Читаем Полуночный Дождь (ЛП) онлайн бесплатно

Перевод группы https://vk.com/bambook_clubs

Переводчица:Елена Ковалева

Редакторы:Ника Гарская, с 12. гл Аня Мурзина

Бета-вычитка:Аня Мурзина

Русификация обложки:Ника Гарская

Приятного прочтения и помните - книга переведена для ознакомления, не для коммерческих выгод. Просим Вас уважать труд наших пчелок, не присваивать его себе и не выкладывать, без согласования с администрацией группы-переводчика, данный материал на сторонних сайтах.

Спасибо ;-)

Аннотация

Эта история обо мне, о том, кем я являюсь, о том, как я стала такой, и о людях, которые помогли мне преобразоваться в Макайлу Карли. Наступает момент, когда жизненные разочарования начинают прибавляться. Когда ты больше не можешь проронить ни одной слезы. Когда больше не можешь чувствовать приступов паники или, когда не можешь молить еще об одном дне. Интересно, мы люди, имеющие духовные переживания или же мы духи, обладающие человеческим опытом? Что все это значит? У нас у всех есть цель? Говорят, я была героем — могла добиться всего, что задумала. Как я могла быть героем, если у меня не было выбора? Меня никто не спросил. Я сделала то, что, надеюсь, любой, читающий это, сделал бы. В то время как одну жизнь забрали слишком рано, другой нужно было жить, жить по-настоящему. Ей нужно было быть центром чьей-то вселенной. Я была этой вселенной. Я чувствовала ее, прямо как Горошинку под матрасом.

Глава 1

Блейк всю ночь крепко прижимал меня к своей груди. Я не знала, что теперь будет с нами, мы могли бы, наверное, остаться на некоторое время в доме на Стейтен-Айленд. Я скучала по своей маме. Боже, как мне хотелось поговорить с ней. Удерживая себя от создания нового шедевра на своей руке, я лежала совершенно неподвижно и прислушивалась к дыханию Блейка. Может ничего страшного, может это просто уплотнение. Я передвинула руку и снова пощупала его пальцами; оно по-прежнему было там.

В течение нескольких часов я лежала без сна и размышляла, что же это могло означать. Все, о чем говорил Блейк, никогда не осуществится; мне не суждено жить долго и счастливо с ним и Пи. Нам не суждено стать жизнерадостной семейкой, которую описал Блейк. Мы не откроем наш маленький театр, и не будем учить детей играть на чем-нибудь. Нам не суждено ничего из этого сделать. Я последую по стопам своей матери. Я умру.

К тому времени, когда я услышала голоса, раздававшиеся за дверью, дневной свет пробрался в комнату. Блейка не было, а Пи крепко спала рядом со мной, по-видимому, усталость взяла верх в предрассветные часы, что я даже не заметила, как Пи забралась к нам в кровать. Может оно исчезло. Моя рука скользнула вверх по футболке к моей левой груди, я обхватила ее, ощупывая на предмет чего-нибудь ненормального, и села. Оно пропало, я вообще ничего не почувствовала. А потом, почувствовала; там же, где оно было прошлой ночью. Близко к подмышке, так что я предположила, что оно уже распространилось на мои лимфатические узлы, как и у моей мамы.

Предполагая, что такова моя судьба, моя участь, что Бог послал меня на землю для этого, я тяжело вздохнула и встала с кровати. Оно было там, и никуда не исчезнет.

Я поцеловала головку Пи и набросила одеяло на ее попку в белых с какими-то фиолетовыми рисунками трусиках, думаю, это должны были быть монстры из Корпорации Монстров, но они больше походили на пушистые шарики с ножками. Пройдя по коридору, я услышала голоса, которые, по всей видимости, спорили. Я вошла в ванную комнату и тихо прикрыла за собой дверь; подойдя к открытому окну справа, я прислушалась.

— Нет, я увезу их сегодня отсюда. Я уже позвонил своей матери. Я не позволю им иметь с этим дело, — сказал Блейк, настаивая на своем. Иметь дело с чем? Что он имел в виду?

— Блейк, ты скрывал нашу внучку от нас в течение пяти лет. Микки — дочь Барри. Ты не можешь лишить нас права знать их.

— Не притворяйся, будто бы ты не знала, Сара. Ты знала. Вы все знали о Макайле. Где вы были, когда она нуждалась в вас? Где был ты, Холден? Ты хоть представляешь, через что она прошла?

— Не учи меня, мальчишка.

— Перестаньте! — сказала я громким шепотом, идя по коридору в сторону голосов. Я остановилась и повернулась к окну. Это был тот же самый шум, который я слышала из окна ванной. Все замолчали и посмотрели на меня с жалостью, Сара погладила меня по спине, а Барри улыбнулся мне. Они уже знали, что я умираю? — О, Боже! Кто все эти люди?

— Пресса, но не волнуйся, мы сваливаем отсюда к черту. Ларри уже на пути сюда, чтобы забрать меня. Я собираюсь съездить в пентхаус, чтобы забрать кое-какую одежду, и мы уедем. Мы поедем к моей матери на некоторое время, — объяснил Блейк. Даже не глядя, я знала, что его рука заменила руку Сары. Я узнала это прикосновение. Оно обжигало мою кожу и не теплом.

— Нэшвилл? — спросила я.

Блейк перевел свое внимание с чуть приоткрытых занавесок на Холденов. Мне стало жалко Сару, Блейк снова забирал у нее Пи. Рука Барри, казалось, поддерживала ее.

Большим пальцем Блейк погладил мою поясницу. Он улыбнулся, когда я взглянула на него. Это причинит боль. Ну почему он такой правильный?

— На данный момент. Мы обсудим это позже?

Тьфу! Теперь что? Я не хотела, чтобы Блейк оставался в городе. Я хотела, чтобы у Пи был дом, как у меня на Бегония Драйв с соседями и тротуаром, на котором она сможет кататься на велосипеде. С другой стороны, я хотела, чтобы Сара узнала Пи, и я хотела, чтобы Пи узнала Сару. Дженни бы этого хотела. Я не могла поверить в то, что творилось на улице перед домом. Обычно такое вы видите по телевизору, но не в обычной жизни. Я наблюдала, как один парень оттолкнул оператора со своего пути и повернулся обратно к Холденам. Глубокие морщины пролегли между бровями Барри, но я не думала, что в этом виноват возраст. Он беспокоился о своей жене, о том, что Блейк забирает у нее Пи. Почему все должно быть против меня? Почему нельзя сделать жизнь проще для всех?

Одно было наверняка, Пи обладала завораживающим магнетизмом, которое влияло на каждого, с кем она общалась, и кто-нибудь должен был пострадать.

— Кофе есть? — спросила я, испытывая необходимость отойти. Это было слишком. Мне нужно было уйти и собраться с силами. Как я могла позаботиться обо всем и сделать всех вокруг счастливыми? Как же мне удержать всех вместе?

— Да, пойдем со мной, — Сара по-матерински улыбнулась мне. Знаю, все это звучит безумно. Сара была мне никем, в моих венах не текла ее кровь, но все же, я чувствовала сильное притяжение к ней тоже.

Она заботилась обо мне, она улыбалась мне, как моя мама когда-то. Это согревало мое сердце.

— Не ругайся, — тихо сказала я Блейку. Мой взгляд метнулся к Саре и Барри, когда он фыркнул и поцеловал уголок моего рта. Ох! Мое лицо сразу же стало красным, как амбарные ворота. Блейк сжал мою руку, и я одарила его строгим взглядом. Он не мог делать это на людях. Боже мой.

— Микки, — громким шепотом позвала Пи из коридора. Я почувствовала, как румянец вернулся на мои щеки, когда увидела ее голову.

—Ты пьешь со сливками? — спросила Сара.

— Да, я приду через минуту.

Пи приоткрыла дверь и позволила мне протиснуться в комнату.

— У меня больше нет штанишек.

— Я знаю. Твой папа собирается съездить домой и привезти нам одежду. Тебе придется походить в тех же шортах. Бабушка Сара их постирала.

— Иди, принеси их. Мне надо пописать.

— Тебе пройти прямо через коридор. Ты не можешь пописать без шорт?

— Нет. Кто-нибудь увидит моих монстров, — захихикала она, разворачиваясь попкой и тряся предо мной маленькими зверюшками.

— Ах, ладно. Не волнуйся. Я тебя прикрою. Подожди, — сказала я, абсолютно ее понимая. Мое лицо только что превратилось из бледного в ярко-красное от одного невинного поцелуя. Я понимала ее.

Достав шорты, которые полетят в мусорное ведро, как только у нас появится одежда, я зашла в ванную, нанесла зубную пасту на ее щетку, пока она писала, и писала, и писала. Бог ты мой.

— Мы собираемся жить тут?

— Нет, мы собираемся навестить бабушку Грейс ненадолго.

— Как мы сделали на Рождество?

— Да, вот. Вымой руки.

— Подожди. Что это? — я не пыталась остановить ее, когда она выглянула в окно. Толпа на улице была громкой. Пи тоже это услышала. — Мы знамениты?

Я засмеялась и протянула ей мыло. Радостное волнение на ее лице убедило меня, что она счастлива быть знаменитой. Глупышка.

— Только ты. Пойдем. Мне нужно кофе.

— Фу, на вкус он, как уголь.

— Откуда ты знаешь, какой вкус у угля?

— Я лизнула его, когда мы жили в доме у леса.

Пихнув ей в руку зубную щетку, я хмуро посмотрела на свое отражение в зеркале.

— Зачем?

— Он вкусно пах.

— А на вкус?

— Как кофе.

— Чисти зубы. Я пойду на кухню. И не лижи больше ничего, что вкусно пахнет, — предупредила я, открывая дверь Блейку. Мое лицо снова покраснело. По ухмылке на его губах и блеску в его глазах я поняла, что было у него на уме.

— Ты прекратишь смущаться в моем присутствии? — спросил Блейк, пытаясь взять меня за руку. Я отняла ее и открыла дверь в нашу комнату.

— Нет, ты перестанешь целовать меня на людях, — возразила я, сдергивая покрывало с кровати. Блейк продолжал улыбаться и схватил покрывало, чтобы помочь, или это я так думала. Он потянул его к себе, пытаясь дернуть меня на кровать. Я отпустила его.

— Блейк, перестань. Пи скоро придет, — предупредила я, когда он бросился вперед и повалил меня на кровать. Он навис надо мной, и его рука мгновенно потянулась к моей футболке.

— Не могу, — признался он, целуя меня в губы. — Я не хочу останавливаться, никогда.

Слава Богу, я почистила зубы. Правда что ли? Мать честная! Прежде чем я поняла, что происходит, Блейк был между моих ног, и я стонала в его губы. Его руки скользили по моей спине, и я забыла обо всем на свете, обо всем, кроме чувств, которые вызывал во мне этот мужчина. Я обхватила его ногами, мои бедра двигались в такт с его бедрами. Одежда, разделявшая нас, едва ли была препятствием желанию, возникшему между нами. Я не сомневалась, что кончу лишь от одной эрекции, выпиравшей из джинсов Блейка, но я остановила его прежде, чем это случилось.

— Господи, Блейк, — выдохнула я, отворачиваясь от него, но он не остановился. Его руки продолжали исследовать мое тело, пока его губы оставляли настойчивые, теплые, влажные поцелуи на моей шее и груди. Я почти снова потеряла контроль. Мои глаза снова закрылись, а бедра опять начали тереться о него. Мой клитор требовал большего, и на короткий миг, я почти позволила этому случиться. Пока Пи не прервала нас. Я хихикнула Блейку в губы.

Тут. Тук.

— Пенни.

Тук. Тук.

— Пенни.

Тук. Тук.

— Пенни.

— Кто такая Пенни, черт побери? — спросил Блейк, вопросительно выгнув бровь. Боже, как я любила этого ребенка.

— Тссс, — прошептала я, целуя его в губы. Я выскользнула из-под него и на цыпочках подошла к двери, потянув за собой Блейка. Я взялась за холодную дверную ручку и подождала.

Тук. Тук.

— Пенни.

— БУУУУУУУУ! — закричала я, хватая Пи на руки, когда она завизжала. Я засмеялась, на крик прибежали Холдены.

Черт.

— Святой Боже. Что случилось? — спросила Сара, Барри бежал следом.

Я спустила Пи с рук и извинилась.

— Ой, простите, мы просто играли.

Барри улыбнулся нелепой, во все тридцать два зуба улыбкой. Я отвела глаза. Ничего не могла с собой поделать. Я еще не была готова улыбаться ему в ответ.

— Пи, хочешь помочь мне приготовить оладьи? — Сара протянула к нам руку.

Конечно же, Пи улизнула и взяла ее за руку.

— Да! Ты можешь сделать жирафа? Микки может, но всегда ломает ему шею. Потом мы поливаем его сиропом, и из него течет кровь. — я покачала головой на ее объяснение про кровь и повернулась к Блейку, который все еще стоял в спальне. Ей обязательно нужно было продолжить и рассказать об этом. Ее бабушка с дедушкой рассмеялись. Слава Богу, я больше не была никудышней няней.

— Пойдем, выпьем кофе.

— Я не могу.

Пожалуйста, не смотрите. Пожалуйста, не смотрите. Кричал мой мозг моим глазам, будто зная, что произойдет. Я посмотрела.

Проклятье.

Блейк затащил меня обратно в комнату и закрыл дверь. Зажав меня между дверью и своей эрекцией, то есть своим телом, он снова поцеловал меня.

— Мы должны заняться этим. Я не могу больше терпеть.

— Нет. Нужно было заниматься этим прошлой ночью.

— Ты была расстроена.

— Я не буду заниматься этим здесь, когда Сара и Барри прямо там!

— Думаешь, это первый раз, когда я занимаюсь сексом на этой кровати, когда они там? Я собирался жениться на их дочери. Мы провели тут много времени, — тон Блейка был умоляющим, но его слова окатили меня, словно ледяная вода.

Его слова ударили меня, словно пощечина.

— Ты занимался сексом с Дженни здесь? — спросила я, отходя от него. Мне не нужно было поворачиваться, когда я услышала громкий стук, я знала, что это Блейк ударился головой об дверь. Я уставилась на незаправленную кровать. Я совсем недавно спала с Блейком в той же кровати, в которой он спал с Дженни. И почему меня это так увлекало?

— Что, Макайла?

— Что? Почему ты так говоришь?

— Как? Я скучал по тебе. Я просто хочу быть с тобой, а ты все усложняешь, — ласково сказал Блейк, притягивая меня к себе. Не дикой и жаждущей хваткой, а нежно, словно он пытался сделать то, чего я хотела.

— Я не хочу, чтобы наш первый раз произошел здесь, когда они поблизости.

Блейк раздраженно вздохнул и поцеловал меня в лоб.

— У нас это не в первый раз. Все в порядке. Давай, иди. Я пойду в душ и позабочусь об этом, — заявил он, отпуская меня.

Я посмотрела вниз, затем снова на него. И почему мне не очень комфортно по этому поводу? Я знала, о чем он говорил, он собирался подрочить. Я не могла это обсуждать. Ни за что. Я краснела лишь при одной мысли об этом. Сладостная тяжесть внизу живота усилилась, и я сразу же почувствовала, что стала мокрой. Наверно, мне тоже понадобится душ.

— Не делай этого, Блейк. Я поеду с тобой. Мы вместе съездим в пентхаус. В любом случае, ты не знаешь, что взять.

— Нет. Оставайся здесь. Я возьму только одежду. За остальным мы вернемся потом. Я не хочу, чтобы ты сталкивалась с прессой. Они не очень милые люди.

— Мы не преступники.

— Ты можешь поехать, если действительно хочешь, но мы там ничем заниматься не будем. Холден тоже едет.

— Я останусь здесь, — сказала я уступая.

То, чем он собирался заняться в душе, не выходило у меня из головы. Блин. Я хотела это видеть.

Блейк поцеловал меня и повел из комнаты. На этот раз именно я перешла в наступление. Мои руки скользнули вверх по его рубашке к ребрам.

— Пожалуйста, не делай этого.

— Не делать чего?

— Ты знаешь, о чем я говорю. Я не хочу, чтобы ты это делал. У нас ведь будет время сегодня ночью, правда? — спросила я. Я даже не понимала, какого черта происходило.