Читаем Потерянные Наследники (СИ) онлайн бесплатно

Адриан

Тайлер громко всхрапнул и перекатился на другой бок, от чего все четыре лапы уперлись в мой затылок. Маленький засранец опять пробрался на мою кровать, пользуясь тем, что соседняя подушка безнадёжно пустовала уже несколько месяцев. Щенок недовольно заворчал, когда я сгрёб его в охапку и потащил из спальни в коридор.

— Тай, мы вложили три косаря в твою собственную хату, имей совесть, — проворчал я в ответ на его удрученный взгляд. Засунув щенка в его плюшевую будку, я поплёлся было обратно, но взгляд зацепился за приоткрытую дверь в комнату Агаты. Оттуда не доносилось ни звука, а, прекрасно помня из далекого детства, что сестра возилась во сне будь здоров, сражаясь с психоделическими кошмарами, не трудно было догадаться, что домой она так и не вернулась. Воспользовавшись моим замешательством, Тайлер вновь прошлепал ко мне и уже штурмовал кровать, когда я рухнул на матрас и поднёс к глазам мобильный. Высветилось время: 2.59 и 4 пропущенных вызова от Макса, последний из которых был минуту назад. Уже нутром чуя, что сейчас меня выдернут из дома, я перезвонил.

— Друс, здорова! Что ты, не спишь там?! — Заорал мне в ухо Макс.

Прекрасно зная, что на такой частоте он мог разговаривать, лишь когда внутри него находилось минимум 3 стакана виски, я даже не стал спрашивать, где он так набрался.

— Дело в том, что мы тут с твоей сестрой, и, это… — раздался какой-то грохот, после которого послышались недовольные вопли Агаты, — да сядь ты уже! — Рявкнул Макс, явно обращаясь к кому-то более пьяному, чем он сам. — Друс, ты там?!

Я сонно промычал в ответ.

— Я сейчас вызову такси и загружу туда Агату, просто будь готов через полчаса ее достать оттуда.

— Вы далеко? Лучше сам приеду, — я приподнялся на локте. В трубке раздалось раздражённое бормотание, Агата вырывала из рук Макса телефон.

— Адрик, любименький, ты знаешь с кем я тут?! — Сестра довольно захихикала. — Через три столика от нас сейчас сидит Нина! И она с твоим…

Агата не успела договорить, поскольку Макс лишил ее этой возможности. Он пытался достучаться до меня, но я отключился. Телефон полетел через всю спальню и врезался в стену. Тайлер, разбуженный грохотом, подскочил и жалобно заскулил.

— Заткнись, — рявкнул я на щенка. Хм, будто это он был виноват в том, что девушка, на которой я хотел жениться, параллельно со мной спала еще и с одним из лучших моих друзей. Я сорвал со стула джинсы и направился в кухню. Хлопнул по выключателю и чуть не ослеп от яркого света. Принявшись судорожно тереть глаза, я съехал по стене прямо на ледяной мраморный пол. Вроде шёл закинуться ромом, а нет. Сидел, как дурак, и вспоминал, как Нина мурлыкала мне в ухо, когда я целовал ее шею, как сильно ее пальцы сжимали мои лопатки, когда я двигался внутри неё, как выгибалось подо мной ее идеальное стройное тело. Наверно, точно так же она извивается теперь под Костяном и… неважно. Важно, что когда я встал перед ней на одно колено, она захлопнула крышку бархатной коробочки, даже не взглянув на кольцо. Потом глупо улыбнулась и закончила наши двухгодичные отношения самым дебильным образом: "дело не в тебе, дело во мне".

Я знал, что не во мне. Как знал и то, что больше ни одна женщина не заставит меня опуститься перед ней на колени.

Похоже я отключился прямо на кухонном полу, потому что оглушительная дробь, обрушившаяся на входную дверь, вырвала меня из сумбурного водоворота, в котором я снова и снова впечатывал кулак в лицо Костяна.

Тайлер с пронзительным лаем бросился в коридор, всеми силами торопя меня впустить домой его неслабо нагрузившуюся хозяйку. Агата въехала внутрь, почти повиснув на шее у Макса. Она уже ничего не соображала, только глупо хихикала и накручивала на палец поясок платья. Макс настороженно созерцал квартиру, видимо ища следы погрома, и, не обнаружив их, подавил вздох облегчения.

— Друс, чтобы ещё раз меня угораздило встретиться в баре с твоей сестрой. Вы хоть и близнецы, но она какой-то реактивный алкоголик. Каждый раз об этом забываю. Она за час накидалась так, будто в жизни спиртного во рту не держала.

— Что пила? — Без особого интереса отозвался я, принимая из его рук Агату.

— Голубую лагуну!!! — Заверещала та, от чего Тайлер зашёлся ещё более неистовым лаем. Щенок наскакивал на ноги, скулил и требовал к себе внимания. Агата, подчиняемая инстинкту новоиспеченной собачницы, накренилась к нему под каким-то странным углом и опрокинулась прямо в вовремя подставленные руки Макса.

— Ох ты мой маленький, — пролепетала сестра и отрубилась.

— Надеюсь, она не о тебе, — хмыкнул я.

Я подождал, пока Макс отнесёт засопевшую Агату в ее спальню, снова затолкал Тайлера в будку и вытащил из шкафа два стакана.

— Чувак, прости, — Макс виновато почесывал затылок, — что тебе снова напомнили о ней.

— Все нормально. Меня больше это не парит. Будешь?

Я протянул ему стакан, на треть заполненный ромом.

— Тогда останусь у тебя.

— Мой дом — твой дом.

— Звучит, как тост!!! — Внезапно материализовавшаяся в дверях Агата довольно улыбалась. — Мальчики, вы знаете, когда внутри меня голубая лагуна, меня так и тянет танцевать на столе!

Я расхохотался. На ходу скидывая туфли, Агата ринулась на меня. Обвив мою шею одной рукой, она выхватила из рук стакан и, чокнувшись с Максом, залила в себя содержимое. С трудом взгромоздившись на кухонный стол, Агата врубила на телефоне Имэджн Дрэгонс и принялась танцевать.

По мне, так она просто двигала бёдрами в такт песне своей любимой группы, но Макс, возможно, чуть менее пьяный, чем она, буквально разинул рот. Хлебнув рома из горла и сжимая в одной руке бутылку, он шагнул к столу и провёл другой по Агатиной лодыжке. Примерно сообразив, чем закончится эта вакханалия, я подобрал с пола вновь оживившегося Тайлера и потащился к себе. Там уже я сам устроил щенка рядом с собой и прикрыл глаза, стараясь не прислушиваться к звукам, доносившимся из-за двери.

Агата

В ту ночь я хорошо спала. Никакой наркоман, псих или насильник не посмел прокрасться в мой сон, словно он находился под чьей-то неусыпной охраной. Просыпаться не хотелось, но любопытство брало своё. В кровати я была не одна. Судорожно пытаясь воссоздать в памяти картину прошлой ночи, я помнила только, что в баре натолкнулась на лучшего друга моего брата, который старательно расставлял сети вокруг хорошенькой брюнетки. Интересно, как у Макса все там сложилось. И кому же я то позволила стать своим эскортом прямо до постели?! Рывком развернувшись на другой бок, я врезалась лбом прямо в висок Макса. Парень жалобно застонал и приоткрыл глаза. Казалось, ошарашен он был даже больше, чем я.

— Доброе утро, — озадаченно пробормотал он, — Агата?

Я мрачно промычала в ответ, силясь хоть что-нибудь вспомнить. Меня в ответ внимательно изучали красивые зеленые глаза. Почесав темно-русый затылок, Макс виновато улыбнулся:

— Ты прости меня, но я ничего не помню. Но если между нами что-то было, то я…

— Нет!! — перебила его я, — Я гарантирую тебе, что ничего не было. Мы даже спали в одежде.

Мы ещё несколько минут молча смотрели друг на друга, пока уголки его губ вновь не поползли вверх.

— Знаешь, я думаю, ты круто танцуешь. Это я точно помню.

Его рука неожиданно опустилась мне на плечо. Тёплая немного шершавая ладонь скользнула по руке и легла на спину. Макс легко привлёк меня ближе к себе, и его дыхание защекотало мне лицо.

— Скажи, а если бы я позвал тебя куда-нибудь, что бы ты мне ответила? — прошептал он.

— Макс… сегодня ночью на моих глазах ты почти склеил девушку, уверен, что именно меня ты хотел куда-нибудь пригласить? К тому же, ммм, — я закусила губу, — ты же знаешь, что я не фанат этих классически сопливых отношений…

Макс смерил меня насмешливым взглядом.

— Ну какая же ты засранка! — Заявил он. — Я своими глазами вчера видел, какая ты… — он осекся, — да тебя в баре вчера хотели все мужики! А ты все наиграться не можешь. Ну должен же найтись кто-то, кто тебя угомонит!

— Это вряд ли, — фыркнула я. — Что ты начинаешь опять? Я же не дразню ваших с Адрианом друзей, а в универе я вообще паинька! Агата Якунина, которая хочет красный диплом, как кровь из носу.

— Это так сексуально, — захихикал Макс, но я только закатила глаза и спихнула его с кровати.

— Это потому что ваш папаша дипломат? — Спустя какое-то время спросил он, выуживая из-под подушки свой телефон, пока я, нырнув за ширму, боролась с молнией на вчерашнем платье.

— Скорее потому, что наш дедуля немецкий Ротшильд, — пропыхтела я.

— Когда ты расскажешь мне, что за шрам у тебя на спине? Мы ж почти родня, — голос Макса прозвучал совсем близко от моего уха, я обернулась и тут же столкнулась с его любопытным носом.

— Ладно, сдаюсь. Молния зажевала ткань, помоги, пожалуйста, — я махнула рукой, игнорируя вопрос и вновь предоставляя возможность его ладоням к себе прикоснуться. — И я уже говорила, что 4 года назад случились определённые события, — я замялась, — после которых нас с Адрианом, мягко говоря, выписали из семейного круга доверия.

Молния поддалась. Макс аккуратно вел ее вниз, и тонкая ткань платья легко соскользнула с моего плеча. Я почему-то не стала удерживать его и просто наблюдала, как оно сползает по мне вниз к нашим ногам. А потом я почувствовала лёгкое прикосновение губ на шее. Руки опустились на бёдра и прижали меня к себе.

— Переодевайся, отвезу вас на пары, — прошептал Макс и ушёл, оставив меня наедине с тянущим чувством внизу живота и глухо выстукивающим сердцем.

Натянув джинсы и свитер, я глянула в зеркало. Макс посчитал меня красивой с отпечатавшейся под глазами тушью, размазанной губной помадой и волосами, свившими себе в гнездо на макушке, а мое сердце оставалось черствее, чем сухарь, который засушили в прошлом столетии.

В комнате Адриана было темно и тихо, если не считать жалобного поскуливания прямо под дверью. Тихо прокравшись внутрь, я выпустила в коридор Тайлера, уже совсем отчаявшегося оказаться на воле, и забралась к брату на кровать. Как и в раннем детстве, когда у нас была одна комната на двоих, Адриан заворачивался в одеяло, будто в кокон, и мог проснуться в той же позе, в какой и заснул.

Я легонько почесала брата за ухом.

— У тебя сегодня пары есть?

Ответом мне послужило положительное мычание.

— Пойдёшь?

Мычание повторилось, Адриан глубоко вздохнул и открыл глаза. Сквозь темноту задвинутого портьерами утра на меня сонно глядели карие глаза. Острый нос дёрнулся, принюхиваясь к запахам с кухни: Макс готовил нам завтрак под аккомпанемент довольного повизгивания Тайлера.

Я смотрела на Адриана, как в своё отражение. Только у него была щетина и короткие тёмные волосы, а у меня за неимением первой вились густые темно-каштановые пряди, что сейчас щекотали брату грудь.

— Извини меня за вчерашнее, мне фигово от того, что я напомнила тебе об этой стерве, и…

— Какая она была? Счастливая?

— Я вылила на неё голубую лагуну.

Сначала Адриан не понял, что я говорю совершенно серьёзно, но как только осознал смысл сказанного, зашёлся таким хохотом, что мне сразу стало легче.

— Так это Макс? — Многозначительно поинтересовался он, когда закончился приступ смеха.

Я яростно замотала головой, но глупая улыбочка против моей воли все равно выползла на лицо.

— Но мне очень хорошо сегодня спалось.

Эта фраза сама вырвалась, никто не просил мой мозг формулировать эту дебильную мысль, а язык облачать ее в слова. Тем не менее, именно в этот момент в дверном проёме замаячила довольная физиономия Макса. Я зарычала и швырнула в него подушкой. Парень ловко увернулся и, уже спустя мгновение злосчастная подушка впечаталась в мое лицо. Я слетела с кровати и кинулась за Максом под довольный смех Адриана. Вот же засранец. Сомнений не было, речь о Максе он завёл специально, завидев его на пороге раньше меня.

Погоня по мраморным полам нашей квартиры под звонкое тявканье малыша Тая завершилось вполне логично после танцев, что мы устроили накануне. Макс свернул за угол и, стоило мне вытянуть руку, чтобы схватить его за шиворот, поймал меня за талию и притянул к себе. Я знала, что будет дальше. Он хотел меня поцеловать, и я ему не помешала.

Макс тихо засмеялся и прижался ко мне лбом.

— Хорошо, что я лучший друг твоего брата, правда?

— Да, ты всегда будешь поблизости, — с улыбкой прошептала я.

Мы чуть не опоздали от того, что Тайлер посчитал кампусную карту Адриана самой совершенной игрушкой на планете. И пока я пыталась ее обменять на резиновую косточку, наш крошечный бигль рычал и ругался так, будто я отнимала нечто, находившееся у него на полном праве собственности. Наконец, обслюнявленная до невозможности карта оказалась у меня в руках, я чмокнула сморщенный от гнева кожаный нос и препроводила его владельца в будку.

Загадка, заключавшаяся в том, как Макс планировал подбросить нас до универа, если прибыли мы ночью на одном такси, разрешилась, когда с одного из мест подземного паркинга ему заговорщицки мигнул двудхверный бмв. Как выяснилось, он простоял у нас где-то с неделю в ожидании своего хозяина.

Вся дорога прошла под воспевание преимуществ как конкретно этого кузова и вида двигателя, так и марки машины в целом. Довольная тем, что мой мини обозвали отпрыском бмв, я в концерте не участвовала, а украдкой подкрашивала губы, сидя позади Макса.

Санкт-Петербург, наше убежище в последние пять лет, ворчливо стряхивал с себя остатки ночи, морщился рассвету своими дождливыми глазами и отмахивался от ветра остатками листвы. Каждый ноябрь этот город впадал в депрессию вместе со своими жителями. Куксился от холода, морщился от редкого солнца, надругался над бесполезными зонтами и скучал по туристам. Но я любила Петербург почти так же сильно, как и Гамбург, наш родной с Адрианом город. Любила потому, что он нас принял, а мы сумели принять его. Со всеми его заморочками, разводными мостами и белыми ночами. С его сногсшибательной человечностью и красотой.