Читаем Поведение онлайн бесплатно

Предлагаемая книга подготовлена на основе лекционного цикла, прочитанного авторами в 1995–1996 гг. для ограниченной аудитории. Поскольку некоторые из затронутых в лекциях вопросов в настоящее время стали предметом общественного интереса, мы сочли возможным предпринять издание текста лекций.

Книга посвящена вопросам, обычно относимым к области социологии, а именно человеческому поведению. Излагаются основы формальной теории поведения как особой дисциплины, предполагающей определенный подход к своему предмету. На этой основе строится теория нормы и формальная этика. Кроме того, дается историческая интерпретация отдельных положений теории, представляющая самостоятельный интерес.

Изложение рассчитано на неспециалистов. Для понимания текста не требуется ничего, кроме внимания и здравого смысла, в том числе справочная литература или специальное образование. Все вопросы, которые авторы хотели изложить, изложены здесь полностью. По этим причинам мы не использовали ссылочный аппарат, тем более, что его подготовка сильно усложнила бы ситуацию с изданием, и ничего не дала бы в принципиальном плане.

К сожалению, авторы не имели возможности переработать текст. Он публикуется "как есть", с минимальными исправлениями.

Авторы выражают свою признательность Алексееву М.Ю., Волкову В.А., Кондратьевой Н.С., Кравченко В.П., Малашкину А.С., Малашкину В.С., Прокопишиной Н.А., Шалимовой Н.В. и Шинкареву А.Д. за участие, содействие и помощь. Моя особая благодарность — А.А. Орлову, моему другу и оппоненту, без участия которого не было бы этой книги.

Поведение — это все то, что человек делает или не делает намеренно. Таким образом, поведение — это совокупность актов действия и бездействия, совершаемых человеком.

Намеренным можно считать любое действие, которое человек мог бы не совершать, или совершить его иначе.

Намеренное бездействие тоже следует считать элементом поведением. Человек, который кого-то ждет, может при этом просто сидеть на стуле; но это намеренное бездействие, поскольку он мог бы встать и уйти. Такого рода целенаправленное воздержание от каких-то действий можно считать своего рода "отрицательным действием".

Простыми следует считать действия, которые можно только довести до конца или прервать, но нельзя выполнить иначе.

Это не значит, что простые действия являются какими-то "элементарными процессами", наподобие сокращения отдельной мышцы. Простое действие может быть очень сложным процессом, состоящим из множества разнообразных актов. Главным является то, что все эти акты не контролируются человеком.

Простым действием является, например, выстрел: каков бы ни был процесс, происходящий внутри ружья, человек может или нажать на курок, или не нажимать на него. После нажатия на курок остается только ждать результата: мы не можем остановить запущенный механизм выстрела. Разумеется, мы можем прервать это действие, выронив ружье или направив его в другую сторону — но сам механизм выстрела для нас недоступен.

Таким образом, понятие "простого действия" относительно, и зависит от способности человека к пониманию смысла своих действий и контролю над ними. Если человек умеет делать что-то только одним способом, то данное действие является для него простым. Например, когда человек делает шаг, сокращается множество мышц, но для человека есть только один выбор — шагнуть или не шагнуть.

Сложные действия — это упорядоченные последовательности простых действий.

Для того, чтобы совершить какое-либо действие, человек должен, как минимум, мочь (быть в силах) его совершить, и уметь это делать. Для того, чтобы ходить, плавать, играть в шахматы, решать математические задачи, или вообще что бы то ни было делать, человек должен иметь физические или умственные силы для этого, и, кроме того, уметь совершать определенные действия в определенной последовательности. В дальнейшем мы будем говорить только о тех действиях, которые по силам любому здоровому взрослому человеку. Что касается умения их совершать (то есть обладания соответствующей моделью поведения), то оно не может считаться чем-то данным заранее. Люди обучаются различным вариантам поведения в тех или иных ситуациях на протяжении всей своей жизни.

Для того, чтобы научиться какому-то действию, совершенно не обязательно понимать, что, как, и зачем это делается. Большая часть поведенческих навыков усваивается людьми без размышлений. Люди, однако, способны анализировать свое (и чужое поведение), тем самым создавая для себя возможность управления им.

Мышление такого рода — это особая деятельность, которую можно охарактеризовать как восприятие собственных действий. Его результатом является понимание.

Понимание связано с тем, что в сознании появляется новый элемент. Понимание — это различение, разделение сознания, появление двух разных объектов мышления там, где был один[1] или вообще ничего не было (в таком случае речь идет об отличении объекта мышления от нейтрального "фона"). С точки зрения анализа поведения, понимание является способностью различить в действии, которое раньше казалось простым, отдельные элементы. В таком случае это действие становится сложным, и, как правило, появляется возможность совершать его разными способами.

Это не значит, что действия, которые мы назвали простыми, являются чем-то непонятным. Напротив, они воспринимаются человеком как нечто до такой степени понятное и "само собой разумеющееся", что он не различает их сложной структуры.[2]

Поведение как последовательность действий сводится к тому, что заведомо понятные вещи соединяются в определенную последовательность и реализуются в виде действий. Поведение — это соединение. Любое поведение переживается примерно так: "Сначала надо сделать вот это, потом вот это, после этого вон то, и если сделать все это вместе и в нужной последовательности, то получится все как надо". Короче говоря, понимание — это деление ("/"), поведение — это соединение или сложение ("+").

Необходимо различать поведение и его результаты. Человек совершает намереннные действия, и это является его поведением. То, что с ним при этом происходит — это уже не поведение, а его результаты, зачастую с поведением не связанные. Допустим, человек переходил улицу и попал в автокатастрофу. То, что в результате этого он скончался, является, если угодно, фактом биографии, но никак не его поведением. Это с ним случилось, произошло — но не он это сделал. Но точно так же, если человек пытался повеситься и повесился, его смерть тем не менее не относится к его поведению. У него получилось, а могло и не получиться. Скажем, веревка могла оборваться. Сказанное касается и всех остальных человеческих дел. Мы можем пытаться что-то сделать, но что в результате этого выходит — другой вопрос (если угодно, фактографический или исторический).

С другой стороны, к поведению как таковому не относятся человеческие мотивы и побуждения. Человек под влиянием каких-то эмоций ведет себя определенным образом, но мог бы вести себя иначе, будь он другим человеком или окажись в другой ситуации, или прийти ему в голову мысль, до которой он (случайно) не додумался в данный момент. Некоторые виды поведения могут вообще не сопровождаться какими-либо эмоциями: человек просто делает то, что полагается в данной ситуации — как, например, в случае профессионального поведения (на рабочем месте).

Итак, поведение — это нечто среднее между эмоциями и побуждениями (предметом психологии) и тем, что получилось (что относится уже к области фактов). Поэтому мы часто определяем поведение в терминах психологии или истории. "Он испугался" — это психологическое суждение. "Он ничего не добился" — это описание фактического положения дел. Но, например, утверждение "Он действовал правильно" — это не оценка намерений человека (они могут быть любыми) или результатов его поведения (даже «правильные» действия могут в некоторых обстоятельствах привести к нежелательным результатам). Это характеристика поведения как такового.

Поведение является чем-то вполне самостоятельным и несводимым ни к переживаниям, ни к своим результатам и последствиям действий; это нечто среднее между «хотелось» и "получилось".

На вопрос: "почему (этот) человек себя так ведет" можно дать три ответа. Первый ответ — "потому что ему хочется это сделать". Это относится к области мотивов или психологических побуждений. Для того, чтобы выяснить это, надо заниматься психологией данного индивида. Второй возможный ответ — "потому что он пытается добиться таких-то результатов". Это относится к области фактического положения дел. Для этого надо исследовать конкретную ситуацию и попытаться выяснить, чего же именно он добивается.

Следует заметить, что все эти выяснения могут ничего не дать: человек может иногда что-то делать не потому, что ему это нравится (это может быть совершенно не так), но и не потому, что он чего-то ждет от своих действий (в некоторых случаях даже и не ждет от них ничего хорошего или полезного для себя).

Но существует третий вариант ответа: человек что-то делает, потому что он умеет это делать. Он может делать что-то только потому, что иначе не умеет.[3]

Более того, большая часть наших поступков совершается только по этой причине. Сознательные решения принимаются людьми крайне редко. Глупость или отсутствие инициативы здесь не при чем. Просто для того, чтобы что-то решить, надо выбрать один из нескольких вариантов поведения, а для этого нужно как минимум уметь поступать по-разному. Очень часто мы владеем только одним вариантом поведения (в данной ситуации); еще чаще мы знакомы с несколькими, но только одним владеем более-менее сносно. И мы поступаем не так, как нам хочется, и не так, как нам выгодно, а как умеем, пусть это даже бывает невыгодно и неприятно. И это вполне объяснимо. Мы можем поступить не так, как нам хочется (пусть даже испытывая страдания). Мы можем поступить не так, как следует (пусть даже безрезультатно). Но мы не можем действовать так, как мы не умеем действовать, как не может играть на скрипке или водить машину тот, кто этому не учился.

Как правило, человек делает то, что умеет делать лучше всего. Это вполне достаточная причина для объяснения подавляющего большинства наших поступков в личной, профессиональной или общественной жизни.

Поведение вырабатывается на протяжении жизни. В некоторых случаях речь идет о сознательном обучении или самообучении человека определенному поведению, в других — о полусознательном подражании или даже о случайном образовании модели поведения. В некоторых случаях мы сами себе придумываем схемы поведения. Но изучать поведение можно и помимо этого, не интересуясь, где, как и от кого человек ему научился.

Следует иметь в виду, что законы поведения и законы мышления не совпадают. Люди ведут себя не так, как мыслят. Более того, в некоторых отношениях законы мышления прямо противоречат законам поведения. Например, с точки зрения мышления человек относится к самому себе по-другому, чем к остальным людям: свои дела для него важны, а чужие нет, свои интересы для него близки, а чужие враждебны, себе он прощает все, а другим ничего, и так далее. Требуется усилие, чтобы "посмотреть на себя объективно", со стороны. Но в то же самое время человек ведет себя по отношению к себе обычно так же, как и к остальным, а именно — так, как умеет. Если ему, к примеру, надо заставить себя что-то делать, он, как правило, действует так же, как если бы он заставлял другого человека: если он склонен уговаривать других, он уговаривает и себя, если привык орать — орет и на себя мысленно. И никакого противоречия тут нет: он, может, и хотел бы обращаться с собой иначе, чем с другими, но он не умеет этого делать. Более того, при попытке обращаться с собой иначе, чем с другими (или с другими иначе, чем с собой), у него может вообще ничего не получиться, поскольку он не умеет вести себя иначе.

Общество,с точки зрения его членов — это прежде всего возможность совместной деятельности людей, или координации их поведения.

Люди, которые могут наблюдать друг за другом, видеть и слышать друг друга, даже касаться друг друга (например, в переполненном автобусе), тем самым еще не составляют никакого общества. В таких случаях говорят, что между ними "нет никаких отношений".

Далее, они могут думать друг о друге, иметь какие-то мнения друг о друге но и это не позволяет их считать обществом. (Что бы ни думали друг о друге люди в автобусе, это остается их личным делом.)

Наконец, люди могут воздействовать друг на друга (например, толкаться) — но, тем не менее, нельзя сказать, что тем самым они составляют общество: это не те отношения, которые мы называем общественными.

Но, предположим, что в переполненном салоне автобуса кому-то надо выйти. Ему придется обратиться к другим людям: чтобы он мог пройти к выходу, они должны его пропустить. Это действие, которое можно выполнить только сообща. И вот тут, пусть даже на короткое время, между людьми возникают общественные отношения.