Читаем Пропущенные моменты онлайн бесплатно
Эн Вера
СЕКРЕТ СИЛЫ ЗВЕЗД-3
ПРОПУЩЕННЫЕ МОМЕНТЫ
Глава 1: Два подарка
От подарка Габи просто онемела. Нет, она, конечно, всегда знала, что у Вэла золотые руки, да и изобретательность на отменном уровне, но ей даже в голову не приходило, что эти умения могут пригодиться ему не только в военное время. И что Вэл приложит столько усилий, просто чтобы сделать ей приятное. По сравнению с его игрушкой Габин подарок казался настоящим примитивом. Но выбора не было, да и пути назад оказались отрезаны.
– А это тебе… – Она отвела глаза и неловко сунула ему два твёрдых бумажных прямоугольника. Ещё пару часов назад собственная идея подарка показалась Габриэлле весьма оригинальной и своевременной, особенно учитывая то, что произошло вчера. Но она же не могла подумать, что Вэл подарит такое чудо. – Надеюсь, понравится…
Вэл, не слишком понимая, что с ней происходит, перевёл взгляд на врученные ему бумажки. И почувствовал, как к щекам приливает кровь. Потому что Габиным подарком оказались билеты в кино…
…Весь день вчера начался не так – не как всегда, не как Вэл привык и к чему был готов.
Они встретились с Габи по дороге в школу, и, когда он помог ей перебраться через какую-то корягу в сквере, она быстро и чуть ощутимо поцеловала его в щёку. Тут же смутилась, потупила глаза, попросила прощения; и Вэлу оставалось только надеяться, что подмеченное им лукавство в Габином взгляде вовсе не почудилось, и одёргивать себя всё утро, напоминая о работе, которую необходимо было выполнить раньше, чем начнётся очередное нападение. Но щека горела, мысли упорно возвращались к Габиному поступку, тело накрывала тёплая волна, а ссадин на пальцах из-за несвоевременного погружения в мечты становилось всё больше – работа требовала внимательности и сосредоточенности.
Когда Габи увидела его руки, она, казалось, даже слова вымолвить не могла. Молча достала аптечку, взглядом усадила Вэла на какую-то ступеньку и принялась безмолвно переклеивать его пальцы лейкопластырем. Вэл терпел, откровенно не зная, что сказать, потому что мысли продолжали бунтовать, подавляемые чувствами и ощущениями, и он с трудом сдерживал дурацкую радостную улыбку, которая уж точно никак не вязалась со сложившейся ситуацией.
– Вэл, я, наверное, глупость сейчас скажу… – Габи закончила возиться с его увечьями, посмотрела в глаза и вздохнула. – Но когда ты начнёшь наконец хоть немного себя любить?
От подобного заявления Вэл даже опешил.
– А я, значит, не люблю? – поинтересовался он. Габи наморщила нос и двумя руками сжала его ладонь.
– То, что я вижу, называется как-то иначе, – чуть вызывающе заметила она.
Вэл пожал плечами и встал. Потом, на мгновение забив на осторожность, поднял руку и коснулся Габиной щеки.
– В настоящий момент я вполне доволен собственной жизнью, – сказал он, кажется, вполне подходящую к случаю, но оттого не менее глупую фразу, потому что от его прикосновения Габи чуть порозовела, и оставалось только гадать, был ли вызван этот румянец удовольствием или вполне возможным раздражением.
– Ты… – выдохнула Габриэлла и вдруг вздрогнула, уставившись на его приоткрывшееся запястье. Вэл проследил за её взглядом и мысленно чертыхнулся, увидев там тщательно скрываемый от Габиных жалостливых глаз неприличной величины и цвета синяк. Подобные ушибы, конечно, тоже были частью его работы. Но выглядеть перед Габриэллой инвалидом и неумёхой крайне не хотелось. А объяснять причину собственной неаккуратности…
Вэл опустил руку, встряхнув ею, чтобы рукав прикрыл замеченное подругой безобразие. Но сказать ничего не успел: Габи, выпустив его руку, зачем-то провела пальчиками по манжету рубашки, словно приводя её в порядок, и, не поднимая головы, проговорила:
– Ты же понимаешь, о чём я.
И одним движением запрыгнула в свой корабль. А Вэл остался стоять возле «Джемини», не отрываясь, смотреть на собственный рукав и тщетно давить разрастающееся желание сделать ещё какую-нибудь глупость.
– Пойдём в кино!
Габи высунулась из корабля с озадаченным выражением лица.
– В кино? – удивлённо переспросила она. Вэл кивнул.
– Ну да. Ты же сама только что советовала мне сменить образ жизни.
Габины брови взлетели вверх.
– Но я же не думала… – Она замялась. Вэл напрягся. Разумеется, она имела полное право ему отказать. Не оправдываясь. Не объясняя. И он примет её решение, и это ничего в их отношениях не изменит. Вот только… – У нас же ещё три корабля не доделано. Мы же не можем…
Вэл сжал кулаки – то ли на удачу, то ли пытаясь подавить волнение – и шагнул вперёд.
– Я доделаю. Сегодня же. Там немного осталось. – Чёрт, он и подумать не мог, что упрашивать так сложно. И что он когда-нибудь добровольно пойдёт на такое. И будет по-мальчишески замирать, надеясь, что Габи не оборвёт его, не покачает головой, даст возможность привести все доводы. Которых, на самом деле, было не так уж и много. Потому что самый главный – и единственный, который действительно имел значение, – Вэл назвать никак не мог. Но именно он гнал вперёд, заставлял подыскивать слова, выворачивать душу наизнанку. И пусть у Вэла и в мыслях не было пользоваться теми преимуществами, которые предоставлял кинозал влюблённым; если Габи сейчас согласится… – Ты же знаешь, я не стал бы… – Взгляд сам устремился в пол, но Вэл сделал ещё один отчаянный шаг вперёд. – Чёрт… Габи, я же помню, ты хотела в кино!.. – Голос начал предавать, а Вэл никак не мог придумать, что ещё сказать. – Правда, наверное, не со мной…
Вот и всё. Он сам загнал себя в угол, подсказав Габриэлле способ отвергнуть самый веский его довод. Габи, конечно, очень тактичный человек и не станет бить прямо по больному. Она обязательно подберёт подходящие необидные слова, чтобы…
Габи спрыгнула с корабля, вынудив Вэла поднять на неё глаза. А сама вдруг опустила голову и как-то порывисто вздохнула.
– С тобой…
И Вэл сорвался…
– Когда ты успела их купить? – стараясь скрыть смущение, спросил он. Габи улыбнулась, извернулась и по-хозяйски чмокнула его в нос.
– Когда ты ждал пиццу. Там же «Юпитер» рядом совсем. Правда, я пока не очень знакома с твоими предпочтениями в сфере киноиндустрии… Но зато я выбрала самый длинный фильм.
Она снова улыбнулась, на этот раз – с изрядной долей лукавства, и Вэл, чувствуя, как вдоль позвоночника побежали мурашки, решил не оставаться в долгу.
– На последний ряд? – негромко спросил он, притягивая Габи к себе.
– И на последний сеанс, – с трудом сдерживая дрожь, прошептала Габриэлла: почему-то ей вдруг пришло в голову, что Вэл может и отказаться. Что у него на это время другие планы, что он не оценит её затеи, что ничего…
– Значит, мне опять придётся провожать тебя по ночному городу? – Он приблизил губы к её уху и зачем-то легонько в него дунул. И Габи в ту же секунду отпустило. – Шоколадка, это самый обалденный подарок в моей жизни! Боюсь только, что твои родители не будут в таком же восторге.
Габи замотала головой и заглянула ему в глаза.
– Мама с папой счастливы, когда я счастлива, – негромко ответила она. А Вэл вдруг напрягся.
– А ты счастлива? – зная, что не надо задавать этот вопрос, спросил он. Но раскаяться в собственной опрометчивости не успел. Габи обхватила его за талию и уткнулась лицом в шею.
– А разве с тобой может быть иначе? – нежно прошептала она.
Глава 2: Друзья познаются в беде. Вступление
– Ну, давай, и ты скажи, что я на тренировке слишком сильно головой ударился! Или, может, иные предположения есть? А то мне для коллекции не хватает!
Кевин, покидавший после тренировки «Сансер», удивлённо повернулся к автору сей тирады.
– Не уверен, что правильно понял, о чём идёт речь, – предельно вежливо заметил он. После того как Тед сегодня пропустил половину занятий, а во время второй половины откровенно витал в облаках, не слушая ни доктора Дейса, ни своего капитана, это было лучшее, на что он мог рассчитывать. Тем более что у Кевина были к пилоту «Пискеса» не один и не два вопроса. – Или потрудись разъяснить, или сразу перейдём к другой теме.
– Точно, именно так меня ещё никто и не отшивал! – Тед прищурился, а в глазах у него было самое настоящее презрение. – А я уж боялся, что вариантов не осталось. Но ты, как всегда, на высоте!
Кевин спрыгнул с аэроборда на пол и шагнул к товарищу.
– Хватит паясничать! – жёстко отрезал он. – Говори или выметайся! Без тебя тошно!
Тед хмыкнул.
– И есть идеи, почему? Или подсказать?
Кевин секунд двадцать смотрел Теду прямо в глаза, не моргая и не отводя взгляд. Потом резко развернулся и направился к выходу. Тед сплюнул сквозь зубы и сжал кулаки. И вдруг выдохнул:
– Экройд не может быть предателем!
Кевин остановился у открытой двери.
– О как! – Он развернулся и испытующе посмотрел на товарища. – И у тебя, конечно, есть доказательства?
Тед подавился набранным для ответа воздухом.
Не мог же он сказать, что видел вчера, как Вэл пробрался в палату к Габриэлле. Да за одно предположение о том, что кто-то не положил жизнь для охраны его любимицы, доктор Дейс снимет головы всей команде. Только в тот момент мнение наставника Теда не интересовало. Всего какие-то полторы минуты, которые, бог знает почему, Экройд выделил себе на то свидание, рассказали Теду об их бывшем командире больше, чем все предыдущие бои и тренировки. Всё средоточие мира заключалось для Вэла в спящей Габриэлле. Тед на секунду представил на её месте Барби и словно прозрел. Слишком ярко почувствовал, что испытывал сейчас Вэл. Слишком хорошо понял, почему тот не стал ни объяснять, ни оправдываться. Он сам считал себя виноватым. Вот только не в том, в чём бывшие соратники его по дурости подозревали.
– Он любит её, – сказал Тед совершенно глупую и неуместную фразу, небезосновательно уверенный в том, что с подобными «доказательствами» Кевин точно пошлёт его к чертям собачим. Но Кевин вдруг закрыл дверь и опустил голову.
– Они расстались почти месяц назад, – негромко заметил он, словно речь шла именно об отношениях Экройда с Габриэллой, а не об обвинении командира в предательстве. Тед вспыхнул.
– Мне плевать, на какой стадии цветочно-конфетных отношений они сейчас находятся! Говорю тебе, он не может причинить ей вред!
Кевин чуть качнул головой.
– Ты видел то же, что и все мы. Он расстрелял «Джемини» в упор, а потом…
– Значит, это было частью его плана! Мы же не удосужились поинтересоваться! – Тед ещё крепче сжал кулаки. – Вот дрянь, мы вообще ни о чём его не спросили! Накинулись, как стая шакалов, лишь бы куснуть побольнее! Чёртовы друзья-товарищи!
Теду было сложно. Защищать Вэла, которого он ещё совсем недавно считал соперником в борьбе за сердце Барби, было тяжело и как будто неохота. И наверное, ещё пару дней назад он не стал бы перешагивать через своё эго ни ради миссии, ни ради справедливости. Но после того как Барби призналась ему в своих чувствах, всё изменилось. Тед перестал стесняться своей хорошей сущности. Барби открыла его настоящего – не могла же она полюбить подлеца и кретина. Да и Вэл оказался ей не нужен. За что же тогда его ненавидеть?
– Доктор Дейс… – начал было Кевин, но Тед перебил его.
– По ходу, был счастлив поводу от Экройда избавиться! Ревность, знаешь ли, страшная штука, даже если это ревность к успехам другого. Чёрт, да если бы Экройд напал на меня, на тебя, я бы даже вякать не стал! Но не на Габи же!..
Кевин снова пристально посмотрел на товарища. Только если Тед думал, что он колеблется в принятии решения, то он глубоко заблуждался. Кевин проверял его на прочность. Пытался понять, насколько глубоко Тед проникся своей идеей и можно ли на него рассчитывать в том щекотливом деле, которое предстояло Кевину.
– Ты с ребятами говорил? – неожиданно поинтересовался он. Тед со злостью махнул рукой.
– А ты думаешь, я от большого желания попетушиться нарываюсь сегодня на неприятности?
Кевин усмехнулся.
– Смею предположить, что им твой довод не приглянулся? – уточнил он. Тед так сжал зубы, что у него заходили желваки.
– Ты первый, кто им поинтересовался, – недобро ответил он. – Престон с Уорреном пытались сразу разделать меня под орех.
– А Джастин? – для полноты картины спросил Кевин. Тед махнул рукой.
– На этого теперь вообще где сядешь, там и слезешь. Его, кроме его шпингалетки и замаячившего на горизонте Лос-Анджелеса, больше вообще ничего не интересует.
Кевин нахмурился и решился на ещё один вопрос.
– И Барби?
Тед побледнел и отвёл глаза.
«– Ты просто выдаёшь желаемое за действительное! – отрезала она, и Теду невыносимо захотелось тут же с ней согласиться, закрыть эту тему и просто продолжать наслаждаться предтренировочной прогулкой с любимой девушкой. Потому что уже сейчас знал, чем вся эта затея закончится. Вот только он едва не упустил момент, когда мнение Барби не только стало важнее его собственного, но и полностью подменило его. А становиться тряпкой Тед не собирался.
– Не ты ли ещё вчера пела Экройду дифирамбы, восхищаясь смелостью, ловкостью, находчивостью и далее по списку? Всё? Король умер?
– Лучше бы умер! – огрызнулась Барби. – Ненавижу предателей!
В её голосе прозвучало столько обжигающего презрения, что Тед даже остановился.
– Барби, он гонял тебя до седьмого пота, пока ты не стала продолжением «Лио» и не научилась управлять им с закрытыми глазами! Он поддерживал тебя, когда что-то не получалось в битвах, прикрывал собственным кораблём и находил слова, чтобы ты не комплексовала! Он, в конце концов, даже от меня тебя защищал, а теперь не заслуживает и капли понимания?
– Это было давно! – ответила Барби: в её тоне не появилось ни грамма сомнений. – С тех пор прошло достаточно времени, чтобы он успел переметнуться на сторону профессора Медмена. А Габи… Вероятно, она давно заподозрила его, поэтому они и ссорились в последнее время. А сегодня – я уверена – она узнала что-то такое, из-за чего Вэл предпочёл от неё избавиться.
