<p>Просто дети</p>Может быть, мы просто дети,но на нас - клеймо поэта;позабыв про всё на свете,сочиняем до рассвета.Нас приветствуют насмешкой.Глаз пытливый впился в строчку.Не хочу быть просто пешкой,незаметной, малой точкой.У меня разбито сердце.Горстка пепла вместо счастья.Но в душе звучит как скерцоотзвук рифмы с жгучей страстью.Это что - виденье свыше?Сны невольно отражаем?Мы стихи не просто пишем,а мучительно рожаем.2017<p>«Двоится рифмами тоска…»</p>Двоится рифмами тоскапровинциального поэта.Трепещет жилка у виска.Устало тлеет сигарета.Поёт в измученной душемотивчик пошлый старой песни:«В столице рай и в шалаше...»Одно и то же, – хоть ты тресни.На кухне свет. Ворчит женаи жарит рыбные котлеты.Она вульгарна и пьяна.А жизнь пуста. И нет просвета.2010<p>Тени</p> Приходит вечер, я пишу опять, блокнот открыт на уровне закладки. Свеча горит, но больше для порядка, мечтая втайне лампочкою стать. Столпились тени молча за спиной, процесс письма им явно непонятен. А мне мешает запах: кто-то хной играл всерьёз, оставив много пятен. Все спят давно – плохого в этом нет, как нет добра в привычке полуночной. Теней всё больше... Сколько же им лет? Я эту мысль загнал в сознанье прочно. Они могли бы много рассказать, но есть предел всему и совершенству. Свеча горит, открытая тетрадь глядит в огонь, вздыхая от блаженства. Рука, лениво тронув карандаш, тут же застыла, побоясь нарушить покой вокруг и распорядок наш. А тени ждут, умеющие слушать. Они живые – догадался я, и им нужна энергия от плоти. Как хорошо, что спит моя семья! И строчек нет в потрёпанном блокноте. Вдруг тень моя упала далеко, свеча пугливо замерла на месте. Да кто сказал, - писать стихи легко, вставляя в них трагичность фраз и жеста? Двоится строчек непослушных ряд, (здесь явный признак беззаботной лени). Да вот про тени: тут они стоят и окружили. Всюду – тени, тени...2014<p>О себе - коротко</p>Прочтя Мандельштама от корки до корки,я понял – нигде, от Москвы до Нью-Йорка,не видеть удачи, признания, славы.Пишу только в стол, для себя, для забавы. В окошко летят сквозняки ниоткуда.Жена бьёт посуду и разные блюда;привыкла – чуть что, так заламывать руки,кричать на меня неприличные звуки.Но я всё терзаю мозгов своих силу,как будто бы рою отважно могилу.В тетрадку пихаю мыслишки и жесты.Не жизнь – а фанера из кровельной жести.А ведь говорила мне в юности мама:«Учись хорошо, не сутулься упрямо,пойди в олигархи, хотя бы в артисты».Но в дырах пальто - как халат у буддиста.Я мог бы писать очень нудно и долго,но только попался в объятия долга:обеты семейные, дети повсюду,ещё рифмовать... обещаю – не буду.2017<p>«Я снова пишу…»</p>Я снова пишу. Обещал ведь – заброшу!Мой почерк невнятен, запутан и нем.Живу одиноко, похож на святошу,куда же бегу, от кого и зачем?Нет проку в словах, да и мало в них смысла,когда лбом таранишь с усердием быт.Пора начать верить в бездушные числавалюты заморской, их сладостный вид.Где польза и шарм мимолётного звука,который добавит еще один шрам?Но быть современным – какая же скука...Вот так и живу я – с грехом пополам.Впадаю то в ярость, а то и в угрюмость.Несладко всем тем, кто ко мне не привык.Но верю в судьбу и свою однодумность,поэтому буквы лепечет язык.2016<p>Горит звезда</p>Горит звезда над горизонтом дальним,совсем одна на утренней заре.Мне говорят: «Не надо быть печальным,как тихий звон вдали, в монастыре».Но грусть моя светла, как луч рассвета.Она прильнула к сердцу моему.Благодарю судьбу за состоянье это, -писать стихи наперекор всему.2016<p>Поэзия</p>
Теперь мы читаем на ценниках цены!
Поэзия как бы - уходит со сцены…
Глеб Горбовский
<p>«Пойми, я осуждать тебя не вправе…»</p>Пойми, я осуждать тебя не вправеза то, что люди сделали с тобой.Ты, позабыв о прежней, громкой славе,стоишь сейчас с протянутой рукой.На фоне ярких, глянцевых обложектвой образ светлый явно потускнел.Как жаль, что ты найти себя не можешь,оставшись в этом мире не у дел.Да если бы хоть чуточку любилистихи те люди, что имеют власть,тебя б всегда ласкали, не бранили,не разрешили низко так упасть.Что делать мне, Поэзия, скажи мне?Нет никого, умеющих помочь.Любовь была и долгой, и взаимной,и вот теперь ты вновь уходишь прочь.Не уходи, желанный час настанети ты заслужишь праздничный венок.Уже видны в обманчивом туманегорящие страницы новых строк.Придёт тот день и ты воспрянешь снова,утрёшь глаза, поднимешься с колен.Как мир возник? Вначале было Слово.Всё остальное – суета и тлен.2010<p>«Поэзия, должно быть, состоит…»</p>"Поэзия, должно быть, состоитв отсутствии отчётливой границы".Пределов нет для смысла, алфавитсинеет здесь и за чертой страницы.Где даль размыта, там трепещет мозг,вращаясь вновь по замкнутому кругу,течёт и лепится, как талый воск,ничьи шаги приняв за поступь друга.Поэзия – опасная игра,где нас пленяет неизвестный генийлишь с помощью тетради и пера,нам показав толпу живых видений.Далёкий свет мучительно зовётв страну мечты, забвения и боли,где в тишине грядущее живёт,которому ты веришь поневоле.А жизнь идёт, и хмурый день с утравсё тянется, как колдовское зелье.Но пару строк, когда придёт пора,я сберегу – как тяжкое похмелье.2014<p>«Что поделать, такая работа…»</p>Что поделать, такая работа -для забавы слова рифмовать,забывая под вечер заботы,с наслажденьем лениться опять.Век лежать бы на мягком диване,бесконечно сплетая слова.В полусне, как в волшебном дурмане,их выдумывать, помня едва.Мне счастливый досуг не обуза.Я люблю в жизни праздный покой.И внимает с улыбкою Муза,не спеша со своей похвалой.2009<p>Поэты</p>
Мы не пророки, даже не предтечи...
О. Мандельштам
<p>«Да, мы – не пророки…»</p>Да, мы – не пророки и мы не предтечи,зато мы владеем нюансами речи.И даже любое капризное слововсегда нам легко покориться готово.Пусть рифма трудна, темы все устарели,но мы извлекаем из древней свирелипрекрасные звуки для встречных прохожих, -спешащих и разных, таких непохожих.И мы заставляем их плакать, смеяться,задуматься, спорить, в душе улыбаться.И жить им становится вдруг веселее.Пишите, друзья, - не стесняйтесь, смелее...2010<p>«Мы выбраны Богом и небом…»</p>Мы выбраны Богом и небом.Подруга нам муза сама.В питании солью и хлебомзамечена ясность ума.Мы прокляты временем бурным,нас нет среди званых гостей.Заполнены прахом все урны,закрыт навсегда мавзолей.Ты слышишь: навеки, навекив безвестности жить суждено.Извилисты бурные рекикак жизнь, где идём мы на дно.Судьбы не бывает на свете.Рождение – случай слепой.За всё лишь поэты в ответепред Богом, людьми и собой.2012<p>«Блаженны духом все поэты…»</p>Блаженны духом все поэтыи лучший друг им всем нужда.На крик души он ждет ответа.Кому поэзия нужна...И жар души пылал напрасно,тревожа сон простых людей.Своим стихом, стихом прекрасным,весь полон образов, идейон как пророк, он как страдалец,всё ищет выход, ищет свет.Его судьба в жестоком шквалене ждать обманчивый ответ.Всегда свободный, дерзкий, гордый,в душе звучат любви аккорды -и он всесилен, он велик...Но безответен скорбный крик.2009<p>«В тот час, когда иссякнут силы…»</p>
