Читаем Правила игры онлайн бесплатно

Утро, туман уже растворился, и начало дня не предвещало ничего плохого сверх отвратительных семи миль по обочине шоссе туда и обратно. Городишко Странфилд был единственным местом, где продавали хорошее пиво, а не то пойло, что вливали в себя алкаши с соседних улиц. Вот и получалось, что Фрэнк должен был топать в такую даль из своего захолустного Винсберри только для того, чтоб затариться на следующую неделю. К тому времени ему уже стукнуло сорок, но он исправно продолжал походы за пивом как делал это последние лет пятнадцать. Работа на фабрике не доставляла ему удовольствия, поэтому он пахал, как говорится, только на субботу. На самом-то деле выходные начинались куда раньше, в пятницу, но первый вечер был нужен для снятия стресса, воскресный – на рабочий настрой. Так что, на сам отдых оставалась только суббота. Только вот эти выходные, как впрочем и следующие двадцать, пошли псу под хвост из-за этого долбанутого старого «бьюика». То, что это был именно «бьюик», Фрэнк узнал гораздо позже, когда один из этих чокнутых полицейских подарил ему номер с переднего бампера и правое зеркало.

Спросите сотню бедняг, сколько же было у них времени на осознание опасности. Десять скажут, что ничего не поняли вообще, восемьдесят девять пожмут плечами и назовут цифры от полсекунды до двух-трех. Только все это ерунда. Время просто останавливается! Вот старина Фрэнк идет вдоль трассы с мешком банок, а вот он уже лежит на земле с окровавленным лицом и тупо пытается поднять голову. Вой сирен и красно-синие блики в осколках стекла, все это он вспомнит уже потом, а тогда, обездвиженный и испуганный, Фрэнк Спирс из Винсберри пытался слушать глухие голоса вокруг и не мог пошевелить правой рукой.

– Мистер Спирс, ваши снимки.

Доктор из отделения хирургии протянул ему конверт. Фрэнк долго не мог заставить себя открыть его и заглянуть правде в глаза. Нет, он конечно уже сносно ходил, опираясь только на трость, но страшно было не то, что пять месяцев назад его сбил сумасшедший водила, и его правая нога превратилась в месиво, а то, как это все выглядело. Известно всем, что на рентгене ни черта нельзя рассмотреть и понять, но Фрэнк не стал вскрывать. Глупо, зато вполне честно.

– Сколько я еще пробуду здесь? – спросил он.

– Неделю, а там посмотрим.

– Вы уже смотрите месяц! – напомнил Фрэнк и отложил пакет. Сегодня ему очень захотелось повздорить с кем-нибудь.

– Что, не терпится вернуться домой?

Доктор забрал снимки и ушел, оставив молчание и пустоту. Старый, полуразрушенный коттедж с гнилым чердаком и пятнами влаги на потолке. Он жил там, складируя по субботам пустые банки и предаваясь мечтаниям о лучшей жизни, с пятнадцати лет. Колледж и университет так и остались в «планах на жизнь», и тщедушная посудина Фрэнка продолжала дрейфовать.

Через пару дней ему стало казаться, что весь медперсонал больницы издевается над ним. Нет, никто не ронял на его больную ногу инструменты. Тот же хирург часто говорил о доме Фрэнка. Медсестры щебетали, что «сегодня вы выглядите гораздо лучше», хотя он видел себя в зеркале осунувшимся, с дряблыми щеками и воспаленным глазам. А соседи по палате его вообще игнорировали. Не так плохо, но постоянное чувство отчуждения жутко надоедало.

Фрэнк точно не помнил, когда ему в голову пришла мысль сбежать, но она не давала ему покоя. Он сидел на больничной кровати, а ноги зудели и хотели валить отсюда. Никогда еще ему не было так тоскливо. Не смотря на то, что в старом доме он жил один, и соседей в радиусе ста метров не было, там было весело. Да черт с ней, с фабрикой! Фрэнк зарабатывал десять долларов в неделю и тратился только на пожрать и пиво. Все свободное время он жрал и оттягивался с пенным напитком.

Так же неожиданно он оказался за пределами территории. Просто взял и вышел. Не ночью через забор, а днем, проскочив в главные ворота. Он прихватил с собой пиджачок соседа слева, кажется, тому оттяпали руку, и чуть погнутый номер с бампера «бьюика». У него не было ни денег, ни документов, но это его волновало меньше всего. Он боялся, что какие-нибудь уроды в его отсутствие сломают дверь и вынесут телевизор. Поэтому он надел пиджак и заковылял по улицам Странфилда к шоссе.

Через час он уже мог точно сказать, в каких именно местах была сломана его нога. Она чертовски болела, и Фрэнку пришлось сесть прямо на грязный тротуар. Сентябрь был в самом разгаре, и пара больших деревьев напротив местами пожелтели. У дома Фрэнка росли точно такие же.

Странно, но за все то время, пока он отдыхал, никто не проехал на машине и не прошел мимо. Город будто вымер, впрочем, ему было положить на это. Он шел вдоль ухоженных лужаек за штакетником, разглядывая фасады домов, и думал, что люди здесь хорошо живут. И только из желания нагадить он подгреб своей палкой газету, не доброшенную до крыльца, и сунул ее в карман.

– Я прочту ее за банкой пива, – сказал он вслух. Это были первые слова, которые он услышал за последние десять часов.

На этот раз Фрэнк шел по левой стороне дороги. Обычно он возвращался по другой стороне, но сегодня был не тот день. Он прекрасно помнил то место, где его сбили, и не хотел повторять ошибок. Дорога начала плавно идти в горку, и Фрэнку снова пришлось отдыхать перед трудным подъемом.

Ни одной машины, ни одной машины, твердил он про себя, чтобы хоть как-то заглушить резкую боль в ноге. На гребне холма он обернулся и посмотрел на Странфилд.

– Ни одной машины, – повторил он и начал спускаться. По другой стороне шоссе шел призрак с мешком полным пива, лямки больно врезались в плечи, но спуск не подъем, и было значительно легче. Но Фрэнк не видел призрака, он шел вместе с ним.

Шоссе спустилось с холма, и Фрэнк краем глаза увидел ту самую проплешину среди камней у края асфальтового полотна. Сердце учащенно забилось, и он просто не мог идти дальше. Сесть было не на что, и он прилег на пожухлую траву. Глаза его смотрели на ту сторону шоссе. Скоро Фрэнк уже не был так уверен в том, что не хочет посмотреть то место. Его так и влекло постоять там, увидеть вмятину его собственного тела в земле, ощутить непонятное чувство де жа вю и убедиться, что это был не сон.

Фрэнк уставился на черный асфальт, совершенно сухой, и не мог понять, почему он боится на него ступить. Правая нога дрожала, предупреждая о том, что может в любой момент подломиться, но чувство опасности шло не оттуда. Оно было глубже. Короткий шажок, и Фрэнк уже стоял на полотне трассы. Невесть откуда взявшийся ветер налетел и стал рвать полы не застегнутого пиджака. Фрэнк сделал еще один шаг и понял, что сможет перейти. Где-то на середине пути он бросил короткий взгляд на гребень холма, откуда бежала дорога, и порыв ветра заставил заслезиться глаза. Он хотел смахнуть с лица влагу, но сквозь мутную пелену увидел призрака на той стороне. Тот стоял и махал ему рукой, как бы призывая. Было видно, что в его рюкзаке что-то тяжелое. Фрэнк сжал зубы и вытер глаза. В то самое мгновение розовый фургон «Веселый Булочник» въехал на вершину. Водитель успел заметить, стоящего посреди дороги бродягу, и начал тормозить. Завизжали диски, машину занесло влево, и, оставив следы шин, фургон съехал в кювет.

Фрэнк снова лежал на земле. Он не помнил, как пересек шоссе, но точно знал, что удара не было. На этот раз водитель успел вывернуть и позволил ему упасть невредимому на землю. Приподнявшись на локтях, Фрэнк увидел, что лежит немного ближе к шоссе, чем в прошлый раз. Осколки стекла кто-то убрал, а края пятачка у самых камней поросли травой. Повернув голову в другую сторону, он увидел розовый угол машины и выругался. Надо же было вляпаться еще раз на том же драном месте! Кое-как встав, Фрэнк оглядел другую сторону шоссе еще раз. Оттуда, где машина съехала с дороги, вели черные полосы расплавленной резины. Они заканчивались где-то наверху. Дыма не было видно, и Фрэнк подумал, что все закончилось хорошо. Он совершенно не представлял, что скажет водителю, но все равно крикнул:

– Эй, мистер! С вами все в порядке?

После пары окриков он решил посмотреть на фургон поближе, а то оттуда, где он стоял, была видна только часть надписи большими буквами «Веселый Бу…». Огромная булка, намалеванная на задней части грузовика, убеждала Фрэнка оставить затею, но он не мог просто уйти.

Лэндон Киркпатрик отвлекся всего на секунду, чтобы с раздражением захлопнуть бардачок. Его дорогой «шевроле» попал колесом в очередную выбоину, и разболтанная крышка опять открылась. Но этого мгновения оказалось вполне достаточно, чтобы ублюдок с костылем успел выскочить на середину дороги. И снова визг тормозов заглушил все.

Фрэнк мог бы поклясться, что это самый удивительный день в его жизни. Только что, минуту назад, розовый фургон компании «Брэд Синатра» чуть не сбил его, а затем блестящий черный джип, как в фильмах про «ФБР», стрелой вылетел из-за бугра и, отвернув вправо, подскочил на камнях и взорвался, пару раз перевернувшись в воздухе. Фрэнк так и остался стоять на шоссе с открытым ртом, наблюдая, как пламя над искореженной машиной превращается в черный дым. Он не стал ждать, пока приедут пожарные и полиция, и пошел было дальше, но его взгляд снова наткнулся на фургон. Нога после падения отчаянно ныла, и Фрэнк не надеялся к вечеру добраться до дома.

Он аккуратно обошел вокруг, оглядев окрестности на счет следов или тела, а потом открыл дверь. Водитель, крупный мужик в розовых комбинезоне и бейсболке, сидел с неестественно откинутой назад головой. С первого взгляда было ясно, что он мертв.

– Надо же, – хрипло сказал Фрэнк и прочистил горло, – помер во всем розовом.

Когда-то давно он работал на другой фабрике. Там он познакомился с одним парнем, который развозил ткани по заказчикам. Он и научил Фрэнка управлять машиной. Это, правда, было давно, тем более они тогда нажрались, но даже через столько лет он легко завел заглохший двигатель и задним ходом выехал на шоссе. Немного посидев за рулем и подумав, он вернулся к телу булочника, положенному в кустах, и снял с него одежду. Было бы подозрительно, подумал он, если водитель розового фургона одет иначе. Потом он снова вернулся к трупу, чтобы одеть на него свои пижаму и пиджак. Он сам не понимал, зачем он это делает, но как-то нехорошо оставлять мужчину в трусах и майке на обочине дороги.

Когда он выгонял фургон на дорогу, оказалось, что перед машины смотрит в сторону Странфилда. Ладно, какого черта, решил Фрэнк, и дал газу. В зеркале заднего вида он увидел, что джип догорал, окутанный облаком густого дыма.

Полицейская патрульная машина медленно объезжала улицы с третьей по шестнадцатую. Два копа вглядывались в переулки и дворики. Это была их повседневная работа, и они к ней привыкли.

– Ни черта нет, – сказал тот, что за рулем.

– Во-во! – добавил второй. – И никого тоже. Я не видел людей с пяти утра кроме тебя, лейтенанта и дежурных.

– Обычно старикан выгуливал здесь своего сеттера, но я его не видел с прошлого месяца.

Объехав вокруг пары кварталов, они вернулись в участок и, оставив машину на стоянке, подошли к автомату по продаже кофе.

– Слушай, Тэд, где твоя жена?

– Э, да ты за баранкой переутомился. Я ж тебе сказал, что на выходные отправил ее к маме в Детройт. Вик, тебе со сливками?

Вик задумчиво кивнул, сняв фуражку, повертел ее в руках и положил сверху на автомат.

– Мои Лиззи с Долли уехали в Диснейленд. Сказали, что будут дома только в воскресение вечером. Представляешь, соседи с детьми поехали туда же!

– Я там был, в детстве, – сказал Тэд, – и у меня был доллар, целый доллар. Угадай, сколько я блевал от мороженного?

– А если б у тебя была сотня? – улыбнулся Вик. Они давно дружили, вместе работая в местной полиции, и Тэд часто шутил, что если бы Вик был Викой, то он бы женился на нем, то есть на ней, через день после знакомства.

– Ты че! – сказал Тэд. – Я таких денег тогда не видал. Понимаешь, даже не думал, что нулей может быть больше одного!

Они еще немного постояли на солнце, поболтали о том, о сем и пошли обратно к машине.

– Центральная – машине 13-42, где вы? – послышалось из открытого окна. Тэд лениво открыл дверь и взял микрофон.

– Центральная. Это машина 13-42, мы возле участка.

– Срочный вызов: дорожно-транспортное происшествие на шоссе.

– Вас понял, едем…

Вик уже сел за руль, и с включенной сиреной они поехали к месту аварии. Это было недалеко от выезда из города. За холмом стояла машина скорой, и люди в белых халатах суетились на обочине.

– Удивляюсь, как они оказались здесь раньше нас, – сказал Тэд, когда они остановились рядом.

– Скажи спасибо, что труповозка не приезжает раньше, чем появляются трупы, – ответил Вик.

К их машине подошел один из медиков и обрисовал ситуацию. Вик и Тэд вышли на дорогу и осмотрелись.

– Два тормозных пути, один ведет влево, другой – вправо, – заметил Вик. – Будто что-то было на дороге посередине где-то здесь.

Он показал пальцем на разделительную линию. Тэд сходил посмотреть на труп N1. Им оказался белый мужчина лет тридцати пяти, одетый в пижамную пару и пиджак серого цвета. Он не мог не отметить странности одежды, о чем поделился с коронером.

– Один из наших говорит, что знает одного из здесь побывавших, – сказал спец по трупам.

– В смысле, один из трупов опознан?

– Нет, Джорджи тебе все расскажет сам… А там на другой стороне есть полностью сгоревшая машина. Двери заклинены, значит внутри еще один или больше.

Тэд поговорил с этим Джорджи, который рассказал ему занимательные вещи. Вик к этому времени успел записать номер обугленной тачки и надиктовывал его по рации.

– Ну что? – спросил Тэд, когда Вик закончил.

– Ничего, есть только номер сгоревшей машины и описание внешности погибшего в пижаме.

– Хм, тут один говорит, что сегодня около полудня из местной больницы сбежал пациент. На нем была пижама в синюю полоску. Кроме того, предполагается, что беглец забрал чужой пиджак. Угадай, во что одет труп номер один?

– Ясно, значит труп и есть беглый пациент?

– А вот и нет – он не подходит по приметам… Получается, что тот еще в бегах. Хорошо хоть он не из психиатрического отделения.

– Нам только его не хватало, – простонал Вик, – я так надеялся на спокойные выходные!

– Не беспокойся так. Пойдем сегодня в «Золотой стакан», выпьем… Жен дома нет, так что можем гулять хоть до утра.

– Бармен Билл улетел в Атланту на похороны матери. Так что, если только к той странной паре в «Темную Башню»… Но мне туда не очень охота!

– Вот тебе и выходные, – сказал Тэд. – Не удивительно, что в Странфилде так пусто.

Машина скорой помощи завыла и поехала обратно в город. На шоссе остались только Вик, Тэд, полицейский «форд» и следы шин на асфальте.