Читаем Полигон онлайн бесплатно

Город Пермь, наши дни.

Раннее июльское летнее утро, на небе ни одного облачка. Солнце поднималось по своему неизменному маршруту. Ветра не было, и температура медленно, но верно повышалась, предвещая жаркий день. Аэродром местных авиалиний «Бахаревка» жил своей жизнью. То и дело в воздух взлетали небольшие самолеты, по территории сновали заправщики, технари и другой персонал. Напротив здания аэроклуба «Полет» топталась группа парашютистов, ожидая команды построения перед посадкой в «кукурузник».

Вскоре к ним неторопливо вышел высокого роста, коренастый инструктор. Послышалась команда «Стройся!» и 10 парашютистов построились в одну линейку на последний перед полетом инструктаж. Инструктор размеренным шагом ходил вдоль строя, повторяя «прописные истины» техники безопасности при первом прыжке. Затем по команде все стали грузиться в самолет. Захлопнулась дверь, был убран трап, и самолет с опознавательными знаками аэроклуба стал выруливать на взлетную полосу. Еще несколько минут, и, разбежавшись, он взмыл в небо, набирая высоту. Из 10 курсантов не все были «первопроходцами». Четверо парней в недавнем времени служили срочную службу в ВДВ и имели за плечами по нескольку прыжков. Держались они уверенней других, но и им пришлось помогать при укладке парашютов. Ребят в клуб привела ностальгия по армии, и в преддверии Дня ВДВ они решили вновь ощутить мгновения свободного полета.

Такой уверенности не было на лицах других курсантов. Среди них была молодая пара – Соня и Евгений, которые решили таким образом свои чувства проверить на крепость. С бледными лицами они сидели в самолете молча и держались за руки. Остальные три парня и девушка Катя хотя и волновались, но перекидывались шуточками и остротами, поднимали себе моральный дух. Каждый из парней пытался выглядеть перед барышней более смелым и мужественным. Глядя на них, инструктор, он же директор аэроклуба Дымов Владимир Иванович, вспоминал свой первый прыжок. То было во время учебы в Рязанском высшем десантном училище. Страху тоже натерпелся, но коллективный дух победил, никто из их взвода не хотел показать слабость и трусость. А за компанию любые страхи были нипочем.

«Кукурузник» сделал круг над аэродромом и вышел в квадрат десантирования. Загорелась сигнальная лампа начала прыжков, и инструктор дал команду встать. Разговоры смолкли, все пристегнули карабины к фалу и повернулись к инструктору, который открыл двери. В самолет ворвались резкий теплый ветер и рев двигателя. Курсанты поправили на шлемах очки и, держась одной рукой за кольцо, стояли и ждали команды на прыжок.

– Первый пошел, второй пошел… – стал командовать инструктор. Каждого из прыгающих он похлопывал по плечу, чем придавал уверенности перед незабываемыми впечатлениями.

Кто не прыгал с парашютом, тот не поймет устных описаний нахлынувших ощущений от полета. Сначала это жуткий страх, а потом, когда над тобой раскрывается парашют, приходят неописуемый восторг, радость и счастье.

Сам инструктор прыгал замыкающим. И хотя это был прыжок по количеству где-то в девятой сотне, но и Дымов в очередной раз получил порцию адреналина. Сверху ему было видно, как все купола раскрылись и курсанты благополучно приземлились. Шишек они себе при приземлении, конечно, набили, но все были целы и здоровы. Своеобразная реакция на земле от прыжка была у «бывалых» ребят, которые обнявшись за плечи, прыгали в заводном хороводе и выкрикивали «кричалки» о ВДВ. Не отставала от них и другая четверка курсантов. Ребята прыгали от радости вокруг счастливой девушки. А молодая пара после приземления и сбора парашютов стояла крепко обнявшись. Только теперь выяснилась причина их поступка. При всех Евгений попросил «руки» Сони и вручил ей обручальное кольцо. Та засмущалась и дала свое согласие. В общем, прыжки прошли без накладок и происшествий. Подошедший на поле «Пазик» собрал парашютистов и привез на базу аэроклуба, где курсантов приветствовали друзья и знакомые. Дымов прошел в свой кабинет и бухнулся на диван. Распечатанная бутылка «Боржоми», взятая по ходу из холодильника, была как никогда кстати.

Биография Дымова не сильно отличалась от биографий других военных, дослуживших до пенсии. Родился он в Перми в неблагополучной семье. Отца не видел никогда. Мать, которая была из детдомовцев, не смогла по молодости справиться со своими материнскими обязанностями и ввиду отсутствия жилья, работы и средств к существованию лишилась родительских прав. Сына Вову у нее забрали и отдали в шестимесячном возрасте в областной дом малютки, а позднее перевели в детский дом. Видимо, гены по отцу были хорошими, поэтому парень рос здоровым, любознательным и хулиганистым. Желающих его усыновить не нашлось. Сама обстановка в большом коллективе вперемешку с «законом джунглей» заставила Вову заняться спортом. Много видов спорта он перепробовал, но любил бокс и самбо. В то советское время карате и других восточных единоборств еще не было. К 18 годам стал задумываться о дальнейшей жизни. Решил стать военным, и не просто, а служить в ВДВ. Всякое в жизни было, но Бог уберег его от серьезных неприятностей и тюрьмы, куда попали многие его друзья. Школу он закончил на тройки, но, будучи сиротой и парнем здоровым, был принят в Рязанское военное училище ВДВ. По его окончании жизнь помотала молодого лейтенанта по всему Союзу. После распада СССР, уже в российской армии, пришлось побывать во всех горячих точках, как у себя на Родине, так и в составе миротворческих сил за рубежом. За время службы Дымов пошел вверх по карьерной лестнице, от лейтенанта дослужился до полковника – командира десантно-штурмового полка ВДВ. Последняя его войсковая часть по счастливой случайности дислоцировалась здесь же, в Перми, на базе закрытого ВАТУ (военного авиационного технического училища). Жил он в служебной «однушке» в доме недалеко от части, где в одной из пятиэтажек было семейное общежитие квартирного типа. Купил машину, новый «Форд-фокус», и капитальный гараж. Личная жизнь из-за профессии как-то не сложилась. Однако дело молодое, и по каждому месту службы Дымов имел отношения с женщинами. Уже здесь на последней – и «споткнулся». Встретилась и стала его супругой та, о которой он и не мечтал.

За прошлые заслуги перед государством он после последней командировки и демобилизации получил сертификат на жилье. На «гражданке» друзья помогли устроиться на первых порах в ДОСААФ, а затем он стал учредителем и гендиректором аэроклуба «Полет», расположенном на забытом всеми аэропорту «Бахаревка».

Что касается прыжков с парашютом, то Дымов периодически с какой-нибудь очередной группой курсантов в свое удовольствие проводил инструктажи и вместе с группой прыгал.

Отставка его из армии не была связана по большому счету с предельным возрастом или здоровьем. А до этого случилось то, что он сам не мог объяснить ни себе, ни в свое время командованию…

Лежа на диване, Дымов включил телевизор, переключая пультом программы. На «Культуре» шла какая-то передача из Новгородской области. Давал пояснения историк-краевед Черепков:

– …В этом месте после проливных дождей и оползня почвы обнаружились постройки древнего города XIII века. Предположительно, его название Ветлуг. О его существовании свидетельствуют многочисленные источники в письменах и артефактах, находящихся в наших хранилищах. Мы видели хорошо сохранившиеся фрагменты столбов каменных ворот крепостной стены и других зданий. Очертания и толщина стен свидетельствуют о том, что город был не бедный и, по тем меркам, большой. Дальнейшие раскопки помогут нам ответить на многие вопросы о нем…

Дымов замер от увиденного и услышанного.

Он вспомнил показанные столбы ворот – он узнал этот город.

Два года назад.

8 августа в 10.00 на военный аэродром «Сокол» Екатеринбурга приземлился самолет Министерства Обороны РФ «Як-40». К нему сразу подъехал бронеавтомобиль «Рысь». Из самолета в машину пересел капитан фельдъегерской службы. Через 40 минут броневик въехал на территорию штаба Уральского военного округа.

Адъютант командующего, майор Тарачев зашел в кабинет своего шефа и доложил о прибытии фельдъегеря с пакетом. В мягком кожаном кресле в большом кабинете за столом сидел генерал-майор Сергей Валентинович Иванов.

«Да, – думал он, – если пакет из генштаба, значит, дело серьезное». Ему еще вчера о нем сообщили по спецсвязи.

– Пускай зайдет, – велел генерал адъютанту. В кабинет зашел бравый капитан, представился:

– Фельдъегерь Седых.

«Наличие у капитана усов и форма лица выделяют его сходство с артистом Панкратовым-Черным», – невольно заметил про себя генерал.

Из кожаного портфеля капитан достал бумажный пакет с сургучными печатями и передал командующему. Затем дал расписаться в его получении в спецжурнале. Покончив с процедурными формальностями, спросил разрешение идти, и, получив добро, вышел из кабинета.

Служил генерал давно, прошел, как говорят, «огонь-воду и медные трубы», начальства не боялся. Часто выезжал в части и не только в баньку сходить и грешным делом водки попить, но и проверить боевую готовность, и не на бумаге. Командиры частей об этом знали и уважали своего командующего за это. Генерал вызвал адъютанта и приказал через 30 минут собрать к нему начальников штаба и тыла и заместителя по личному составу.

Ровно в 12 в большой кабинет шефа вошли начальник штаба полковник Аксенов, начальник тыла подполковник Архипов и заместитель по личному составу подполковник Сенькин.

– Прошу садиться, – велел генерал и вскрыл полученный пакет, в котором находился приказ министра обороны. Прочитав текст, он обратился к присутствующим:

– Товарищи офицеры! Нам приказано, в связи с проведением совместных военных учений стран ОДКБ «Рубеж» на территории Республики Белорусь в период с 22 августа по 1 сентября сего года откомандировать из состава округа ограниченный контингент в количестве 500 военнослужащих десантно-штурмового полка (ДШП) ВДВ без штатного вооружения на Новоселицкий полигон Новгородской области. Доставку личного состава осуществить железнодорожным транспортом. Дата отправки 10 августа сего года, а прибытие на место 12-го.

Участие в учениях такого уровня для нас впервые. Это большая честь для округа, и мы не должны ударить в грязь лицом. Какие будут предложения?

Поднялся со своего места полковник Аксенов:

– У нас в округе два ДШП ВДВ, Дымова и Фомина. Полк Фомина год назад участвовал в общевойсковых учениях и показал неплохие результаты. Однако полк Дымова имеет опыт боевых действий и состоит на 70 % из контрактников. Я предлагаю направить на учения контингент из полка Дымова, под его же командованием.

– Я поддерживаю предложение начальника штаба, – продолжил подполковник Сенькин. – В полку Фомина в основном призывники-срочники. С поставленными задачами на учениях они могут не справиться.

– Я такого же мнения, – заключил подполковник Архипов.

– У Дымова в полку – порядок, личный состав всем обеспечен.

– Хорошо! Так и решим, – подвел итог командующий. – Начальник штаба, решите вопрос с эшелоном, а вы, – обратился он к Сенькину, – подготовьте приказ об откомандировании личного состава и вызовите ко мне сегодня на 17 часов Дымова. Всем тоже быть, еще раз все обмозгуем. Свободны.

Офицеры встали и вышли из кабинета.

Был час дня, когда дежурный по части нашел на стрельбище командира полка и попросил срочно прибыть в штаб. Ох, и не нравились полковнику Дымову такие вызовы. От начальника связи узнал о телефонограмме округа связаться с заместителем командующего Сенькиным. По телефону спецсвязи связался с ним. На другом конце провода Сенькин передал приказ генерала явиться к нему в 17.00. Положив трубку телефона, Дымов вызвал служебную машину. До Екатеринбурга доехал быстро. В 17.00 четыре офицера вошли в кабинет командующего.

– Товарищ полковник, – обратился генерал к Дымову, – ознакомьтесь с приказами, – и передал ему свой приказ и министерский.

Прочитав их, Дымов стал ждать дальнейших указаний. Генерал обратился к другим офицерам и велел доложить, что ими уже сделано.

– Мною достигнута договоренность с руководством железной дороги о предоставлении эшелона для переброски личного состава до станции Новгород. Бумаги все оформлены. Отправка будет 10 августа со станции «Бахаревка» в 10.00, – доложил начальник штаба Аксенов.

– В эшелоне будут два вагона-ресторана. Необходимым продовольствием будут обеспечены, – продолжил подполковник Архипов.

– Кого оставите на хозяйстве? – спросил Сенькин.

– Думаю, подполковника Ушакова.

– Хорошо. Надо отменить отпуска и отгулы личному составу. Отозвать из отпусков нужных офицеров. В числе командированных должны быть здоровые и подготовленные бойцы. Своим приказом назначьте начальника эшелона, дежурных. В каждом вагоне с солдатами должны быть командиры взводов. Составьте распорядок дня на время следования, чтобы личный состав не расслаблялся, – получил указание от Сенькина Дымов.

– Владимир Иванович, – обратился к Дымову генерал, – округ оказывает вам большое доверие. Надеемся, что поставленные командованием на учениях задачи будут выполнены с достоинством и честью. Отправляйтесь в полк, готовьте личный состав к отправке. Амуницию, оружие и технику получите на полигоне.

Все офицеры пожелали полковнику удачи, пожали руки, после чего вышли из кабинета командующего.

На обратной дороге теплый салон машины и постоянное потряхивание расслабили полковника. Он хоть и прикрыл глаза, но разные воспоминания и мысли о предстоящей командировке не давали задремать. Вспомнились и первые дни службы в полку.

Началось все с приятных неожиданностей. С подполковником Ушаковым Юрием Михайловичем они долго приглядывались друг к другу, пока, наконец, в один из вечеров, под конец рабочего дня, Ушаков не принес в кабинет нового командира фотографию, положив ее перед ним.

– Ничего, случаем, Вам это не напоминает, Владимир Иванович?