Читаем Приручить папу-дракона онлайн бесплатно

Автор: Александра Неярова

Дождь барабанил по крыше, словно тысячи крошечных молоточков, а ветер выл в трубах деревенских изб, будто одинокий волк.

Я стояла на пороге добротного на вид поместья, но с покосившейся крышей, дрожа от холода, прижимая к груди спящего сына. Сумка с нехитрыми пожитками оттягивала плечо.

Вздохнув, решительно шагнула под козырёк неширокого навеса и громко постучалась.

Дверь приоткрылась не сразу.

На пороге появился сутулый мужчина с лицом, изборождённым морщинами, виски щедро посеребрила седина. Его выправка выдавала бывшего воина, а взгляд человека с опытом за плечами.

– Кто вы и что вам нужно в столь поздний час? – его голос звучал строго, с тенью враждебности.

Я сглотнула, пытаясь унять дрожь в голосе:

– Доброй ночи... Моё имя Леда. Прошу, пустите укрыться от дождя с сыном!

Увидев на лице старца сомнения, побоялась, что он сейчас просто захлопнет перед моим носом дверь, потому сразу выпалила то, о чем собиралась заявить после:

– И… кхем… у меня есть официальный документ с правом на половину этого поместья!

Слуга удивлённо вздёрнул седую бровь. Моргнул растерянно и в замешательстве крякнул в кулак.

Затем окинул меня уже более внимательным взглядом: уставшую и продрогшую, вымокшую до нитки, с объёмной корзиной в руках, прикрытой тёплой непромокаемой тканью, в которой дремал младенец.

– Поместья, говорите? – нахмурился мужчина, помял переносицу. – Позвольте взглянуть на ваш документ.

Он кивнул мне пройти внутрь, сам прикрыл за мной дверь с тихим скрипом. Из дома повеяло сухостью и приятным теплом.

Я дрожащими руками выудила из кармана дорожного плаща свиток и развернула, стараясь не повредить магическую печать, и протянула мужчине в летах.

Слуга изучил его, слегка прищурившись, затем кивнул:

– Действительно, всё в порядке. Но… – он замялся, – хозяин не в том настроении, чтобы принимать гостей. Особенно таких неожиданных.

И вскоре я поняла что он имел ввиду.

– Грим, кто там?!

Из глубины дома донёсся хриплый голос, искажённый эхом и, кажется, немалым количеством высокоградусного пойла.

– Если это опять эти проклятые сборщики налогов – скажи им, что я мёртв!

От мужского рыка меня пробрало ледяной дрожью.

Святые угодники! Какой грозный!

– Это не сборщики, господин, – негромко ответил слуга, покосившись на корзину в моих руках. – К нам пришла молодая женщина с ребёнком. У неё есть законные права на половину дома.

Последовала пауза.

Затем сквозь барабанную дробь дождя по крыше до моего слуха донеслись тяжёлые шаги сапог.

По коридору, натыкаясь на стены и бормоча что‑то себе под нос, двигался высокий, широкоплечий мужчина.

Вероятно сам хозяин дома.

И с ним было явно что-то не так.

Он шёл с какой‑то звериной осторожностью, вытянув вперёд руку, и только тогда я заметила: его глаза были затянуты повязкой.

Слепой!

Догадалась я запоздало. Слепота делала его движения неуверенными, но не лишала властности натуры.

– Что за чушь, Грим? – рявкнул он. – Какие ещё права? Я не подписывал никаких бумаг!

Я сделала шаг вперёд, отчаянно выискивая в памяти как там звали прославленного маршала.

Кажется… Даэрон Вейн. Однако я забыла уточнить про возраст, мне почему-то думалось он будет намного старше.

– Господин Вейн, меня зовут Леда Мирэль. Документ заверен магической печатью императорской канцелярии, – смело обратилась я к нему, уточняя, обратив на себя внимание. Я понимаю ваше недоверие, но так вышло, что…

Маршал даже не дал мне договорить. Подобрался ближе и бесцеремонно перебил:

– Ещё одна мошенница, решившая поживиться за счёт слепого старика, – фыркнул презрительно.

– Леди говорит правду, господин, – неожиданно заступился за меня слуга. Наверное, пожалел нас с сыном.

Я взглянула на Грима с благодарностью.

Даэрон на мгновение замер, а потом вдруг расхохотался громко и иронично:

– Император решил добить меня окончательно? Сначала сослал в эту глушь, а теперь навязал соседку! Интересно, что дальше? Пришлёт мне говорящего кота, чтобы я совсем свихнулся?

Старик? Это он так о себе что ли?

Несмотря на мелкие шрамы на лице и шее, вроде он довольно ещë молод, плюс-минус лет тридцать пять на вид. Впрочем откуда мне знать, сколько живут драконы?

Мне неизвестно в подробностях, что произошло с маршалом. На секунду мне стало даже жаль сломленного героя войны, он здесь такой же заложник ситуации, как и я.

– Не верю! Свиток можно подделать, – вдруг заявил этот… ящер чешуйчатый, – Грим, выпроводи её к выходу. И проследи, чтобы она больше не появлялась на пороге моего поместья.

Сочувствие к лорду Вейну у меня мгновенно улетучилось.

Вот же чурбан озлобленный! На ногах сам едва держится, пьянь, а раскомандовался, как у себя в армии!

Слёзы бессилия подступили к глазам.

Я была вымотана дорогой, от голода живот стянуло узлом, и у меня совершенно не осталось сил на препирательства с этим грубияном неотесанным.

Словно почувствовав моё состояние, в корзине зашевелился Кайл и тихо захныкал. А потом сразу заплакал громко и так жалобно, по‑детски беспомощно.

Бедняжка, испугался мой кроха!

– Тш-ш…

Я отвернула край накидки, поправила сбившееся на бок одеяльце и успокаивающе погладила сына по спинке.

Даэрон Вейн замер.

Похоже до помутненного хмелем сознания наконец дошло, что своими криком и хохотом он разбудил младенца.

Маршал стоял, ссутулившись, и слепо смотрел в сторону, где, как он догадывался, мы находились.

Кайл поймал мою ладонь и притянул ближе к лицу, но взять в рот палец я ему не дала. Тогда малыш обиженно всхлипнул и заголосил с новой силой.

Есть хочет, мой маленький.

Краем глаза отметила, как исказилось на мгновение лицо Даэрона то ли от раздражения, то ли от чего‑то другого. Он прислушивался к плачу, склонив голову набок.

– Сколько ему? – неожиданно глухо спросил, в его тихом голосе прозвучала непривычная мягкость.

– Ш-ш-ш… баю-бай… – шептала я, покачивая корзину, пытаясь успокоить сыночка. – Почти шесть месяцев. Он устал и проголодался… мы добирались сюда три дня и под конец пути попали под дождь.

Лорд Вейн продолжал молчать.

Как я не старалась, унять плач малыша у меня не получалось. Корзина оттягивала камнем плечо, но вытаскивать и брать сына на руки при посторонних не хотелось, к тому-же я была вся мокрая.

Плач Кайла сильнее заполнял комнату, отзываясь в моём сердце уколом жалости и горькой несправедливостью.

И кажется, на наше счастье, не только в моём.

– Сын… – глухо произнёс лорд Даэрон с какой-то затаенной грустью и вдруг тяжело вздохнул.

Мне показалось слова дались ему с трудом.

– Ладно, – наконец дал дозволение Вейн. – Пусть останутся до утра. Но только до утра, слышите… леди?

Пф! Он даже не запомнил моего имени.

– Утром разберёмся с этими вашими «правами», а потом вы уйдёте прочь из моего дома.

– Будет исполнено, господин.

Грим мягко положил руку мне на плечо:

– Идёмте за мной, леди Леда. Я покажу вам гостевую комнату. Там есть камин, я сейчас быстренько его растоплю, и вы с ребёнком согреетесь.

– Спасибо, – я едва смогла выдавить ему это слово, чувствуя, как напряжение последних часов отпускает меня.

Мрачный хозяин дома остался подпирать стенку в коридоре, прислушиваясь к нашим удаляющимся шагам.

Оглянувшись на него лишь раз, меня пробрало от злости и несправедливости. Мошенницей в этом мире меня ещё не нарекали.

Ах, маршал велел нам с сыном убраться поутру восвояси?

Хм, это мы ещё посмотрим!

Перебесится, но терпеть ему нас придётся долго. Я не отступлюсь от своей законной половины!

Маршал Даэрон Вейн

Герой войны, внешне суров, замкнут и циничен, упрям, обладает острым умом и драконьей гордостью. Он потерял зрение и уважение императора, в наказание указом монарха его сослали на окраину мира, где стены старого поместья стали для него тюрьмой, а единственным смыслом жизни – семилетняя дочь, которая не позволяет отцу скатиться в уныние.

Он хотел тишины и покоя, а однажды на пороге дома объявилась дерзкая на язык незнакомка с железной волей. С ней скучная жизнь заиграла красками.

Маленькая леди Ария Вейн

Семилетняя дочь Даэрона, живая, энергичная и любознательная. Характер с огоньком, смелая, упрямая, с богатым воображением и тягой к «подвигам». Обожает отца, но постоянно испытывает его терпение: то устроит беспорядок, то придумает опасную игру, то начнёт «тренироваться в боевых искусствах» с мебелью. При этом добрая и чуткая, первой замечает, когда отец грустит, и старается его развеселить, пусть и неуклюже.

Леда Мирэль и малыш Кайл

Молодая целительница с младенцем на руках не планировала захватывать в собственность половину дома в захолустье, но тяжёлая судьба и пара юридических хитростей распорядились иначе.

Теперь ей предстоит делить квадратные метры с ворчливом соседом драконом и его бунтаркой дочкой. Наладить быт под ветхой крышей.

Леда не уйдёт, пока не поставит на ноги сына, а лорда дракона на место, ведь маршал, кажется, забыл, что такое честь, достоинство и трезвый взгляд на жизнь.

Леда

Грим привёл меня в небольшую, но уютную гостевую комнату. Я невольно выдохнула с облегчением, наконец‑то можно было снять промокшую одежду и заняться сыном. Слуга ловко растопил камин: вскоре поленья весело затрещали, а по помещению разливалось живительное тепло.

Я осторожно поставила корзину на широкий дубовый сундук у стены и откинула непромокаемую ткань. Ободряюще улыбнулась малышу.

Кайл всё ещё хныкал, но увидев моё лицо потянул ко мне ручки.

– Ну, мой маленький, сейчас, – прошептала я, наклоняясь к нему. Играюче тронула его за сморщенный носик. – Сейчас согреемся и поедим, да?

Расстёгивая пуговицы на промокшем дорожном плаще, я невольно покосилась на Грима с жирным намёком.

Тот, будто прочитав мои мысли, кивнул:

– Я распоряжусь, чтобы вам принесли горячую воду, еду и сухое бельё для малыша.

– Спасибо, – искренне поблагодарила его. – Вы очень добры.

Слуга слегка поклонился и направился уже было к двери, но на пороге обернулся:

– Простите за прямоту, миледи, но… не принимайте слова господина Вейна близко к сердцу. Он не злой – просто… – замолчал, пытаясь подобрать слова.

– Ожесточился и замкнулся в себе? – помогла ему. – Грим, я понимаю.

Грим вздохнул и потёр седую бровь:

– Скажем так, он потерял многое. Война, слепота… Всё это не проходит бесследно. Но в глубине души он всё ещё тот самый маршал, который вёл войска к победе.

Я кивнула, хотя внутри всё ещё кипела от обиды. «Мошенница», – вот как он меня назвал!

Да я бы в жизни не стала подделывать документы, особенно с магической печатью! Чревато последствиями, а у меня и так ситуация не сахар.

– Вы же прочитали свиток до конца? – Дождалась утвердительного кивка от нахмурившегося мужчины. – Помимо моего права на половину имущества, в нём также указано, что я целительница.

Я сняла тяжёлый плащ с плеч, повесив на спинку стула, и взяла наконец на руки сына. Прижала кроху к груди, успокаивающе похлопывая его по спинке. Кайл сразу притих, став сонно посасывать свой кулачок.

– Меня к вам направил император для того, чтобы я осмотрела лорда Вейна.

Тут я немного исказила факты. По правде, направил меня сюда не сколько сам император, а мне предложил эту заманчивую вакансию с проживанием заведующий госпиталя.

От безысходности я просто согласилась вписать своё имя в указ монарха. Однако им подробности знать не следует.

– Но вы умолчали маршалу об этом. Потому что гордый лорд сразу бы отказался от помощи? – тоже решила быть прямолинейной.

– Вы проницательны, – уважительно отозвался старик. – Я понадеялся выиграть время и… уговорить, его сиятельство, попробовать ещё раз.

По слухам лорда Вейна пытались лечить лучшие лекари, знахари и целители, но всё впустую. Полученная им на последнем задании магическая травма не поддавалась чарам.

Не мудрено, что маршал сдался и превратился в нелюдимого отшельника в этой дыре.

Зато меня как раз в этой дыре искать не должны.

– Располагайтесь, – дверь тихо закрылась за Гримом, и я осталась одна с Кайлом.

Наконец смогла полностью расслабиться. Но Кайл напомнил о себе очередным недовольным всхлипом.

– Да-да, я помню, – вымученно улыбнулась, возвращаясь к корзине. – Сначала ты, потом я.

Перенесла корзину на широкий пуф ближе к камину. Сын всё ещё хныкал, его личико раскраснелось от плача, крошечные кулачки сжимались и разжимались.

– Тише, мой хороший, тише, – прошептала я, крепче держа его, наклонилась над сумкой, чтобы достать наши вещи. – Всё позади, мама рядом.

Прижимая сына к груди, я почувствовала, как дрожь, сковывавшая тело последние часы, постепенно уходит. Кайл уткнулся носиком в моё плечо, его дыхание стало ровнее. Я погладила его по спинке, тихонько напевая старую колыбельную, которую пела мне моя мама в детстве.

Выудив из сумки бутыль с ромашковым отваром и чистое полотенце, я поставила всё на маленький столик рядом. Смочив ткань, протёрла лицо сына, пригладила темные волосики. Он зевнул, моргнул сонными глазками и снова затих, доверчиво приникнув ко мне.

Затем положила Кайла в корзину, обтерла его, переменяла сыну пелёнки на сухие и укутала в одеяльце.

Достала заранее приготовленную бутылочку с тёплым молоком: по дороге я позаботилась о том, чтобы сохранить его с помощью простенького бытового заклинания.

Полусидя Кайл тут же ухватился за бутылочку крошечными пальчиками. Притянул ко рту соску и с жадностью принялся пить козье молоко, время от времени отрываясь, чтобы посмотреть на меня своими большими глазами.

Пока сын ел, я могла заняться собой. Скинула за ширмой промокшую одежду, натянула сухую рубашку и платье простого удобного кроя.

Жаль искупаться нам сегодня не представится возможным, но ничего, завтра я это исправлю.

Снова взяла сына и опустилась с ним в старое, потертое кресло у камина, но вполне удобное. Тепло очага обволакивало тело приятным коконом, словно мягкое одеяло, и на секунду я закрыла глаза, наслаждаясь моментом.

От усталости поклонило в сон. Я гладила Кайла по крошечному плечику, любуясь из-под приоткрытых ресниц, как огонь отбрасывает пляшущие тени на стены и немного пыльные полки шкафа, картины и прочий интерьер.

– Ну и денёк, – вздохнула протяжно, сдерживая коварную зевоту.

Сначала долгий путь, потом чуть не замёрзли под дождём, и вдобавок ворчливый дракон вылил на голову порцию оскорблений…

– Зато теперь у нас с тобой есть крыша над головой.

В дверь тихо постучали. Я поспешно поправила одеяльце на Кайле и приглушённо проговорила:

– Войдите!

На пороге появилась румяная дородная женщина в переднике, с подносом в руках.

– Добрый вечер, миледи! – шёпотом проговорила она, с любопытством покосившись сначала на меня, затем на дремавшего младенца в моих руках. – Грим велел передать вам бульон, хлеб, сыр и тёплое молоко.

Брови её удивлено сдвинулись на морщинистый лоб, когда она заметила в ручках Кайла бутылочку.

Она вышла ненадолго, а вернулась уже с большим тазом и горячей водой. Поднесла тяжёлую ношу ближе к огню и с вымученным вздохом опустила на табурет.

– Ещё вот, – водрузила на столик у кресла стопку чистого белья. Пояснила: – На пелёнки.

– Огромное спасибо, – миролюбиво улыбнулась ей, радуясь, что смогу искупать хотя бы сыночка. – Как тебя зовут?

– Мира, миледи.