Читаем Принцесса из села 2 онлайн бесплатно

Уверенно вышагивая по терминалу аэропорта в сопровождении своего помощника, тащившего скромный багаж девушки, состоящий из одного только чемодана, Вика раздражённо обсуждала что-то по телефону.

— Как умер?! — воскликнула она так, что большинство людей, смиренно ожидающие посадки, невольно обратили свои взгляды на статную светловолосую даму в стильном брючном костюме. Ритмичный стук каблуков заполнял пространство вокруг, но это ничуть не мешало Вике вести оживлённый диалог с человеком на другом конце связи.

— Ты же понимаешь, к чему это приведёт? Они всё поймут! Боже… — Вика остановилась, опустила голову, приложила руку ко лбу и нервно потёрла кожу. — Вот надо было ему помереть именно сейчас! Я же только взяла выходной! Хотела провести время с сестрой. Хотя бы не на долго забыть о работе. Ты вообще представляешь, сколько я не виделась с сёстрами?! — девушка воскликнула так, словно в этом был виноват собеседник. — И что ты хочешь сказать? Что я должна вернуться? Прямо сейчас? Как это? В смысле ей тоже грозит опасность? В смысле, она работает на его сына? Нет, подожди. Ты же шутишь? Этого не может быть?

Ноги подкосились сами. Вика медленно дошла до ближайшего свободного места и присела.

— А она знает, кто его отец? — Девушка обречённо замотала головой. — Боже… Вероника… Как ты в это ввязалась…

— Виктория Михайловна, — помощник уже стоял рядом, готовый выполнить любую команду.

Виктория подняла на мужчину опустошённый взгляд и, обращаясь к телефонному собеседнику, произнесла:

— Так или иначе, я останусь здесь на несколько дней. Хотя бы поговорю с Вероникой. Попытаюсь уговорить её бросит этого человека.

Примерно в то же время, когда Вика подыскивала подходящий номер в гостинице, готовясь к встрече с любимой сестрой, Диана отдыхала на яхте в компании нескольких богатых мужчин. По крайне мере, она делала вид… ведь настоящим отдыхом здесь даже и не пахло…

Умудрённая двухлетним опытом мошенничества, Дина находилась на очередном задании в компании нескольких богатых мужчин. Именно так она называла свои аферы — задание. Кроме неё и нескольких бизнесменов на палубе присутствовали и девушки. Но это ничуть не мешало Диане собирать на себе большую часть взглядов толстосумов. Даже несмотря на то, что её образ сильно отличался от повседневного, а шикарная чёрная стрижка была спрятана под пышным, светлым париком, Диана умудрялась выделяться на фоне остальных кукол, как минимум — отсутствием силиконовых губ и груди, а как максимум — острым языком, способным заткнуть за пояс любую соперницу.

Афера должна была быть закончена этим же вечером. Диана и её команда потратили немало времени, чтобы узнать, где новая жертва держит большую часть своих сбережений. Не только своих, но и сбережений всей своей компании. За два года девушка сильно поднаторела в делах крупных хищений и конечно же, очевидно, не смогла бы справиться без посторонней помощи. Одно дело — стянуть пару долларов наличкой или развести на выпивку, но, когда доходит до ограблений целых фирм… в таких случаях нельзя обойтись без команды хороших профессионалов.

У Дианы была целая группа профессионалов, помогавших ей. Были все — начиная с хакеров, разыскиваемых центральными мировыми разведками, заканчивая мускулистыми истуканами, которые могли взять на себя выполнение самой грязной работы. Да, девушка сильно преуспела за последние два года, — думала Диана, с улыбкой глядя на очередного богача, попавшегося в её цепкие лапы.

Всё было идеально. Всё шло по плану: новая жертва, новое ограбление, и уже завтра утром они должны будут отправятся в Японию, к отцу Дианы, чтобы пересидеть там, пока всё не уляжется. Планы кардинально изменились, когда на стеклянной столешнице зазвонил телефон. Диана приняла звонок. Она внимательно выслушала говорящего, а уже через несколько секунд не могла удержать телефон в руках. Пальцы разжались сами. Смартфон полетел вниз, со стуком ударившись о деревянную палубу.

— Что такое? — к ней прильнул её спутник. Та самая жертва, о которой теперь, кажется, можно забыть…

Диана медленно повернула голову к мужчине, глядя на того широко открытыми глазами.

— Отец умер, — даже не понимая, что и кому говорит, призналась она.

Герман.

— Как у вас дела с Вероникой? — развалившись на директорском диване в свойственной ему манере, спросил Михаил.

— Я не знаю… Всё как-то сложно. Мы как будто разные люди.

— Ну-у, — протянул Михаил, — это и так было очевидно. И что именно тебя смущает? — Мужчина чуть поерзал на диване, принимая более удобную позу. — Лично я не вижу никаких проблем. Бытует мнение, что противоположности притягиваются. В этом нет ничего странного.

Герман недовольно хмыкнул, перекидывая ручку между пальцами.

— Она говорит, что я слишком много времени уделяю работе и слишком мало — ей.

— Это логично, дружище. Ты ведь постоянно тут.

— А как? Как иначе? Что мне сделать? Она же должна понимать, что я пытаюсь спасти кампанию. За два месяца никаких продвижений. Я до сих пор не могу даже думать о том, чтобы выкупить акции обратно.

— Работа работой, дружище, — тыкая указательным пальцем в друга, сказал Михаил, — Но даже я в шоке от того, что последнюю неделю ты в офисе круглосуточно. Ты вообще уходишь домой? Потому что, когда я ухожу вечером, ты задерживаешься. Когда я прихожу утром, ты опять тут! Чудеса! Словно и не уходил вовсе.

Михаил всерьёз был встревожен состоянием друга. Энергичные жесты руками только подтверждали это.

— Ну… — замялся Герман. — Я прихожу…

— Ага, — кивнул Михаил и выжидающе уставился на друга.

Чуть приподняв плечи, Герман сделал вид, что ничего, собственно, страшного-то не происходит. Так сказать, попытался смягчить свои последующие слова:

— Ну прихожу часов в… — заметив, как пристально следит Михаил, Герману стало не по себе. Он решил сдвинуться ближе к реальности, — в… часа два ночи.

— Два часа?! — Михаил был готов схватиться за голову, но удержался, ограничившись одним только недовольным взмахом рук. — Бедная девочка, — он откинулся обратно на спинку, — не мудрено, что она так недовольна. Я бы на твоём месте всерьёз задумался о совести. Есть ли она у тебя вообще? Тебе должно быть стыдно! Ты ведь даже на выходных здесь!

Михаил пригрозил Герману пальцем. Благо, теперь он мог сделать это без последствий, ведь их отношения с Вероникой, в какой бы трудной стадии они сейчас не находились, всё равно изменили Германа в лучшую сторону. Хотя, — подумал зам, — возможно всё дело и в том, что Герман уже так устал, что у него нет сил на ругательства. Он даже никого не уволил за эти два месяца. Такое поведение просто не могло не вызвать волнений в офисе. Ходили слухи, что некоторые работники и вовсе подумывали уволиться сами, так как их не устраивала гнетущая неизвестность.

Герману тоже не нравилось всё, что происходило с ним. Но он старался держать это в себе. И при этом надеялся, что Вероника должна его понять. Но почему-то, каждый раз, когда им удавалось увидеться, Вероника только и твердила о лишениях, которые приняла ради него.

— Я отложила учёбу! — кричала она в последний раз, когда они виделись за завтраком. Кажется, это было два… нет… четыре дня назад. — Отложила, чтобы помочь тебе. Чтобы спасти твою кампанию! Отложила, потому что мне не всё равно на тебя! А что ты?! Что ты сделал взамен? Променял меня на офис?!

Поднявшись из-за стола с тарелкой недоеденного завтрака, она посмотрела на него так, что в какой-то момент его сердце и вовсе готово было сжаться до размеров горошины — столь пугающим оказался её взгляд, что даже самому Герману — тому самому тирану Герману, — сделалось не по себе.

Она недовольно помотала головой, а затем добила его своим финальным высказыванием:

— Наверное, если бы я осталась жить в офисе в роли твоей секретарши, всем было бы лучше.

Только после этого колкого удара прямо в сердце, она развернулась и подошла к мусорке, вывалив туда весь праздничный завтрак, к которому почти и не притронулась.

Вспоминая всё это во время разговора со своим другом, Герман задумался: «Праздничный завтрак…» — пронеслась мысль в его голове. А ведь завтрак и впрямь был слишком торжественным. Обычно, Вероника готовила что-нибудь вроде омлета, оладьей или блинчиков, французские тосты с корицей, панкейки… Вероника вообще оказалась на удивление добросовестной домохозяйкой. Отпала нужда в горничных. Он даже задумывался о том, чтобы уволить дворецкого, но тут уже сама Вероника настояла на том, чтобы Герман оставил дружелюбного старичка. Девушке стало его жаль, когда Герман только поделился соображениями об увольнении.

Но тот завтрак… Он же действительно был слишком праздничным… Мысль об этом никак не отпускала Германа. Только сейчас, после разговора с Михаилом, он почему-то об этом задумался.

— Слушай, — наконец решил спросить он у друга, — а какой праздник был во вторник?

Герман просто предположил. Наверняка, никакого праздника и не было. Но уточнить всё же стоило.

— Праздник? — переспросил друг. — Во вторник? — Михаил задумался. — Четыре дня назад был праздник… — бубнил он себе под нос до тех пор, пока не понял, что у него нет ответа на этот вопрос. — Не знаю, друг. Если и был какой-то праздник, то точно какой-то узкоспециализированный.

— Может, праздник модельного бизнеса? — скорее ради шутки, нежели всерьёз, предположил Герман.

— Такой вообще существует?

Чуть приподняв плечи, Герман состроил несведущее выражение лица. Именно в такой комичной позе он и встретил первого посетителя кабинета, ураганом ворвавшегося внутрь. Этим посетителем оказалась его сестра Диана.

— Диана? — Герман изумлённо уставился на девушку. — Ты сменила причёску? — удивлённо глядя на светлые струящиеся локоны, спросил Герман, продолжая сидеть с поднятыми плечами.

— Что?

Диана и сама не сразу поняла, о чём он. Однако, заметив прядь волос, упавшую на грудь, она тут же выругалась, задрала руку и сдёрнула мерзкий парик с головы. Именно так она о нём и думала — этот мерзкий, неудобный парик. Парик полетел на диван, приземлившись около вздрогнувшего Михаила. Следом отправилась и сетка, всё это время удерживавшая модную стрижку в стиле каре под париком.

— А со стилем что? — никак не унимался Герман, кивнув на эксцентрично вульгарный белый наряд девушки.

Диана не ответила. Она подошла к креслу, раздражённо отодвинула то и уселась перед боссом.

— Лучше бы ты спросил, как там наш папочка! — недовольно вывалила она не него, закидывая сумку на стол. Сумка приземлилась с такой силой, что некоторые бумаги на столе оказались сдуты потоком воздуха.

Наконец, Герман вспомнил про плечи. Он опустил их, постепенно приходя в себя. Попутно он мирился с мыслью о том, что ему опять придётся общаться с сестрой. Он не видел её уже два месяца и наивно полагал, что не увидит ещё, как минимум, год. Ну хотя бы год… — прикидывал он про себя, глядя на явления кошмара, явившегося к нему спустя каких-то два месяца.

— Вообще плевать, — наконец сказал Герман, пододвигая ноутбук поближе. Он надеялся, что Диана поймёт этот жест. Поймёт, что так он намекает — у него много дел. И самая последняя тема, которую он сейчас хотел бы обсудить — это любая тема, связанная с его отцом.

— Герман! — надавила девушка, заметив, как брат принялся набирать что-то на ноутбуке. — Отец!

— Что отец? — Герман посмотрел на Михаила. Михаил приподнял руки, как бы на мекая — я не при делах. Конечно, — подумал сам Герман, — кто тут вообще при делах. Не офис, а чёрт знает что.

— Он мёртв! — воскликнула Диана.

На секунду Герману показалось, что это сон. Просто сон. Немного погодя, замерев в одной позе и уставившись в одну точку, Герман постепенно начал понимать суть добравшихся до него слов.

Отец…

Умер…

Страшным было не то, что отец умер. Страшным оказалось то, что Герман не знал, как на это реагировать — радоваться или горевать?

Герман.

Какое-то время Герман не мог прийти в себя. Он уставился куда-то… неизвестно куда, и сидел неподвижно. Недовольство, разгоняемое Дианой по кабинету, превратилось в однородный шум, а затем и вовсе сузилось до микроскопических размеров, превратилось в еле заметную точку и исчезло где-то в глубине подсознания.

Герман смотрел — его глаза видели, как беснуется Диана, размахивая руками и пытаясь что-то объяснить, однако сам он был далеко за пределами собственного офиса, в котором начиналась вся эта история. История его свободы. Свободы от собственного отца. Он ещё не раз пожалеет об этой свободе…

Глухой удар привёл Германа в чувства. Он медленно повернул голову влево, глядя на склонившуюся перед ним Диану, что явно пребывала не в себе. Михаил и вовсе притих, забившись в дальний угол кожаного дивана.

Диана выпрямилась, убирая кулак со столешницы, тряхнула взъерошенными волосами и демонстративно выдохнула.

— Ну всё… Кажись выговорилась. — Девушка приложила руку к груди, прикрыла веки и помотала головой. — Прямо груз с плеч свалился.

Черноволосая особа подошла к креслу и спокойно присела в него. Ещё раз поправив волосы, девушка обернулась к брату, после чего требовательно уставилась на того.

— Ну так что скажешь, Гера?

Герман уже успел прийти в себя, оценить ситуацию и осознать, что ничего страшного-то по сути и не произошло. Наверное… По крайне мере, ему хотелось так думать.

— Я же просил не называть меня так, — поправив манжеты, сказал Герман.

— И это всё, что ты можешь ответить?! — взъелась эксцентричная особа.

— Мне кажется, я здесь лишний, — неожиданно для двоих донеслось со стороны дивана. Михаил неподвижно глядел на родственников, в полной готовности получить нагоняй. Неизвестно, правда, от кого именно, главное, чтобы не от обоих сразу.