Читаем Прорыв онлайн бесплатно
В поместье мы отправились в самый дальний участок, подальше от мест, где располагались люди. Конечно, в такое время уже никто не ходит по территории, кроме охраны, но всё равно не в центре же заниматься допросами?
Валерон с громким иком выплюнул жертву в ближайшего Каменного стража, и я наконец смог рассмотреть Саморядова. Мужиком он оказался крупным, но не в плане мышц, а в плане жира. Куда толще главы Черного Солнца, который из моих противников отличался самыми выдающимися габаритами. Расплывшаяся физиономия испуганной не выглядела, а вот наглой — напротив.
— Ну что, вот и встретились лично, Петр Аркадьевич, — сказал он и захохотал так, что все его подбородки заколыхались.
Может, заколыхалось и всё остальное, но в Каменном страже этого было не видно. И вообще, Саморядов выглядел на редкость довольным. Не осознал пока, скотина, что магия у него заблокирована.
— Встретились, Константин Елисеевич, — согласился я, усаживаясь на раскладной стул, который Валерон выплюнул сразу после Саморядова. — Может, объясните, почему вы так хотите меня убить?
— А сами-то не догадываетесь, Петр Аркадьевич?
— Где уж мне, Константин Елисеевич. Я по жизни тупенький. Намеков не понимаю. Мне прямо говорить нужно.
Разговаривая, я потихоньку увеличивал давление навыками, чтобы вызвать у собеседника желание поделиться со мной всеми секретами, даже самыми сокровенными.
— Не прибедняйтесь, Петр Аркадьевич, всё вы понимаете, иначе меня бы сейчас здесь не было.
— Здесь вы потому, что я хочу прекратить покушения на себя. Но вопрос-то был о причине, Константин Елисеевич. Почему вы хотите меня убить? До начала покушений я никому из вас ничего плохого не сделал. Это уже потом мне пришлось.
Честно говоря, меня злила необходимость притворяться доброжелательным для того, чтобы расположить к себе ненавидящего меня человека. К этому человеку симпатии у себя я не находил. Клятва у него была божеству, потому что прочитать закорючки я не мог. А навыки хорошо так делились между навыками Скверны и менталом. Ментал у него был прилично прокачан — вряд ли у князя Молчановского был хотя бы минимальный шанс не верить своему подручному.
— Ой, лукавите, Петр Аркадьевич. Мы столько сил угробили для уничтожения реликвий. А вы уже сколько восстановили? Три? И если вас не остановить, это не конец. Да только остановим, Петр Аркадьевич. — Он опять рассмеялся. — Не можем мы позволить, чтобы вы и дальше существовали. Лишний вы здесь, в этом мире.
— Почему же, Константин Елисеевич, я чувствую себя здесь на своем месте.
— Я здесь на своем месте. Вы — нет.
— И Молчановский, поди, в ваших глазах не на своем месте?
— Конечно, Петр Аркадьевич. Слабый человечишка, только и умеет, что болтать. Князь должен иметь железный кулак, в котором держит подчиненных, а у нас так получилось, что держу его я, а он этого даже не замечает. А всё почему? Потому что не отдавал должного собственному развитию.
В отличие от моего собеседника. Большинство навыков у него перевалило за сотню. Да только вряд ли он их набивал в бою — это был первый скверник, у которого я обнаружил навык Видящего. Навык был третьего уровня — надо же, я даже не подозревал, что у меня он настолько высокий. С другой стороны, если нет Слияния, то высокие навыки Видящего бессмысленны, а Слияние относится к божественным навыкам и получить его можно только при личной встрече с божком. У Саморядова личная встреча, судя по клятве, была, но просил он наверняка что-то другое, возможно, даже не догадываясь о том, что дробные навыки можно сливать.
А еще у него оказалась Аура подчинения. Раньше я на других людях ауру не видел, а свою ни разу не использовал, хотя, разумеется, стоило хотя бы узнать, что это.
— Не откажите в любезности, Константин Елисеевич, объясните, зачем вам княжество, в котором не будет людей?
— С чего это не будет, Петр Аркадьевич? Будет. Когда наш бог добьется признания своего верховенства у вашего. Будет наша власть и наша сила, — убежденно сказал он.
— А твари, захватывавшие княжества, где разрушают реликвии, вас не смущают, Константин Елисеевич?
— Твари — это всего лишь источник кристаллов, Петр Аркадьевич. Их можно выращивать в точности так же, как, к примеру, овечек, и получать нужные навыки, если знаешь, с кого их собирать. Мы пастыри, вы — корм.
— Слышал бы вас сейчас князь Молчановский.
— Так надо было пригласить, Петр Аркадьевич, — он захохотал. — Михаил Илларионович был бы очень удивлен тем, что вы ведете себя недостойно. Похищаете людей, пытаете, грабите их дома. Как-то это не вяжется с княжеским достоинством.
— Как сказал мне один мой знакомый, князьями стали те, кто больше наворовал. Или ограбил.
— Умный у вас знакомый, Петр Аркадьевич. Понимающий.
Валерон, внимательно выслушивающий наш разговор, приосанился и повернул голову в мою сторону — мол, Петя, ты же слышал, что враги обо мне говорят. Враги врать не будут.
— Вот и вы, Константин Елисеевич, награбили достаточно, чтобы претендовать на княжеский титул?
— Чтобы претендовать — хватит, Петр Аркадьевич.
