Читаем Потоки судьбы (СИ) онлайн бесплатно

В библиотеке стояла мертвая тишина. Свечи тусклым светом освещали уходившие к потолку полки с книгами. В воздухе стоял запах пыли, плесени и пота. Когда то, это чистое помещение, с идеально выверенным температурным режимом и регулируемой влажностью воздуха, теперь стало напоминать старый, никому не нужный склад обветшалых книг. Все изменилось когда в библиотеке появился Он, практически поселившись в ней. С тех пор никто сюда не входил. Никто не убирал по местам книги, лежавшие на длинных столах и в проходах между стеллажами. Никто не убирал остатки еды и пустые бутылки, которыми были усеяны все подоконники библиотечной башни. Никто не следил за порядком и за сохранностью книг. Некоторые фолианты были настолько древние, что их можно было читать только поместив в герметичные стеклянные боксы, перед этим вынув из стерильных футляров. Теперь же они валялись на полу неровными стопками, пропитываясь влагой и покрываясь плесенью, а рядом лежали футляры, в которых древние книги хранились десятилетиями, не подвергаясь гниению и тлену. Но помимо тех книг что хранились здесь ранее, в башню были привезены и другие — тяжелые тома с обложками из кожи разных живых существ, овитые цепями и закрепленные печатями. Они тоже лежали на полу, валялись на полках и ступенях. И среди всего этого хаоса сидел Он. Сидел за дубовым столом, склонив голову над раскрытым свитком пергамента. Он что-то писал, быстро, неряшливо, как бы желая поскорее разобраться с этим неприятным делом. Наконец, поставив подпись, Он свернул пергамент, связал его и запечатал, оттиснув в воске от огарка свечи свой перстень. Он громко хлопнул по столу открытой ладонью и тут же в стене открылась дверца, в которую Он засунул свиток. Дверца закрылась, механизм подъемника затрещал, и начал опускать свиток вниз. Далее письмо передадут гонцу, который не привык задавать лишних вопросов, потому что его язык был аккуратно удален. И уже через пару минут, гонец отправится в далекий путь. Эта перспектива раздражала, но ничего не поделаешь, ведь согласно традициям, послание можно доставить лишь гонцом на лошади, иначе хранители не станут его читать. Даже после доставки никто не гарантировал успеха… но это уже не важно. Будь что будет. Если хранители откажут, то Он найдет другой путь. Обязан найти. Ставки сделаны. Уже совсем скоро…

— Остается только ждать. — сказал Он, вставая из-за стола.

Осталась еще одна вещь. Небольшой пустяк. Личная прихоть.

Он опустился в стоящее неподалеку кресло и наконец сумел расслабиться. По щелчку пальцев с подоконника взлетела бутылка, которая подплыла к пузатому бокалу и наполнила его ароматнымнапитком. Он аккуратно взял бокал и сделал глоток. Откинувшись на спинку кресла, Он начал вспоминать…

— О, духи… как же давно это было…

Рядом с креслом лежала толстая открытая книга, страницы которой были пусты. Он сам стер их содержимое, посчитав его скучным и лишенным всякого смысла. Катрены Вильсахорова, дополненное издание. Безвкусная писанина про никчемную жизнь человека, который только и умел что жаловаться на бытие в стихах.

Сейчас эта книга может пригодится. Наконец она послужит чему-то большему, нежели бесконечным завываниям мертвого поэта о своей дрянной жизни.

Он взмахнул рукой и книга поднялась в воздух. После следующего жеста, обложка книги с громким треском отделилась от листов и полетела в окно. Остатки книги приземлились к нему на колени, открывшись на первой странице. Еще один взмах руки и длинное золотистое перо поднялось со стола, обмакнулось в чернила и подлетев к книге, ожидающе зависло в воздухе.

— Надо будет обшить шкурой этха. — пробормотал Он.

Но это подождет. Сейчас важно другое.

И в правду, сколько же лет прошло, сколько всего случилось с той поры…

Он сидел в кресле, потягивая содержимое бокала и думал. Вспоминал. Переживал вновь…

А перо скрипело по бумаге, как сумасшедшее.

— Крепко застряло….

— Да кинь в него камень и все!

— Офигеть ты умный! Может еще харкнуть в него?! Авось собью!?

— Ну тогда сам думай, дебил!

— А я че? Это ты кинул ее туда!

Я смотрел на все это шоу и ухмылялся. Вот придурки. Ну вот как три кило говяжьей вырезки могло оказаться на карнизе запасного выхода кафе, а? Да очень просто — два помощника повара, Дима и Паша, опять разгружали машину в стиле циркового кружка, перекидывая мясопродукты друг другу, все выше и выше, пока один из пакетов с мясом не оказался на карнизе, прямо в водостоке. Вот ведь «сила есть — ума не надо». Официантка, вышедшая на шум, вместо того чтоб помочь этим идиотам, взяла телефон и стала снимать. Нет, когда-нибудь они точно допрыгаются. Если не уволят, то люлей навешают приличных. Хотя, если они быстро достанут вырезку, то и не надо будет объяснять как она там оказалась.

— Давай я залезу на скамейку и подсажу тебя.

— Я на руках не подтянусь, блин! Надо лестницу найти!

— А, ну конечно, у нас же у каждого в кармане по лестнице! Где ее взять?

Если эти два придурка и дальше будут орать, то шеф точно услышит и погонит их работать, а значит и мой перекур закончится очень быстро (как всегда — раздал люлей, огляделся и запряг работать всех кто был в поле зрения).

— Че вы херней страдаете? Вон, возьмите печной крюк и подцепите. Длинны точно хватит. — cказал я, выбрасывая окурок в урну.

Пашка и Дима переглянулись и побежали на кухню. Блин, даже повернулись синхронно! Они братья чтоли?

Официантка (если бы я еще помнил как ее зовут), перестала хихикать и пошла обратно в зал, а я закурил еще одну сигарету. Через минуту появился Паша с печным крюком в руках, а Дима следовал за ним по пятам. Я мысленно оценил длину крюка — и в правду ведь хватит, жердь метра два будет. Я до сих пор гадал, нафига нам на кухне этот крюк. В теории, он нужен для того, чтобы снимать тушки цыплят и уток с перекладины внутри большой печи, но такой в нашем кафе не было (вряд ли в городе-то есть такая). Ходили слухи, что это шеф приволок, с надеждой, что мы сделаем большую печь-коптильню, но то ли не заладились переговоры с хозяином, то ли просто посчитали это не рентабельным… в общем, крюк просто лежал и пылился возле мойки.

Паша с земли не дотягивался, поэтому Диме пришлось взять его за ноги и приподнять. Несколько неловких движений крюком, парочка отменных матерков, и вот, мясо уже лежит на асфальте. Дима, на радостях чуть не уронил Пашку, который покачнулся и зацепился крюком за карниз. Водосток с мучительным стоном согнулся градусов на тридцать, а крепление почти выскочило из стены. Дима наконец отпустил напарника и они оба уставились на водосток.

Я прыснул и затушил сигарету:

— Да вроде так всегда и было, правда, мужики? — сказал я, проходя мимо.

Дима заулыбался, а Пашка озадачено чесал в затылке. Ладно хоть мясо достали.

Я зашел на кухню в приподнятом настроении, но оно быстро ухудшилось, как только вылез длинный чек на заказ. Пиликнул телефон на полке и я поднял трубку:

— Кухня!

— Фил, там по чеку один стейк медиум, а второй полной прожарки. И салат без лука.

— Лады. — буркнул я и повесил трубку.

Как вообще можно есть стейк полной прожарки, не понимаю. Ни сочности, ни вкуса. И все из-за дебильных предрассудков, типа «сырое мясо есть вредно». Дак ведь чем сильнее прожарено мясо, тем дольше и хуже оно переваривается! И как это людям объяснить?

Я вытащил две деревянные доски для стейков, взял стикер, быстро написал на нем "Medium" и прилепил к краешку одной из досок. Ладно, пора работать…

----

Как же хочется в отпуск! Хотя, какой может быть отпуск в самый разгар лета. Все кафе, рестораны и кабаки в это время зарабатывают как могут, работают до глубокой ночи, делают новые «летние» меню и всякую подобную ерунду, лишь бы народ тратил деньги. Вот и в нашем кафе смены длятся аж до часу ночи, при этом, чем позже час, тем больше народу в зале, и соответственно работы.

Да, тяжела доля повара. А ведь как хорошо и прозаично все начиналось. Я все юношество ходил на различные курсы, мастер-классы и стажировки, изучал кухни мира, таинства специй. Все это имело смысл и устилало дорогу к мечте об открытии собственного ресторана. Прошло уже тринадцать лет как я стал поваром, во время которых я постоянно повышал квалификацию и менял места работы, в каждом из которых подчерпывал что-то новое. В конце концов, я добился того, что работаю в отнюдь не самом плохом кафе Екатеринбурга, получая за это приличные деньги. Но к мечте об открытии собственного заведения я не приблизился ни на йоту. Хотя бы по причине того, что ресторан — это в первую очередь бизнес, а я понимаю в этом не так уж много. Ну ладно, можно немного переоформить свою мечту, и просто добиться места шеф-повара в лучшем заведении города (а в будущем и страны), но я был реалистом. Во-первых, у меня нет таланта. Готовлю я отлично, и чуйка поварская тоже есть, да и опыт, но я не был таким как знаменитые на весь мир повара. Я всего добился долгой работой над ошибками, а не талантом. Хотя, можно сказать, что все люди добились успеха долгой и упорной работой, но тогда возникает «во-вторых», а именно то, что повару добиться чего-то серьезного в нашем городе практически невозможно. По стране, кстати, тоже не особо реализуемо. Можно было-бы сделать как некоторые знаменитые повара — уйти по шпалам к своей мечте куда-нибудь во Францию и там уже попробовать себя в гастрономической стезе… но это не мой путь. Сам себя я оправдываю тем что не знаю языков (и способностей к ним не имею), а так же неспособностью на импульсивные поступки (вот такой вот уродился). Но в глубине души я понимал, что это отговорки, и мне элементарно страшно. К тому же, подобный подвиг (а для меня это подвиг) означает колоссальные перемены в жизни, а я крайне не люблю перемены. А может я их просто боюсь…

Я часто думаю об этом, в особенности, когда уже далеко за полночь, а впереди предстоял пеший путь домой. Все эти мысли просто кружились в моей голове, пока я устало передвигал ноги в сторону дома и прихлебывал пиво из бутылки.

Шел я обычным маршрутом, привычно избегая светлых участков дороги и исподтишка поглядывая на редких прохожих. Да, я еще тот параноик и не без причины. Как минимум потому, что я интроверт и не люблю общение, особенно ненужное и нежеланное. А еще потому, что райончик у нас был не ахти какой, и уж лучше лишний раз подуть на воду, чем потом отмахиваться от поддатых гопников в темном переулке. Подобных персонажей можно встретить чуть ли не на каждой улице, подпивающих алкогольные энергетики и мающихся скукой. А как таким ублюдкам развеять скуку? Правильно! К кому-то прикопаться. Главное чтобы было к кому, а уж повод найдут. А в отношении меня даже повода искать не нужно, ведь черная одежда, длинные волосы и борода чем не повод? Ублюдки. Была б моя воля, так поубивал бы через одного, мир бы чище стал!

Стоит его вспомнить, как оно всплывает…. Из подворотни на главную дорогу вышла компания явно нетрезвых парней и двинулась в мою сторону. Расстояние было приличное, так что я быстро свернул в сторону памятника и прошелся вдоль бордюра, искоса наблюдая за ними. Когда они пропали из поля зрения, я тут же сделал небольшой крюк вокруг памятника и, перепрыгнув через живую изгородь (ладно хоть невысокая, а то бы всю жопу ободрал), засел в глубокой темноте густо растущих кустов. Через несколько секунд я уже видел парней, которые проходили буквально в нескольких метрах. Заметить меня было невозможно, я просто слился с тенью. Компашка прошла мимо и скрылась за памятником, идя вдоль проспекта, а я выдохнул, вылез из кустов, закурил и продолжил путь. В этот раз обошлось.

Я бы не сказал что ко мне очень часто прикапываются, было всего пару-тройку раз, но неприятный осадок остался на всю жизнь. Хотя, параноиком я стал гораздо раньше, еще в школе…

Эх школа-школа. Мои одноклассники… чтоб они передохли все…

Ладно, не надо думать об этом…

Забавно, что в такие вот минуты, когда разум достаточно уставший, я думаю либо о плохом, либо о грустном. Интересно, что это значит? То что я пессимист? Пессимистичный реалист! Звучит как приговор.

Я даже и не заметил как подошел к своему дому. Быстренько допив пиво, я выкинул бутылку и зашел в подъезд. Через несколько минут я уже сидел у себя на кухне, курил и массировал себе виски. Да, что-то я реально устал. Может таки попросить отпуск, для поправки здоровья? Все-таки работа поваром не самая легкая, а уж про стрессы я вообще молчу. Ну или просто уволиться нафиг. А что, могу себе позволить! Денег, слава Богу, вполне достаточно, чтобы безбедно жить пару месяцев, а там уж найду другую работу. Отпуск, смена обстановки, новые друзья… ненавижу…

Сигарета потухла в моих пальцах, и я зажег ее снова. Пиво, которое я пил по пути домой, уже давно выветрилось из головы, поэтому, я налил себе бокальчик виски. Внутренний голос подсказывал, что не стоит налегать на спиртное, завтра же снова на работу, но я привычно отмахнулся от него. Внутренний голос. У меня этих голосов сразу несколько, каждый на свой лад говорит. И каждый говорит правду, но слушаю я их далеко не всегда. Вот сейчас, один из них продолжал мне шептать: «Не налегай, Фил! У тебя и так были проблемы с алкоголем!». Да ну тебя. У меня уже гораздо меньше проблем с алкоголем, а сейчас я просто хочу расслабиться, и немного потупить в телевизор. Что, не имею права?

Конечно же, никаких голосов не было. Это скорее интерпретация некоторых противоречивых аспектов моей личности. Я считаю так — личность штука сложная, но для того чтобы спокойно существовать, ей нужно быть цельной, стабильной и находится в равновесии. А противоречия, особенно столь многочисленно набитые в одну голову, не позволяют личности обрести целостность. В результате, чтобы стабилизироваться, человек просто начинает слышать внутренний голос, эдакий отголосок того противоречия, что не помещается в картину личности. Может поэтому люди и страдают расщеплением личности? Так или иначе, все эти голоса были простыми потаенными желаниями, которые сокрыты внутри меня. Или же наоборот, вполне ясными желаниями, которые заменяются потаенными и шепчут мне на ухо «одумайся»… Н-да… философия. Люблю философию. Видимо пиво еще не до конца выветрилось, раз я думал о таких вещах.

Первый глоток виски пошел как по маслу и я снова закурил, наслаждаясь теплом в животе, которое приходит после первых глотков чего-то крепкого. Через пару минут мысли немного устаканились и потекли более плавно.