Читаем Проект «Акела» онлайн бесплатно

Что будет дальше – никто не знает.

Я же верю в то, что мы выживем, несмотря ни на что.

Теорией ядерной войны я интересовалась давно. Первые рассказы на эту тему родились в 2002 и 2003 годах на плодородной почве, оставшейся после Чернобыльской катастрофы и 11 сентября. Тогда же и было написано начало этой книги…

Черновики лежали и ждали. Только в 2019 году они дали толчок новой истории про конец света, выживание и конечно же про любовь, за которую не страшно умереть. Это история о простых людях в изменившимся после ядерной войны мире. У них есть возможность повернуть время вспять и все изменить. Но получится у них нарушить ход истории и остановить последний полет ракет?

Книга закончена в 2021 году.

Все описанные в книге события являются плодом фантазии автора, любые совпадения случайны.

По Академгородку шла женщина в розовом пальто. Легкая поступь, воздушный белый шарф, умиротворенные глаза, блондинка сияла словно ей выпал выигрышный билет в лотерею. Чудесный августовский день пропах сырой листвой и подступающей осенью. Душный сладкий аромат проникал в ноздри и заставлял вдыхать жизнь полной грудью.

Дина не знала, почему она так уверенно шла через шум мегаполиса в оазис старого научного городка. Она не была здесь со студенческих времен, позабыв то чувство прикосновения к прошлому, которое дарит старый квартал. Вечером по улице обязательно поплывет аромат готовящейся еды, здесь царствуют запахи жареной картошки и пирогов, напоминая о теплом доме, бабушках и мамах.

Молодящаяся блондинка распахнула пальто от внезапного приступа душной ностальгии. Глаза туманились неясной тоской, но ответы не приходили. Равнодушное серое небо спокойно растекалось океаном мутных облаков, готовых вот-вот пролиться холодной водой.

Тревога пробежала мурашками по рукам, заставляя волосы вставать дыбом. Под слоем тонального крема лицо неудержимо краснело. Глаза в панике искали что-то, но не могли найти. Август 2017 года, тебя не должно было быть…

Мысли неслись вскачь. Размеренная жизнь со стажировкой в Америке и квартирой в столице перемешивалась с картинками темной комнаты, где у облезлой буржуйки с решетчатой дверкой на матрасах под чистыми цветастыми одеялами спит Дина и незнакомый парень. Или знакомый?.. Он так часто снился, что Дина запомнила каждую веснушку. Кудрявая шевелюра напоминала пыльную медь, а прозрачно-голубые глаза – скоротечную весну. Щербатая добрая улыбка на некрасивом лице, теплые руки, уверенные движения и хитрый прищур – именно так незнакомец отпечатался в памяти.

Пахнет дымом, от огня идет изменчивый свет. Танцующие блики отражаются от кирпичных стен с облупившейся серой штукатуркой. Деревянный стол с гладко обструганной поверхностью почти пуст. На нем лежит зеленый мягкий рюкзак, скрывающий в недрах предмет прямоугольной формы, в очертаниях заметны уголки от прибора или ящика. Две тарелки с жиром и мелкими костями, оставшимися от недавно пойманного зайца, небрежно брошены на пол.

Пегая облезлая собака, уютно устроившаяся в углу на пыльной шкуре, глодает крупный мосол. Она иногда чихает, смешно морща нос, и каждый раз оглядывается в сторону деревянной самодельной люльки. Там крепко спит малыш, закутанный в вязаные пледы. На бортике лежит старая обносившаяся по подолу песцовая серая шуба.

Эти сны… Они приходили раз за разом, но первый раз гулкая пустота и тишина, нарушаемая мерным перестуком далекого счетчика, возникла среди шума города. Нос уловил запах жареного мяса, дыма, пота и горелого жира. Кожа чувствовала жар от печки. Сердце колотилось возле горла, придавая обстановке налет туманной тревоги. Дина помотала головой, запахнула пальто, ежась от ледяного ветра, и, звонко перестукивая каблучками модных сапожек, побежала в сторону торгового центра и толпы. Уединение старых дворов напомнило об утраченной жизни, сводя скулы тоской о несбывшейся мечте. Зыбкие образы, вспышки света и нарастающий стрекот счетчика Гейгера отдавали болью в глазах и ушах.

Выйдя на оживленный проспект, Дина остановилась. Дыхание сбивчиво вырывалось из губ, а руки измяли кожаный ремень клатча. Взгляд понемногу прояснялся. Привычный шум мегаполиса, состоящий из дикой мешанины звуков, прочистил мозг и выветрил остатки сна.

Недовольно гудели автобусы, сыто рычали мощные двигатели автомобилей, смеялись люди, где-то гавкнула собачка. Магазины приветливо распахнули жадные пасти дверей, заманивая доверчивых покупателей яркими витринами. Толпа находилась в движении. Кто-то пил кофе на ходу, кто-то говорил по телефону. Каждый человек шел по своим делам, занятый решением проблем, вопросов, назначением встреч, свиданиями и расставаниями. Жизнь привычно бурлила, даря успокоение встревоженным нервам.

Все хорошо…

Дина в приступе неуверенности замерла на углу дома с красными панелями. Она не понимала, каким способом ей влиться в поток. Поймать такси или зайти выпить кофе, а может быть прогуляться по торговому центру? Размышления прервал перезвон гитарных струн. Стрекот счетчика в голове утих, словно покорился аккордам старой песни. Кто-то пел известные строчки про то, что не все так уж плохо…

Город погас. Краски стерлись. Затих гомон людей и рев машин. Возле бетонной клумбы с полуживыми настурциями на расстеленном куске тряпки зеленого цвета сидел уличный музыкант. Он явно бедствовал: потрепанные берцы с царапинами, мятые штаны и куртка с зашитой дыркой на локте. На шее болтался черный платок, в его складках угадывался рисунок оскала черепа. Грязные мозолистые пальцы ловко выбивали звук из послушной гитары, которая прожила уже лет сто, не меньше. Песня лилась, завораживая слушателей. Люди снижали темп, останавливались, слушали, качали головами и кидали деньги. Кто-то снимал музыканта на телефон, торопясь поделиться скоротечными новостями в интернете.

Парень поднял голову, зажимая струны рукой. Песня кончилась. В благодарность таланту улица рассыпалась аплодисментами и смехом. Дина в нерешительности прижала клатч к груди и двинулась в его сторону. Она узнавала медную шевелюру, уже припорошенную сединой, щербатую улыбку и глаза цвета весеннего неба. Незнакомец из сна постарел лет на 10–15, но это был он!

Музыкант легко встал с тротуара, продолжая улыбаться слушателям. Люди гомонили, просили исполнить что-нибудь еще, но человек в полувоенной форме резким взмахом головой отказал в продолжении шоу. Берцы отмеряли четкий шаг. Правая нога заметно прихрамывала. Незнакомец подошел к Дине и, посмотрев сверху вниз, сказал:

– Привет! Я же обещал вернуться.

Сон прошел. Дина открыла глаза, наткнувшись взглядом на небесно-голубой натяжной потолок. Глянец равнодушно шел бликами, отражая первые рассветные лучи. Рядом посапывал Пашка, по привычке зарывшись в подушки с головой. Часы на телефоне показывали пять утра, до будильника остался законный час, а сна не осталось, все грезы пролились каплями тумана и утекли в неизвестность нового дня.

Дина тихо выскользнула из-под одеяла и вышла из спальни. Дверь аккуратно щелкнула доводчиком, отрезав от мира странных видений, которые по ошибке называют сном. До дрожи в пальцах хотелось курить, но она бросила эту вредную привычку больше десяти лет назад. Студентке, переехавшей в жадную столицу, не всегда хватало денег даже на еду, какие сигареты… Кутаясь в халат от утреннего августовского холода, Дина поставила чайник греться и села на подоконник. Хмурое небо над Химками, привычные многоэтажки с безликими фасадами, наполненные машинами дворы. Привычная картинка за окном плыла перед глазами. Нет-нет, да опять чувствовался аромат старого города, где Дина провела детство и юность. Память суетливой прислугой подсовывала картинку закопченной бедной халупы. Словно проверяла на прочность расшатанную психику…

Может быть, останься она на малой родине, то судьба бы привела ее на порог нищеты?.. Дина оглядела стены кухни, покрытой модной штукатуркой с ребристой поверхностью. На кафельном фартуке распускались маки. Многоуровневый потолок кишел точечными светильниками, которые угодливо меняли режимы подсветки. Встроенная техника пряталась за дорогими дубовыми фасадами.

Пальчики с маникюром за много тысяч рублей стукнули по каменной столешнице. Да. Ее жизнь пошла резко вверх, когда она встретила Пашку. Тот тоже был провинциалом из далекого городка, но хватка и талант программиста позволили остаться в столице, влезть в ипотеку и зарабатывать кучу денег.

У Дины карьера врача не задалась, на нее постоянно жаловались пациенты: то не так осмотрела, то не тот препарат выписала. Своевольной девице хватило трех претензий, чтобы навсегда завязать с медициной и удариться в маркетинг. Теперь она зарабатывала столько, что давно перекрыла все кредиты, которые родители брали на ее обучение в престижном московском вузе.

Тоска привела к зеркалу. В серебристой поверхности отразилось лицо женщины, перешагнувшей рубеж в 30 лет. Первые морщинки, мудрость в карих глазах и немного печальная улыбка. Рука провела по обесцвеченным волосам – надоело, пора возвращаться к истокам. Из выдвижного ящика итальянской прихожей с традиционными виньетками на дереве извлечены ножницы. Дина ехидно подмигнула отражению и точными движениями обрезала длинные волосы, оставив мальчишеский ежик. Как когда-то в 15 лет…

Чуть позже проснувшийся Паша отреагировал на выходку смешком:

– Да у тебя кризис среднего возраста!

Личный стилист, к которому Дина вырвалась на обеде, долго охал, но признал, что ей так лучше. К вечеру Дина превратилась в брюнетку, а когда она случайно взглянула на себя в зеркальную витрину, то увидела маленькую девочку. Из далекого прошлого махала рукой юная Динка и показывала рукой на небо.

Небо молчало. Готовилась гроза. И кто-то заливисто смеясь назвал ее Птахой…

Тревожное предчувствие пролилось через край, как и кофе, убежавшее из турки на плиту. Дина, матерясь сквозь зубы, оттирала модную варочную поверхность, искренне жалея, что это не обычный «блин». Утро начиналось с головной боли, просверливающей виски. Дина отпросилась с работы, отключила телефон и ушла в полный офлайн. В груди росло щемящее чувство тревоги. Упорно преследовала мысль, что август не должен был наступить. Голоса в голове, когда же вы угомонитесь?..

Ощущение раздвоения преследовало в каждой мелочи, внося в жизнь хаос и кислый привкус беспокойства. Краешком сознания ловились сумрачные тени. Иногда ей слышался крик ребенка, но этот спецэффект она списывала на тонкие стены панельного дома и беспокойных соседей.

Сидя на кухне над чашкой испорченного кофе, обхватив голову руками и думая о том, как люди сходят с ума, Дина даже не повернула голову в сторону щелкнувшей двери. Странно, Паша редко приходит так рано. У него на сегодня запись в барбершоп, а потом планировались долгие посиделки с друзьями в модном баре под виски и кальян.

В кухню зашел, прихрамывая на правую ногу, рыжий знакомец из снов. Кружка улетела на пол, разбрызгивая по белой кафельной плитке невыносимо черные капли. Они резко контрастировали, привнося в реальность уродливый эффект карикатуры на фильм.

Дина встала из-за стола и в ужасе отшатнулась. В реальности мужчина выглядел страшно: лицо изрезали глубокие морщины, под глазами таились темные круги, обветренные губы потрескались до крови. Его рваная одежда насквозь пропахла потом, дымом и каким-то химическим, но знакомым запахом. Костюм напоминал экипировку охотника или рыбака, те же пестро-зеленые камуфляжные штаны и куртка, на ногах поцарапанные берцы. На локте заплатка. На шее черный платок… Как во сне. Только в руках не гитара, а автомат. Кто его сюда пустил?! Здесь же охрана!

Знакомец улыбнулся, показав щербатые зубы. От улыбки сильно натянулась почти зажившая ранка на уголке губ, лопнула, пустив кровь. Прищур глаз напомнил волка на охоте. Добыча застигнута, зажата в угол, трясется от страха и прижимает ладони ко рту, зачем-то сдерживая крик о помощи. Хрипловатый низкий голос произнес ожидаемые слова:

– Привет! Я же обещал вернуться.

Дина и Акела встречались много раз, каждый раз заново проживая жизнь. Они попали в круговорот времени, не понимая, где выход из мрачного туннеля. Снова и снова высекалась искра над потухшим костром, заставляя менять мир, но влюбленные не могли остаться вместе. Кто-то из них всегда умирал. Судьба подарила им три года счастья на заре юности, потом наступил мрак.

Каждый раз мир погибал. Никто не отменял войну и пепел, смерти миллиардов и крах империй. Ядерная пустыня царила в будущем, менялись только детали. Акела терял надежду, но не сдавался, раз за разом выходя на кривую тропинку, ведущую по спирали.

Девочка 15 лет по имени Дина медленно и задумчиво прошла по голубым плиткам тропинки от здания администрации к главной аллее. Она остановилась, посмотрела влево на запертые ворота, оценила высокий крепкий деревянный забор, вздохнула и откинула косу густого кофейного цвета за спину.

Девушка находилась в подавленном состоянии: рядом не осталось ни родных, ни друзей. Она, поколебавшись немного, пошла направо по центральной аллее, заботливо засаженной кленами. Местная серовато-синяя форменная одежда сшита из натуральной ткани, поэтому дарит мягкость и удобство, зато кожаные ботинки с непривычки предательски быстро натерли мозоли. Дина с трудом шла, прихрамывая на обе ноги.

Как ей объяснили, идти надо до конца аллеи, но девушка не выдержала и свернула раньше, заприметив деревянную скамеечку.

Белая крашеная скамья с изогнутой спинкой манила сесть и отдохнуть, подставив лицо солнцу. Дина прислушалась к зову и уютно устроилась на красных подушках, одну из них подложив под спину. Девушка откинулась и задумчиво посмотрела вверх.