Читаем Прорыв (СИ) онлайн бесплатно

С той исторической пьянки прошло четыре дня. Всё-таки не получилось не нажраться. Так, с другой стороны, это в благих всё целях, а не пьянства ради. Не следующий день пришлось отлёживаться. Злой всё-таки подрался там с кем-то, какой-то из клановцев принял не по силам и оказался в госпитале, пару столов сломали случайно, стаканов побили немерено. В общем вечер удался.

Потом грянул выброс и полтора дня эфир был засран помехами. Квад майора Резанова отработал на охране блокпоста, что выходил к Кладбищу техники, ничего интересного. Таченко хранил молчание, к себе не вызывал. Видать стуканули ему о том политическом заявлении про общность богатства клана и лично его участников. Видно, теперь готовит какую-нибудь начальственную пакость, чтобы очень активного новичка-майора притормозить. На то, чтобы ссорить людей, он мастер. Так лениво думал Резанов, вторые сутки околачивающийся со своими на посту. Вроде уже всё по десять раз прокачено, все детали плана операции проговорены, надо ждать. И тут эфир прорвался, сообщения посыпались.

Первое и второе от Халецкого. В общих чертах всё хорошо, вернулся, новости, надо повстречаться. И вторым — вопрос «Чего молчишь?». Так чего, соображать надо. Далеко, связь сбоит. Написал ему ответ, что всё по плану, догнал тебя по званию, Петренко как договорились в четверг к тебе выдвинется. Остальное при встрече, по Глазу — подтверждение, как он понадобится отпишу, сколько готовить по деньгам?

По деньгам, это теперь не трудно, вчера дошёл человек связного, принёс сумму в 50 000 евро и специально подготовленный для операции пистолет, простой потёртый Форт-12.

Впереди что-то опять привлекло внимание майора. Движение в кустах, точно.

— Бугай, движ на полвторого, отработай!

Тот рад стараться, приник к оптике немецкого пулемёта и короткими прочесал голые заросли в паре сотен метров. Оттуда выскочил охреневший слепыш и понёсся, дурында, на позиции квада. Бугай аккуратно повёл стволом, профессионально, в плавном движении, не останавливаясь для нажатия на спуск, отправил тройку в скачущего мутанта. Попал, ясное дело, талантливый!

— Холодно, однако! — словами из какой-то античной советской песни приветствовал подошедший Злой. Бланш на его морде пожелтел и уже почти сошёл. Боец недовольно ёжился под студёным ветром. Время от времени с низкого свинцового неба сыпалась крупа, тут же тая на мёртвой бурой траве.

— Позови народ. Есть новости по тому делу. Начинать пора… — Резанов оглянулся в сторону Ростка. Час Икс пробил.

— Могу? — Резанов без особых политесов, как к себе домой, впёрся в кандейку к полковнику Петренко. Тот привычно махнул рукой на Цыбу, чтобы убирался.

— Пришло сообщение, в пятницу ваша встреча. Меня, наверное, лучше на блокпост Свалки тогда поставить, чтобы меньше глаз?

— Разберусь… — Петя был доволен, но пытался скрыть это за командным брюзжанием, — чего ещё там?

— Только приглашение. Я отвечу ему?

— Да, давай…

Резанов набрал на ПДА «Полковник П будет в пятницу до обеда.» и показал экран Петренке. Тот кивнул, и майор нажал на отправку.

— Вот и славно, выпьешь?

— Не откажусь, повод, — развёл руками Валентин.

Сегодня была греческая Метакса. Где он их берёт постоянно? Вот жук.

— Вот вопрос есть, я всё спросить хотел, — начал свой тактический, продуманный ещё в медцентре, заход Резанов. Тонкая, однако работа нужна тут.

— Чего за сомнения одолевают героя? — Петренко был в прекраснейшем настроении. Ничего, это поправимо.

— Бунчуку квад возвращают?

— Это с чего ты взял? — полковник аж стакан отставил.

— Разговоры тут были. И там, в Баре, когда я проставлялся. Я так понял, что я один не в курсе?

— Не один. Что за разговоры? — строго спросил Петренко, на что Резанов пожал плечами, допил бренди:

— Так и я не особо в курсе, вот спросить решил. Разговор был один, Бунчуку нового человека и квад под командование, я так понял, вопрос решен? Вообще-то это он сам говорил, так что… — нанёс финишный тычок отравленным остриём майор

— Ты вот что. Пока это не раздувай, я вернусь, разберусь. Но сейчас скажу — я такого разрешения не давал, ясно? Ты если что услышишь, то опять так же сразу мне дай знать. А то много говорить стали у нас. А ты да, в четверг на Свалку на пост.

— Так точно, понял тебя.

На том и разошлись. Резанов встретился с Наливайко через полчаса в Баре, встали возле стойки, выпили отвратного растворимого кофе.

— В четверг выходит. Готовься тогда.

— Матка Боска. Всё у нас на удачу, всё зыбко… — вдруг впал в уныние доктор.

— Прекрати, начштаба, ты всё предусмотрел, ты сможешь импровизировать. Мы на работе! — оборвал его майор, — План на то и есть, чтобы его лишь придерживаться. Знаешь мудрость великого китайского стратега по имени Не Сы?

Наливайко непонимающе мотнул головой.

— Вот теперь знаешь. Не Сы и всё будет! Петренко меня на Свалку ставит в четверг, всё ок. Давай.

Отбойка в смысле «Ок, принято» от Хали пришла к вечеру, а послезавтра с утра Резанов получил новый наряд — дежурство на блокпосту Свалки. Туда и отправился немедленно. Петренко прошёл через пост в полдень. Кроме Цыбы его никто не сопровождал. Всё шло по плану!

В то же время, в полдень, сделав злые глаза и максимально суровое выражение лица Наливайко дёрнул дверь генеральского кабинета. Там за столом обнаружился хозяин и пара сталкеров-одиночек. Генерал то ли обрабатывал их на предмет вступления в клан, то ли ещё чего мутил. Непонимающе поднял глаза на ворвавшегося зама. А тот лишь указал взглядом на чужих. А как они вымелись тут же взял с места в карьер:

— Он ушёл! Петренко ушёл к Халецкому! Вот! — на стол легла записка, написанная узнаваемым почерком Халецкого: «Приходи с суммой долга, дам знать как будет окно свободное, готовы арты в количестве 40 шт, жду с деньгами. Х.»

— Откуда? — подобрался генерал.

— Из сейфа. И ещё там… Командир, тебе самому лучше увидеть, — вложив максимум эмоций в последнюю фразу закончил зам.

В офисе главного интенданта ждал Гизатуллин, посторонился, пропуская к сейфу. Широкий полутораметровый несгораемый шкаф был открыт.

— Он что, открыт был? — повернулся генерал.

— Никак нет. У меня ключ, ты сам тогда сказал, чтобы я проследил за его делами. Вот получилось сделать копию.

Генерал уже сунулся внутрь сейфа. Вынул самое заметное — россыпь пакетов с анашой, выгреб все, высыпал на стол.

— Это что? План?

— Да, там ещё внизу… — Наливайко показал на пол железного шкафа. Оттуда командир с помощью зама и бойцов достал одиннадцать контейнеров с артефактами и тяжёлую жестяную коробку, закрытую на висячий замочек. Который был тут же сдёрнут, и глазам лидера группировки предстала полная до краёв коробка с золотом.

Потрясённый, он молчал секунд пять. Потом, вспомнив что-то, снова сунулся к полкам сейфа. Но там ничего больше не было.

— Деньги! Тут деньги в евро, баксах, гривнах должны быть, вы вынимали? — обернулся он к заму, сверкая глазами.

— Никак нет, — вразнобой отвечали ему подчинённые.

— Сссука! Тварь! Золото купил, артефакты! Деньги унёс все, падла!! Тварь!! — генерал впечатал кулак в железную стенку, — Сука!!

— Догоним! — верным псом отозвался Наливайко, бойцы закивали.

— Когда ушёл? С кем?

— Вроде с Цыбенко, не далее, как часа два-три.

— Что ты валандался долго так! Куда он пойдёт теперь!? — сорвался генерал, но тут же успокоился и забормотал, — Хотя куда, к Депо только по дороге. Никак больше. Бери своих срочно вдогон идём! Никому не говорить!

Через час во главе квада Наливайки генерал ворвался на блокпост, где ничего не подозревающий (с виду только) майор Резанов рассматривал какие-то свои сообщения в ПДА.

— Так! Петенко проходил?!

— Так точно, в Депо, — командир поста, похоже, был ошарашен появлением главного.

— Записку ему передал?! — генерал, кажется, был не на шутку взбешён.

— Так точно…

— Мне почему не доложил?

— Я не успел, меня на пост направили, виноват, не сообразил.

— Я с тобой ещё поговорю! — бросил Таченко, выходя из бытовки. Конечно поговоришь. Только в условиях, что тебя не порадуют.

Группа Долговцев быстро ушла по маршруту, что был выверен агентом и связным. Вот и ладушки. Теперь ждать.

Квад нагнал полковника на середине дороги к Депо. Петренко был удивлён, если не сказать что ох. ел.

— Стоять! Руки! — генерал вырвался вперёд, Наливайко напрягся, сейчас решится главное.

— Что? Ты чего? — развернулся Петренко, но дисциплинированно положил свою Грозу на асфальт, то же со своим АК сделал его сопровождающий. Оба приподняли руки.

— Ты значит умный самый, да? Сука! Куда собрался, мразь! — и генерал разразился сложносочинённой матерной конструкцией. Петренко не был зелёным мальчиком, тут же понял, что дела плохи и надо действовать максимально предупредительно. Не дурак он, это ясно.

— Командир, охолонь. Что случилось? Толком скажи.

— Кто все деньги выгреб? Кто наркотой барыжит? Сволочь, я тебя, суку, в замы повысил, ты меня нагреть вздумал?!

— Погоди, погоди, какая ещё наркота? Ты успокойся, нет ничего такого, я к военным на торговлю, ты сам велел чтобы денег было, я наших бабок не брал, всё на месте, — начал успокаивать зам своего лидера.

— Я видел! Сейф твой! Деньги — быстро! Золото он значит купил, рвать с Зоны задумал, пидор!

— Командир, ты чего? В мыслях нет, вот деньги со мной, тут мои только, ты проверь, их не много, какое ещё золото? — Петренко и полез в разгрузку. Всё. Пора. Сейчас и решится. Наливайко уже сместился за спину генерала, так, чтобы Цыба был виден слева. Маску респиратора он снял загодя, так же, как и вынул верный Вальтер PPQ с толстым коротким глушителем. С левой руки от противника стрельбы не ожидают. А спецу всё равно с какого боку и с какой руки валить. Поймал панически испуганный взгляд Цыбы и показал ему ствол. Тот понял, каким-то истерическим движением вырвал из разгрузочной кобуры Форт и выпустил пол обоймы в генерала. Но выстрелов не последовало.

То есть он так и должен был сделать — стрелять в командира. И вот почему. Когда Наливайко продемонстрировал ему протокол освидетельствования на состояние наркотического опьянения, Цыбенко сразу сломался, умолял простить. И после получаса запугиваний согласился на этот спектакль. Ему был вручён пистолет и магазин с патронами. Даже такой дремучий селюк, как Цыба, понял, что это холостые — ну а как ещё, там пули то нет. Только секторально сведённый конус на конце гильзы. Выстрел будет, но ничего не вылетит из ствола. При этом ему были обещаны локальные золотые горы, а именно: командование квадом, 3000 долларов наличными и порвать этот чёртов протокол в его личном присутствии. На что он и согласился. И теперь уверенно жал на спусковой крючок. Пистолет щелкал, но выстрелов почему — то не было. А потому что боёк пистолета был сточен, такая вот специальная подготовка реквизита.

Генерал отработал на все пять, увидев направленный на него ствол: вздёрнул Грозу и выпустил очередь в грудь Цыбы, отбросив его назад. Наливайко в тот же момент аккуратненько выпустил пару пуль в ногу Петренко, от которого его почти полностью закрывал генерал, звука от Вальтера, понятно, слышно не было.

Петренко вскрикнул и завалился, схватившись за ляжку. Таченко перевёл на него удивлённый взгляд — задеть полковника, стоящего в паре метров от Цыбы, было нереально! А бойцы во главе с командиром квада тут же перевели прицелы на генерала.

— Генерал Таченко! Вы арестованы по обвинению в убийстве рядового и ранению полковника клана! — жестко заявил Наливайко.

— Ты что, сука, туда же!? — переводя ствол на мятежного зама начал Таченко, но автомат тут же был выбит из его рук. Сзади по шее прилетел удал прикладом, другой — под колено.

— Руки за голову!

— Я тебя, падлу… — Таченко не договорил, получил болезненный тычок стволом в незащищённое соединение брони. И ещё пару раз. Партия перешла в решающую стадию. Генерала оттащили назад метров на сорок, а Наливайко подошёл к корчащемуся полковнику.

— Больно?

— Конечно, мать его! Ещё как!

— Сейчас, погоди, — он вынул из разгрузки хорошо знакомый Петренке металлический пенал. АТ-121! И достал оттуда ампулу, взболтав, отломал кончик, профессиональным движением наполнил откуда-то взявшийся в руке шприц. Это лучшее обездоливающее, что есть у клана. Так думал Петренко, пока не получил внутримышечную инъекцию глицерина. Острая жаркая боль в месте укола заставила его вскочить, но тут же и упасть — две пули 9 мм в ноге, это вам не три раза ха.

— Какого хрена??!

— А ты думал тебе всё как той лисе с ветки упадёт: и сыр, и ворона? — иронично спросил главный доктор.

— Что за нахер, больно!

— Потому что это не обезболивающее. Никакого АТ-121 не существует. Ты купил яд. И теперь он в тебе! — когда Наливайко хотел, он умел быть чертовски убедительным, — Боль сейчас пройдёт. Но антидот должен быть вколот через сутки ровно. А затем его закрепитель тоже на протяжении 24-ёх часов. Антидот у меня есть. А вторую часть я предусмотрительно отправил с человеком подальше. Его ты получишь, как только выполнишь некоторые условия. Мы не охренели, твоих интересов не затрагиваем, нашей целью является Таченко, надо его заменить. Ты понял? Кстати, тебе идти не трудно?

— Да я двинуться не могу, горит нога вся, сделай что-нибудь, ну не будь ты…

— Воооот! — поднял палец кверху зам лидера по медицине, — Это совсем небольшой ознакомительный тур в мир той боли, от которой ты потеряешь сознание и уйдёшь от нас в край вечной охоты. Ты меня вообще слушал?

— Что надо тебе? Убери это!!

— Надо чтобы ты со мной говорил, а ты не хочешь, — сокрушённо пришёл к выводу Наливайко и начал запаковывать аптечку, из которой до того доставал шприц.

— Э-ээ, йоп, ну прекращай, я готов, всё путём, от него избавиться надо было давно! Я с вами, давай уже, хватит этого театра, ну не дети тут, я с вами!

— Так. Я понял, ты с нами. И ты видишь, что дойти до ближайшей базы тебе будет немного трудно. Всё у нас теперь согласовано. Я говорю — ты соглашаешься. Я говорю — ты подтверждаешь. Мы имеем одно мнение, и оно — моё. Всё ли верно я сказал?

— Да так, ойййй… Больно!

Конечно тебе больно будет, думал Наливайко, выискивая в большой медсумке шприц-тюбик с кеторолом. Промедола для Петренки было жалко. Да и действие у него такое, что клиент может забыть частично или полностью что обещал, начать бузить. Лучше что попроще ему, тем более что этот препарат — глицерин, обычно принимаемый перорально в случае запора, скоро разойдётся в тканях и болевые ощущения сойдут на нет. А вот от огнестрельных ранений останутся.

— Слушай суда, — вколов обезболивающее, начал Наливайко, — Таченко сдох как лидер, его сказано было убрать. Это не наша забота, наверху всё порешали. Нужен новый вожак, как в мультике про Маугли, помнишь? Нет? Хрен с ним. Им станешь не ты, даже не я, это будет майор Резанов!

Глаза Петренки чуть из орбит не вывалились.