Читаем Пригород онлайн бесплатно
Джиджи решил, что вернётся за час. Он взял с собой фотокамеру папы, и если этот маньяк ещё там, он просто заснимет его. Любой бред, запечатлённый на фото, перестаёт быть бредом.
И тогда ему все поверят. Родители заявят в полицию, или он сам передаст эти фото мистеру Рейли. Этот добряк по соседству, похоже, сержант. Вот только он был так же слеп, как и все остальные.
Джиджи вышел из дома.
Ветер кричал голосами неспящих птиц, лес нашёптывал шумными листьями, скрёбся по небу голыми кронами полысевших ветвей. Там, далеко, – огромная тень того самого старого дома. Джиджи пошёл к нему.
Фотоаппарат тянул шею, ноги колола трава, острая, мокрая, почти неживая, скоро пожухнет здесь всё. В окнах чёрного дома словно что-то горело, тусклый свет лампы или то луна отражалась в стекле.
Джиджи услышал знакомый стук. В доме распахнута дверь. Она билась и билась о стену, будто приглашая зайти.
И Джиджи вошёл.
Внутри была та же кровать с металлической спинкой, постеры на стене, раньше он их не видел, через это небольшое окно трудно всё разглядеть. Джиджи протёр объектив и нацелил его на съёмку – щелчок, ещё один и ещё, он сделал несколько фото. Он посмотрит их после и оставит себе. Он всматривался в каждый предмет: у стены неприглядный комод, на спинке кровати верёвка. Девушки нигде нет.
Неужели он опоздал? Джиджи вышел из дома, отошёл чуть поодаль и заснял сарай целиком.
Этот тип, должно быть, избавился от тела, он убил её, он… Джиджи оглянулся на шум – он возле леса. Монстр шёл по тропе, исчезая в тёмных зарослях тенистых ветвей, ещё немного, и он пропадёт совсем.
Джиджи смотрел сквозь объектив и только сейчас вспомнил про вспышку, он её не включил, если он сделает снимок сейчас, этот тип заметит его. Он сделал несколько снимков без вспышки. Он заснял только темень и тень, исчезающую в лесу.
– Привет, – раздался за спиной голос.
Джиджи вздрогнул и обернулся.
– Ты здесь один? – спросил кто-то из пустоты.
Джиджи не двигался с места, он хотел побежать, но этот голос показался каким-то знакомым.
Точно, это он с ним говорил в том лесу, это он позвал тогда помощь, странный Рони, соседский чудак.
– Ты меня напугал, – сказал Джиджи.
– Извини, – улыбался Рони какой-то странной улыбкой, перекошенной на одну половину лица.
Джиджи молчал и думал, похож ли он был на подонка из этого странного дома? Нет, куда ему до него.
– Что ты здесь делаешь? – спросил Джиджи, протирая футболкой вымокший объектив.
– Я увидел, как ты пошёл через поле, и пошёл за тобой.
– Ты спас меня там, в лесу. Это же ты позвал предков?
– Ага.
Парень странно заулыбался, Джиджи закрыл объектив.
– Слушай, ты не видел, кто живёт в этом доме?
– Никого, – пожал тот плечами.
– Значит, не видел? – переспросил Джиджи.
– Никого, – опять повторил он.
– А девушку с длинными волосами не замечал?
– Кого? – Парень рассматривал свои пальцы, будто видел их первый раз в жизни, и начал оттопыривать каждый – Папа-пальчик, папа-пальчик, где же ты? Вот он я, вот он я. Как твои дела…
– Да ладно, забудь, – отмахнулся от него Джиджи и пошёл к себе домой. Чудик плёлся за ним.
– Мама-пальчик, мама-пальчик, где же ты…
Когда Рони дошёл до четвёртого куплета, с дороги раздался рёв мотоцикла, игривый визг Алисии, потом её смех, и ещё смех пары таких же парочек на мопедах – они все возвращались из клуба.
– Опять этот Колин, – пробубнил под нос Джиджи.
– Колин хороший, – вдруг сказал Рони, убрав руку в карман.
– Чего это?
– Он меня на мотоцикле катал.
– Ну тогда-то конечно.
– А у тебя есть мотоцикл?
– Мне только четырнадцать, – буркнул Джиджи и разозлился на Рони, сам не зная за что.
– У него крутой мотоцикл, и сам он крутой, – не унимался тот.
– Иди домой, понял!
Парень вжал голову в плечи, съёжил кривую улыбку и отошёл.
– И не ходи за мной больше!
Рони удалялся всё дальше, а Джиджи смотрел ему вслед.
– Папа-пальчик, папа-пальчик, – доносилось из темноты.
И зачем он на него накричал? Плохо кричать на младших. Этот чудик в шесть футов ростом был значительно младше его.
– Вам нужен постельный режим, – сказал доктор, записывая что-то в своих листах. – Нешуточное дело это сотрясение.
Элиот попытался приподняться.
– Нет-нет, даже не думайте, пару дней нужно полежать.
– Но у меня нет пары дней…
– А куда вам торопиться?
Элиот посмотрел в окно. Он ничего в нём не видел, только свет, яркий и слепящий. Такой бывает перед закатом, это наглое солнце ослепляет всех перед уходом, чтобы следующим утром вернуться опять.
Ему надо было в тот дом. Надо было завершить начатое, он так долго к этому шёл, так долго собирал всё по крупицам. Он вспомнил танцовщицу, фарфоровую, тонкую, – она стояла на одной ноге, изогнув гибкую спину, – она была дорога миссис Хансон. Балерина плыла перед ним, крутилась на одной ноге, и всё с ней крутилось: и окна, и стены, и картины на них. Элиот потянулся за ней, но статуэтка исчезла.
– Я их нашёл, – бормотал он, – я их нашёл.
