Читаем Предатель (ЛП) онлайн бесплатно

Рассказ к "Дивергенту"

Переводчикииредакторы: owltales, CrystalBall, Roksi00, darya_vitlusova, thor_marlene, keathkeath8, miss_anna, macroso, Maria_Carstairs.

Другой год, другой День Посещений.

Два года назад, когда я был новобранцем, я притворялся, будто Дня Посещений не существует, и прятался в спортзале с боксерской грушей. Я проводил там так много времени, что дни спустя от меня был слышен запах пыли и пота. В прошлом году, когда я впервые учил новобранцев, я поступил так же, хотя Зик и Шона пригласили меня вместо этого провести день с их семьями.

В этом году у меня есть дела поважнее, чем долбить грушу или хандрить по поводу семейных неудач. Я направляюсь в диспетчерскую.

Я иду через Яму, обходя слезные воссоединения семей и  взрывы смеха. Семьи всегда могут воссоединиться в День Посещений, даже если они из разных фракций, но через некоторое время они часто перестают приходить. "Фракция выше крови", в конце концов. Большая часть смешанной одежды принадлежит семьям перешедших: сестра-эрудит Уилла, одетая в светло-голубой, искренние родители Питера в белом и черном. Ненадолго задерживаю взгляд на родителях Питера и думаю: неужели они сделали его таким? Но, кажется, людей не всегда так легко судить.

Я должен быть на задании, но я останавливаюсь рядом с пропастью, облокачиваясь на перила. В воде плавают обрывки бумаги. Теперь, когда я знаю, где расположены вырезанные из камня ступени на противоположной стене, я могу разглядеть их сразу, а также замаскированный проем, который ведет к ним. Я слегка улыбаюсь, думая о ночах, которые я провел с Шоной и Зиком на тех камнях, иногда разговаривая, а иногда просто сидя и слушая, как течет вода.

Я слышу звук приближающихся шагов и оглядываюсь через плечо. Ко мне идет Трис, держа под руку одетую в серое женщину из Отречения. Натали Прайор. Я застываю, внезапно отчаянно испытывая желание сбежать - что, если Натали знает, кто я, откуда родом? Что, если она случайно обмолвится об этом здесь, в окружении всех этих людей?

Она никак не сможет меня узнать. Я не похож на мальчика, которого она знала, изможденного и забитого, зарытого в ткани.

Подойдя на достаточно близкое расстояние, она протягивает  руку.

- Здравствуйте, меня зовут Натали. Я мать Беатрис.

Беатрис. Это имя ей так не подходит.

Я беру руку Натали и пожимаю ее. Мне никогда не нравилось рукопожатие бесстрашных. Оно слишком непредсказуемое - никогда не знаешь, как сильно сжать, сколько раз потрясти.

- Четыре, - говорю я. - Приятно познакомиться.

- Четыре, - повторяет Натали и улыбается. - Это прозвище?

- Да, - отвечаю я. И меняю тему.

- Ваша дочь неплохо справляется здесь. Я наблюдаю за ее тренировками.

- Приятно слышать, - говорит она. - Я знаю кое-что об инициации бесстрашных и беспокоилась за нее.

Я мельком смотрю на Трис. На щеках появился румянец - она выглядит счастливой, словно визит матери положительно на нее влияет. Впервые я могу оценить, насколько она изменилась с тех пор, как я увидел ее первый раз, взбирающуюся на деревянную платформу, хрупкую на вид, как будто от столкновения с сетью она могла разбиться вдребезги. Она больше не выглядит хрупкой, со следами синяков на лице и с новой решительностью в том, как она стоит, будто она готова ко всему.

- Вам не стоило волноваться, - отвечаю я Натали.

Трис смотрит в другую сторону. Я думаю, она все еще зла на меня за то, что я задел ее ухо тем ножом. Чувствую, я не должен ее винить.

- Ты почему-то выглядишь знакомым, Четыре, - произносит Натали. Я бы подумал, что ее комментарий простодушен, если бы не взгляд, будто бы тянущий меня вниз.

- Не знаю, с чего бы это, - отрезаю я так холодно, как только могу. - Не в моих привычках водиться с отреченными.

Она реагирует не так, как я того ожидал, без удивления, страха или злобы. Она просто смеется.

- Мало кто водится в наше время. Я не принимаю это близко к сердцу.

Если она и узнала меня, она не собирается об этом говорить. Я пытаюсь расслабиться.

- Что ж, не буду мешать воссоединению, - говорю я.

Записи камер наблюдения у меня на мониторе переключаются с холла в Пайер на дыру, образованную четырьмя зданиями, вход в Бесстрашие для новичков. Вокруг дыры собралась толпа, они спускаются вниз и вылезают обратно, я полагаю, чтобы проверить сетку.

- Не участвуешь в Дне Посещений? - Мой наставник, Гас, стоит у меня за плечом, потягивая кофе из чашки. Он не так уж стар, но у него уже есть лысина на макушке. Оставшиеся волосы он стрижет коротко, даже короче, чем я. В мочках ушей вставлены большие диски.

- Не думал, что увижу тебя до конца обучения.

- Решил, что с таким же успехом могу сделать что-нибудь полезное.

На мониторе все выбрались из дыры и стоят рядом с ней, повернувшись спиной к одному из зданий. Темная фигура медленно движется к краю крыши над дырой, пробегает несколько шагов и прыгает. Мой желудок сжимается, словно падаю я сам, и фигура исчезает под мостовой. Я никогда не смогу привыкнуть смотреть на это.

- Похоже, они весело проводят время, - замечает Гас, снова делая глоток кофе. - Тебе, конечно, всегда рады здесь, если ты пришел поработать во внеурочное время, но нет ничего криминального в том, чтобы ты просто повеселился, Четыре.

И он уходит.

- Так мне и говорили, - бубню я.

Я оглядываю комнату контроля. Она почти пуста - в День Посещений мало кто нужен для работы, обычно это самые старшие. Гас оглядывает свой экран. Двое других помогают ему, прослушивая записи с наушниками, надетыми наполовину. И еще я.

Я набираю команду, вызывающую запись, которую я сохранил на прошлой неделе. На ней Макс в своем офисе за компьютером. Он нажимает на клавиши указательным пальцем, пытаясь попасть на правильные,  делая перерывы в несколько секунд между нажатиями.  Не многие Бесстрашные умеют хорошо печатать, тем более Макс, который, по слухам проводил большую часть времени, патрулируя кварталы афракционеров с ружьем наперевес - вряд ли он ожидал, что ему когда-нибудь понадобится использовать компьютер. Я наклоняюсь близко к экрану, чтобы убедиться, что цифры, которые я ранее записал, правильные.  Если все так, то у меня есть пароль от учетной записи Макса, написанный на кусочке бумаги в моем кармане.

С тех пор, как я выяснил, что Макс тесно сотрудничает с Джанин Мэтьюс и начал подозревать, что они причастны к смерти Амара, я старался найти способ узнать больше. Когда я увидел его набирающим пароль через несколько дней, я нашел один.

084628. Да, цифры похожи на правильные. Я снова открываю запись с камер службы безопасности в реальном времени и прокручиваю изображения с камер, пока не нахожу те, что показывают офис Макса и коридор рядом с ним. Затем я набираю команду, чтобы исключить запись офиса Макса из периодического показа, поэтому Гас и другие её не увидят; она будет проигрываться только на моем экране. Съемка целого города всегда поделена на то количество людей, которые присутствуют в диспетчерской, поэтому мы никогда не смотрим на одинаковые изображения. Мы должны подобным образом изымать запись из общего просмотра на несколько секунд, если есть необходимость поближе рассмотреть что-либо, но к счастью у меня это не займет много времени. Я выскальзываю из комнаты и направляюсь к лифтам.

Этот уровень Пайер почти пуст - все ушли. Это упрощает мне то, что я должен сделать. Я еду на лифте до десятого этажа и целенаправленно двигаюсь к офису Макса. Я выяснил, что когда ты крадешься куда-то, лучше всего не выглядеть так, как будто ты крадешься.  Я постукиваю по флешке в кармане, пока иду, и поворачиваю за угол к офису Макса.

Я слегка подталкиваю открытую дверь ботинком - сегодня, немного раньше, когда я убедился, что он ушел в Яму, готовиться ко Дню Посещений, я незаметно прокрался сюда и заклеил замок. Я бесшумно закрываю за собой дверь, не включая свет, и опускаюсь на пол рядом с его столом. Я не хочу передвигать кресло, на котором он сидит; я не хочу, чтобы он увидел малейшие изменения в комнате, когда он вернется.

Экран запрашивает пароль. Во рту пересыхает. Я достаю листок из кармана и прижимаю его раскрытым к столу, пока ввожу их. 084628.

Экран меняется. Не верю, что это сработало.

Поторопись. Если Гас обнаружит, что я исчез, я не знаю, что скажу, какое возможное объяснение мог бы дать, чтобы оно прозвучало разумно. Я вставляю флешку и передаю программу, которую загрузил туда ранее. Я попросил Лорен, одну из техперсонала Бесстрашия и моего бывшего инструктора на обучении, программу, которая позволит одному компьютеру скопировать  другой, под предлогом, что я хотел  разыграть Зика, когда тот будет на работе. Она была рада помочь, - еще одна вещь, которую я узнал о бесстрашных, - они всегда за розыгрыши, и редко ищут подвох.

Несколько нажатий клавиш, программа установлена и скрыта где-то в компьютере Макса, куда, я уверен, он никогда не зайдет. Я кладу флешку обратно в карман, вместе с листком бумаги с написанным на нем паролем, и покидаю кабинет, не оставляя отпечатков на стеклянной части двери.

Это было легко, думаю я, снова продвигаясь к лифтам. Судя по моим часам, это заняло у меня пять минут. Я могу сказать, что был в ванной, если кто спросит.

Но, когда я возвращаюсь в комнату контроля, Гас стоит у моего компьютера, пялясь в экран. Как долго он был здесь? Видел ли он, как я  вломился в офис Макса?

- Четыре, - произносит Гас замогильным голосом. - Почему ты изолировал запись? Ты не должен изымать объекты из доступа, ты это знаешь.

- Я...

Соври! Соври сейчас же!

- Я подумал, что что-то увидел, - заканчиваю я фразу. - Нам разрешено изолировать записи, если мы увидели что-то необычное.

Гас продвигается ко мне.

- Так, - говорит он, - почему же я видел тебя, уходящим из того же коридора? - Он показывает на коридор на моем экране. Горло стягивает.

- Я думал, что я что-то увидел и пошел наверх проверить, - продолжаю я. - Я извиняюсь, я просто хотел размяться.

Он пялится на меня, кусая щеку изнутри. Я не шевелюсь. Я не оглядываюсь.

- Если ты снова увидишь  что-то необычное, то следуй протоколу. Ты доложишь об этом твоему наставнику, а это... кто, еще раз?

- Вы, - говорю я, слегка задыхаясь. Не люблю находиться под чьей-то властью.

- Правильно. Я вижу, ты все понял, - говорит он. - Честно, Четыре, после года работы у тебя не должно быть столько неполадок. У нас очень простые правила и все, что ты должен делать, это следовать им. Это твое последнее предупреждение. Окей?

- Окей, - говорю я.

Меня неоднократно отчитывали за то, что я снимал видео с ротации, чтобы посмотреть встречи Джанин Мэтьюс и Макса, или Макса и Эрика. Я ни разу не получил полезной информации, и меня почти всегда ловили.

- Хорошо, - его голос становится мягче. - Удачи с инициируемыми. У тебя в этом году опять переходники?

- Да, - отвечаю я. - У Лорен бесстрашные по рождению.

- А, очень жаль. Я надеялся, что ты познакомишься с моей младшей сестрой, - говорит Газ. - На твоем месте я бы сделал что-то, чтобы развеяться. У нас тут все хорошо. Только верни запись в ротацию, прежде чем уйдешь.

Он возвращается назад к компьютеру, и я разжимаю челюсть. Я даже не осознавал того, что делал. Мое лицо пульсирует, я закрываю компьютер и ухожу из комнаты наблюдения. Не могу поверить, что мне это сошло с рук.

Теперь,  с этой программой, установленной на компьютер Макса, я могу просмотреть каждый из его файлов в относительной безопасности диспетчерской. Я могу в точности выяснить, что он и Джанин Мэтьюс замышляют.

Той ночью мне снилось, как я иду по коридорам Пайер, и я один, но коридор не заканчивается, и вид из окон не меняется: тянущиеся железнодорожные пути, заворачивающие в высокое здание, солнце, скрытое за облаками. Мне кажется, что я иду несколько часов, и когда я вздрагиваю и просыпаюсь, я как будто вообще не спал.

Потом я слышу стук и голос, кричащий "Открывай!"

Это больше похоже на ночной кошмар, чем на однообразную картинку, от которой я только что избавился, - я уверен, что это солдаты Бесстрашия стоят у дверей, потому что они обнаружили, что я дивергент, или что я шпионю за Максом, или что в прошлом году общался с моей матерью-афракционеркой. Все, что обозначает "предатель фракции".

Солдаты Бесстрашия, пришедшие меня убить - но пока я иду к двери, я осознаю, что если бы они собирались это сделать, они бы не устроили такой шум в коридоре. Кроме  всего прочего, голос принадлежит Зику.

- Зик, - выдыхаю я, когда открываю дверь. - Что с тобой? Сейчас середина ночи. - По его лбу бежит струйка пота, он едва дышит. Должно быть, он бежал сюда.

- У меня была ночная смена в диспетчерской, говорит Зик. - Что-то произошло в спальне перешедших.

Почему-то моя первая мысль о ней, ее большие глаза пристально смотрят на меня из тайников моей памяти.

- Что? - спрашиваю я. - С кем?

- Поговорим по дороге, - говорит Зик.

Я надеваю обувь и куртку и следую за Зиком вниз по коридору.

- Эрудит. Блондин, - говорит Зик.

Я чувствую облегчение. Это не она. С ней ничего не случилось.

- Уилл?

- Нет, другой.

- Эдвард.

- Да, Эдвард. На него напали. Ранили ножом.

- Он мертв?

- Жив. Его ударили в глаз.

Я останавливаюсь.

- В глаз?

Зик кивает.

- Кому ты рассказал?

- Ночному дежурному. Он пошел сообщить Эрику, тот сказал, что разберется с этим.

- Конечно, разберется. - Я сворачиваю направо, в сторону от спальни перешедших.

- Куда ты направляешься?-  интересуется Зик.

- Эдвард уже в больнице? – спрашиваю я, отходя обратно. Зик кивает.

- Тогда я иду к Максу, - заключаю я.

Территория Бесстрашия не такая большая, чтобы я не знал, где живут люди. Квартира Макса скрыта в задних коридорах территории, рядом с черным ходом, который выходит снаружи прямо рядом с железнодорожными путями. Я иду к ней, следуя за синими аварийными лампами освещения, которые работают от нашей солнечной батареи.

Я барабаню костяшками пальцев по металлической двери, будя Макса так же, как меня разбудил Зик. Через несколько секунд он открывает дверь нараспашку, его ноги босы, а взгляд дикий.

- Что случилось? - спрашивает он.

- Одного из моих новобранцев ранили в глаз, - говорю я.

- И ты пришел сюда? Разве никто не сообщил Эрику?

- Да. Это то, о чем я хотел с тобой поговорить. Ничего, если я войду?

Я не жду ответа - я проскальзываю мимо него и направляюсь в гостиную. Он включает освещение, открывая взору самую неряшливую гостиную, которую я когда-либо видел, кофейный столик усеян использованными чашками и тарелками, диванные подушки в беспорядке, пол серый от пыли.

- Я хочу, чтобы инициация  стала такой, как раньше, до того, как Эрик сделал ее более конкурентной, - заявляю я, - и я хочу, чтобы он не появлялся в моей тренировочной комнате.

- Уж не думаешь ли ты, что Эрик виноват в том, что твой инициированный был ранен? - отвечает Макс, скрещивая руки на груди. - Или что ты в том положении, чтобы командовать?