Читаем Пограничник онлайн бесплатно

Это началось опять неожиданно. Спеша к припаркованной машине, он вдруг понял, что с этой секунды все события будут происходить с беспощадной неотвратимостью. Он остановился в проходе между домами и не мог двинуться ни на шаг вперед. Вернее, мог, но знал, что за это придется заплатить собственным здоровьем, а то и жизнью.

Однако это было еще не все. Он четко представлял, что сейчас происходит совсем рядом — ведь это он видел во сне. Если хотя бы на пару минут раньше он понял, что события начинают происходить в точном соответствии со сном, то еще бы успел. Но уже подошел к остановке последний трамвай, и простучали по асфальту каблучки спешащей домой девушки — ей оставалось совсем недалеко…

«Какое мне дело до всего этого? Таких несчастных дурочек в огромном городе пропадает за год чуть не сотнями. Сама виновата!» — который раз тщетно внушал он себе, прекрасно осознавая, что она не была дурочкой — девушка где-то училась и училась хорошо, и сегодня она просто задержалась допоздна, исследуя каталог библиотеки перед экзаменами…

Стоя в укромной тени арки, он услышал пьяный возглас. На свою беду, ему было даже в деталях понятно, как выглядят эти три искателя приключений.

«Беги, дуреха! Беги!» — все кричало внутри. Его сознание разрывалось между порывом души и холодным прагматизмом: «Я все равно не смогу ей помочь. Зачем мне это знать? Зачем я здесь? Ведь они вооружены…»

Он не замечал, как его пальцы до крови впились в кирпичную кладку — с улицы донесся испуганный крик девушки. Но он уже понимал, что не придет на помощь — его прагматизм победил. Зачем помогать чужому человеку, рискуя собственной жизнью? Кто она ему? Она была не первой и не будет последней — таких сотни вокруг, все равно, ко всем ему не прийти на помощь…

Он не знал, что эта несчастная все-таки станет последней жертвой его равнодушия. Однако это понимание придет позже, а пока он в отчаянии бил кулаками в стену, слушая отдаленные звуки возни, довольное гоготание налетчиков и хлопанье дверей отъезжающей машины. Он обреченно сознавал, что больше в этот мир несчастная девушка, спешившая с занятий к маме, никогда не вернется…

Кончик кия неуверенно подрагивал. Артур Михайлович уже второй раз обходил вокруг стола, примеряясь к трудному раскладу, и, наконец, выбрал не самый удачный шар. Сегодня у него явно не шла игра, и сет из четырех партий он проигрывал всухую. Если учесть, что ставки в каждой игре сета удваивались, то сумма на кону стояла немаленькая даже для его почти безразмерного бюджета.

Влад спокойно наблюдал за развитием событий у стола. Здесь были и другие зрители, но он не обращал на них внимания. Ему было важно, чтобы второй партнер по игре, Ярослав Викторович — его старый клиент, не «сошел с рельс». Поймав внимательный и понимающий взгляд уже немолодого человека, Влад расслабленно кивнул — с этой стороны все, кажется, было в порядке.

Артур Михайлович унял-таки дрожь и, медленно отведя руку, совершил свой последний клапштос. В том, что это будет последний удар, Влад был почти уверен — прицельный шар, ударившийся о борт совсем рядом с лузой, стал на стопроцентную позицию, а такие подставы в игре на интерес не прощают. Ничего сверхъестественного не произошло: Ярослав Викторович, умело скрывая торжествующую улыбку за сосредоточенно нахмуренным выражением лица, отправил один за другим два последних шара по назначению.

— Контровая! — спокойно констатировал Влад и еще раз просяще взглянул на Ярослава Викторовича. Тот знал принципы молодого человека и, что важнее, уважал их, несмотря на несолидный возраст свободного маркера.

Действие не замедлило развиваться по предполагаемой схеме. В отличие от Ярослава Викторовича, Артур Михайлович числился новичком в картотеке «папиков». Он, хотя и был ознакомлен с правилами, согласившись на все условия сотрудничества, но еще не прочувствовал на практике, как они действуют. Поэтому, новый клиент тут же после приговора Влада, буквально подскочил к своему партнеру по игре и заявил:

— Еще одну партию! Я знаю, что мы не договаривались, но я просто должен отыграться, — глаза его при этом горели хорошо знакомым азартом, а рука, сжимавшая кий, еще больше дрожала.

У Влада не было никаких сомнений, что он снова проиграет, а ставка снова удвоится. Но он был не первый день в этом игровом бизнесе и знал, что к чему. Ярослав Викторович, к его чести, очень сдержанно улыбнулся и, кивнув в сторону маркера, ответил:

— Спасибо, Артур Михайлович, за оказанное доверие, но правила устанавливаю здесь не я, и не мне их нарушать.

— Да как же так? Этот мальчишка… — удивленно обернулся к маркеру, проигравший и явно потерявший контроль над собой Артур Михайлович. — Да я удвою твой процент! Неужели тебе не нужны такие деньги, Влад?

— Артур Михайлович, Вы не понимаете… — спокойно проговорил маркер. — Условия оговариваются заранее именно на такой случай, и честь игрока заключается в том, чтобы выполнить эти условия независимо от исхода матча.

— Да к черту эти условия! Я только разыгрался. Что нам помешает продолжить? — воскликнул распаленный Артур Михайлович, неосторожно размахивая кием и теребя вздыбленные вихры.

Ситуация начинала выходить из-под контроля — по своему опыту Влад знал, что успокоить заведшегося папика будет нелегко. Но ему на выручку пришел Ярослава Викторович, пойдя ради спасения положения на серьезное признание:

— Извините, Артур Михайлович, но я вынужден заметить: сумма банка и ставка возросли настолько, что в случае проигрыша, я просто не смогу расплатиться…

Опытный бильярдист предстал в глазах юного маркера просто героем. Прилюдно заявить о своих ограниченных финансовых возможностях в кругу папиков — это было что-то. По крайней мере, до сих пор Влад с таким не сталкивался. Тем более, что по его прикидкам это было неправдой. Но раздумывать было некогда, и он тут же подхватил благородную инициативу:

— Давайте, не будем нарушать установленные правила. Артур Михайлович, лучше я с Вами партию сыграю. Я это очень редко делаю со своими патронами, но из уважения к Вашему желанию продолжить игру…

— Ну и что ты сможешь поставить, сынок? — раздраженно спросил клиент. — Не играть же без интереса…

— Ну… давайте… символически для Вас, конечно, но все же… я ставлю треть своего гонорара, полученного за этот сет.

— Да уж, деньги!.. — фыркнул папик, но согласился, и они разыграли американку.

Перед этим Влад, как можно душевнее попрощался с Ярославом Викторовичем, мысленно поставив плюсик напротив его фамилии в длинном списке папиков — нечасто можно получить такую грамотную психологическую поддержку от клиента.

Примирительная партия тянулась медленно. Влад специально не сосредотачивался, давая Артуру Михайловичу поостыть, подумать и, в конце концов, вернуть испорченное проигрышем настроение. Ленивый ход игры позволил маркеру задуматься над тем, каким странным вывертом судьбы он оказался в этой роли «сынка» или «мальчика» у бильярдных столов. Кстати, папиками он стал называть своих клиентов про себя в отместку за их просто массовое желание называть его сынком.

А началось все больше трех лет назад, когда он еще заканчивал первый курс медицинского института и планировал специализироваться на психотерапевта. Была у Влада тогда пара приятелей, которые время от времени таскали его по бильярдным. Но благодаря своей спокойной натуре, он все никак не мог увлечься и подсесть ни на какую азартную игру.

Бильярд, в отличие от карт или рулеток, очень его привлекал возможностью наблюдать за игроками и зрителями — ведь там за игрой можно было неназойливо подсматривать «не присаживаясь к столу». Так и получилось, что хорошего игрока из него не получилось, зато вышло нечто другое…

Тогда они с приятелем закатили в особо дорогую бильярдную, совмещенную с ночным клубом, рестораном и казино. Поняв, что зарулили в какую-то ВИП зону, ребята не нашли ничего другого, как разыграть партийку-другую между собой. Затем приятель нашел себе другого, более достойного соперника, а Влад занялся самым приятным для себя делом: подсматривать за игровыми столами и страстями, кипевшими вокруг них. За этим занятием его и застал один дедок, представившийся свободным маркером по имени Михаил Семенович, а проще — Семеныч.

— Позволю себе поинтересоваться, молодой человек, я вот уже раз третий Вас в бильярдных встречаю, но что-то не замечаю, чтобы Вы рвались в бой, если можно так выразиться, — хитро прищурившись, подкинул тему для разговора старичок.

— Обращайтесь, ко мне Влад и на «ты», пожалуйста, — сразу попросил студент. — А с игрой Вы правильно подметили — не хватает у меня азарта. Вот за людьми наблюдать я люблю. Кстати, я помню, что встречал Вас только раз…

— Хм… цепкий у тебя глаз, — довольно заметил Семеныч. — Да только еще один раз я тебя видел, а ты меня нет.

— А-а — это, значит, в «Столичном» — там ВИП-зона темным стеклом отгорожена.

— Опять верно! — усмехнулся дедок. — Нравишься ты мне чем-то — похоже, как и я, не спешишь за кий хвататься, да за стол бросаться… Кстати, не позволишь угостить тебя «бурбончиком» или чем послабее?

— Спасибо, мне еще за руль надо… — и спохватившись, что неудобно отказываться, Влад добавил. — Только не подумайте, что я жлоб какой — хоть и не умею пить помногу, но от рюмки не отказался бы. К сожалению, нужно ещё своих друзей по домам развозить.

У Влада на парковке стоял видавший виды Жигуль. К тому же в бильярдную еще обещались подъехать пара приятелей, так что ночью нужно было поработать таксистом.

— Ага, — как бы просчитывая что-то в уме, произнес старик. — Тогда пойдем, я тебе кое-что про игру в бильярд покажу да расскажу…

Как оказалось, Семеныч не просто так подошел к Владу в тот вечер. Свободный маркер присматривал себе помощника и приемника, которого у него не было. Как потом признался старик, он пытался отыскать в бильярдных подобного себе, только молодого. А как найти в игровой зоне совершенно неазартного человека — вопрос был нелегкий. Профессиональные маркеры, которые обслуживали столы в бильярдных, его тоже не устраивали, хотя и ходили все у него в друзьях. Они были людьми заведений, и в их психологию без ломки нельзя было загнать чувство независимости.

Влад подошел в ученики по всем критериям. В нем сочеталась абсолютное спокойствие, хорошая наблюдательность, почти полное отсутствие азарта и коммуникабельность. А если еще учесть его аналитический склад ума и почти профессиональный психологический подход к людям, то о других кандидатурах речь просто и не шла.

Можно было сказать, что они с Семенычем нашли друг друга, так как удача улыбнулась не только старику. Влад тоже мечтал о чем-нибудь таком, «непыльном», но обеспечивающем хороший достаток. Разговоры родителей о честной службе на благо людей, как-то не вязались с современной жизнью, и в медицинский Влад пошел лишь с подачи отца, да и то, сориентировавшись на возможную хлебную стезю психотерапевта.

С точки зрения родителей, ориентировка сына на сладкую жизнь выглядела циничной, но кто же из преуспевающих людей нынче не циничен? Влад считал это вопросом выживания: ты либо лох, либо циник — другого не дано. К тому же он не находил в себе ни должной жадности, ни трудолюбия заниматься реальным бизнесом. Так что со стариком ему нежданно повезло.

Скажи ему кто раньше, что существует такая хитрая профессия или, вернее, род занятий в бильярде, как свободный маркер — некий сводник, который устраивает партии богатым клиентам, он бы даже не понял, о чем речь. Понятно: каталы, профи, шпилевые — все знали о существовании скрывающихся умельцах, которых лучше обходить стороной, но вот о таком противоядии от всяких темнил, как свободный маркер, простой народ и не подозревал.

Дед был как бы противовесом всем, кто пытался нажиться на богатых лохах. По его словам выходило, что самая незавидная доля среди потенциальных игроков была у обеспеченных людей, хотевших играть на интерес, но не имеющих экстра-класса в бильярде.

— Вот представь, что ты удачливый бизнесмен, с тугим кошельком, да еще сколько-то известный в своих кругах, — объяснял ситуацию старый бильярдный сводник своему ученику. — Играть любишь, аж до дрожи в поджилках, но уровень не ахти какой — времени-то на тренировки нет. Идти искать партнера, спрашивая у обычного маркера, как бедный студент — значит играть без интереса. А без интереса, сам понимаешь, все равно, что безалкогольное вино хрястать литрами. Попытаться играть на деньги — тут же на каталу напорешься, и он уж тебя на твоем же азарте догола разденет. Бильярдный долг — он, не хуже картежного, платежом красен.

Вот и мыкались бы они тут, не будь старика Семеныча. Конечно, маркеры в ВИП залах тоже помочь игроку могут — ничего не скажу, но это же значит, привязать себя к одному столу. А у меня картотека на несколько сот игроков с примерным уровнем игры и обеспеченности каждого. Один звонок с пожеланием места и времени, и я начинаю работать. Около сотни активных бойцов из моего списка всегда рады моему предложению сыграть с новым партнером приблизительно того же класса. Ставки на весь сет с ненадежными психически или материально клиентами оговариваем заранее. Так что никого в угол не загоняем — азарт азартом, но сохраняя человеческое лицо.

Опять-таки, что им стоит отчислить мне за это небольшой процентик от ставки? А я и столы закажу самые лучшие и администрации с маркерами отстегну. Так что все довольны: и уважаемые игроки, и хозяева клубов, ну и я не в накладе. Только каталам я поперек горла — ну да у меня тылы покрепче их будут! — усмехался дедок.

Влад стал постигать хитрую науку свободного маркера — посредника и организатора в околобильярдном пространстве. Полгода он проходил в учениках у Семеныча за десяток процентов от выручки. Старик не зря чувствовал, что ему нужен помощник. Семьдесят лет — не шутка и через полгода тот стал сдавать. А Влад оцифровал все его бумажки в коммуникатор, которым он сумел разжиться за полгода работы на подхвате. К смартфону, правда, еще прилагался весьма приличный костюм (имидж в их деле был не последним фактором), а так же новый небольшой Форд и снимаемая в центре однокомнатная квартира — сейчас ему было смешно вспоминать об этих первых «серьезных» заработках.