Читаем Право передачи (СИ) онлайн бесплатно
Смерть быстрым шагом вошел в гостиную и направился прямо ко мне.
— Ты говорила, что тебе скучно, — начал он безо всяких предисловий, — тогда собирайся.
— Куда это? — Я оторвала взгляд от экрана ноутбука и посмотрела на мужа.
— Навстречу приключениям, разумеется, ты же их так любишь.
— Отлично. А подробности будут?
— Зачем тебе подробности? На месте разберешься. Давай-давай, хватит сидеть.
С этими словами Смерть выдернул меня из кресла и подтолкнул к двери.
Через пятнадцать минут я стояла у кабинета принца с сумкой через плечо, в которую я умудрилась впихнуть все самое необходимое: ноутбук, парочку выносных дисководов, штатив, фотоаппарат с объективами, косметику и любимое бельишко.
Дверь открылась, и из кабинета вышел наш сын с рюкзаком за спиной. Он покосился на мою пухлую сумку и расплылся в понимающей улыбке.
— Ноут? А ты уверена, что он поймает сетку там, куда мы отправляемся?
— А хрен его знает, — пожала плечами я. — Если твой отец не сможет обеспечить мне связь при помощи своего магического суперпровайдера, значит, я просто поваляю дурака. А ты, как я понимаю, с нами?
— Угу. Отец сказал, что мы надолго.
— О! И насколько долго в этот раз, ты не в курсе?
— Не знаю, — пожал плечами Влад. — Отец сказал, как пойдут переговоры.
— Переговоры? — уныло переспросила я. — О-о-ох, опять политика!
— Ну мам, как ты не понимаешь, это же так интересно!
— Ну да, наверняка интересно, — улыбнулась я.
Все правильно, наследному принцу нужно разбираться в политике. А я так часто забываю, что Влад — не просто обычный мальчишка.
Через минуту перед нами появился Смерть. Некоторое время он меня разглядывал, затем взгляд его задержался на моих драных джинсах, переместился к коротенькому топу типа лифчика, и он деланно вздохнул.
— Что? — возмутилась я. — Указаний о дресс-коде не поступало. На мне походная одежда для приключений.
Влад откровенно заржал.
— Нечего над матерью смеяться, — обиделась я. — А ты… — Я повернулась к мужу. — Сумку у меня забери, тяжелая, между прочим!
Смерть приподнял бровь, но ничего не сказал, просто снял с моего плеча сумку и перевесил на свое. Я тут же метнулась в угол и схватила свою любимую маленькую дамскую сумочку и зонтик-трость.
— А это еще зачем? — с очередным вздохом поинтересовался Всадник Апокалипсиса.
— Все просто, дорогой. — Я мило улыбнулась супругу и пару раз хлопнула ресницами для пущего эффекта, чем вызвала очередной смешок сына. — В прошлый раз, когда я путешествовала в вашей милой компании, мирок, в который вы меня затащили, просто достал меня ливнями. До такого простейшего изобретения, как зонтик, там не додумались, и мне приходилось иногда мокнуть. Ненавижу дождь, особенно мелкий и нудный, он портит прическу! А еще… — Я окинула победным взглядом своих мужчин. — Зонтик — очень удобное оружие. Сделан по специальному заказу. Жму на кнопочку — чик — вылезает ножик и делает укольчик. А еще там есть яд. Ну классика же!
— А еще есть магия, — вставил сын и вопросительно повернулся к отцу.
— Твоя мать не переносит магию, — сказал Смерть, — наука — вот что для нее важно.
— Да, наука и всяческие научные приспособления, — пожала плечами я. — Так же гораздо интересней. А с вашей магией проку-то? Произнесли заклятье, дунули-плюнули — и все. А где творческий элемент? Где потребность докапываться до истины, изобретать новое? Ваша магия — это стагнация. Фу!
— И поэтому твоя сумка ничего больше не весит, — шепнул мне на ухо Влад, довольно ухмыляясь и наблюдая за тем, как мое лицо приобретает возмущенное выражение.
— Ах ты… — начала было я поворачиваться к Смерти, как вдруг воздух вокруг нас замерцал и декорации сменились.
— Тебе понравится этот мир, жена, — улыбнулся принц и обвел рукой комнату.
— Возможно, — пробормотала я и направилась к окну.
Мир мне не понравился. Ну вот ни капельки. Хотя должен был, просто был обязан! Мрачный (хотя я люблю некоторую мрачность, но скорее в романтично-готичном ее аспекте), в кирпично-серо-желтых тонах, окутанный дымом заводских труб, он раскинулся до самого горизонта у подножия холма, на котором стоял наш огромный дом.
— Еклмн! — такой была моя первая фраза, когда до меня дошло, где мы с семейством оказались на этот раз.
— Называй как хочешь, хоть «еклмн», но нам здесь жить некоторое время. Устраивайся и сообщи мне, что ты хочешь изменить в доме. Сразу предупреждаю: Интернет тут не работает — временной поток слишком разнится с нашим, — предупредил меня муж и удалился.
Ага. Изменю непременно, а начать следует с пыли, толстый слой которой покрывал мебель и от которой я тут же начала чихать, стоило мне провести пальцем по каминной полке.
Пыль — это отдельная история, поняла я, прожив в этом месте пару недель. Ее несло из города, она была жирной, и скрести ее приходилось часами. Я даже посочувствовала прислуге, но местные жители к такому бедствию привыкли и прекрасно знали методы, какими с ней нужно было бороться. Самое главное — плотно закрывать окна, чтобы ядовитый воздух с улиц и пыль не проникали в дом. Далее свет божий заслоняли чем-то вроде защитных бронированных жалюзи, которые тут вручную выковывали кузнецы-умельцы, ну а поверх всей этой красотищи вешались тяжелые портьеры, чтобы придать окнам хоть какой-то уют.
Изучив эти странные конструкции, я удивилась, зачем вообще нужны окна в домах, если их так тщательно закупоривают? И почему окна были без жалюзи в тот день, когда мы «приехали» сюда? Но может, это было временно, ненадолго и потому безопасно — чтобы показать новым хозяевам, где им придется жить.
Когда я говорю, что воздух в этом мире ядовит, я не преувеличиваю. Он и в самом деле был ядовитым, а пыль, которую несло сильными ветрами, содержала к тому же и частицы какого-то металла, названия которого я не запомнила, но он был жутко вреден для организма. Усиление этих ветров, которые я тут же окрестила «мусорными», происходило ночью, и Смерть мне строго-настрого запретил открывать окна, выглядывать наружу, а тем более выходить из дома по ночам без его или нашего сына личного сопровождения. Я спросила, неужели недостаточно охраны, и он ответил, что нет, и на колечко, которым меня украсил Белет, я не должна надеяться. В общем, удручающая во всех отношениях перспективка.
Но не все было так плохо. Перед самым нашим уходом в этот новый мир со мной случилось странное. Вообще-то я довольно оптимистичный человек, но бывает, конечно, у меня и плохое настроение. Ну и что? Со всеми такое происходит. Похандришь — и забудешь, но тут… Никогда в жизни со мной такого не было. Отчаяние, тоска, безысходность нахлынули на меня, словно волны прибоя. Казалось, они пытались загнать меня в самый темный и мрачный угол, лишая надежды. Мне хотелось сидеть, обхватив руками колени, и скулить. Пропал аппетит и желание кого-то видеть, с кем-то разговаривать. Сжав зубы, я часами лежала на диване и пыталась понять, что происходит. Ответа не было. Из сплина меня мог вывести только муж, но стоило ему отлучиться по делам, как я снова впадала в депрессию.
Однако появившись в этом мире, я мгновенно забыла про свою хандру, будто ее и не было. Я снова стала жизнерадостной и полной сил. Все-таки правильно говорят, что смена обстановки полезна.
На обустройство дома мне потребовалась еще пара месяцев. Я покупала новую мебель, меняла покрывала, занавески, заказала гобелены на стены — ну нужно же мне было чем-то заняться, если я не вылезая сидела в четырех стенах?
Когда привезли гобелены, и я увидела, что на них изображено, я не нашла слов. Я (!) буквально онемела. Я попросила самый писк моды, ожидая увидеть… ну, сцены из жизни, натюрморты, портреты, а что мне показали? Вы не поверите! Заводские трубы, конструкции из ржавых железок и… если бы я не знала, как выглядят демоны в истинном облике, я решила бы, что этот страх божий и есть исчадья ада. В моем родном мире когда-то был популярен фильм «Чужие», ну вот эти-то чудики и были изображены на гобеленах на фоне изрыгающих дым труб. Я зажала рот рукой, чтоб не рассмеяться и не обидеть управляющего, который очень старался мне угодить.
Еще через месяц я узнала, что в этом мире нет зелени. Ну вообще. Лесов, цветов, кустов! Таких слов даже не было в местном наречии. Я никогда не умела рисовать, но уж елочку-то изобразить смогла. Когда я объясняла, что такое новогодняя елка, новый год, лес, вокруг меня собралась целая толпа слуг, которая смотрела на меня то ли как на сказочницу (я думала, что они сейчас еще и детей приведут сюда послушать), то ли как на умалишенную, место которой в некоем подобии Бедлама. Жена управляющего, похоже, именно так и считала, потому что глядела она на меня с нескрываемым сочувствием. После этого случая я зареклась рассказывать истории и лишний раз убедилась, что с прислугой следует держаться отстраненно.
Короче говоря, адаптировалась я к новым условиям очень долго, а когда более или менее привыкла, вдруг обнаружила, что мой сын тут чувствует себя как рыба в воде.
Наверное, я не очень хорошая мать, потому что со дня приезда почти не обращала внимания на то, чем занимается наш со Смертью сын. Но с другой стороны, парню уже минуло шестнадцать, в моем мире в Средние века такие уже правили странами и командовали армиями, а сын Темного принца был вполне подготовлен и к тому, и к другому; просто для меня-то он оставался ребенком, сколько бы лет ему ни было и чьим бы наследником он ни являлся.
Я подобрала юбки и, бормоча под нос: «Мусорный ветер, дым из трубы, плач природы, смех Сатаны, а все оттого, что мы любили ловить ветра и разбрасывать камни», — отправилась к сыну.
Влад обосновался на втором этаже. Целый ярус нашего мрачного дома был в его распоряжении, и только до этого места не дотянулись руки новоиспеченного дизайнера по интерьерам, то есть меня. Нет, я сказала ребенку, что, если у него есть какие-то пожелания, я их учту, но он сообщил, что его все устраивает, и на этом мы вопрос закрыли.
Я спустилась по лестнице и попала в огромный холл.
— Ого, — не сдержалась я, оглядываясь.
Это было похоже на Политехнический музей, в который регулярно таскают на экскурсии всех московских школьников и который я любила только потому, что это позволяло прогуливать уроки. Или это еще было похоже на лабораторию профессора из кино. Я поправила сползшие от потрясения на кончик носа очки и громко откашлялась. Тишина.
— Влад? — позвала я. — Это я, твоя мама.
Что-то заскрежетало, и я невольно поморщилась от противного, режущего слух звука. Через пару минут передо мной из ничего возник растрепанный сын с сияющими глазами. Я, конечно, понадеялась в глубине души, что этот восторг вызван моим появлением, но надеждам моим не было суждено сбыться: сын схватил меня за руку и перенес в темную каморку.
— Мам, гляди, оно работает! — с гордостью воскликнул юноша.
Я уставилась на некое сооружение, состоящее из заклепок, латунных вставок, трубок и лампочек. Оно шуршало и мигало.
— Э-э-э, — протянула я.
— Ни за что не догадаешься, что это, но я не стану тебя томить. Это зарядка для твоего ноутбука.
— Разностная машина Бэббиджа. — Я вспомнила картинки из Интернета. — Только в миниатюре. Да, сынок, стимпанк форева.
— Нет, — рассмеялся сын. — Разностная машина своего рода калькулятор, а это зарядка. Вот как только сделаю мобильный вариант, отдам тебе, чтобы ты заряжала ноут.
— А чем плоха магия? — хмыкнула я. — Твой отец вполне справляется с обеспечением беспрерывной работы моего любимого ноутика.
— Ты же не любишь магию, ты за науку, вот тебе наука во всей красе. Вообще мне нравится этот мир, мам, — столько возможностей для экспериментов. Магия что? Меняешь мир, сущности по своему желанию, воздействуешь на психику людей или иных существ. Все просто. А если делаешь что-то своими руками, разбираешься, как это работает, а если не работает, думаешь, почему и что необходимо изменить. Это ужасно интересно. Этот мир, где нет даже электричества и все работает на газе, просто дар для любого ученого.
— Наверное, — улыбнулась я. — Но уж слишком тут тоскливо.
— Тебе просто нечем заняться, вот тебе и скучно. Ты хоть раз выходила наружу? — Сын с хитрым видом взглянул на меня.
— Пока ни разу. Твой отец мне запретил, да и я занята была. Надо было же тут все обустроить.
— Ага. Полгода прошло, и ты еще ни разу не заинтересовалась этим миром? Фотоаппарат твой вполне функционирует. Между прочим, аккумулятор тоже можно этой штукой заряжать, хватит на всю ночь.
Я пожала плечами. Как-то я не задумывалась над тем, что можно выйти наружу.
— Мам? — Сын внимательно меня разглядывал. — Ты меня беспокоишь.
— Не может быть, — улыбнулась я.
— Нет, правда. Отец тебя заколдовал? Что случилось, почему ты ни разу не сбежала из-под присмотра секьюрити, как ты обычно делаешь?
— Не знаю, — неуверенно сказала я.
И задумалась. Действительно странно. Почему-то у меня не возникало желания куда-то выходить. Я была довольна тем, что делаю дома, мне было интересно все обустраивать, но вот чтобы выйти на улицу? Нет.
Влад оказался позади меня. Его теплые пальцы легли мне на виски.
— Так я и думал, — хмыкнул он.
— Что? — мгновенно взвилась я. — Он это сделал? Снова? Где твой отец?
— Здесь, — раздался сзади низкий голос Смерти, и мы оба вздрогнули.
Через пару месяцев Темный принц смилостивился и за завтраком сообщил, что настала пора нам выйти в свет, поэтому вечером мы идем в оперу. Ух ты! Меня вдруг охватил такой восторг, что я не удержалась и захлопала в ладоши, словно была ребенком, которого родители наконец решили повести в зоопарк. Опера! В чужом мире, в необыкновенном мире, в мире, который даже не был частью нашего Созвездия миров. Воображение тут же нарисовало мне сцену из кинофильма «Пятый элемент», и я в предвкушении выдохнула, представив, что я услышу нечто подобное живьем, и это будут не доведенные до совершенства компьютерными технологиями оперные партии, а живые голоса, настоящие голоса!
Ближе к вечеру я отправилась в гардеробную и замерла перед огромными шкафами с вечерними туалетами. Три горничные стояли рядом, ожидая моих распоряжений.
