закончил свою волшебную картину, и краски, еще не успев высохнуть, так сияли и так радовали глаз. Наташа замерла в восхищении. Душа наполнилась непонятным томлением, отчего-то сладким и радостным. Словно она предчувствовала что-то необыкновенное, словно ждала чего-то.

Желтый песок пляжа, сочная зелень кустарника поодаль, ослепительное солнце, купающееся в небесной лазури, — каждая деталь этого божественного пейзажа приобрела вдруг особое, новое значение, которое еще предстояло узнать. Медленно увеличивался белый парус подплывающей яхты.

— Эй, вы, там, на яхте! Давайте сюда! Вы увидите последнюю живущую на земле красавицу Снегурочку! Может, вы растопите ее сердце, — задорно кричала Светлана и махала руками.

— Что ты делаешь? Вдруг они заметят тебя! — испугалась Наташа. — Пойдем лучше домой.

Но яхта плыла уже настолько близко, что были видны находившиеся на ней люди.

— Сюда! Сюда! Скорее! А то вы не успеете с ней познакомиться! Она собирается сбежать в свое ледяное царство!

— Света, Света, перестань сейчас же! Что о нас могут подумать! — всполошилась Наташа, не замечая, что в тишине пустынного пляжа ее голос разносится далеко и может быть услышан на яхте.

— Девушку интересует наше мнение о ней? Мы удовлетворим ее любопытство, — услышала она насмешливый мужской голос. — У нее стройная фигура, великолепные светлые волосы. Скорее всего, у нее голубые глаза, почти уверен, что это так. И в них немудрено утонуть. У нее маленькие губы, которым не нужна помада, чтобы придать форму и цвет. Думаю, что они очень нежные. Ну как, прав я или нет?

Девушка от смущения закрыла лицо руками. Стало тяжело дышать. Казалось, что слова, долетавшие до нее с реки, принесли с собой какой-то густой туман.

Через минуту или больше, овладев собой, Наташа открыла глаза. Светлана выходила из воды вместе с высоким худощавым парнем и, по-прежнему смеясь, что-то говорила ему.

— А это моя подруга, Наташа.

— Очень приятно, Сергей, — сказал парень и, откинув со лба русую челку, протянул Наташе руку.

Наташа поняла, что это не его голос так смутил ее, впервые в жизни заставив сердце сжаться. Голос Сергея был мягкий и добрый. Он как бы гладил собеседника. А тот голос был ироничный и надменный — колючий. Он мог вызвать боль, как удар кнута, мог ранить, как кинжал, но он почему-то притягивал подобно магниту.

— Когда же девушка, на которую я потратил столько красноречия, решится посмотреть на меня? Ведь я сумел вызвать ее интерес.

Усилием воли Наташа заставила себя поднять голову. Словно дикого коня под уздцы удерживал яхту на одном месте, сопротивляясь порывам внезапно налетевшего ветра, темноволосый парень лет двадцати семи. Он весело смотрел на Наташу, и по его лицу нельзя было заметить, с каким трудом он ориентировал парус параллельно ветру. Хорошо тренированные мускулы загорелого тела были напряжены, но губы улыбались.

— С чего вы взяли, что заинтересовали меня?! — сердито крикнула девушка, боясь, что он не услышит ее из-за шума ветра. — Вы мне совершенно безразличны!

— Если бы я был вам безразличен, вы бы поберегли свои голосовые связки, — иронично возразил незнакомец.

— Я думаю, Наташа говорит правду, — вступилась за подругу Светлана. — Ничто на свете, кроме немецкой грамматики, ее не волнует! А уж что касается мужчин…

— Ну это мы еще посмотрим! Она просто не была знакома со мной. Пройдет немного времени, и желание быть со мной победит любовь к грамматике.

Наташа чуть не задохнулась от возмущения. Она хотела сказать ему, что он — самовлюбленный болван, но она не могла произнести ни слова. Тем временем парень передал Сергею управление яхтой и ловко спрыгнул в воду. Через минуту он уже стоял рядом с Наташей. В его карих глазах прыгали такие задорные чертики, что она невольно улыбнулась. Удивительно, куда делось ее возмущение?

— Вот вы и подарили мне первую улыбку, Наташа. А ведь за подобное хамство любой другой мужчина получил бы от вас в подарок пощечину. Не так ли? Но не упрекайте себя. Все дело во мне. Я не похож на других мужчин. Я умею нравиться женщинам.

Он говорил совершенно серьезно, смеясь одними глазами, и от этого все, что он ни произносил, воспринималось Наташей как добродушный вызов.

Наташа, улыбаясь, разглядывала его. Темные, взъерошенные волосы слегка прикрывали высокий лоб. Красивый торс и красивые длинные ноги не могла скрыть единственная одежда — мокрые джинсовые шорты. Ростом, ладно сложенной фигурой он напоминал античного героя из когда-то читанных книг.

— Игорь, — представился герой, протягивая Наташе руку.

Рука была сильная и жесткая, с шершавыми мозолями на ладонях. Девушке это понравилось. Хотелось так стоять долго, чувствуя свою слабость и его силу. Но, устыдившись своего желания, она потянула свою руку из такого неожиданно приятного убежища. Тогда Игорь привлек ее к себе и обнял за талию. Она попыталась освободиться, но ей не удалось даже пошевелиться. Она не испытывала боли. Напротив, волна неведомого раньше наслаждения захлестнула ее.

— Как вы смеете, сейчас же отпустите меня, — краснея, прошептала она.

— Но ведь вам, Наташа, это нравится. Да? Почему же я не могу посметь доставить удовольствие вам и себе? — спросил Игорь. Оттого, что он опять угадал ее состояние, Наташе стало стыдно и волнующе-радостно. Вот и опять она не сумела рассердиться на него. Только рассмеялась.

— Теперь вы смеетесь, а ведь ситуация такова, что я должен получить не одну пощечину, а целую дюжину.

Погода между тем становилась все хуже. Ветер усиливался, на горизонте появились первые облака.

— Сергей, убери парус! — крикнул Игорь.

Наташа удивилась, что, разговаривая с ней, он, оказывается, думал и о яхте.

— А я ведь правильно определил цвет ваших глаз. Они у вас на самом деле голубые, как небо. Знаете, Наташа, это мой любимый цвет. Осталось только выяснить, правильно ли я назвал ваши губы нежными.

Сейчас он поцелует ее. Девушка закрыла глаза и ждала с бешено колотящимся сердцем первого в ее жизни поцелуя.

— О Господи, Сергей! — вдруг раздался крик Светланы, и Наташа почувствовала, что ее никто не держит. Она словно очнулась от завораживающего сна. Белый парус убегал все дальше от берега, а Игорь плыл за ним вдогонку. Через несколько минут его голова была уже едва видна среди волн.

Солнце неожиданно скрылось, облака сменились тучами, и небо озарилось первой вспышкой молнии.

— Что случилось? — стараясь не смотреть на небо, спросила Наташа.

Светлана рассказала ей, что Сергей собирался убрать парус, но порыв ветра вырвал его из рук. Сергей упал в воду. Яхта же, подхваченная ветром, понеслась к середине реки.

— Хорошо еще, что я не потерял сознание, когда ударился о борт, — прибавил Сергей. — Такого бестолкового ученика, как я, у Игоря, наверное, еще никогда не было. Впрочем, каков инструктор, таков и ученик, — проворчал он.

— А с Игорем ничего не случится? — смущаясь, спросила Наташа.

— Нет, для него это пустяки. Смотрите сами.

Увидеть что-либо было уже невозможно. Парус исчез за стеной дождя.

Никогда в жизни Наташа еще так не волновалась. Она даже обиделась на Светлану и Сергея за то, что они как ни в чем не бывало продолжали разговор. А ведь Игорь в опасности!

— Представляю, как беспокоится сейчас ваш муж: где-то вас застала гроза? — с вежливым сочувствием произнес Сергей.

— Нет, за меня некому беспокоиться, — ответила Светлана. — Кроме мамы.

Они посмотрели друг на друга. Обоим был понятен смысл сказанного: он спросил, свободна ли она, и она ответила ему, что свободна.

Сергей рассказал, что работает архитектором в одном из проектных институтов. С Игорем он познакомился недавно, когда увлекся яхтами.

Дождь стал понемногу стихать, гроза уходила за реку. Наконец появилась яхта. Она подплыла к берегу, на борту стоял Игорь.

— Вы переживали за меня, Наташа? — крикнул он.

Среди вспышек молнии и грохота грома он еще больше походил на мифического героя. Прометея, похитившего огонь у богов, не испугавшегося их гнева. Он точным, отработанным движением убрал парус и пришвартовал яхту.

— Надеюсь, Сергей в состоянии проводить девушек домой, пока они не схватили простуду, — сказал Игорь, отдавая другу его одежду. — А мне нужно отвести яхту на базу. Милые девушки, я очень хочу видеть вас на своем вечере в следующую субботу. Сергей вам все объяснит. До встречи!

Всю дорогу Наташа молчала, думая об Игоре. Ей не терпелось спросить у Сергея, о каком вечере он говорил. Но Сергей и Светлана так увлеченно разговаривали, что ей не хотелось их перебивать. Наконец такси остановилось у общежития. Сергей вышел из машины, помог выйти девушкам.

— Позвони мне как-нибудь, ладно? Лучше завтра, — сказал он, выдернув из блокнота листок и записав на нем номер своего телефона.

— Может быть, позвоню, если найду время, — в тон ему ответила девушка.

— Сергей, а что за вечер будет в субботу? — все-таки осмелилась спросить Наташа.

— Ты хочешь пойти? — молодой человек не старался скрыть недовольства. — Это, конечно, твое дело. Если хочешь… Он имел в виду творческий вечер поэта Белокрылова, то есть его, Игоря, вечер, который состоится в субботу в шесть в ЦДЛ, в Доме литераторов. Он не успел представиться, а я не хотел это делать за него. Но, видимо, придется. Игорь пишет неплохие стихи и рассказы. Почему я говорю неплохие? Отличные. На его вечере должно быть интересно. Будут многие знаменитости. Но я не советую тебе, Наташа, туда идти. Ты очень хорошая девушка, и я бы не хотел…

Он оборвал фразу, сел в такси и захлопнул дверцу.

Девушки жили в студенческом общежитии уже четыре года — с тех пор, как приехали в Москву и поступили в институт. Ровно столько же они дружили. Всех удивляла эта дружба, такими разными они были. Кудрявая, черноволосая и черноглазая, общительная хохотушка Светлана, уже успевшая побывать замужем и родить ребенка, и всегда серьезная, замкнутая и рассудительная блондинка Наташа, которую ко второму году учебы однокурсники единогласно признали синим чулком.

— Ну что, ангел мой, иди, осваивай немецкое произношение.

На прощанье Светлана чмокнула подругу в щеку, когда они вышли из лифта на своем этаже.

— Опять ты смеешься надо мной! А Сергей, по-моему, очень приятный парень.

— С чего это ты заговорила о парнях? Не Игорь ли так на тебя повлиял? Ты же мужчин никогда не замечала, как ни старались они завоевать твое сердце.

— Да ладно тебе!

— Ах, как ты мило смущаешься, дорогой мой синий чулочек!

Наташа жила одна. Это правило — выделять отличникам отдельные комнаты — ввели в институте недавно, и Наташу оно очень радовало: никто не мешал ей заниматься. Комната больше напоминала рабочий кабинет. Письменный стол у окна поставлен так, чтобы свет падал, как учили в школе — слева, рядом стул. На стене — полки с книгами на немецком языке и учебниками. Вместо картинок, которыми девушки любят украшать стены, — повсюду развешаны тетрадные листы с выписками из учебников немецкого языка. В углу, около встроенного шкафа, где сиротливо стояли тарелка, чашка и маленькая кастрюлька, приткнулся обеденный стол, на котором вместо вкусных блюд обычно размещались книги. К одной из стен жалась аккуратно застеленная кровать.

Девушке нравилась ее комната. В ней ничто не отвлекало, не мешало сосредоточиться на учебе. И сейчас Наташа торопилась поскорее сесть за письменный стол и открыть учебник. Тогда сразу пройдут все волнения, она забудет то, что произошло на пляже, что повергло ее в это странное, не свойственное ей состояние.

Но что случилось? Вот уже полчаса она читает одну и ту же строку текста и никак не может понять ее смысла. Опять и опять она восстанавливает в памяти события сегодняшнего дня, вспоминает малейшие подробности, старается разобраться в своих ощущениях.