Читаем Проект Атман онлайн бесплатно

Я знаю, что не все прочитают эту книгу. Более того, изначально на обложке этого произведения Кена Уилбера мне хотелось написать «Книга не для всех», с тем, чтобы сразу отсечь армию любителей развлекательных книг. Эта книга тяжела для понимания. Более того, эту книгу почти невозможно понять. Она касается сокровенной тайны жизни — Духа.

Для кого эта книга? Для Великих Игроков.

Роберт де Ропп в книге «Великая Игра» пишет, что жизненные игры отражают жизненные цели, и игры, которые люди себе выбирают, указывают не только на их тип, но и на уровень их внутреннего развития.

Де Ропп разделяет жизненные игры на «материальные» игры и «мета» — игры.

Материальные игры можно расценивать как игры, направленные на приобретение материальных вещей, в основном денег и того, что на них можно купить.

Цель мета — игры лежит за пределами материального мира: духовный рост, знания, ментальность.

Другими словами, цель материальных игр — конкретные вещи мира, особенно «физическая четверка»: деньги, власть, секс, общественное положение.

Мета — игры скрыты, возвышенны, утонченны. Их цель — абстрактные вещи: истина, красота, знание. На вершине этих мета — игр де Ропп помещает Великую Игру: поиск просветления, освобождения, спасения или пробуждения. Это игра освоения и овладения вещами не внешнего, но внутреннего мира, своего разума и сознания. Ее конечная цель — глубоко познать свою природу, раствориться в ней и через свой непосредственный опыт ощутить, что она божественна.

Различные традиции выражают это по — своему, но суть одна и та же.

Христианство учит нас, что «Царство Божие в тебе самом», или, словами святого Клемента: «Тот, кто знает себя — знает Бога»; буддизм говорит: «Посмотри в себя. Ты есть Будда»; суть сидтхи — йоги — «Бог обитает в тебе, как ты»; и в исламе — «тот, кто знает себя — знает своего Бога».

Истинных игроков в Великую Игру, тотально поглощенных этой игрой, чрезвычайно мало. Нужна какая-то очень большая внутренняя сила, чтобы прожить Великую Игру полностью. Нужна очень большая энергия внешней поддержки, чтобы быть вовлеченным в Великую Игру.

Для меня эта книга имеет оба аспекта энергии. С одной стороны, она является катализатором удивительных внутренних открытий, вовлекающих наше любопытство в Великую Игру. С другой стороны «Проект Атман» — особое пространство духа, которое приглашает наше тонкое восприятие и ментальность в чарующее путешествие идей, образов, метафор философии вечного.

Мы не хотим раскрывать содержание «Проекта Атмана». Тексты в этой книге обладают высокой степенью целостности. Так же, как невозможно ничего подправить в гениальных картинах Тициана или Врубеля, так и любое толкование или дополнительная интерпретация во введении к этой книге мы считаем излишним.

Уже девятый год я читаю на факультете психологии университета академический курс «Теория и практика трансперсональной психологии». Каждый раз, знакомя студентов представлениями Кена Уилбера о трансперсональной психологии, я попадаю в состояние восторга перед красотой и утонченностью «Проекта Атман».

Я завидую тем, кто впервые берет в руки этот бестселлер трансперсонального мировосприятия, потому что им предстоит удивительное путешествие.

Я полон уважения к тем, кто уже не первый раз начинает читать эту книгу — значит, вы уже осознали, что «Проект Атман» Кена Уилбера обладает той же глубиной и вечной новизной, как и сам Атман.

Владимир Козлов, доктор психологических наук

Тема этой книги фундаментально проста: развитие — это эволюция, эволюция — это трансценденция (напомню прекрасную фразу Эрика Янча: «Эволюция как самореализация путем само — трансценденции») [199], а конечная цель трансценденции — Атман, [1]то есть предельное Сознание Единства в едином Боге. Все возможные влечения сводятся к этому одному Влечению, все желания являются разновидностями этого Желания, все усилия и порывы подчинены этой Тяге — и все это движение в совокупности представляет собой то, что мы называем «проект Атман», — влечение Бога к Богу, Будды к Будде, Брахмана к Брахману, которое, однако, первоначально реализуется через посредство человеческой психики и с самыми разными результатами — от экстатических до катастрофических. В книге «Вверх от рая» [427]я постарался показать, что коль скоро человеку удалось развиться из амебы, он, в конечном счете, находится на пути к Богу, однако пока что пребывает во власти немыслимого промежуточного состояния, известного как проект Атман. И теперь эволюционное движение продолжается от единства к единству, пока в конечном счете не останется только одно Единство, а проект Атман не растворится в проявлении самого Атмана.

Эта книга начиналась как серия статей, увидевших свет в первых четырех выпусках журнала [2]«RE-VISION» [412], [415], [416], [434]. Однако публикация растянулась почти на два года, в течение которых мои соображения по этой теме, естественно, развились и созрели. Поэтому в своем настоящем виде книга имеет лишь слабое отношение к упомянутым статьям, и всем заинтересовавшимся ими читателям я обязан пояснить следующее.

Отправной точкой статей в «RE-VISION» было предположение нескольких западных исследователей о том, что самый ранний период детства, когда новорожденный неразделимо слитс матерью и внешней средой, становится моделью для всех взрослых состояний совершенного трансцендентного и экстатической единства. Если это так, естественно казалось, что неизбежное развитие ребенка из этого изначального единства — слияния представляет собой фундаментальное лишение его не только физически крайне приятного, но и метафизически более высокогосостояния — утрату «рая» или, по формулировке последователей Юнга, «отчуждение от Самости». Однако, как далее предполагали многие авторы, взрослый человек мог бы вернуть себеэтот «высший рай» в его зрелой и здравой форме. Такого или весьма похожего мнения в целом или частично придерживались юнгианцы, Нейман [279], Норман О. Браун [57], Малер и Каплан [318], Леуолд и неопсихоаналитики [246], Уотс [390], Кестлер и Кэмпбелл [66]. И хотя во всем остальном я относился к взглядам этих исследователей с большим уважением, эта конкретная идея, по мере дальнейших размышлений, казалась мне все более и более несостоятельной. Она не только потворствовала одиозным сравнениям трансперсональной сферы с инфантильными состояниями, но и, судя по всему, основывалась на недостаточном понимании глубочайших различий между тем, что мы (вслед за Уэскотом [395]) будем называть « до-»(«пред-») и « над-»(«транс-») состояниями. [3]

Инфантильное состояние слияния, как мы дальше увидим, и на самом деле представляет собой некую разновидность «рая», но это рай доличностного неведения, а не трансперсональной пробужденности. Истинную природу доличностного инфантильного слияния я внезапно понял только после того, как наткнулся на ее описание у Пиаже: «Самость на этой стадии, если можно так выразиться, материальна…» [297]. А материальное единство, как мы увидим, является низшим из всех возможных видов единства — в нем нет ничего метафизически «высокого»; от того факта, что доличностное единство является структурой, которая предшествует разделению субъекта и объекта, ошибочно переходят к отождествлению его с подлинно более высокими типами единства, превосходящего субъективность и объективность. Когда это стало для меня очевидным, схема, представленная в «RE-VISION», слегка изменилась как раз там, где это было нужно, и вся эта книга в целом стала более или менее последовательной и согласованной. Хотя фактический материал, использованный в журнальной публикации, в книге мало изменился, мое новое понимание иного контекста («доличностного» и «надличностного») для этого материала привело к некоторым изменениям в терминологии.

Я употребляю термин «уроборос» [4]для доличностного состояния инфантильного материального слияния (наряду с понятием «плерома» [5]); термин «кентавр» [6]теперь относится строго к зрелой интеграции тела и «эго» — ума, а термин «тифон» [7]вводится для обозначения инфантильного периода, предшествующего дифференциации тела и «эго» (фрейдовские стадии «тела — “эго”»); «трансперсональными» названы зрелые, взрослые формы трансценденции «эго» — ума и тела; употребление терминов «эволюция» и «инволюция» приведено в соответствие с принятым в индуизме, например, у Шри Ауробиндо, а взамен их прежнего использования (по примеру Кумарасвами) вводятся термины «внешняя дуга» и «внутренняя дуга». Понятие «проект Атман» не изменилось; впрочем, поскольку идеальное состояние экстатического единства является не доличностным слиянием «инфантильного космического сознания», а скорее трансперсональным единством высшей каузальной сферы, [8]контекст проекта Атман естественным образом сместился в направлении этого состояния, причем намного отчетливее, чем в исходных формулировках. Я думаю, что все сказанное выше можно было прочесть между строк первоначальных статей; в книге же это излагается открытым текстом и достаточно прямо.

Итак, далее рассказывается о проекте Атман. Это попытка поделиться тем, что я увидел; малая толика того, что я запомнил; это еще и просто дзенская пыль, которую вам следует отряхнуть со своих сандалий; и, наконец, это ложь перед лицом той Тайны, которая одна только и есть на свете.

Кен Уилбер,

Линкольн, штат Небраска,

зима 1978 года

По словам философа Яна Смэтса, куда бы мы ни взглянули в природе, мы не увидим ничего, кроме целостностей [354]. И при том не простых целостностей, а иерархических: каждое целое является частью какого-то более крупного целого, которое само входит частью в еще большее целое. Поля внутри полей внутри новых полей, протянувшихся через космос и связывающих каждую и всякую вещь с любой другой.

Вселенная, продолжает Ян Смэтс, — это не бездумно статичная и инертная целостность — космос отнюдь не ленив, он является активно действующим и даже созидательным. Он стремится (мы сейчас говорим телеономически, а не телеологически [9]) производить целые все более высокого уровня, все более всеобъемлющие и высоко организованные. Этот всеобщий космический процесс в его развертывании во времени есть не что иное, как эволюция. А тяготение ко все более высоким уровням единства Я. Смэтс назвал холизмом.

Если продолжить эту линию размышлений, мы могли бы сказать, что поскольку человеческий разум или психика является аспектом космоса, то в ней самой вполне можно найти то же иерархическое расположение целых внутри других целых, от простейших и самых рудиментарных до наиболее сложных и всеобъемлющих. В общих чертах, именно таковы открытия современной психологии. По словам Вернера, «Всякое развитие всегда идет от состояния относительной всеобщности и отсутствия различий к состоянию возрастания изменчивости, выраженности и иерархической интеграции» [394]. Якобсон говорит о «тех разделенных на слои феноменах, которые современная психология открывает в различных областях разума» [196], где каждый следующий слой является более интегрированным и всеобъемлющим, чем его предшественник. Бейтсон указывает, что даже само научение иерархично и включает несколько главных уровней, каждый из которых является «мета» — уровнем для предшествующего [33]. Тогда, в общем приближении, мы можем заключить, что психика, как и весь космос, имеет много уровней («многомерна») и состоит из последовательности целостностей, единств и совокупностей все более высокого порядка.

Холистическая эволюция природы, повсюду производящая все более высокие степени целостности, в человеческой психике проявляет себя как развитиеи рост. Та же самая сила, сделавшая из амебы человека, делает из детей взрослых. Иными словами, рост человека от детства до зрелости является просто миниатюрной версией космической эволюции. Или можно было бы сказать, что психологическое развитие людей — это просто микрокосмическое отражение всеобщего развития в целом, и оно имеет ту же цель: развертывание стадий единства и интеграции все более высокого порядка. В этом заключается одна из главных причин того, что психика действительно имеет слоистую структуру. Во многом подобно геологическому формированию земной коры, психологическое развитие происходит слой за слоем, уровень за уровнем, стадия за стадией так, что каждый последующий уровень накладывается на предыдущий таким образом, что он включает его в себя, но превосходит его («обертывает» его, как сказал бы Вернер).

Итак, в психологическом развитии целоекаждого уровня становится просто частьюцелого следующего уровня, которое, в свою очередь, становится частью следующего целого, и так далее на протяжении всей эволюции сознания. Возьмем в качестве одного из многих возможных примеров развитие речи: ребенок сначала осваивает лепет, затем гласные и согласные, простые слова, небольшие фразы и предложения и лишь потом развернутые предложения. На каждой стадии простые части (например, слова) интегрируются в более сложные целостности (например, предложения), и, как указывает Якобсон, «новые добавления накладываются на более ранние, которые начинают растворяться в более высоком слое» [196].

Современная психология развития целиком посвятила себя изучению и разъяснению различных уровней, стадий и пластов человеческого устройства — ума, личности, психосексуальности, характера, сознания. В работах Пиаже [294]и Вернера [393], Левинджер [243], Ариети [7], Маслоу [262]и Якобсона [196], в исследованиях Кольберга [229]по моральному развитию — повсюду полностью или частично признается концепция отдельных стадий возрастания дифференциации, интеграции и единства.