Читаем Полуночный кристалл (ЛП) онлайн бесплатно

Трилогия «Сносвета»

Дорогой читатель:

Добро пожаловать в мой мир, Хармони, и в завершение трилогии «Сносвета».

Легенда о Горящей Лампе восходит к самым корням Тайного Общества. Николас Уинтерс и Сильвестр Джонс начинали как друзья, но со временем стали смертельными/ заклятыми врагами. Каждый стремился к одной и той же цели: найти способ развить экстрасенсорные таланты. Сильвестр выбрал стезю химии и погрузился в незаконные эксперименты со странными травами и растениями. В конечном счете он придумал дефектную формулу, которая по сей день терзает общество.

Николас применил инженерный подход и создал Горящую лампу — устройство, обладающее неизведанной силой. Излучение лампы произвело искривление в его ДНКа, создав генетическое «пси-проклятие», которому суждено было передаваться по мужской линии его рода

Проклятие Уинтерсов проявляется очень редко, но когда такое случается, у Тайного общества есть веские причины для серьезного беспокойства. Говорят, что потомку Уинтерса, унаследовавшему генетически измененный талант Николаса, суждено стать Цербером — на жаргоне Тайного общества — обезумевший экстрасенс, обладающий множеством смертоносных способностей. «Джонс и Джонс» и Правящий Совет убеждены, что таких монстров необходимо выследить и уничтожить как можно быстрее.

Есть только одна надежда — Горящая лампа. Каждый Уинтерс должен найти артефакт и женщину, которая сможет использовать энергию сносвета, генерируемую реликвией, чтобы обратить вспять опасные психические изменения, вызванные проклятием.

Некоторые тайны артефакта были раскрыты в первых двух книгах трилогии «Fired Up and Burning Lamp (на русском книги издавались как «Вспышка и Пламя в ночи»)». Теперь, в далеком будущем, в мире под названием Хармони, будет раскрыта последняя тайна лампы — тайна Полуночного Кристалла. Судьбы семей Джонс и Уинтерс висят на волоске.

Надеюсь, вам понравится трилогия.

Искренне ваша,

Джейн

Из дневника Николаса Уинтерса

14 апреля 1694 г.

Мне недолго осталось жить, но я отомщу, если не в этом поколении, то в будущем, в другое время и в другом месте. Потому что теперь я уверен: в моей крови запечатаны три таланта, и они будут передаваться по наследству. Каждый талант обходится очень дорого, но с властью всегда так бывает.

От первого таланта становишься неугомонным, в душе нарастает беспокойство, и ничем его не унять — ни долгими часами работы в лаборатории, ни спиртным, ни маковым молоком.

Проявление второго таланта сопровождается мрачными снами и ужасными видениями.

Третий талант — самый мощный и самый опасный. Если не повернуть ключ в замке должным образом, эта последняя психическая способность окажется смертельной, она вызовет сначала безумие, а потом и смерть. Проявление третьего таланта связано с огромным риском. Тем потомкам, которые выживут, нужно найти Горящую Лампу и женщину, которая может управлять энергией сносвета. Только она сможет повернуть ключ в замке, который открывает дверь к последнему дару. И только такая женщина может остановить или обратить вспять процесс трансформации, когда она уже началась.

Но остерегайтесь: женщины с такими способностями могут оказаться предательницами. Теперь я убедился в этом на собственном опыте, и урок обошелся мне очень дорого.

Из дневника Николаса Уинтерса

17 апреля 1694 г.

Дело сделано. Мое последнее и величайшее творение, Полуночный Кристалл, готов. Я вставил его в Лампу вместе с другими кристаллами. Это поразительный камень. Я заключил в него величайшие силы, но даже я, который его изобрел, и приблизительно не представляю все его свойства и не знаю, как можно выпустить наружу его свет. Это открытие придется делать кому-то из тех, в чьих жилах будет течь моя кровь.

Но в одном я совершенно уверен: тот, кто будет управлять светом Полуночного Кристалла, тот и осуществит мою месть. Потому что я наделил камень небывалой мощью, он способен влиять надушу человека сильнее, чем любое колдовство или магическое действо. Излучение кристалла подчинит себе моего потомка, который завладеет Лампой, и заставит его уничтожить потомков Сильвестра Джонса.

Я буду отомщен.

Леди из «Джонс и Джонс» выглядела очень горячо в черной коже.

Адам Уинтерс ждал Марлоу Джонс в тени древних руин. Он слышал фирменное рычание большого мотоцикла Роли-Старк почти целую минуту, прежде чем мотоцикл завернул за угол узкой извилистой дороги. Звук разносился по горам.

Кошмары и галлюцинации, обрушившиеся на него несколько недель назад, разрушили его сон. В эти дни он жил на грани истощения, борясь с наихудшими последствиями короткими перерывами на отдых, большим количеством кофеина и небольшим количеством пси-энергии. Но, несмотря на то, как тяжело далась ему эта перемена, его охватил прилив радостного возбуждения, когда недавно назначенный директор городского офиса «Джонс и Джонс» (J&J) остановил мотоцикл и заглушил двигатель.

Сейчас она была достаточно близко, чтобы он мог почувствовать силу ее таланта. Ее энергия пела для его чувств песню сирены. Жаль, что она была Джонс. Ему просто нужно смириться с этим неудобным фактом.

Она пнула подставку ногой, обтянутой кожаными штанами, поставила ногу в ботинке на землю и подняла панель блестящего черного шлема.

— «Адам Уинтерс», — сказала она.

Это был не вопрос. Он был новым Боссом Гильдии охотников за привидениями Фриквенси Сити. Любой, кто за последний месяц удосужился заглянуть в газету или посмотреть вечерние новости, мог узнать его.

— «Вы опоздали, мисс Джонс», — сказал он. Он не вышел из кварцевого дверного проема.

— «Мне пришлось попетлять». — Она расстегнула шлем и сняла его. Волосы у нее были цвета темного янтаря. Они были собраны в хвост на затылке и закреплены черным кожаным ремешком. — «Хотела убедиться, что за мной нет хвоста».

Он наблюдал за ней, пытаясь скрыть свое восхищение. Объективно говоря, она, безусловно, считалась привлекательной, но ей не хватало мягкости в чертах лица. Однако Марлоу Джонс не нужна была внешность модели с обложки, чтобы приковывать взгляды. Она была поразительной. Не было другого слова, чтобы описать силу, ум и страсть, сиявшие в ее чертах. Глаза у нее были глубокого, загадочного оттенка синего, почти фиолетового. «Цвет полуночи», — подумал он. Полночь и грезы/мечты/сны.

И откуда, черт возьми, взялся этот поэтический образ? Ему действительно нужно больше спать.

Теперь она смотрела на него своими очаровательными, понимающими глазами. Энергия трепетала в атмосфере. Он знал, что она проверяет его своим талантом. Внутри него стало немного жарче в ответ на стимуляцию ее пси.

Когда она позвонила ему этим утром и попросила о тайной встрече, она мимоходом объяснила, что она умеет читать сны. Она не имела возможности узнать, насколько эта информация ошеломила его.

Его отвлек тихий хрипловатый звук. Только сейчас он заметил ее пассажира на мотоцикле. Маленькое, неряшливое на вид существо изучало его из кожаной седельной сумки парой обманчиво невинных голубых глаз. Кожаный ошейник с заклепками висел на шее, наполовину утопая в пушистом меху цвета сахарной ваты.

— Ты приехала с пыльным кроликом? — спросил Адам.

— «Это Гибсон», — сказала Марлоу. Она протянула руку пыльному кролику.

Гибсон снова заурчал и выскочил из седельной сумки, поднялся по ее руке и сел на ее плечо обтянутое кожаной курткой. Он моргнул своим невинными глазками, глядя на Адама.

— «Не знал, что из них получаются хорошие домашние животные», — сказал Адам.

— «Это не так. Гибсон и я — команда. Совсем другие отношения».

— Но ты надела на него ошейник.

— «Ребята из магазина снаряжения, где я покупаю свою кожаную одежду, сделали это для него. Гибсону нравятся заклепки. Он снимает его, когда хочет с ним поиграть».

Люди, даже такие умные и сообразительные, как Марлоу Джонс, могут быть совершенно странными в отношении своих питомцев, напомнил себе Адам. С другой стороны, будучи Джонс, она в любом случае должна немного отличаться. Не то чтобы у него было право критиковать. За последние несколько недель он и сам стал чертовски странным. «Хорошо, когда есть что-то общее,», — подумал он.

— «Я поверю вам на слово», — сказал он. — Итак, ты думала, что за тобой следят?

— «Я подумала, что лучше не рисковать», — сказала она очень серьезно.

У него возникло ощущение, что она многое делала очень серьезно. По какой-то причине это его позабавило. — «Похоже, что ты такой же параноик, как и все остальные Джонсы, которые когда-либо управляли филиалом «Джонс и Джонс»».

— «Это основное требование. Но я предпочитаю думать об этом как об осторожности».

Ее голос был богатым, уверенным и наполненным слегка хрипловатым оттенком, который разжигал его чувства, как рюмка хорошего бренди. Острый трепет предвкушения, который он испытал, когда рано утром ответил на ее звонок, превратился в кристальную уверенность.

— «Она та самая», — подумал он.

Это был первый раз, когда он встретил Марлоу Джонс лично, но что-то глубоко внутри него узнало ее и откликнулось. Он знал без тени сомнения, что это была та женщина, которую он искал последние несколько недель.

Но, в конце концов, она сама нашла его. Вероятно, это был не очень хороший знак. Потенциально она была намного опаснее, чем люди, которые пытались его убить в последнее время. Но почему-то в данный момент это не имело большого значения. Возможно, несколько недель без сна начали влиять на его логику и здравый смысл.

— «Не мне критиковать паранойю», — сказал он. — «Я босс Гильдии. Я считаю паранойю настоящей добродетелью».

— «Как частое мытье рук?»

— «Я больше думал о навязчивой подозрительности и хронической неспособности доверять».

— Это объясняет, почему ты пришел сюда рано, — сказала она. Она оглядела густой лес, окружавший их. — «Ты хотел проверить местность. Убедитесь, что не попадешь в ловушку».

— «В данных обстоятельствах это казалось разумной предосторожностью. Признаюсь, я занервничал после того, как обнаружил, что эти руины расположены над вихрем».

Она посмотрела скептически. — «Страшно представить тебя нервничающим».

— «Все знают, что стандартный рез-янтарь не работает под землей вблизи штормовой энергии. Даже самый сильный охотник не сможет вытащить призрачный свет, когда он стоит на вершине такого шторма.»

— «Я прекрасно понимаю, что мужчины Гильдии не любят приближаться к вихрю», — сказала она.

— «Это все равно, что попросить полицейского оставить пистолет у двери. После того, как я прибыл, меня осенило: если бы я хотел уничтожить охотника за привидениями, я бы наверняка заманил бы его в вихрь».

— Если бы ты действительно так волновался, ты бы не остался здесь.

Он улыбнулся. — «Я более доверчив, чем кажусь».

Она посмотрела на его улыбку с сомнением. — Что-то я в этом сомневаюсь.

В этот момент Гибсон восторженно заулюлюкал и спрыгнул с плеча Марлоу на землю. Он вскочил на носок ботинка Адама и встал на задние лапы. Он издал еще больше мурчания.

— «Он хочет, чтобы ты его поднял», — сказала Марлоу. — «Ты ему нравишься. Это хороший знак».

— «Да? Какой?»

Она изящно пожала плечами. — «Неважно. Просто фигура речи».

— Черт возьми, — подумал он. Для нее была важна реакция пушка на него. Когда он наклонился, чтобы поднять Гибсона, волосы на его затылке зашевелились. Приток энергии в атмосфере был безошибочным.

— Нашла что-нибудь интересное? — спросил он, выпрямляясь.

Марлоу моргнула и слегка нахмурилась, как будто ей не понравилось то, что он понял, что она использует свой талант.

— «Как ты узнал?» — она спросила.

Он посадил пыльного кролика себе на плечо. — «Нужно знать с кем имеешь дело».

Она подошла к нему, под ее ботинками хрустела земля. — «Когда я звонила этим утром, я объяснила, что я могу читать энергию сносвета».

— «Да, что-то такое было. Но мне не часто звонит руководитель J&J. Честно говоря, не могу вспомнить последний раз.»

— «Ваша семья не показывалась в Обществе со времен Эры Раздора», — сказала она.

— «Согласно легендам, отношения между нашими кланами всегда были непростыми».

— «Я надеюсь, что сегодня мы сможем оставить старые распри позади», — сказала она.

— «Трудно это сделать, когда у нас такая длинная история. Как ты получила должность главы офиса «Аркейн» в «Джонс и Джонс»? Твои предшественники в основном были талантами в области теории хаоса, не так ли?»

К его удивлению, она слегка покраснела, как будто восприняла это замечание как личное оскорбление.

— «Да», — сказала она. — «Большинство из них были талантливыми теоретиками хаоса. Но оказывается, что способность читать свет снов — еще и очень полезный талант для следователя».

Она определенно оборонялась. Интересно.