Читаем Посторонние. Книга 3 онлайн бесплатно

Наши с Лёшкой пути разошлись. Его семейная лодка отправилась проверенным курсом, а мой скромный баркас, отчалил в противоположную сторону. Благодаря ему за четыре года я пережила массу приятных моментов. И хотела сохранить их для себя в первозданном виде! Боясь, что, иначе просто возненавижу его.

Он не собирался разводиться. Тем не менее, будучи женатым, препятствовал моей личной жизни. Он стал меня контролировать! Ждать у ворот института, наблюдая, с кем я вышла. Отвечать за меня на телефонные звонки, увидев на экране мужское имя. Он ревновал, будто наш шаткий союз был скреплен обязательствами и клятвами верности. И, в один прекрасный день, я решилась!

– У тебя кто-то появился? – первым делом поинтересовался Лёша.

Я отрицательно покачала головой.

– А почему?

Я пожала плечами.

– Перегорело? – предположил он, и я, поразмыслив, кивнула.

Я не плакала. Нет, наоборот! Меня наполняла какая-то приятная печаль. Так бывает, когда, загостившись в полюбившемся месте, ты вынужден его покинуть. И, глядя в окно поезда на удаляющийся перрон, понимаешь, что, быть может, никогда сюда больше не вернёшься.

Первое время я пытался! Я настойчиво звонил, оставлял сообщения, которые она игнорировала. Эта игра в молчанку продолжалась долго. Я не сдавался! Пока однажды, в ответ на очередной призыв, она ни написала: «Артём, у нас не получается общаться по-человечески. Пожалуйста, оставь меня в покое».

Я внял её просьбам, и сделал все возможное, чтобы не попадаться ей на глаза. Признаться, так было легче! Не видеть, не знать, засунуть мысли о ней в дальний ящик и закрыть на замок. Наше общение приобрело формальный характер.

«С Новым годом», – писал я, – «желаю успехов в учёбе и личной жизни».

«Взаимно», – отвечала Нинка.

«С Днем Рождения», – читал я очередное безликое сообщение, – «здоровья, успехов, исполнения желаний».

«Какого чёрта?», – подумал я однажды, – «Мы же не посторонние друг другу!». И решился позвонить. Мне просто хотелось услышать её голос, удостовериться, что на том конце провода всё еще она, а не робот-автоответчик.

– Алло, – произнёс мужской голос, и я замер с открытым ртом, – Алло! – повторил он.

Я сделал глубокий вдох и произнёс:

– Могу я услышать Нину?

– Она в дУше, – после небольшой паузы сказал «кто-то».

– А с кем я говорю? – стараясь держаться спокойно, уточнил я.

– Меня зовут Алексей, – произнес голос. В глазах потемнело! Руки машинально сжались в кулаки.

– Что-нибудь передать? – спокойным тоном уточнил говнюк.

Я проглотил застрявший в горле ком, и ответил:

– Поздравления с днём Рождения! – и положил трубку.

Новый год я решил провести с ребятами. Мне отчего-то претила мысль сидеть за накрытым столом в семейном кругу. Да и какая семья? Разве что, отец… А ему и без меня не скучно!

Институтская пора осталась позади, и в моей жизни начиналась новая глава. Хотя, по сути, ничего не изменилось. Мы все также делили квартиру с девчонками, рискуя стать пожизненными соседками. Только теперь взамен общаге, у нас была своя отдельная жилплощадь! Точно также с утра трезвонил будильник, в любую погоду вынуждая нас вставать с постели и куда-то идти. Только теперь за это еще и платили!

На Новый год приехала Машка. С погодой подфартило! Снег валил целыми днями, и дядь Вадя не выпускал из рук лопату. Мама, как всегда, хлопотала на кухне. Праздничные заботы, как в детстве, увлекали и будоражили! Кто сказал, что с возрастом перестаешь верить в чудеса? Если так, то зачем вообще взрослеть?

Нарядная ёлка, мандарины, обмен подарками… Каникулы прошли на ура! Для Машки я раздобыла модный кошель, маме купила большую поварскую книгу, а дядь Вадику – термокружку.

На всякий случай я приготовила подарок и для Артёма, но он так и остался лежать в чемодане.

Последний новый год в качестве студентов, мы решили отпраздновать на всю катушку! Ребята притащили девчонок. И я, чтоб не прослыть бобылём-одиночкой, взял с собой Аньку. Оказалось, женский коллектив – не только украшение компании, но и бесплатная рабсила. Анька быстро спелась с девочками, и наш скудный запас продуктов под её руководством, превратился в достойную закуску.

Она не была красавицей, Анька… Но она была обаятельной! Её прелесть раскрывалась при близком рассмотрении. Милый мышиный хвостик, привычка кусать карандаш, а, смеясь, опускать глаза. Крупная, и даже в кроссовках вровень со мной, она стеснялась своего роста, и горбилась, пытаясь казаться ниже.

«Странные создания – девушки», – думал я. Низкие, завидуют высоким, взгромождаясь на каблуки. Обладательницы кудрей старательно жгут их утюгом! Есть на свете хоть одна особь женского пола, довольная своей внешностью?

Признаться, в новогоднюю ночь, я перебрал. И понял это, только принЯв горизонтальное положение. Но, ощутив спиной тепло женского тела, передумал предаваться Морфею…

– Тёма! – упрекнула Анька, отодвигая мою руку.

– Ну а чего? – возразил я, ощущая ладонью твёрдый, как пуговка, сосок, – Все спят!

В тот же момент за стеной послышался характерный скрип пружин.

– Не все, – шепнула Анька.

– Ну, так и мы, давай, займёмся делом? – предложил я, подминая под себя её полуголое тело.

Анька сдалась, сонно отвечая моим настойчивым ласкам…

– Артём женится?! – я в недоумении уставилась на Машку, – Но зачем?!

– Не знаю, – передразнила сестра, – видимо для того, чтобы быть женатым?

– Но зачем? – тупо повторила я.

– Нин! Ну, зачем люди женятся?! – Машка постучала по голове.

Я зависла! Эта информация никак не укладывалась в мою картину мира. «Артём? Женится? Шутка? Выдумка? Розыгрыш?», – но сестра, похоже, не шутила…

Как испорченный телефон, эта новость обрастала всё новым подробностями. Лучше всего было обратиться к первоисточнику. Но мне не хватало духа набрать его номер… Я боялась рассмеяться, или наговорить гадостей. «Артём? Женится?», – снова и снова думала я, пробуя эти слова на вкус. Они отдавали горечью, ощущением того, что перемены в его жизни, неизбежно коснутся и моей собственной.

– Как это вышло! – сокрушался я.

Анька сидела напротив, ни жива, ни мертва. Кажется, она была расстроена сильнее моего. На лице застыло выражение, какое бывает у ребёнка, потерявшего родителей внутри многоэтажного торгового центра. Впереди маячила долгожданная свобода: сдача диплома, выпускной, со всеми вытекающими последствиями. «Какая к чёрту беременность?», – думал я.

– Я не стану рожать! – точно прочитав мои мысли, заявила Анька.

Я мешкал, пытаясь не выдать своего облегчения. Она тем временем принялась планировать аборт. Заверила меня, что сделает всё сама: найдёт врача, переживёт это решение в одиночку. Я счёл нужным помочь материально. Желая принять посильное участие в процессе избавления от будущего потомства.

«Артём женится», – думала я. Даже спустя время информация всё ещё лежала не переваренным комом в желудке, отдавала острой ноющей болью в область левого предсердия. Мне было больно! «Но почему?», – размышляла я, пытаясь разобраться в себе. Что это? Банальная зависть? Сестринская ревность? Возможно, реши Машка выйти замуж, я бы чувствовала то же самое?

По стеклу барабанил дождь, и я распахнула окно. Высунулась наружу, хватая ртом холодные капли. Надеясь, что стихия усмирит мой пыл, остудит…

«Он женится», – эта мысль металась внутри сознания, не находя приюта. Я не могла, не хотела верить! Он не может, не смеет! Не имеет права! «Он делает это мне назло», – решила я. И принялась ждать опровержения. «Вот, сейчас, позвонит Машка, или мама, и сообщат, что это ошибка».

Я ждала, гипнотизируя телефон. Но тот молчал. Все меня предали! Все вокруг были рады предстоящей женитьбе, все планировали свадьбу, выбирали подарки будущим молодоженам. Но только не я!

Мне хотелось позвонить ему, и высказать всё! Да как он мог, вот так, взять, и жениться? Да кто она, его избранница! Я даже не видела её фотографий, не желала смотреть. Вероятно, боясь, что она окажется неземной красавицей. Машка говорила, что она – отличница, и метит на красный диплом. «Подумать только», – злорадствовала я, воображая себе очкастую мымру.

Небеса точно прорвало, и третьи сутки сверху сыпал то ли дождь, то ли снег. Я, сидела на подоконнике, глядя на улицу. «Мне всё равно!», – твердила я себе, – «Но, если так, то почему, ну, почему так больно?».

Жизнь вошла в привычное русло, и я успел позабыть о неприятном происшествии. Девчонка залетела, ну, с кем не бывает? Хорошо, что в наше время такие проблемы решаются в два счёта!

Анька появилась через неделю, и я понял – что-то пошло не так… Выражение её лица не сулило ничего хорошего.

– В общем, – начала она, не поднимая глаз, – такое дело. У меня проблемы по-женски. Не буду грузить тебя лишними подробностями. Ни к чему это! Просто… Просто они говорят, что, если я сейчас сделаю аборт, могу вообще никогда не родить.

Краем сознания я понимал, к чему она клонит.

– Тём, – виновато произнесла Аня, – в общем, я… хочу оставить ребёнка.

Приговор прозвучал, она замолчала.

– И? – выдавил я, прикидывая в уме, чем грозит такая перспектива.

Анька выпрямилась, и лицо её обрело иные черты.

– Артём, – мягко сказала она, – я просто хотела, чтобы ты знал. Я ничего не требую от тебя, и не хочу стать обузой. Это будет только мой ребёнок! Если ты захочешь принимать участие в его судьбе, я не против. Если нет, осуждать не стану.

Она сидела, теребя пальцами рукава кофты. Глаза её выражали спокойствие и решимость. Они смотрели гордо и упрямо. «Жанна Д'Арк, ни дать, ни взять!», – подумал я, и произнес упавшим голосом:

– А родителям сказала?

Анька кивнула:

– Скажу! – и, подумав, добавила, – Cкажу им, что не знаю, кто отец.

Я вытаращил глаза на девушку:

– С ума сошла?!

Зная её предков, суровых поборников морали, я удивлялся её спокойствию.

– Пускай! – смиренно сказала Анька, – Я всё решила!

Не давая мне возможности высказаться, она встала и пошла к двери. Я рассеянно поплёлся следом.

– Тёма, – не оборачиваясь, бросила она, – ты прости меня.

Я взял её за плечи. Она дрожала! Не плакала, просто дрожала в моих руках. И только в тот момент я понял, что вся её решимость – всего лишь блеф, защитная броня. Она в одиночку намеревалась противостоять целому миру!

– Это ты меня прости, – прошептал я и мягко привлёк её к себе, коснулся губами холодного лба.

Её волосы пахли чем-то невыносимо знакомым, до боли родным… Меня накрыла волна нежности к этой девушке. Такой смелой, такой близкой! Что я мог сделать для неё? Мог ли я исправить всё на этот раз?

Анька обвила меня руками, зарылась лицом в рубашку и тихо всхлипнула.

– Я люблю тебя, – ровным тоном сказала она.

Я сглотнул ком в горле и, прежде чем она отстранилась, прошептал ей на ухо:

– Выходи за меня, Ань?

Об истинной причине скоропостижного бракосочетания я узнала от мамы. Та случайно проболталась, нахваливая пасынка по телефону.

– Что!? – я чуть не выронила трубку в окно, – Так вот в чём дело?

Меня сразу отпустило, будто камень с плеч упал!

– Нет, не только, – возразила мама.

– Ну да, – прикинула я, – девочка из бедной семьи? Хорошо придумано. Популярная нынче уловка.

– Нина! – одернула мать, – Не хорошо так говорить!

– Ой, ой, простите! Конечно, он сделал ей предложение до того, как она сделала тест.

– Дочка! Ну откуда в тебе столько злости? Ваши детские обиды – дела давно минувших дней. Артём вот даже хотел попросить тебя быть фотографом. Может, все же придешь?

– Нет, – заявила я, – я неизлечимо больна!

– Ой, типун тебе на язык! – возмутилась мама.

«Серьезно?», – думала я, ликуя, – «Брак по залету? Выходит, любовью тут и не пахнет?».

Я так обрадовалась, что даже решила сходить на свадьбу. Понаблюдать вблизи, как моего братца поведут на заклание! Но в последний момент передумала…

Анька выросла в скромности, в институте училась на бюджетном. Но, не в пример большинству девушек, которые грезят белой фатой, предпочла маленький праздник, только для своих. Я пригласил на свадьбу ребят из группы, Димка был выбран шафером. Родители вызвались помочь с банкетом.

Уже накануне мне в голову пришла гениальная мысль – попросить Нину быть нашим фотографом. Мне очень хотелось помириться с ней.

Но Машка сказала, что сестра сильно заболела, и, скорее всего, не сможет прийти.

«Нин, я все же очень надеюсь тебя увидеть. Выздоравливай скорее!», – написал я. Но она, как всегда, промолчала.

Не знаю, сколько дней я провела взаперти. Я почти не спала, аппетит пропал, а девчонки утратили надежду дознаться причину моего состояния. В итоге, решив, что я все еще сохну по Лёшке! Да я и сама не могла объяснить…

Я лежала без сна, подолгу глядя в темноту, и слушая мерное сопение соседок по комнате. Я не думала ни о чём! Мыслей не было вовсе. Как будто кто-то взял и стёр разом всё, что было прежде.

«Это просто ревность», – уговаривать я себя, представляя, что отныне в родительском доме он будет гостить не один, – «Я не хочу делиться! Как ребенок, слишком взрослый для детских игрушек, не желает расставаться с любимым персонажем».

«Все потому что я одна! Мне просто грустно и одиноко!», – примеряла я очередную отговорку. «Нужно найти себе пару, и появиться на свадьбе под ручку с каким-нибудь красавчиком». Но, ни один из знакомых парней не годился на эту роль. Все они были мне чужими!

«Ну, какая мне разница? Почему меня так злит чужое счастье? Неужели зависть?» – рассуждала я, списывая подобные метаморфозы на ПМС, пытаясь оправдать свою реакцию всевозможными причинами, отрицая очевидное.

Всеми силами отрицая тот факт, что… мне не все равно. И виной тому отнюдь не сестринская ревность.

Я не раздумывал, как быть дальше. В голове было пусто… Предстоящая свадьба, как булыжник, придавила меня к земле. Все случилось так быстро. Только что я был выпускником престижного ВУЗа, свободным, как ветер… И вот! В одночасье стал женатым человеком, будущим отцом семейства. Слишком рано! Слишком! Я был не готов!

Но отступать было поздно. Никто не тянул меня силой, это было мое, и только мое решение.

– Расширяться будете за свой счет, – сказал отец, вручая мне ключи от новехонькой двушки.

Почти сразу после сдачи диплома я устроился в его компанию. Времени «бить балду» не было! Осенью я должен был стать отцом…

Довольно странным было возвращаться в незнакомую квартиру, где тебя с порога встречает девушка в пижаме. Меня все время одолевало чувство, что я ошибся адресом. Мы никогда не жили вместе с Анькой. Да что говорить! Я в принципе ни разу не жил с девушкой.

Оказалось, что это сомнительное мероприятие имеет ряд преимуществ. Одно из них – регулярный секс. Кроме того, ты всегда накормлен и ходишь в стираной одежде! Анька, словно благодарная за моё «великодушие», никогда не предъявляла претензий. Даже на последних месяцах беременности она не отказывала мне в ласках. От меня же требовалось только материальное участие и чуточку заботы.