Читаем Продавец снов онлайн бесплатно
Начало Отражение незнакомца в окне приблизилось. Человек сопел и был явно чем-то… то ли взволнован, то ли недоволен. А может, он просто чего-то боялся, и это лишь способ отгородиться от страха? Можно предположить, что причиной столь странного поведения послужили некие события из прошлого героя. А может это только предчувствие?..
Окно.
Что такое для Вас окно? Вход для тёплых игривых лучиков солнца или прямоугольник, подобно телевизору со слабым динамиком, передающий чётко лишь изображение. Ведь, приятно же смотреть из окна, наблюдать за происходящим, быть зрителем, не так ли?
Окно, как и дверь, – эта граница между вашим и остальным миром, таящим в себе многообразие красок, звуков, событий всего того позитива и негатива, без контраста которых, жизнь была бы не жизнью, а раем или адом. Окно – за ним происходит столько всего, не перечислить… Разве из вас никто не был свидетелем криминала? Когда вы видите, что кому-то нужна помощь, вы проходите мимо, боясь быть вовлечёнными в нехорошую историю, не так ли? Вы чувствуете, как Страх забирается в Вашу душу и разум, подавляет желание шевелиться и придти на помощь, оставляя единственную мысль о спасении только своей жизни, своей карьеры…
Хочется верить, что есть ещё герои на этой бренной земле, которые рискуя собой, пытаются изменить судьбу, спасая несчастных от верной гибели… Это им зачтётся… потом… там наверху…
Окно – это своеобразная преграда… если уж не от несчастий, то хотя бы от непогоды…
Сегодня тепло. Солнце в одиночестве стояло высоко над землёй, даря свет всему живому. Одуванчики, вытянув свои жёлтые головки, тянулись к источнику тепла, с жадностью впитывая эти яркие, нежные лучики. Их было так много, что казалось лужайка – это целый ковёр из жёлтых цветов, цветов солнца… На небе не было ни единого облачка, оно было настолько голубое, что казалось – это горное глубокое озеро, в котором можно утонуть… В такую погоду хочется полежать на зелёной сочной траве, послушать, как поёт ветер, полной грудью вдохнуть весеннего воздуха… Хочется свободы… свободы от обязательств и этого проклятого места, где крики людей сбивают с мысли, мешают отдыхать… Хочется туда, на это поле, чтобы вдохнуть аромат цветов, узнать что там, за этим высоким забором… Он преграда… единственная преграда от вне… Там бродит Страх, всегда ждущий свою очередную жертву… Страх – трудно излечимая болезнь, навечно поселившаяся в человечестве.
Сопение не прекратилось, оно лишь усилилось с течением времени. Всё больше злобы, ненависти и страха чувствовалось в нём с каждым выдохом. Чего он боится?
Его.
Того, кто за забором. Того, кто скоро придёт.
Три товарища Крупный человек по прозвищу Мрак с лёгкостью качал на сильных руках белокурых дочерей, одной из них исполнилось восемь, другой шёл десятый. Сёстры смеялись, наполняя небольшую комнату теми искрами беззаботности и веселья, которые могут дарить только дети. Они смотрели друг на друга, придерживаясь за плечи отца, чтобы не упасть. Отец наблюдал за своими любимицами, наслаждаясь их откровенными улыбками, светящимися от счастья лицами. Порой Мраку казалось, что не существует зла на земле, лишь потому, что звучит детский смех. Ведь там где дети, там жизнь…
Гармонию семьи нарушил резкий звук телефона. Отец спустил девочек на диван и, подняв трубку, сказал резким грубым голосом:
– Алло!
– Здорово, Мрак! – прозвучало на том конце.
– Это ты Мэр? Зачем беспокоишь?
– Не знаю как ты, дружище, а я уже спокойно жить не могу.
– Что на этот раз случилось?
– Максимум пропал. На звонки не отвечает.
– Опять ты за своё! Объявится он, не в первый раз уже. Скорей всего с какой-то бабой пропадает, – успокоил собеседник, на последних словах понизив голос, вспомнив о детях.
– Давай встретимся сегодня возле дома Максимума?
– Послушай, лучше не будем спешить. Завтра пятница, может, он ещё объявиться у тебя?
– Не болтай ерунды, это уже третья пятница месяца. Первые две Максимум пропустил, вряд ли он покажется на этой, – уверено предположил Мэр. – К тому же мне всё больше кажется, что если Максимум не пришёл на наши обязательные встречи, то это только по двум причинам: либо он умер в своей библиотеке, либо что ещё хуже, он от кого-то скрывается. Но, зная Максимума, делаю вывод, что укрываться ему не от кого: он слишком мирный человек. Кому я объясняю? Но и исчезнуть просто так Максимум тоже не мог. Остаётся лишь одна гипотеза – его похитили! – высказал догадку Мэр.
Мрак скептически хмыкнул в трубку:
– Мэр, ты гонишь полную пургу, полнейшую! Кто? Кто его похитил? Кому нужен бедный библиотекарь, скажи мне? – начал было кипятиться Мрак.
– Слушай, если ты сейчас же не согласишься на моё условие, то я начну материться, а я воспитанный человек и мой позор ляжет на твою лохматую голову с гривой на затылке, – пригрозил друг.
– Вот, только не надо истерику закатывать! Я дома от жены уже наслушался достаточно. Ладно, я согласен. Так, во сколько встречаемся?
– В восемь, у подъезда Максимума, – ответил Мэр, немного подумав, приглаживая лысую голову.
– Ты забыл, что у меня сегодня в ночном клубе смена?
– Тогда давай пораньше увидимся, часов в шесть?
– Вот это меня устраивает, – согласился Мрак, подмигнув одной из дочерей.
– Может, нам ещё и в милицию обратиться? – предложил Мэр.
– Зачем? А если с ним всё нормально, сидит он в своей библиотеке, чай пьёт, а мы тут милицию привлечём, город на уши поставим… Да и потом его легче самим найти, сам понимаешь…
– Ну и что ты предлагаешь? – спросил Мэр.
– По-моему, для начала надо все берлоги проверить, где наш друг любит зависать.
– Я уже давно всё обошёл, нигде его нет.
– Значит, встретимся, как договаривались, там видно будет, – буркнул Мрак и повесил трубку, оборвав разговор.
Тридцатилетний дипломатично одетый мужчина в очках, сидел на небольшой кованой лавочке около подъезда под цветущей сиренью. Какая-то невидимая глазу птичка заливалась трелью. Молодой человек наслаждался звуками природы, неспешно поглощая холодное эскимо. Вечерело, люди спешили с работы, проходя мимо незнакомца. Мужчина отрешёно наблюдал за обстановкой вокруг, думая как всегда о смысле жизни. Заметив крупного бугая в оранжевой футболке с надписью на груди: "Уйди с дороги", бесцеремонно бросившего окурок на тротуар, изысканный франт, не спеша выбросив обёртку от мороженого в урну, приблизился к детине. Бугай вопросительно осмотрел подошедшего лысого парня.
– Молодой человек, вы только что осквернили общественное место. Я прошу вас немедленно убрать ваш мусор куда положено! – проговорил решительно пижон в светлом костюме, указав на жёлтую большую урну.
Качок замер в изумлении, непонимающе смотря на франта.
– Чего? Чего ты там провякал, очкарик?
– Немедленно уберите мусор! – повторил раздражённо интеллигент.
Лицо бугая налилось кровью. Казалось ещё секунда и он бросится на неизвестно откуда взявшегося блюстителя общественного порядка.
– Или что будет? – промычал он вызывающе.
– Я возьму этот бычок, сниму с вас штаны и запихну его вам прямо в задницу!!! – резко заявил молодой человек.
Громила выругался:
– Сейчас я тебя изуродую! – проревел он.
– Познакомься с моим кулаком, неандерталец! – воскликнул в ответ интеллигент, замахнувшись на грубияна. Их ладони соединились в крепком рукопожатии.
– Привет, друган, – обрадовался Мэр.
– Здорово, кореш! Давно не виделись, – ответил здоровяк. – Ты всё такой же деловой? Настоящий мэр! Правда, пока только директор магазина, – оценил он товарища.
– А ты всё такой же безбашенный вышибала? Просто громила! – заметил франт.
– Да, такой же…
Мэр посмотрел вверх, где на пятом этаже высокой панельной постройки находилась однокомнатная квартира с балконом их общего друга.
– Ну что пошли? – спросил он у Мрака в полголоса.
– Пошли, – кивнул тот задумчиво. – Вряд ли мы что-нибудь там найдём кроме всякого хлама. Улики, я думаю, нас там вряд ли ждут.
– Как знать, ну ладно, рискнуть всё равно стоит, попытка – она ведь не пытка, – ответил Мэр, уже направляясь к подъезду.
– Да, если вообще туда попадём, – сыронизировал бугай, не торопясь, следуя за другом. – Дверь-то по-любому заперта, раз Максимума дома нет. Как думаешь вовнутрь попасть, без ключа?
– Ерунда, – отмахнулся лысый интеллигент. – Воспользуемся соседским балконом или пожарной лестницей… Расслабься, не переживай, что-нибудь всё равно придумаем…
– Придумаем, конечно… Точнее придумаешь ты, а делать всё равно буду я, – съязвил Мрак.
– Не преувеличивай, – открывая дверь, беззаботно сказал Мэр.
Они вошли в знакомый подъезд, исписанный неприличными словами о "любви" – работа местных мальчишек, слоняющихся без дела. Как и в любом другом старом доме стены давно не крашены, а площадки неубраны. Лифт не работал, поэтому двое разведчиков двинулись по грязной лестнице наверх, по дороге изучая незамысловатые, избитые фразы на обшарпанных стенах. Вскоре перед ними оказалась лакированная дверь под номером 32. Позвонили. Сердце замерло в груди, дыхание приостановилось: за дверью стояла мёртвая тишина – хозяина явно не было дома. Молодые люди посмотрели друг на друга, не зная что делать дальше.
– Чего стоишь, звони соседям, – командным тоном проговорил Мрак.
– Только и остаётся… – буркнул Мэр, непроизвольно опёршись правой рукой о дверную ручку. Мгновение позже та опустилась, и дверь под номером тридцать два беззвучно отворилась.
– На тебе… – удивился Мэр, ступив за порог. Мрак молча последовал за ним, оглянувшись по сторонам.
Процессия из трёх человек, облачённых в серебряные балахоны с изображением мистического знака на спинах, с широкими капюшонами надвинутыми на глаза, вели одного связанного по рукам узника. Впереди их ожидал верховный жрец тайного Храма Снов. Это был зрелый высокий мужчина с узким шрамом через всё лицо от лба до подбородка. Он выделялся из всех присутствующих золотым балахоном и магическим талисманом, символизирующим день и ночь. Амулет имел форму круга, разделённого пополам кривой линией. Одна его половина была тёмно-синего, другая – жёлтого цвета. Он висел на шее у верховного жреца, мирно покачиваясь на толстой золотой цепи. Предводитель с интересом взглянул на узника, которого ему подвели. Пленник поднял отяжелевшую голову, с вызовом взглянув на своего похитителя, того, по чьей воле он оказался в этих каменных застенках.
Верховный жрец нарушил тишину.
– Ты хотел помешать нам достойно встретить нашего господина, не так ли? Ты просчитался, – уверенно сказал человек в золотом балахоне, поглаживая подбородок.
– Я ещё спляшу на вашей могиле и костях этого демона! – огрызнулся худощавый высокий пленник с торчавшими во все стороны тёмными волосами.
– Скоро вы встретитесь… и тогда Повелитель решит твою учесть, – спокойно проговорил верховный жрец, не обращая внимания на реплики узника никакого. – А пока в темницу его! – скомандовал он, и люди в серебряных балахонах увели несчастного прочь. В храме снова воцарилась тишина, лишь огонь на жертвенном алтаре чуть слышно потрескивал, мерно освещая каменное готическое пространство огромного строения.
Двое молодых людей в изумлении рассматривали гипсовые скульптуры в человеческий рост, запечатлевшие яростный бой. Эти статуи были единственными предметами в однокомнатной квартире. Стола, стульев, кресел и прочих необходимых абсолютно обыкновенных вещей не было, даже шторы таинственным образом исчезли, лишь настольные лампы, оставленные включёнными хозяином по углам комнаты, рассекали темноту.
– Мать честная, да ведь это же ты, Мрак! – изумился Мэр, рассматривая человека, облачённого в доспехи древнего воина, занёсшего меч над безоружным испуганным врагом.
В этой квартире скульптором была ярко показана миниатюрная битва из десяти человеческих образов застывших в беспощадной резне.
– В натуре я! – обескуражено пробормотал Мрак, уставившись на свою копию.
– А это кажись я! – воскликнул Мэр, глядя на прицелившегося лучника. – Ни хрена себе Максимум галерею заделал, – поражённо высказался он, проведя пальцем по стреле.
– А это кто такой? – сам себя спросил Мрак, лицом к лицу встретившись с изваянием горбоносого коротышки в балахоне с капюшоном на большой голове, который держал посох с песочными часами закреплёнными на его вершине. На груди у него висел непонятный талисман. Где Максимум отыскал такого? – неприятно поёжился бугай, оценив зловещую внешность неизвестного типа.
– Неспроста этот чёрт здесь стоит. Смотри… он будто наблюдает, чем всё закончится, – подметил Мэр.
Здоровяк пристально вгляделся в изваяние, понимающе качнув головой. Соседняя безликая статуя безоружного невероятно огромных размеров мужчины, занёсшего руки для удара, заинтересовала его больше, потому что была не закончена.
– Ты ещё на это посмотри… – сказал интеллигент, поправив очки, указав на огромную жуткую псину, оскалившуюся в прыжке на их общего пропавшего друга. Тот стоял, защищая двумя кинжалами себя и красивую, похожую на принцессу девушку, прикованную кандалами к стене.
– Я только одного не могу понять, – сказал Мэр, подходя к незаконченной фигуре из гипса, – получается всё это сделал Максимум?
– Нет… не может быть… Он ничего не смыслит в искусстве, здесь целая галерея…
Посмотри как они сделаны… здесь работал профи, а не Максимум… Это на него непохоже…
– Наверно ты прав… Только что всё это значит? – бросил Мрак недоумевающе, смотря на заклеенные бумагою окна. Что-то хрустнуло у него под ногами. – Смотри, что я нашёл… – он показал товарищу поднятую с пола треснутую фоторамку, на ней была неизвестная привлекательная темноволосая девушка: она счастливо улыбалась, сжимая в объятиях ворох осенней листвы.
Кто я?
Зазвонил телефон, Мэр, не торопясь, снял трубку.
– Здравствуйте! Я по поводу объявления, – услышал он мягкий женский голос.
– Любая информация о моём друге будет полезной, – вежливо ответил Мэр, приготовившись запомнить всё. Даже если это будет совсем ненужная информация.
– Насчёт вашего пропавшего друга ничем помочь не могу, но вот сейчас перед моими глазами в магазине для мужчин за прилавком работает та самая девушка, которой Вы тоже интересовались, – сообщила незнакомка, назвав адрес.
– Спасибо вам огромное, – поблагодарил интеллигент, тут же принявшись звонить Мраку.
– Слушаю, – недовольно, как всегда прозвучал его голос на другом конце провода.
– Мрак, сейчас же рви когти ко мне, наконец-то появилась ниточка способная вывести нас к Максимуму.
– Какая? – с интересом спросил Мрак.
– На наше объявление откликнулись и подсказали, где ту девку найти можно, – пояснил довольно Мэр.
