Читаем Потустороннее онлайн бесплатно

Есть ли на свете такие люди, которые любили бы свою работу? Готова поспорить, лишь единицы являются такими счастливчиками. Каждый день, с понедельника по пятницу, ровно в семь утра, будильник возвращает меня из мира снов, в ад.

Отложив очередной отчет, я закрыла лицо руками, пытаясь хоть немного подумать над тем, как же мне изменить хоть что-то в своей жизни. Так хочется покоя… Эта долбанная работа, надоедливые и до безобразия глупые люди, окружающие меня, повседневная рутина, невозможность хоть как-то повлиять на ход событий, все это убивает. Но очень быстро знакомый голос вернул меня с небес на землю.

– Кристина, чего не работаем?

Руки инстинктивно вернулись на клавиатуру, а взгляд пал на мою начальницу – Марию Павловну. В дверях стояла стройная женщина, шатенка с короткими прямыми волосами. Нелепый макияж еще больше растекся по лицу из-за летней жары. Теперь ясно, почему она старалась не показываться сегодня. Внешне женщина была довольно симпатичная, многие мужчины, так или иначе, оглядывались ей вслед. Только вот с характером у властной женщины были проблемы. Едва сойдясь с ней поближе, любой мужик тут же сбегал.

– Простите, просто глаза немного болят от работы за компьютером, – начала оправдываться я, но внутри меня затаилась обида на то, что даже будучи одной, после окончания рабочего дня, мне не дают хотя бы немного отдохнуть.

– Дома отдохнешь. Не забудь выключить тут всё, когда будешь уходить, – дала последние указание Мария Павловна, и развернулась, чтобы уйти, но напоследок бросила взгляд на мои ладони, которые были в специальных перчатках.

– Они все еще болят, – сказала я. Взяв в руку свою сумку, начальница ушла, нарочно хлопнув за собой дверью, и оставив меня в полном одиночестве доделывать работу.

*******

Закончив свой последний отчет, я выключила компьютер, предварительно посмотрев на время: 23:43. Ладно, последний автобус давно ушел, на такси денег не было, придется идти несколько километров до дома пешком. На выходе из офиса я столкнулась с охранником, курившим свои любимые сигареты марки «Winston». Охранник кратко кивнул мне, окинув при этом неодобрительным взглядом.

Дневная жара прошла, но ночная всего лишь ненамного уступает ей по температуре. Ноги словно налились свинцом, с трудом перемещавшие вдоль шоссе, скудно освещаемое уличными фонарями. Вообще, мне не привыкать возвращаться домой в такое время суток. Еще когда я жила в детском доме, часто сбегала оттуда и ночами либо гуляла, либо ночевала в другом месте. Не сказать, что была сама этому рада, но в том месте, где я росла, найти друзей было сложно. Но очень скоро я поняла, что дело было во мне.

Надо будет уже, наконец, пойти сдавать на права, чтобы не гулять вот так вот каждый вечер по пустынным улицам. Вот только где потом взять машину с моей-то зарплатой? Вскоре я дошла до моста, что означало, что половина пути уже пройдена.

– Эй, девушка, – грубый мужской голос раздался позади меня, – погоди минутку, обещаю, не обижу.

Пусть только попробует. Я обернулась и увидела изрядно подвыпившего молодого человека, шатавшейся походкой приближающегося ко мне.

– Почему так поздно и одна? – С ходу спрашивает он.

– Работала, – ответила я.

– Кем работаешь? – Снова спрашивает незнакомец, и внутри меня опять начала закипать злоба. Почему меня сегодня не оставят в покое? Сначала начальница, теперь этот пьяный дебил.

– Слушай, я домой хочу. Устала.

Я повернулась и пошла дальше по мосту, но через десяток метров понимаю, что парень продолжает идти за мной.

– Слышь, а парень то у тебя есть?

Жутко хотелось достать телефон и заткнуть уши наушниками, но в такое время суток делать это было не очень разумно.

– Слушай, барышня, я вообще-то с тобой разговариваю.

Блин, какой же он неугомонный, раздражает.

– Да что тебе блин надо? Отвали! – Не выдержав, повернулась я к нему.

Он спокойно останавливается, и делает глоток из своей бутылки.

– Чего в перчатках? На улице жара, как в аду? – удивляется он.

– Болят у меня руки. С детства с ними проблемы, – уже чуть ли не кричу я, едва сдерживая свой гнев.

Пьяница снова сделал глоток из своей бутылки.

– Покажешь?

– Отвали, мне домой надо.

Я развернулась, чтобы пойти дальше, но в следующий миг перед моими глазами уже растилался асфальт, а этот урод лежал на мне сверху.

– Не люблю, когда мне дерзят, – громко кричит ублюдок мне в ухо. От него до тошноты разило алкоголем.

– Знаешь, я тоже не люблю, когда ко мне пристают такие неприятные типы, – брыкаюсь и пытаюсь его сбросить с себя.

– Куда ты собралась, милая, мы же еще не развлеклись, – он обхватывает меня своими руками, и пытается стянуть футболку. Мне удается скинуть этого ублюдка и перевернуться на спину, и вот уже я нависаю над ним.

Левая рука была свободна, но правую удерживал этот алкоголик. Зубами я стянула перчатку со свободной руки. Освободив её от куска тряпичного материала, я слегка прикладываю ладонь к его руке. Парень заорал нечеловеческим голосом, его хватка ослабла.

Поднявшись на ноги, я отряхнулась, но бежать пока не торопилась. Не такой у меня трусливый характер как принято думать.

– Твою же…как больно! – Он смотрит на источник боли, – ожог! Твою мать, как?!

– Не надо было ко мне приставать. – Спокойным тоном проговариваю я, медленно снимая при этом вторую перчатку.

Парень разбивает бутылку, и, сделав “розочку”, направляется ко мне, шипя в мой адрес оскорбления.

–Долбаная сука. Убью.

– Ну я же просила…

Он пытается порезать меня осколком бутылки, но его скорость и реакция притуплены из-за чрезмерного количества алкоголя. Я увернулась от очередного его безуспешного замаха и, оттолкнув от себя, сделала шаг в его сторону и коснулась правой рукой его груди.

Его бесполезное теперь оружие выпадает из рук и полностью разбивается. Он начал говорить не своим голосом.

– Я испортил всю свою жизнь. Раньше любил оду девушку, но, будучи пьяным, я сперва убил её, а потом решил подстроить ее смерть под несчастный случай, сбросив мертвое тело с крыши, – он повернулся ко мне спиной и подошел к ограде моста, – но менты уже на следующий день начали шить мне дело. После отсидки начал воровать, и снова попал за решетку, так и живу. Ворую-сижу-ворую.

Этот отброс общества начинает потихоньку переваливаться через кованые перила моста.

– Я каюсь, – с этими словами, он исчезает с моста.

В темноте я отыскиваю свои перчатки, и стремительно возвращаюсь домой. Ненавижу, когда мне приходится так делать. После всего этого гложут странные чувства.

Вообще, он уже десятый по счету, эдакий личный юбилей.

Спустя двадцать минут я таки вышла к финишной прямой. Вот уже недалеко маячил подъезд.

Но мое спокойствие нарушает крик, доносившийся откуда-то со двора. Мимо меня проносится девушка, и, достав ключи от домофона, пытается открыть дверь.

– Открывайся уже!– Спустя пару мгновений девушка все же смогла попасть внутрь. За ней не спеша идет какой-то мужчина. Одетый в деловой костюм, он никак не похож на человека, что несет в себе угрозу.

– Доброй ночи, прекрасно выглядите, – незнакомец с чарующим голосом обратился ко мне. Но его лицо скрывала ночная тьма.

– Простите, но зачем вы преследуете девушку? – Женское любопытство взяло верх.

Но мужчина лишь лукаво улыбается и скрывается в подъезд. Ну уж нет, я не позволю обидеть девушку. Я быстро подбегаю к железной двери, но она заперта. Левая рука ложится на холодную панель со светящимися в темноте цифрами. Распахиваю дверь и бегу вслед за незнакомцем. Тот уже успел поймать девушку, и теперь тащил ее за волосы обратно на улицу. При этом что-то громко говоря на неизвестном мне языке.

– Уйди с дороги, – говорит он, проходя вплотную мимо меня. Глубокие скулы, бледная кожа, черные, как смоль, волосы и стройное подкачанное тело идеально подходили под образ красавца для девушек-подростков, но уж никак не маньяка.

Я обхватила его лицо обеими руками, но вместо криков я получила лишь неодобрительный взгляд. Кожа маньяка начала растекаться, как пломбир на палочке в самые жаркие часы. Я впервые сталкиваюсь с таким. Парень начинает ощупывать свое лицо и в это же мгновение на его лице отражается ужас.

– Что? Как это вообще возможно? – Его личико, которое было прекрасным меньше минуты назад, теперь превратилось в обезображенную гримасу. Глаз выпал наружу, скатился по пиджаку и скрылся где-то на лестнице. Парень рухнул на пол, выражая гримасу ужаса и боли. Он протягивает свои руки ко мне, но плоть его медленно рассыпается на куски.

Девушка тем временем вне себя от шока смотрела, как тает ее несостоявшийся насильник.

– Ты…сорвала дело. Мы еще придем за тобо…– его голос оборвался вместе с растаявшим телом. Осталась лишь лужица, похожая на рвоту, да лежащий на полу шикарный костюм.

– Ты в порядке? – Девушка посмотрела на меня пустым взглядом, и на миг мне показалось, что её лицо исказилось под неестественным углом. У меня пробежали мурашки по телу, но я списала это на усталость.

Она сорвалась с места и побежала куда-то наверх. Могла бы хоть поблагодарить.

Спустя несколько минут я наконец-то была дома. Приняв душ и покормив свою кошку, я легла спать. Завтра опять тяжелые, рабочие будни.

Я открыла глаза. Передо мной расстилалась кромешная ночная тьма. Всем моим нутром овладевает странное чувство – что-то среднее между безграничным страхом и необыкновенной решимостью. Под подушкой лежит телефон. Я достаю его, чтобы посмотреть время, но экран, мигнув, тут же гаснет. Все попытки включить его остаются безуспешными.

Я встала с кровати, и меня тут же охватил адский озноб. Такое впечатление, что за несколько часов температура опустилась с летнего зноя до зимней стужи. Чтобы не окоченеть окончательно, пришлось накинуть на себя одеяло. Попытка включить свет также не увенчалась успехом. Выключатель не то, чтобы не работал, он просто застрял и не переключался.

Опять это идиотское состояние, ставшее для меня уже настоящим проклятием. Ненавижу. В темноте нащупала в комоде фонарик. К счастью, батарейки в нем работали. Слабый луч света осветил близлежащее пространство. Кошка мирно спала в кресле, и какой-либо шум, будь он даже моим внутриутробным криком, не смог бы ее сейчас разбудить. На лестничной клетке света тоже не было, но это были далеко не проделки любителей выкручивать лампочки в подъезде. Всему виной моя «черная» душа, погружавшая все вокруг во мглу.

Фонарем освещаю лестницу, и замечаю на одной из ступенек черную шляпу с намотанной на ней белой ленточкой. Прекрасно пошитая бархатная шляпа была безумно приятна на ощупь и, что еще более удивительно, оказалась мне впору. Должно быть, ее владелец выложил целое состояние за такое произведение искусства. Я не особо вдавалась, откуда она здесь взялась. Подобные загадки преследуют меня с самого детства, только вещи попадаются разные.

На другом этаже меня ждала стена, вплоть до самого потолка вся обклеенная газетными вырезками. Все выпуски датированы 21 декабря 2014. Почти два года назад.

Большие черные буквы пестрят странными, пугающими заголовками: «Мертвое тело девушки найдено в здании городского Цирка». Или же вот: “Недалеко от убитой найден странный костюм с каплями ее крови”. Вещи из прошлого – редкое явление для меня, и, тем не менее, я приняла все это во внимание. Никогда не знаешь, что может пригодиться. При спуске ниже, я услышала странные звуки, похожие на радио помехи, и не ошиблась. Этажом ниже на полу валялся телевизор экраном вверх. Вместо передач в нем отражалась лишь серая рябь. Примечательно было то, что вилка от прибора не была воткнута в розетку, а валялась рядом. Неожиданно изображение с мигавших серых полосок сменилось на новостную студию. Сидевшая перед камерой ведущая быстро заговорила.

– “Убит известный российский игрок в покер. Обстоятельства его смерти пока остаются неясными”, – далее показывают запись видеонаблюдения. Видно, что парень идет по коридору с каким-то странным человеком, одетым во все черное. Девушка за кадром начинает комментировать ситуацию: – “Предполагаемый убийца зашел с парнем в его комнату, однако оттуда так и не вышел. Более того, никто так и не покидал номера до прихода полиции. Подозреваемые так и не были найдены”. Изображение в телевизоре снова сменилось рябью.

Сплошные загадки, но думать над ними сейчас не было никакого желания. Еще в детском доме, когда Татьяна Михайловна, местная училка, пыталась вбить мне в голову какие-то синусы и косинусы, прибегая к нецензурным высказываниям, мне пришлось поучить её вежливости, оставив серьезный ожог на плече нерадивого «воспитателя». Правда потом меня держали в подвале, считая, что я истеричная и опасная дура, только потому, что плохо знаю математику и поучила вежливости человека.

На последнем этаже я наткнулась на небрежную надпись, размашисто написанной белой краской. Капли свежей краски медленно стекали вниз.

“Убийцы белой твари”. Три слова, дополнявшие и без того сложную загадку. Передо мной падает что-то белое. От неожиданности, я взвизгиваю и роняю фонарик из рук. Прибор оказался цел, только стекло покрылось паутинкой мелких трещинок.

– Так, спокойно. Отключили панику, – делаю вдох, затем плавный выдох.

Поднимаю фонарик и эту белую

тряпку.

– Колпак?!

Внезапно я опять открываю глаза, и снова оказываюсь в своей постели. Моя пушистая любимица лежит на кресле и смотрит на меня своими зелеными глазами. Яркое солнце освещало комнату, а с улицы доносились звуки проезжавших мимо машин, но не было слышно дворников, обычно махавших метлой перед подъездом. Беру телефон в руки. На этот раз он работал нормально, и теперь на экране большими цифрами светилось текущее время. 9:35.

– Твою ж мать!

Резко вскакиваю с дивана и бегом к шкафу. Нет времени даже позавтракать и умыться. Одевшись, хватаю телефон, сумку и выбегаю на улицу.

Полицейские машины стояли возле подъезда, где вчера я заступилась за девушку. Утро добрым не бывает, так ведь? Если полная задница и будет, то сразу везде.

Сотрудники правоохранительных органов опрашивают жильцов, местные зеваки снимают происходящее на камеры смартфонов, и о чем-то перешептываются.

Прохожу мимо полицейского, который черкает что-то в своем блокноте.

– Костя, попроси запись камеры видеонаблюдения, размещенные у парковки напротив, съемка места преступления как на ладони, – доносится у него по рации.

– Принято, Артем Владимирович.

Вот дерьмо. Я забыла, что в прошлом месяце установили камеры в связи с тем, что во дворе часто снимают колеса с машин. Мысли об опоздании улетучиваются, здравствуй паника.

– Извините, скажите, пожалуйста, что здесь произошло, – спрашиваю я, стараясь изобразить из себя правдоподобную актрису.

– Убийство молодой девушки. Извините, мне нужно работать. Если вы что-то знаете, или слышали, подойдите к нашему главному, – он показал на парня в погонах, который стоял возле скорой помощи и болтал по телефону.