Читаем Постышев онлайн бесплатно
Вчера видел Постышева в цирке с целой гурьбой ребят. Они оттиснули его в самый угол ложи. Рассказал об этом в редакции, а Люда, сотрудница отдела писем, живущая в одном доме с Постышевым, говорит: «Это уж так заведено. Если у Павла Петровича выдалось свободное время, собирает всех ребят со двора и отправляется с ними в цирк или в кино».
Сценарий готов. Луков утверждает, что его можно ставить, но советует показать Довженко, как только Александр Петрович приедет из Киева.
Довженко мы, все газетчики Харькова, хорошо знаем.
Он работал карикатуристом в газете «Висти». Он демократичный человек, для него нет ни рангов, ни должностей. Умеет и любит рассказывать. Я с Луковым бывал у Довженко в комнате, которую он занимал вместе с журналистом Мельником. Довженко называл комнату «меджлисом». В ней все усаживались на ящиках, уставленных вдоль стены. На этих же ящиках спали хозяева.
Довженко ушел из газеты в кино. Сейчас, после всемирного успеха «Звенигоры», он один из выдающихся мастеров. Другому бы мастеру я не показал сценарий, но к Довженко пойду без робости. Если и обругает, то поделом. Но одновременно посоветует, как работать.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
В эпизодах рабочие — железнодорожники и шахтеры, солдаты, красногвардейцы, партизаны, сибирские, амурские казаки.
I
Мартовский день. По улицам Иркутска проходят солдаты запасного полка. У магазинов хвосты очередей.
Вздымая шлейф снежной пыли, мчится полицейский офицер.
У главного почтамта, поставив стремянку, чинит фонарь электрического освещения угрюмый сутулый молодой рабочий.
— Товарищ Постышев, — окликает его эсер Арсеньев. — Какая весть! — Арсеньев размахивает телеграммой.
Он обнимает всех входящих в почтамт, сует им телеграмму, потом подбегает к Постышеву.
— Свершилось! — ликует Арсеньев. — Отныне мы граждане свободной России. Да здравствует свободная Россия! Ура!..
Арсеньев уже окружен толпой. Кто-то подхватывает его «ура», запевает: «Отречемся от старого мира».
Арсеньев бежит навстречу взводу маршевиков, в полном снаряжении идущих на погрузку, кричит прапорщику:
— Прошу вас, господин прапорщик, остановите солдат. Какая весть! Николай Второй уже не царь, ребятушки! Отрекся!
Параллельно со взводом образуются колонны.
— Знамя, знамя! — кричит кто-то.
Движется по улице толпа; кто-то уже успел вознести над нею лоскут кумача. Впереди бежит Арсеньев, кричит, обнимает прохожих.
Постышев неторопливо складывает стремянку и идет по улице рядом с колонной.
В небольшой комнатушке полно народу. За столом сидит Постышев. Над ним на простом куске картона надпись: «Председатель рабочего комитета электростанции товарищ Постышев».
Постышев о чем-то беседует с рабочими.
Большой зал городской думы. На импровизированной трибуне оратор. Он говорит темпераментно, закидывая голову, подражая Керенскому, держит правую руку за бортом френча. В зале шум. Оратор выкрикивает:
— До победного конца! До разгрома немцев!
Он сходит с трибуны под шум оваций.
Председательствующий меньшевик Церетели произносит:
— Кто за отправку маршевых рот на фронт?
Вздымаются руки. Почти весь зал голосует за предложение председателя.
— Кто против?
Поднимается лишь несколько рук. Поднимает руку Постышев, сидящий рядом с ним типографский рабочий Сергей Лебедев, старый большевик Гаврилов, представители депо, обозного завода.
Выходят из помещения депутаты городского Совета. Кто-то подходит к Постышеву.
— Значит, будем воевать до победы?
