Читаем Проклятые онлайн бесплатно

Очередной тяжелый день подошел к концу. Над городом нависли черные ночные тучи, ветер стал прохладнее, повеяло вечерней свежестью. Соня курила на балконе, наслаждаясь вечерним спокойствием. На горизонте, из-за домов начали проявляться первые звезды. Она думала о чем-то вечном. О чем-то отрешенном.

«Нет ничего прекрасней такого вида. Можно просто сидеть, смотреть в небо, и толком ни о чем не думать. Увы, это ненадолго. Скоро нужно возвращаться, и эта идиллия моментально улетучиться».

С этими мыслями девушка встала, встряхнув пепел с бычка, и вышла вон с балкона. Квартира, где она жила, была не большой: её комната, комната родителей, коридор и конечно балкон, где Соня иногда могла просидеть весь вечер, убегая от домашних визгов, ссор и пьяных выяснений. Кстати, именно последнее и ждало нашу героиню, когда она вошла в квартиру с балкона.

‒ Сколько можно там сидеть, а?! – возмущенно спросила мать, проглатывая слова.

‒ Чего ты опять пристала, ма? Сколько можно мне мозг выносить??

‒ А ну-ка бегом в комнату, маленькая дрянь!!! Смотри какая! Возражает она тут. Возражала мне нашлась!

Соня, недолго думая, молча скрылась за дверями своей комнаты. На стенах – плакаты любимых героев из аниме. Девушка ярая поклонница этих мультипликационных образов. Особенно тех, где герой – девушка, которая борется изо всех сил за честь, свою, и своей семьи. Обидно вот только, как и ей, так и мне, как человеку, рассказывающему о её судьбе, что за честь своей семьи в реальности Соня постоять просто не захочет, а за свою – попросту не сумеет, ибо не знает как.

Кроме аниме наша героиня увлекается рисованием. И что примечательно, ни один из образов не похож ровным счетом на следующие рисунки. Это, несомненно, гласит о богатой фантазии Софии. Девушка находит в них саму себя, что придает ей определенной энергии жить дальше. Ну, или хотя бы существовать…

Меж тем в квартиру вошел отец. Без стука, без приглашения. Он ведь хозяин дома, кто посмеет ему перечить? Особенно если глава семейства не вошел, а в буквальном смысле втащился в квартиру, заплетая ноги.

‒ Маать!!! ‒ прокричал он.

‒ Чего тебе надо?? ‒ послышался томный материн голос.

‒ Хавать хочу. Накрывай, давай быстрее!

‒ Не маленький! Сам найдешь че пожрать!!

‒ Ты мне рамсы то не путай!!! Забыла, кто хлеб в дом носит?! Кто тебя блять кормит, в конце концов!!! ‒ заплетаясь в языке громогласил отец.

‒ Ты слова то подбирай хоть немного! Дети в доме!

‒ Аааа! Так и эта красавица дома! Небось, всех чмошников в районе облапала, так теперь вспомнила, что у неё дом есть??

‒ Слышишь, ты что себе вообще позволяешь??…

София была вынуждена терпеть этот кромешный бред почти каждый день. Счастьем для ребенка было то, что оба родителя были в дрова пьяные. То бишь, скоро улягутся спать, и все утихнет. Но если же трезвые – пиши- пропало. Во всем виновата она: тарелка не помыта, пол не убран, мусор не выброшен, и все в таком роде. У девушки вообще сложилось такое чувство, что в доме хозяйка не мать, а она сама. Хотя дочь, по факту, должна лишь помогать своим родителям, а не делать за них всю домашнюю работу.

Когда происходили такие вот ссоры, девушка закрывалась в комнате и старалась их не слушать. Но в этот раз ей этого не удалось, ведь отец решил «навестить любимую дочурку».

‒ Сонь, как день прошел, отвечай отцу! ‒ кинул девушке пьяный родитель, вломившись в комнату.

‒ Как обычно, ‒ спокойно, безукоризненно ответила дочь.

‒ А ты мне, шмонька, не договариваешь. Отвечай бегом!!! Сколько охомутала????

‒ Никого я не хомутала.

‒ Ага, рассказывай. Мать, ‒ окликнул отец, стоя в пороге комнаты. – С кем ты там её видела??

‒ Тхах! Та с одним дрищем с нашего города. Кириллом вроде зовут, ‒ ответила мать.

‒ Потаскуууха!!! Пятнадцати еще не исполнилось, она уже по мужикам шастает! Нахер мне сдалось такое счастьице???

С этим вопросом он выкатился в комнату к пьяной мамаше, которая была не в лучшем состоянии. Она облокотилась на диван, раскинув ноги вперед. В одной руке держала свой телефон, в другой стакан с пивом.

Отец, не раздеваясь, ввалился к ней, и уселся рядом. У них началась потасовка, которую, ради читателя, я намерен упустить, ибо суть её и так понятна – кто кому не налил и почему жизнь такая херовая.

София тем временем просто лежала на подушке, смотря в черный монитор старого телевизора, которым никто не пользовался. Она недоумевала – что их держит вместе? Неужели одна водка? Ведь каждый день одно и то же: утром бодун – доця, подай, принеси. Вечером похмелье – нахрен мы тебя рожали.

«Зачем? Ну, если я такая не нужная, почему держать? Мать в принципе говорила, что я не имею права сбегать до восемнадцатилетия. Но, в конце ж концов, сколько ж это может продолжаться! Я не железная! Моя нервная система тоже имеет предел! Надоело!!! Как же мне все это надоело!»

На этих мыслях девушка ушла в ванную. По дороге задумалась о лезвии, ведь кому станет проще, если она и дальше будет жить. Она же всем только помеха!

Она возвратилась в комнату к родителям. Их там не было. Они ушли курить на балкон. Девушка открыла сервант, копошилась в коробочке со всякой дребеденью. И, вскоре, обнаружила искомое.

«Без меня им будет легче. Проще… Не надо будет заморачиваться как прокормить и тому подобное. Будут пить себе та и все. Никаких проблем. Не хочу! Надоело!!! Издевательства постоянные, побои. Если в этом и заключается вся жизнь, то она мне не нужна. Не хочу жить вот так!!! Но они этого не услышат. Может, хоть так дойдет…»

София скрылась за дверями ванной. Она легла в ванну и уставилась в потускневший от старости потолок.

«Блин, как же это тяжело все! Почему именно я?! Не кто-нибудь другой. Тот же Кирилл, к примеру. У него с родаками все порядком лучше. И ладят, и все хорошо. А у меня каждый день одно и то же!!! Невыносимо уже это все терпеть!! Не хочу. Просто, не хочу…»

Соня протянула телефон на кушетку рядом с ванной и взялась за лезвие. Внутренний страх немного сковывал девушку, но отчаяние было сильнее. Инстинкт самосохранения был подавлен мыслью о том, что выйдя из ванной невредимой, она может огрести от отца. И отходить она будет дольше, чем от одного раза лезвием по венам.

И она решилась. Соня поднесла лезвие к правой руке и сделала первый небольшой порез. Она не задела вены, просто поцарапала кожу. Кровь начала понемногу просачиваться сквозь рану. Девушка лежала неподвижно в ванной и смотрела, как из руки вот-вот пойдет кровь.

Вдруг зазвонил телефон.

«Блин, это он. Как же все это не вовремя!!!»

София подняла трубку.

‒ Привет! Кирюша, как ты там? ‒ спросила она милым голоском.

‒ Привет, зая! Та предки достали. А ты как?

‒ А меня скоро не станет.

‒ Ты глупая? В смысле не станет?? Что ты несешь?

‒ Опять пьяные. Опять скандал. Надоело все.

‒ Успокойся, слышишь? Перебесятся.

‒ Та я их знаю! Ничего не будет! Все одно и то же!

‒ А как же я?

‒ Ты хороший. Ты меня еще никогда не подводил.

‒ Вот видишь. А ты хочешь избавиться от меня.

‒ Нет, не от тебя, а от этой дебильной жизни.

‒ Так я же часть этой, как ты говоришь, дебильной жизни. Твоя часть, понимаешь?

‒ Не вини себя ни в чем…

‒ Та я тебя, блин, дуру, буду винить!!! Нельзя вот так просто складывать руки! В жизни еще столько интересных вещей! Давай вместе попробуем?

‒ Что именно?

‒ Жить дальше. Ты поможешь мне, а я тебе.

‒ Ты ставишь меня в тупик. Я уже все для себя решила.

‒ Глупая!!! Давай для себя поживем! Мы ведь еще настолько молодые!

После этих слов Соня на минутку задумалась. Может и в правду стоит жить дальше и забить на этих двоих. На секунду девушка отошла от состояния полной апатии и продолжила активный разговор с молодым человеком.

‒ Самое главное – что мы любим друг друга! ‒ продолжал кавалер.

‒ Да.

‒ Вот! Никогда не спеши принимать такие решения. По крайней мере, сама. Лучше же посоветоваться.

‒ Ты пожалуй прав…

После этого разговора Соня резко поменялась в лице – грусть, досада и упадок сменились улыбкой и новой надеждой, что все будет хорошо.

‒ Ладно, договорились. Только молчи! Ни кому не вздумай ляпнуть об этой ситуации.

‒ Хорошо малышка. Люблю тебя! Не падай духом! Все, давай. Позже наберу.

‒ И я тебя. Не буду отходить от телефона.

На этих словах разговор прекратился, а девушка снова легла в ванную. Затем, через некоторое время, она сняла с себя домашнюю одежду, и набрала воду. Снова легла, уставившись в потолок. На этот же раз, на её милом личике сеяла детская улыбка. Такая улыбка бывает у деток четырех-пяти лет, когда родители говорят что-то приятное и теплое, или же дарят что-то интересное. Это улыбка счастья, ведь она поняла – у неё есть смысл жизни.

Нагревшись в теплой ванне, Соня уснула. Сон был мягок и приятен – ей снился пляж у лазурного моря. Она сидит у камня, а мама с папой – в обнимку у самых волн. Оба одеты в сияющую белую одежду, что удивило девушку – судя по неопрятности обоих родителей в реальности, неудивительно, что даже во сне обратное ей казалось маленьким чудом.

Затем отец поцеловал её маму, и ушел купаться. Она же подошла к дочери и крепко обняла её, поцеловала. Со словами «люблю тебя», Софию подбросило в ванной. Вода остыла, и девушка ужасно замерзла. Она вылезла, умоталась в полотенце и вышла из ванной комнаты. Уже была ночь. Оба родителя спали на кровати. По-видимому, они еще больше наклюкались после её ухода в ванную.

Вспоминая сон, девушке стало очень больно и обидно. Она села в коридоре, спустившись по стене на пол, и горько зарыдала.

Утро начиналось как обычно. Встал, умылся, позавтракал и в школу. Так, по обычаю, начинался день Кирилла. Друзья называли его Кира или Кирюша. Его мама – старшая медсестра в местной поликлинике, а папа – главный бухгалтер в местной консалтинговой фирме. То есть, деньги у парня иногда водились.

‒ Сынок, ты все съел?

‒ Да, мамочка. Спасибо большое.

У мамы с папой день начинался с половины седьмого утра. Она шла готовить мужчинам завтрак, он – прогревать машину или же просто курить на улицу. Парень подымался чуть позже.

‒ Сына, тебя подвезти в школу? Мне сегодня как раз по пути, ‒ спросил папа, войдя в квартиру.

‒ Нет, па. Спасибо. Я хочу пройтись пешком, ‒ спокойно ответил Кирилл.

Юноша обычно ходил в школу одной дорогой. Через местные трущобы идти было гораздо быстрее, да и проще. Затем он должен был пройти частный район, где уже в полвосьмого утра можно было услышать пение канареек и кукареканье петухов. Воздух здесь был чище, да и парню сильно нравилось тут гулять. Здесь как-то спокойней.

По дороге он решил набрать её. Кира звонил ей около 3 раз, но она ни разу не подошла к телефону. Это озадачило парня.

«Мы же вчера так хорошо поговорили вечером. Может, что-то случилось? Блин, проверить бы. Но у нас с мамой уговор. Мне больше нельзя прогуливать школу, иначе я окажусь под домашним арестом, и вообще её не увижу. Тогда она вообще пропадет».

За частным районом шел завод. Проходя мимо него, парень ощущал себя по-особому. Именно здесь, год и три месяца назад они встретились впервые. Она, светло русая, голубоглазая, с маленькими ямочками на щеках, ангельской улыбкой и взглядом маленького ребенка, шла по алее в наушниках, слушая музыку. Кирилл же возвращалась со дня рождения друга. Он был изрядно подвыпивший, поэтому местами не разбирал дороги.

‒ Слышь, дурак блин, куда ты прешь? Твою мать!!! Еще и рево разлил! Мать меня убьет! ‒ злобно воскликнула София после столкновения с молодым человеком.

‒ Мадемуазель, я не хотел. Соизвольте меня простить. А штаны я могу постирать, если захотите! ‒ ответил парень.

Затем, выяснив кто прав, кто виноват, они отправились дальше по улице. Этот вечер юноша запомнит на всю свою жизнь.

«Она была богиней. Легкий макияж, румяна на щечках. Она была восхитительна! Волосы заплетены в косичку, одета простенько как для поздней осени – парка, обтягивающие джинсы и кроссы. Ну как не влюбится!».

И действительно. Парень любил девушку настолько сильно, что уходил в школу с абсолютно подавленным настроением, если не пожелает ей доброго утра.

«Мне так жалко её. Как же она плакала, когда сказала, что её мама потеряла ребенка после родов. Ведь так хотела братика или сестричку. Как и я. Но моя мама уже родить не сможет. А её – да, но не захочет, потому что постоянно пьет после случившегося. И я её отчасти понимаю. А вот её отца нет. Конченный сука алкаш. Как запил после свадьбы, так и не останавливается. Гандон, и это вместо того чтобы поддержать жену. Теперь же Сонечка мучается из-за их попоек».

За заводом начинался жилой «спальный» квартал, где молодые люди проводили вечера. Садились на лавочку, целовались, обнимались, и говорили о вечном. Сплошная романтика, в общем. Точнее, современная романтика, потому что такие вечера, как правило, без баночки слабоалкоголки, не обходились.

Повернув за последний дом этого квартала можно было войти во двор школы. Кирилл помнил все в этом дворе, все гулянки с друзьями, как здесь впервые поцеловался с девчонкой в 6 классе, как гуляли здесь с Соней, как напился палёной водки, и как тошнило и штормило утром. Как познакомился с первой девушкой в 14, которая втрескалась в него по уши. Еще бы не втрескаться, ведь парень то симпатичный. И это сказано без преувеличения. Зеленоглазый брюнет, с выступающими скулами и ровным носом, немного упавшими щеками, которые лишь добавляют шарма в этот и без того амурный образ. В общем, не парень, а сказка. К тому же, высокий, метр 90 не меньше. Это когда Соня метр пятьдесят. С девушками он выглядит как скала, широкоплечий, с массивной, как для шестнадцати летнего парня, мускулатурой. Соня этот «лакомый кусочек» отхватила очень удачно.

Девчонкам очень нравился Кирилл. Когда тот подходил к дверям школы, то и слышалось: «Привет, Кира! Как дела?». И так почти каждое утро. Но юноша не обращал на подобное внимания. Ведь для него даже просто заговорить с ними считалось бы изменой ей, самой любимой. Он просто спокойно здоровался с ними и шел дальше.

Кирилл, к тому же, был душой компании. С первого класса у него было два лучших друга – Макс и Тосик, в паспорте Анатолий. Они бесились вместе, прикалывались над училками и пожилыми учителями, хулиганили и безобразничали. И это при том, что Кира отличался перед сверстниками спокойным нравом и был всегда уравновешенным в своих действиях.

‒ Даров, брателла!!! ‒ радостно воскликнул Максим, увидев поднимающегося по лестнице Кирилла. ‒ Как оно?

‒ Та ничего. В принципе норм. А вы че, как? ‒ спокойно ответил Кира.

‒ Та топчик!! Вчера подняли бабос на бабском теннисе! Хочешь, можем сегодня обмыть? ‒ откликнулся Толя.

‒ Позже скажу. Пока нет настроения.

‒ Чего так?

‒ К ней не могу дозвониться.

Вдруг на этаж поднялась девушка, которая с детского сада симпатизировала Кире.

‒ Привет дорогой! Как ты? ‒ спросила она.

‒ Та как обычно. А ты как?

‒ Нормально.

‒ Оля, ты с нами пойдешь сегодня? Бухать!? ‒ спросили ребята.

‒ Неа, я с парнем в ресторан иду. Простите братцы. Но в следующий раз, когда моя ставка не прогорит, я проставляюсь, ‒ с особым рвением ответила парням девушка.

‒ Ооооо!!! Вот это по-нашему!!! ‒ в один голос крикнули пацаны.

‒ Оль, а ты Соню не видела? ‒ встревожено спросил Кирилл.

‒ Нет еще, а что?