Читаем Профессор-целитель 2 онлайн бесплатно

Задорин стоял со стетоскопом в руке и смотрел на меня растерянными глазами.

— Я думал, что потерял его. Не мог же кто-то старую рухлядь упереть, а? Почему он у вас в саквояже, Григорий Романович?

Вот этого я точно не ожидал. Как сейчас ему объяснить, что предшественник, скорее всего, украл стетоскоп, чтобы похитить его Источник?

Нужно срочно что-то придумать.

— А где вы его в последний раз видели? — я сохранял безмятежное лицо и подошёл поближе к Коле.

— Да вроде бы… — Задорин нахмурился, но затем помотал головой. — Нет, решительно не помню. Я его в сумке постоянно таскал, притом повсюду. Он скорее как талисман был, я даже доставал его редко. Не уверен даже, когда именно он пропал.

— Ну, значит, вывалился из сумки, — пожал я плечами. — Я его случайно нашёл в этом кабинете под столом. Тоже, кстати, закинул в саквояж и забыл про него.

Задорин улыбнулся и аккуратно, нежно, словно боялся, что тот сломается, погладил стетоскоп.

— И как я так умудрился-то? — пробурчал он, пару раз глянув на меня исподлобья. — Ну, Григорий Романович, спасибо вам большое! Для меня он очень ценен. Буду теперь внимательнее.

Внутренняя пружина наконец разжалась. Я тоже улыбнулся и похлопал его по плечу.

— Хорошо, что нашёлся хозяин этой вещицы. А то я уж думал, как отыскать владельца... или вообще выбросить эту деревяшку. Кстати, вы точно уверены, что он ваш? Там внутри буквы. Я подумал, что инициалы владельца.

— А, это! — ухмыльнулся Задорин и одним глазом глянул внутрь трубки. — «И.В.П.» — это Иванов Василий Павлович, — расшифровал он. — Мой дедушка. Ну я вам про него рассказывал. От него у меня остались только мудрость и вот этот вот стетоскоп.

Задорин аккуратно положил стетоскоп в карман и заметно повеселел.

— Уж теперь я точно на поправку пойду! Мой талисман снова со мной.

В дверь постучал и попросился войти очередной пациент.

— Вы как, Артём Леонидович? — спросил я парня. — Ещё не выдохлись?

Побледневший, с покрасневшими глазами, парень помотал головой.

— Н-нет, Григорий Романович, я ещё смогу…

— Сможет он, ага! — грозно стукнул тростью Задорин. — Я что, не вижу? У тебя Источник почти истощился. Хочешь, как я, с этой кочерыжкой ковылять, да Маковой слезой обпиваться?

— Понятно всё с вами, господин студент, — вздохнул я и обернулся к пациенту. Это был мужик средних лет с перебинтованным ухом. — Обождите, пожалуйста, любезнейший. Вас вызовут.

— Хорошо, барин, хорошо, — закивал он.

Скривился от боли и, приложив руку к перебинтованному уху, скрылся за дверью.

— Но, Григорий Романович, я могу! — возразил Артём. — Я ещё могу принимать пациентов!

— Сиди, отдыхай, — я мягко надавил на плечо Артёма и заставил его присесть на кушетку. — У тебя тут два живых примера, что переусердствовать с магией не стоит.

— Это верно, — хмыкнул Задорин.

Затем он прихромал к Артёму и достал из штанов маленькую шоколадную плитку.

— Держите, господин студент, — протянул он её Артёму. — Шоколад помогает восстанавливать запасы Источника. Это вообще лучшая часть из прописанного мне лечения.

Артём задумчиво распечатал упаковку и отломил себе дольку.

— Вы же без магии справляетесь, Григорий Романович, да получше многих, — пробурчал он, разворачивая упаковку.

— У меня есть чем магию заменить, — заметил я. — А ты уже и сам запыхался.

Парень сунул дольку шоколада в зубы и захрустел.

— Алексея к тебе пришлю, — решил я. — Будешь у него помощником работать.

— Как помощником?! — Артём раскрыл рот, обнажив испачканные зубы. — Не хочу я помощником! Мы же равны.

— Будет тебе уроком, — строго пресёк я возражение. — Лекарь должен рассчитывать свои запасы магии, но ты потратил почти все в самом начале. А если бы пришёл пациент со срочным случаем?

Артём понурил голову и, обречённо вздохнув, хрумкнул вторым куском шоколадки.

— Алексея, положим, надо ещё отыскать, — заметил Задорин. Он тоже достал шоколадку и принялся её откусывать. — Вдруг он до сих пор за Прохором не гоняется по всей больнице? Что думаете, Григорий Романович?

— Думаю… — протянул я задумчиво, — что у вас наверняка найдётся ещё одна плитка, Николай Олегович.

━─━────༺༻─────━─

Алексей за Прохором уже не гонялся. Он его догнал и даже доставил до операционной. Голодного и с психологической травмой, правда. Это, конечно, не диагноз, но по лицу Прохора, когда он бежал от Алексея из процедурной, было бы справедливо предположить именно такой исход.

К тому же доказательством моей теории служили слова Тамары Семёновны, которая помогала Черепину приступить к операции. Да, он сегодня тоже дежурил, но в качестве оперирующего лекаря.

В общем, для Прохора потребовалась повышенная доза эфира, чтобы успокоить бедолагу.

Справедливости ради во взгляде и самого Алексея мелькали тревожные флешбеки из процедурной. Прям клизма впечатлений какая-то…

Но зато парень жутко обрадовался, когда я отправил его в дежурку. И совсем уж возомнил о себе, когда я сказал, что у него в помощниках будет Артём.

Разобравшись с этими двумя, мы с Задориным отправились к Пете в 211-ю палату. Там Петя продолжал шаманить над Маргаритой. Как позже выяснилось, небезуспешно.

Когда мы зашли, запыхались и сам Петя, и Маргарита, и даже Маруся. Она тяжко вздыхала, положив подбородок на край кровати.

— Как успехи, студент Анисимов? — спросил Коля и присел на кровать рядом.

Парень поднялся, нахмурился и помотал головой.

— Ничего не выходит. Я будто бы нащупываю что-то, но не получается. Словно рыбачу голыми руками.

— А рыбка-то скользкая, да? — хмыкнул Задорин. — Но ты правильно уловил суть. Хорошее сравнение.

— Так вы знаете, как пользоваться даром? — заинтересовался Петя.

— Не совсем, — помотал головой Задорин. — Но кое-что смогу подсказать…

Я тем временем занялся самой пациенткой.

Коля оказался прав, когда посоветовал оставить Петю. За это время парень успел перепробовать все неверные подходы к дару обследования, и оставалось лишь направить его в верном направлении. Но и для него самого, и для Маргариты всё это далось нелегко. Когда выдалась передышка, женщина улеглась на койке так, словно часа два разгружала тяжёлые вагоны, и прикрыла глаза.

— С вами всё в порядке, любезнейшая? — спросил я, присаживаясь на край постели.

— Да-да, господин лекарь, — с одышкой пробормотала Маргарита. — Всё хорошо. Нужно только отдохнуть, и можно продолжать.

Я глянул, как Задорин наклонился поближе к Пете и активно объяснял ему, как это работает:

— У меня знакомый был с даром обследования. Я пытался у него выучиться, но не пошло. Видишь ли, тебе нужно направить магию внутрь человека, но не затем, чтобы исправить что-то, а как бы обволочь нужный участок и заглянуть туда поглубже. Не решать проблему, а выявить её. Как выясняется, это разные подходы.

Петя активно кивал и хмурился, чтобы сосредоточиться и не упустить ни слова.

— Если, как ты, сравнивать с рыбалкой, то это как раз словно руками охотиться. Но рыба же скользкая, верно? И выворачивается, пытается улизнуть. Вот и организм человека — он ведь не статуя, а живой, подвижный, реагирует на каждое воздействие. Не хочет, чтобы его обхватывали всякие там магии. Поэтому нужно зацепиться, как гарпуном или крючком, иначе будешь перескакивать с места на место.

— О, а я-то думал, что такое! — почесал затылок Петя. — За кости постоянно цепляюсь, но мышцы и связки не вижу.

— А это они просто на месте стоят, правильно? — кивнул Задорин. — Хотя ты аж до костей добрался, хм… — призадумался он, по привычке закрутив ус. — А мне ведь так и не удалось. Молодец! Живо схватываешь даже.

Это воодушевило Петю. Я наказал ему немного передохнуть, чтобы и сам он немного восстановил Источник, и Маргарита перевела дух.

Она выглядела ещё более истощённой, чем сам студент. И у меня на самом деле были некоторые подозрения насчёт воздействия магии на организм человека. Тем более магии обследования.

Я улыбнулся, чтобы не нервировать пациентку, и попросил:

— Можно я вас ещё раз осмотрю, любезнейшая?

— Ой, конечно, Григорий Романович, — кивнула она со всё ещё закрытыми глазами. — Конечно, вам можно.

Я через одежду мягко прощупал бедро Маргариты. И даже при небольшой пальпации по её лицу сразу понял, что она болезненна.

— Вам некомфортно? — спросил я, чуть надавив на болезненную область.

— Да, есть чуть-чуть, — кивнула она.

Но стоило мне нажать чуть сильнее, Маргарита вскрикнула и дёрнулась. Плохой признак, этого я и опасался.

Я успокаивающе погладил больное место, отпустил пациентку и обернулся к Пете и Коле.

— Похоже, на сегодня придётся закончить с обследованием.

— Как? — удивился Петя. — Почему?

— Григорий Романович, сейчас очень важно, чтобы Пётр продолжил использование дара, — Коля вдруг сделался очень серьёзным. — Если прервёмся, всё будет впустую. Нужно брать, пока горяченькое, понимаете?

Я встал с койки, схватился за фонендоскоп, чтобы занять руки.

— Нельзя. Похоже, дар обследования при длительном воздействии пагубно влияет на самого пациента. Маргарите нужно отдохнуть.

В голове у меня были параллели с рентгеновским облучением, воздействие которого не было изучено в начале его применения. С магией, судя по всему, было нечто похожее. По крайней мере, касательно дара обследования.

После моих слов Пётр и Коля наконец-то заметили состояние Маргариты.

— Что случилось? — очнулась вдруг Маруся. — Маргоша, как ты?!

Девушка увидела, как Маргарита кривится от приступа боли. Тут же ахнула, подскочила с кровати и бросилась в нашу сторону.

Но на полпути вдруг остановилась, зажмурилась сама и упала на коленки, обхватив голову.

— Маруся! — сорвался с места Петя.

Он так шустро мчался на помощь, что передо мной мелькнули полы его халата, а его ботинки скрипнули по полу.

Мы с Задориным переглянулись и глянули на парня, который нежно обнял пациентку. Та глубоко задышала.

— Не… знаю, — простонала девушка. — Голова… болит.

— Эх, зачем же вы так резко встали? — причитал ПетяЖ, обволакивая её голову золотистым светом. — Ну ничего. Сейчас будет полегче, подождите.

Картина была умилительной. Парень заботливо придерживал Марусю одной рукой, а второй мерно кружил над её головой.

Вот только умиляться я перестал очень быстро — когда Маруся потеряла сознание.

— Григорий Романович, — испугался Петя. — Что происходит? Я ведь… я просто хотел уменьшить боль!

Я присел рядом. Коля, несмотря на слабость, неловко приземлился с другой стороны и принялся осматривать Марусю.

Я быстро свёл симптомы воедино. Травма головы, резкий подъём, потеря сознания через несколько секунд. Всё было очень похоже на эпидуральную гематому, но были и другие варианты. Субдуральная гематома, внутримозговое кровоизлияние или сотрясение с ортостатическим коллапсом.

В любом случае действовать нужно быстро и наверняка. Но КТ или МРТ в эту больницу ещё не завезли, очередь лет на сто вперёд. Даже если будем первыми. И проверить, что именно пошло не так, сейчас можно лишь одним способом.

— Вот тебе и практика, Пётр, — Задорин тоже понял ситуацию и принялся наставлять студента. — Помни, что я тебе говорил. И найди, от чего именно она пострадала.

Маруся очнулась, слабо приоткрыла глаза. Выглядела она крайне плохо: мутный взгляд, глаза еле шевелятся и закатываются.

Я проверил реакцию её зрачков. Правый был расширен — как раз с той стороны, где была травма.

— Область между черепом и мозгом, в височной зоне, — направил я Петю. — Сперва посмотри там.

Петя кивнул. Вдохнул поглубже. И сосредоточился, прикрыв глаза, и повёл ладонью вдоль виска.

Золотистое свечение озарило лицо девушки и обдало волной тепла.

Мне оставалось только наблюдать.

За короткое время Пете выпало немало испытаний, и пока он справлялся отлично.

— Маруся в порядке? — забеспокоилась Маргарита.

Она попыталась встать, но зажмурилась и распласталась обратно на кровати.

— Всё будет хорошо, — кивнул я в её сторону. — Вы пока что лежите и отдыхайте.

— Нашёл! — распахнул глаза Петя. — Да — там гематома. Прямо между черепом и мозгом. Но повреждённый сосуд пока не могу разглядеть.

Я оказался прав. Значит, Пете предстоит ещё одна операция, только в этот раз не со мной.

— Сколько сил в Источнике у тебя осталось? — спросил я Петю.

— Около трети, кажется, — нахмурился он.

У меня промелькнула мысль, что он влил очень много магии в одну конкретную область пациента, и это пагубно сказалось на состоянии. Маргарита до сих пор не вставала с постели, хотя очень беспокоилась за состояние Маруси.

Аналогия с рентгеном становилась всё убедительнее, если бы его излучение было иного рода.

Но другая мысль заключалась в том, хватит ли студенту второго курса трети запаса, чтобы ассистировать при сложной операции?

— Как думаете, Черепин уже закончил с Прохором, Николай Олегович? — рассуждал я вслух.

— Думаю, да, — кивнул Коля.

— Давай-ка мне её сюда, — я аккуратно подхватил Марусю и указал Пете на каталку в углу палаты. — А ты подготовь каталку. Будешь ассистировать во время операции.

Глаза Пети распахнулись, но удивление быстро спало. Он кивнул и направился к каталке.

━─━────༺༻─────━─

Да, практика у Пети выдалась нелёгкой. Черепин выслушал меня, молча глянул на Петю, которого я предложил в качестве дополнительного ассистента. Но всё же согласился, когда узнал о прорезавшемся даре обследователя.

Будь здесь обычный девятнадцатый век, девушка не обошлась бы без дырки в черепе, о которой мы совсем недавно шутили для Митяя. Но сейчас опытный целитель Станислав Черепин проведёт всё без вскрытия, потому что студент Анисимов сможет его направлять.

— Да он сам рад, — ухмыльнулся Коля перед моим уходом. — Поработать вместе с обследователем, даже если тот только-только проклюнулся, это дорогого стоит. Так что смотри, как бы он Петьку в ассистенты не забрал.

— Если Петру Демьяновичу это пойдёт на пользу, то пускай, — пожал я плечами. — Сам же знаешь, я для него подобной практики организовать не смогу.

Коля напоследок покрутил усы, раздумывая над моими словами, и скрылся в сторону операционной.

Сам Коля останется на операции. Так уж получилось, что одна юная девушка стала поводом для привлечения сразу трёх целителей. Первый, оперирующий лекарь, был единственным опытным лекарем с полноценным Источником. Второй, Петя, служил портативным КТ-навигатором. Ну, а Задорин, как единственный, у кого был опыт работы с даром обследователя, был кем-то вроде штурмана, чтобы навигатор не завёл куда-нибудь не туда.

А я отправился дальше. Дежурка занята Артёмом и Алексеем, Роксана должна скоро закончить с прививками, и нужно придумать ей ещё одно задание.

Но должен признаться, когда Коля сказал о том, что Черепин может переманить Петю, я почувствовал лёгкий укол ревности. Нравился мне этот парень.

А ещё не нравилось, что такую операцию Черепин провести может, а я — нет.

━─━────༺༻─────━─

Под утро все четверо практикантов снова выстроились в дежурке. Я стоял напротив них с журналом, где отметил весь сегодняшний день.

— Итак, подведём итоги сегодняшней практики, — приступил я к делу. — Касимов Артём — три балла.

— Но почему? — поправил он очки с хмурым видом. — Я же честно всё отработал.

— Ага, — шмыгнул Алексей. — Застращал пациентку и не увидел обычную простуду.

— А если бы её удар хватил по твоей милости? — кивнул я. — К тому же использовал слишком много магии, чтобы эту простуду вылечить и уже к середине дня остался без энергии.