Читаем Поломанный (СИ) онлайн бесплатно

Из визуализации Всеволия Неизвестного.

Внизу послышался глухой шум, напоминающий подземные толчки, какими мы их себе представляем. Тут подобное ощущается лишь слабыми отголосками вибраций.

Шепоты энергий душ, как обычно, прокладывали путь в окружающую меня неизвестность. Да, конечно, я бы мог просто парить из одной точки в другую, проецируя то, что нужно и когда мне нужно, но всё это уже изрядно надоело и наскучило ещё после завершения первого цикла моего существования.

Меня зовут Айшаник Великий или Всеволий Неизвестный, что, впрочем, не так важно. Однако, приставка Великий, как и второе имя — Айшаник, у меня появилась совсем недавно, в виду событий, о которых пойдет повествование.

В моем мире все понимают и считывают друг друга без тактильного, звукового и уж тем более, без зрительного контакта. Мы, обитатели Великой Неизбежности, почти не пересекаемся и крайне редко выходим на смежные потоки. Все выстраивают своё существование в Везбести самостоятельно — и так, как заблагорассудится. Везбесть, как вы могли догадаться, сокращенное название Великой Неизбежности. А тех, кто слишком долго не оставляет следов своего существования, мы называем «везбести пропавшими». Они не умерли и, по большому счету, никуда не делись, просто не хотят ни с кем пересекаться или попросту забылись — потеряли нить своего существования и смысл бодрствования. В Везбести нет смерти в привычном ее понимании. Кто-то может лишь надолго раствориться в вечной темноте, стерев все следы своего жизненного цикла. Одни бесконечно висят в пространстве, ни о чём не думая, или, наоборот, думая обо всём и сразу. Другие представляют и визуализируют жизнь на Земле. Никем не виденную, но ощущаемую на каком-то ином, тонком уровне. Мы определенно с ней связаны, однако, в чём суть этой таинственной связи до сих пор неизвестно.

Лично я решил собирать нити душ с цветов-перекрёстов. По заверению древних правителей, корень каждого такого цветка связан с одной душой на Земле. Вся их суть в перекрёстных волокнах, которые здесь служат, своего рода, допингом. Надеюсь, вы поймете меня правильно. Волокна усиливают действие визуализаций в окружающей неизвестности. Оттого наступает наслаждение и рождаются неплохие аргументы при обмене потоками знаний. Это один из немногих способов забрать больше визуализаций, нежели дать, получая при этом некую индивидуальность. А по большому счету, никакой индивидуальности в Везбести нет, но нам же нужно как-то развлекаться. И я вообще не уверен, верно ли выбрал язык для своего послания. Сможет ли кто-то из землян меня понять? В любом случае попытаться стоит, ведь это та самая редкая возможность — прикоснуться к таинственному и неизведанному. Остается надеяться, что осознание достигнет вас на ином бессознательном уровне.

Возвращаюсь к допингу. Просто так нити душ с цветка-перекрёста собрать не получится. Нужно дождаться момента цветения и лишь тогда собирать перекрёстные волокна, иначе достанутся лишь безжизненные нити, не имеющие ценности.

Перекрёстные волокна пропускаются через фильтры визуализаций, и только после этого из них получаются нити душ, готовые к использованию. Совсем забыл — ещё из них можно сделать удобный мешочек для хранения особых визуализаций. Тех, что никогда не забудешь, если сам не решишь их выбросить. Моё послание отправится как раз в один из таких мешочков.

Цветы перекрёста хранятся в специально созданной оранжерее, на её содержание уходит немало нитей душ. Но чего не сделаешь, ради любимого хобби. Так или иначе, девать лишние нити всё равно некуда.

К моему разочарованию, редкие экземпляры цветут постоянно, но и те с небольшими перерывами на перезарядку. Обычно они вянут, не удосужившись распуститься даже единожды. Возможно, только я такой везунчик, не знаю. Но судя по тому, сколько визуализаций можно выменять на один небольшой моток непереработанных перекрёстных волокон, тенденция удручающая.

Опасения подтвердились после встречи с Аркарием Внезапным. Его информация о цветах-перекрёста оказалась аналогичной. Значит, дела идут не очень не у меня одного. Аркарий также выбрал собирательство нитей душ в качестве развлечения в Великой Неизбежности.

Не знаю, можно ли о таком рассказывать, но есть в Везбести ещё одно тайное развлечение — поиск пространственных провалов. Говорят, они приоткрывают завесу тайны и являют происходящее на Земле, в столь желанном и запретном для нас мире. Независимо от того, существуют ли провалы на самом деле, каждый житель Везбести знает одну единственную истину на этот счет — ничто из мира нашего не должно попасть в мир земной. Причин запрета мы не знали, но в истину этих слов беспрекословно верили. Многие даже подумывали о том, что это всего лишь вымысел древних правителей Неизбежности, правящих ещё до её величия. Бесконечное множество витиеватых маршрутов в поисках пространственных провалов долгое время не давали положительных результатов ни мне, ни другим искателям. Но робко веря в их существование, мы не прекращали поиски. И вера в провал оправдала себя в тот момент, когда я сам напоролся на чудо Неизбежности.

Мне не только повезло его отыскать, но и едва не угораздило провалиться. Лишь чудом я успел визуализировать пространственный упор и ухватиться. Хорошо, что остался запас нитей душ, ведь я спустил большую их часть на огромный крытый тоннель вокруг себя. Я визуализировал тоннель бесцельно, от скуки — на него я и спустил не только основные запасы нитей, но и существенное количество сил и энергии. Я знал, что они полностью восстановятся, но все же на это потребуется время, а вот сколько, только древним правителям и известно. Мы тут счёт времени вообще не ведём, потому что от него ровным счетом, практически ничего не зависит.

Провал был найден случайно. Я как обычно нёс в свою оранжерею очередной почти увядший цветок-перекрёста, как вдруг меня ни с того ни с сего потянуло вниз. Нависая над пропастью, и ухватившись за визуализированный упор, мне оставалось только наблюдать, как сорвавшийся цветок медленно падает в провал. Сейчас мне трудно с максимальной детализацией визуализировать увиденное, но то что мне открылось было восхитительно! Для меня это было сродни чуду, но вы наверняка имеете большее представление об этом, ведь это всё-таки ваш мир.

Как только эйфория от столь грандиозного открытия улеглась, пришло осознание того, что строжайший запрет нарушен. Теперь цветок из нашего мира оказался на Земле, и как вернуть всё на круги своя я и предположить не мог…

С трудом открыв глаза, Алекс понял, что дела плохи. Дымка тумана окутала зрение и сознание, а тело находилось в полном оцепенении. Яркие жёлтые пятна перед глазами сменяли друг друга каждые несколько секунд.

Пелена с глаз начала понемногу спадать, а сознание проясняться. Люди в бирюзовых халатах и медицинских масках светили в глаза фонариками в форме маркера, щупали пульс и совершали другие манипуляции с телом, при этом делая какие-то пометки в бумагах. Алекс не слышал их разговоров, лишь непрекращающийся монотонный гул. Попытку издать хоть какой-то звук пресекла пластмассовая маска, закрепленная на лице.

Недолгое пробуждение оказалось весьма утомительным. Алекс вновь вернулся в бессознательное состояние. Вероятно, этому способствовала приличная порция седативных и обезболивающих препаратов.

Алекс постепенно приходил в сознание. Белый обшарпанный потолок, запах лекарств, старые железные койки. Без сомнений — это больничная палата. Головная боль не позволяла долго держать глаза открытыми, а тело будто приковало к кровати. С трудом удалось принять сидячее положение. Ему не терпелось выяснить наверняка, где он и что с ним произошло. Во время движения, тело пронзила резкая боль в ногах и груди. Алекс сидел, пытаясь оправиться от болевого шока. В палату вошла тучная женщина в розовом хирургическом костюме.

— Тоцкий А. А.? — спросила она, — вы Тоцкий?

Алекс понял, что обращаются к нему.

— Да, это я — неуверенно ответил Алекс, болезненно взглянув на женщину, — скажите, где я, и как долго здесь нахожусь?

— Ты что же, совсем ничего не помнишь? — с ноткой сострадания спросила женщина.

— Совсем ничего. Скажите, что со мной произошло? — продолжил Алекс.

Женщина оказалась добродушной медсестрой ожогового отделения городской больницы. Она рассказала, что нашли его на обочине дороги, возле лесополосы, недалеко от города в бессознательном состоянии. По словам её коллег из кареты скорой помощи, вся одежда была обожжена и местами даже ещё тлела, но никакого костра или пожара поблизости не было. Что казалось весьма странным.

— Да, кстати, по пути ты что-то бормотал про человека в чёрном и какое-то дерево. Я это в курилке услышала. Странно всё как-то. Ой, я побежала, мне велено сообщить врачу, как вы очнетесь. Ложитесь и не вставайте, — сказала женщина, уходя из палаты.

Она постоянно переходила с «ты» на «вы», что ничуть не смущало Алекса. Такое обращение было сродни материнской заботе. Алекс принялся внимательно разглядывать палату.

— Четыре на пять — двадцать метров. Высота — три с половиной, может чуть меньше. Семь коек, один стол, пять маленьких тумбочек возле кроватей, большое окно, дверь, — бормотал Алекс, анализируя свое местонахождение.

По своей натуре Алекс был весьма расчетлив. Он анализировал и продумывал каждое действие на несколько шагов вперед. Возможно, он стал таким в виду постоянной юридической практики в делах на грани профессиональной этики, где нужно учитывать даже самые незатейливые мелочи.

В тот момент палата пустовала, однако, было видно, что все койки кем-то обжиты. Тумбочки заставлены кружками, книгами, печеньями и прочей мелочью, необходимой для обособленного проживания вне дома. На спинках кроватей висели полотенца и разное тряпьё.

Действие обезболивающих заканчивалось. Резкая боль начала проступать при малейших движениях ногами. На руках и груди тоже были наложены перевязочные бинты, но по ощущениям больше всего пострадали именно ноги, в особенности левая. Масла в огонь подливало и полное непонимание происходящего. Алекс пытался отыскать в своем сознании хотя бы тоненькую ниточку, ухватившись за которую можно вернуть свои воспоминания.

В раздумьях Алекс лег на койку. Его внутренне состояние моментально изменилось. Возбужденное беспокойство, перерастающее в страх, охватило настолько, что сковывало любое движение тела. Он ощущал себя загнанным кроликом, которого ждёт неминуемая гибель в пасти грозного хищника. Грудь сдавило, а сознание начало проваливаться в бездну неизвестности, затягивая в пучину мрака и душевного скрежета.

Невыносимый гул вновь заполнил голову. В глазах рябило, подобно экрану старого телевизора. Обзор стал постепенно сужаться. В месте, где только что виднелись пятна, от плохо побеленного потолка, появился силуэт уродливой маски с ярко-синими отметинами в виде глаз. Это нечто пыталось пролезть или, скорее, просочиться сквозь потолок, как через натянутую ткань. Вслед за маской появились руки, ноги и бесформенное туловище. Спустя несколько мгновений над Алексом уже нависал огромный человеческий силуэт с тьмой вместо лица и горящими в бездне темноты глазами. Через секунду чёрный сгусток бросился на него, отчего Алекс потерял сознание.

— Где я? Где я? Где я? Где я? Где я? Где я? — множественным эхом разлетелся резонный вопрос.

Неожиданно для себя Алекс очутился в абсолютно пустом тёмном пространстве. Будто в комнате без окон резко выключили свет, и глаза ещё не успели привыкнуть к окутывающей темноте. Неприятные ощущения, до мурашек на загривке. К тому же, весьма небезопасно вот так стоять в пространстве не зная, что в действительности тебя окружает.

Каждое сказанное слово множилось, отдалялось или, наоборот, приближалось сотнями искаженных вариаций. Решив поменьше болтать, Алекс пытался вглядеться в темноту, в надежде увидеть хоть что-то. И это получилось. Вдалеке виднелись какие-то овальные разрывы в пространстве — словно в плотном чёрном полотне, укрывающем яркий прожектор, наделали дырок и свет вырвался на свободу, постепенно отвоёвывая тёмное царство. Струящийся тёплый жёлтый свет из разрывов сопровождался едва слышными голосами. Некоторые показались до боли знакомыми, но вот чьи они, сразу разобрать не получалось.

Алекс медленно пошёл к одному из разрывов, осторожно вымеряя каждый следующий шаг. В одном из них он увидел девушку. Сердце тут же сжалось от трепета, грудь наполнилась обжигающим теплом, а на глаза предательски накатились слёзы. Девушка совершенно точно была знакома Алексу, но кто она, оставалось загадкой. Внимательно разглядывая её сквозь пространственный разрыв, он чувствовал, что всё это уже происходило. Едва ли это ошибка памяти или дежавю. Звук голоса был нечитаемым, словно девушка находилась в автомобиле с наглухо поднятыми стёклами. Поняв, что его наблюдения сугубо односторонние, Алекс просто продолжил смотреть в её большие голубые глаза, на искреннюю улыбку, русые волосы и хрупкие плечи. Прижать её к себе или прижаться к ней самому, как младенец прижимается к груди матери — это единственное, что тогда хотелось.

— Ай, — вскрикнул Алекс, повалившись назад. Что-то одернуло его. Портал закрылся.

— Снова эта тьма. — пронеслось в мыслях Алекса, — Так! Пора включать голову.

— Голова на шее стоящая, к туловищу прикреплённая, ногами движимая. А если не в силах ноги двигать тело по земле бренной, можно и на четвереньки встать, собаке уподобившись, — раздался неизвестный металлический голос.

Алекс остолбенел. Он действительно в это время стоял на четвереньках пытаясь подняться на ноги.

— Я к чему это? Чем человек от собаки отличается? Нет, не так! Чем ты лучше собаки? Нет, снова не так! Я постоянно путаюсь в мыслях и забываю о главном. Хе-хе-хе. Чем ты человечней собаки? — продолжил звонкий металлический голос.

— Что ты несешь? Кто ты? Хватит устраивать здесь шоу. Не наигрался еще, придурок? Включай свет и выходи! Ты еще пожалеешь над тем, что тут устроил… — Алекс завелся не на шутку и негодовал ещё какое-то время. Остановившись перевести дыхание, понял, что ответа на его реплики не последует. Вокруг была абсолютная тишина и уже привычная мгла без конца и края.