Читаем Проделки суккубы (СИ) онлайн бесплатно

   Все герои вымысел автора, совпадения с реальными людьми случайность.

Эль Цок-Цок или История из демонской жизни

   Из жизни демонов:

   - О трансцедентальном, о фатализме, о жизни, о мистике?

   - Нет-нет-нет - запально, круто и клёво в кайфовой стилистике...

  На одной из тихих улочек достославного города Диса, в вотчине князя Асмодея, расположился небольшой, похожий на розовую бонбоньерку особнячок - родовое гнездо старинного семейства суккуб Цоккини. Их генеалогическое древо уходит корнями к самой демонской праматери Лилит, и в былые времена слава о проделках этих милых дам гремела во всех мирах. Нынче, они притихли, как ни печально признать, но суккуб Цоккини осталось прискорбно мало. И сейчас, в своём будуаре, перед старым серебряным зеркалом, вертелась младшая представительница фамилии - прелестная молоденькая демоница Эль Цок-Цок. Черты вырождения аристократического семейства счастливо обошли её стороной, и полная тёмных сил и коварства суккубочка оставалась последней надеждой на возрождение некогда великого рода.

   Принимая вычурные позы, демоница безуспешно пыталась обернуться в мерцающий багряными искрами шлейф душ. И хоть куцый шлейфик не прикрывал даже ягодиц, на лице Эль цвела сытая, самодовольная улыбочка. Приподнимая левый край, она восторженно разглядывала крупное багровое с чёрным гофрированным ободком пятно, гладила его тоненькими пальчиками и мечтательно закатив блудливые глазки, хихикала, вспоминая о чём-то приятном...

   свои вещие персты на клаву воскладём... и начнём же, братья, повесть эту...

  Под сводом мрачной пещеры заполошно металась стайка летучих мышей. Их беспокоил жирный дым коптящих свечей и пугали истеричные взвизги читающего заклятья малефика. От страха животные пищали и гадили. Вонючие блямбы со снайперской точностью шлёпались на лысую голову чернокнижника, всякий раз, вызывая новый взрыв визгливых проклятий. Виновник этой суматохи, худой, болезненного вида мужчина, ползал по полу, и тщательно вымеряя, вычерчивал хх`рагисом пентакль вызова демона.

  Сегодня под утро мэтру Мортинцу приснился вещий сон. Его навестила сама тёмная Госпожа Death.

  Сначала ему снился привычный, ставший за многие годы почти родным, кошмар. Он, где-то на грани миров, тяжело, из последних сил, бредёт по бесконечному полю бледных асфоделий; в низком мутном небе безмолвно кружат стаи призрачных ворон-альбиносов; тяжёлый влажный воздух забивает глотку, к лицу и рукам липнут клочья тумана. И вдруг, из серой мути выплывает лучезарное видение - Госпожа, и всё его существо охватывают лёгкость и невыразимое блаженство. В чёрном вдовьем наряде, прекрасная в своей скорби, она стоит на берегу Ахерона и милостиво протягивает руку к мэтру Мортинцу, предупреждая: поторопись, милый, я тебя жду.

   Такова привилегия малефиков, Госпожа всегда заранее оповещает своих преданных слуг о пришедшем сроке.

   В тварном мире у мэтра оставалось всего одно незавершённое дело. Но зато какое - дело всей его жизни! Мортинец страстно жаждал встречи с некоей рыжей демоницей. И уж в этот раз он подготовился к свиданию, лицо чернокнижника перекосила зловещая улыбка, а худая, испещрённая защитными письменами рука погладила гроздь амулетов на впалой груди. Исчадье ада ждёт сюрприз - он больше не вороватый Мартышка, ученик мага-погодника, мэтра Ансоля.

   Да, демоны хитры и коварны...

   В тот вечер, проклиная в душе хитроумных сервов, повадившихся расплачиваться за услуги высокоградусным продуктом собственного изготовления, пыхтящий Мартышка затаскивал пьяного Ансоля по крутой лестнице в спальню. И когда из кармана учителя выпал ключ от шкафа с гримуарами, Мартышка счёл это заслуженным подарком судьбы.

   Старый маг был подслеповат и давно уже ничего не читал, и если его бедолага-ученик стащит один из захудалых гримуарчиков со второго ряда, он и не заметит, а Мартышка разживётся монетой на личные расходы. В общем-то, он уже несколько раз запускал шаловливую ручонку в закрома... И поэтому удивился, когда открыв резную дверцу массивного шкафа, увидел незнакомый ветхий фолиант зловещего вида.

   Снятый с полки чёрный в кровавых разводах том оказался легендарной 'Demonologie'. Трусоватый Мартышка не собирался заглядывать внутрь, догадываясь, насколько это опасно. Но, маслянистая на ощупь, тяжёлая книга сама выскользнула из рук, и упав на пол, раскрылась на середине.

   С картинки к Мартышке беспомощно протягивала руки прелестная обнажённая дева, заключённая в пентаграмму.

   Прелестные девы для Мартышки пока что оставались terra incognita. Нет, он уже успел познать радости секса, и как только в его тощем кармане заводились медяки, спешил посетить 'ангелов' мамаши Ксю, проще говоря, шлюх (почему все старые шлюхи так любят называть себя ангелами?) в дешёвом портовом борделе. Но назвать прелестными, а тем более девами, этих потрёпанных жизнью и клиентами тёток, язык не поворачивался.

   А вот изображённая на картинке юная демоница была истинным шедевром творца: лицо, грудь, бёдра - радовали взор совершенством.

   И Мартышка не удержался.

   Усевшись на пол, он дрожащими от вожделения пальцами начал перелистывать желтоватые от старости страницы. И с каждой прочитанной строчкой в его душу незаметно вползали мечты об огненных демонических ласках и, в конце концов, настолько распалили глупого юнца, что он решился на простенький ритуал призыва суккубы.

   Теперь уж не узнать, что же разбудило мэтра Ансоля: жёсткий сушняк после неумеренного употребления местной бражки или кошачьи вопли возбуждённой бесовки.

   Но выйдя на лестничную площадку, он опешил от увиденного.

   У раскуроченного шкафа с ценными гримуарами в пароксизме страсти сучил ногами и скрёб руками по полу Мартышка. А на его худосочных бёдрах лихо скакала завывающая голая демоница.

   Мага охватила ярость, и он громко завопил:

   - Оставь мальчишку в покое, адское отродье, сразись с достойным противником!

   - Ах! - резво вскочила суккуба, и вихляя бёдрами направилась к лестнице. - Уже оставила! Желание клиента для меня закон! Но ты знаешь, старый пьяница, чем нужно платить демону за исполненное жела...

   - Получи мерзавка! - не слушая, запустил в неё фаерболом святого огня маг.

   Но юркая тварь легко увернулась, и взвизгнув, странно прицокнула.

   С сухим треском, верхняя ступенька, на которой стоял нетрезвый мэтр, подломилась, и он кувырком полетел к подножию лестницы.

   Думал ли старый маг, не раз участвовавший в боевых походах, что так нелепо окончит свои дни - сломит шею, падая с лестницы в собственном доме. Но ничего не поделаешь, у ног рыжей бестии лежало мёртвое тело мэтра Ансоля.

   - Получи и ты, глупый старикашка! - суккуба захихикала, потом ловко подпрыгнув, ухватила и что-то зажала в ладошке. - Ах! Какой неожиданный сюрприз! Тебе не следовало обзываться, душенька, достойные противники так не поступают.

   Продефилировав обратно к Мартышке, она остановилась над бессильно распростертым бледным телом:

   - Ах, какое жалкое зрелище, так и быть, дам тебе подрасти. Но твоя душа теперь принадлежит мне. Ещё встретимся, мон шер ами, - и свободной рукой треснула незадачливого любовника по лбу.

   Затем, как ветхую тряпку вспорола когтем реальность, скользнула в щель, и была такова.

   Мартышке повезло, что в состав магической комиссии из ковена, прибывшей на следующий день разбираться со смертью мэтра, входил тёмный маг. Иначе, скорей всего, его бы упокоили рядом с учителем.

   Мартышка было попытался всё свалить на Ансоля, уверяя, что старый маг в пьяном угаре вызвал суккубу для удовлетворения своих низменных страстей. А он, Мартышка, так, невинно пострадавший, под руку попался... Но Мартышке не поверили, ведь у него на лбу недвусмысленно багровела печать с адским трезубцем и монограммой 'ЕZ'.

   И пришлось глупому юнцу распрощаться с мечтами о дальних странах, тугих парусах, солёных морских ветрах. Отныне Мартышкиным уделом стали старые пыльные склепы и сырые разверстые могилы на заброшенных кладбищах. Ведь для него осталась открытой лишь одна дорога: на факультет "necromantiae&maleficiurum" местного магического училища.

   Новый наставник, мэтр Кроули, провёл экзорцизм и оборвал связь с суккубой, но полностью извести демонскую метку не сумел.

   - Не повезло тебе парниша - нарвался на истинную демоницу, её печать разрушится только с твоей смертью. Да... девиц тебе больше не портить.

   Выучиться на некроманта сил Мартышке не хватило. Получился из него завалящий малефик, мэтр Мортинец, способный, разве что, снять порчу наведённую деревенской ведьмой на скотину или урожай. Вот и пришлось отправляться незадачливому магу в самый медвежий угол, глухую сельскую глубинку. Суеверные крестьяне даже слышать не хотели о том, что в какой-то из их убогих деревенек поселится такое невиданное зло, как чёрный колдун. И он устроил своё жилище в пещере, в старом заброшенном логове шамана.

   И потекли серые скучные будни, однообразие которых скрашивала лишь мечта о мести рыжей твари.

   Как же бесцеремонны, грубы и нетерпеливы в своих желаниях, эти смертные... и все - сплошь жульё, клейма ставить негде - так и норовят облапошить наивную демонскую девушку и не заплатить за работу.

   Эль проснулась от характерного звука схлопнувшейся реальности.

   - Призыв?!

   Опять что ли Владыка Асмодей упился кровью молодых блудниц, и адская защита работает в мерцающем режиме?Ну что за невезение! Маленькую нежную Эль выдернули среди ночи из тёплой постельки, и в тоненьком неглиже прямо на холодный пол.

   Демоница осторожно огляделась из-под ресниц, и брезгливо поморщилась: "какая вонючая закопченная пещера! - и покосившись на следы мышиной жизнедеятельности, горестно вздохнула, - ну почему все колдуны такие грязнули?"

   - Ну и кто тут у нас? Ой! Да это же Мартышка! Ох, до чего же ты себя довёл милый, какой худой и грязный! А каким фанатизмом пылают твои глаза. Да ты же изнемогаешь от желания! Ну и чего же ты тянул, почему так долго не вызывал свою девочку? Я так ждала - все глазки проплакала...

   - А что у тебя в голове, милый? Вау! 'Вспороть серпом живот... намотать кишки на шею, выдавить глаза и вычерпать ложкой мозг... а потом...' - Ф-у-у! Да ты сбрендил от неудовлетворённых желаний, лапуля, стал маньяком, садистом-некрофилом.

   Ну что ж - поиграем...

   - Думаешь - глупенькая Эль сейчас начнёт кидаться на противные жгучие стенки пентаграммы? Царапать их, портить маникюр? Какой же ты недотёпа... Давай-давай, читай громче - суккубы воюют иначе.

   В ужасе заломив руки, Эль заметалась между стенами пентаграммы. Потом отчаявшись, подошла к самой кромке и с мольбой обратила взор на Мортинца: Эль покорена, готова выполнить все твои даже самые мерзкие фантазии.

   - Что снизил темп?

   А какие у Эль слёзы - настоящие алмазы. А какой алый обольстительный рот.

   - Что уже запинаешься?

   Комкая у горла, Эль судорожно потянула вверх неглиже, обнажая точёную ножку... - да давай уже, распахивайся, демонова тряпка, вот так, - ах, какая у неё изящная линия бедра, какая белоснежно-атласная кожа ...

   - Бинго! Бинго! Ты пропустил слово!

   А этого вполне достаточно. Зачем маленькой хрупкой Эль крушить стены, ведь в крохотную щёлочку можно выпустить столько всего... Да она и сама могла бы просочиться лёгким дымком, и на этом закончить всю игру. Но Эль такая затейница, она не любит скучных игр.

   Поэтому продолжит фарс. Перепуганная и обессиленная демоница красиво упала в обморок: разметавшиеся огненной лавой кудри обнажили беззащитную шею и излом хрупких ключиц; руки раскинулись бессильными крыльями; легкий шёлк сполз с изящных щиколоток и... - пожалуй, хватит эстетики.

   Сквозь ресницы Эль ещё раз окинула оценивающим взглядом малефика:

   - Да, трусливая и осторожная тварь, часа два продержится, а потом обжигающая страсть завладеет разумом и поглотит все инстинкты, и колдун сам сметёт стенки и преграды в стремлении добраться до такого обольстительно-беспомощного тела.

   Ладно, Эль пока поспит, сделаем пол помягче, - Цок.

   Демоница сладко дремала под монотонный речитатив Мартышкиных завываний, как вдруг, тот громко взвизгнул и зашёлся булькающим кашлем.

   Осторожно приоткрыв глаз, Эль чуть не закричала от досады - все её планы рушились! Стены пентакля хлопьями чёрной сажи оседали на пол, вместе с ними, закатив глаза и пуская кровавые пузыри, заваливался на бок и малефик. А что ему оставалось, если у него из горла торчало полфута красного от крови острия копья. И душа, чёрная Мартышкина душа, порхала уже где-то под самым сводом пещеры, направляясь во владения бледной стервы Death.

   Конечно можно было бы допрыгнуть... но нет, себе дороже обойдётся, этой сквалыге только дай повод, тут же побежит жаловаться братцу Lucifero.

   - Не очень-то и хотелось, - попыталась утешить себя суккуба, но получилось плохо, было до слёз жаль упускать вожделенную добычу.

   Крест деревянный иль чугунный назначен нам в грядущей мгле

   Не обещайте деве юной любови вечной на земле

   Удивительно, но Мартышка не огорчился несостоявшимся долгожданным рандеву. Ему вдруг стало легко-легко, и вся земная суета показалась такой мелкой и ничтожной ерундой, о которой и вспоминать негоже. Теперь им владело одно желание - служение своей госпоже, и он устремился к видневшемуся в сером тумане тёмному силуэту.

   - Но что это, почему госпожа брезгливо отворачивает лицо?! О! Н-е-е-т!

   Death замахнулась комлем своего рабочего инструмента, и ударом, сделавшим бы честь и Тайгеру Вудсу, отправила Мартышкину душу прямо в кишащую червями кучу разлагающихся тел. Теперь ему предстояло до самого судного дня коротать века в теле гнилого зомби.

   Что ж, он получил заслуженную награду.

   Не раздобыть надежной славы Покуда кровь не пролилась

   Злая бесовка перевела взгляд на виновника своей неудачи.

   'Герой', совсем не по-геройски бэкая, опорожнял желудок у дальней стенки пещеры.

   'Юноша бледный, со взором горящим' - презрительно скривила губки Эль.

   Белокурый юнец был немногим старше Мартышки в бытность того учеником Ансоля, и по-видимому, малефик открывал список тёмного зла изничтоженного этим новоявленным паладином света.

   - Оторвать ему голову за испорченную игру? - но Эль не любила бессмысленных убийств, а проку от его смерти никакого. Душа юнца сияла чистотой и белизной, как реклама дешевого отбеливателя. После смерти, такой добродетели прямая дорога в райские кущи. Нет уж, не будет Эль улучшать демографию конкурентам.

   - Гадкий Мартышка, доигрался маньячище... - суккубе от бессильной злости захотелось плюнуть на ненавистный труп, она повернула голову, и её губы округлились непроизвольным возгласом удивления, - оу!

   Колдун так и лежал на боку, а из горла у него всё ещё торчало копьё. Но по телу Мартышки бегали язычки голубоватого пламени, оно сильно скукожилось, просело и осыпалось белым пеплом.

   - Да это же лунное серебро!

   Глазки демоницы блеснули жадностью. Зыркнув в сторону мальчишки, всё ещё продолжавшего орошать остатками позавчерашнего обеда стену пещеры, она быстро улеглась на пол, изображая обморок.

   Надежды юношей питают...

   Биглю Аластару не повезло родиться с наружной стороны одеяла, проще говоря, он был бастардом.