Читаем Подоплека (СИ) онлайн бесплатно

   На орбите Ганимеда случился какой-то сбой, и сотню пассажиров, направляющихся на Марс, загнали на два часа в зал ожидания орбитального дебаркадера. Зал оказался вполне приличным -- расставленные вдоль панорамных окон диваны сверкали самообновляющейся кожей, по полу ползал механический уборщик. Негромко урча, он полировал пластик и одновременно с этим подкачивал атмосферу дневным бризом, что гармонировало с накатывающимся на берег прибоем, который проецировался на внутреннюю перегородку обширного помещения. Гравитация была установлена на уровне марсианской, что более чем в два раза превышало притяжение на поверхности Ганнимеда, но публика подобралась некапризная, да и привыкать к объятиям красной планеты следовало заранее. На межпланетных лайнерах по умолчанию поддерживалась земная сила тяжести, и там уже становилось несладко всем кроме землян. Впрочем, регулировка имелась в каждой каюте. А вот такого кофе не было даже на лайнерах.

   Асинус допил очередной стаканчик латте и вновь отправился к кофейному автомату, справедливо полагая, что бесплатную услугу, да еще высокого качества, следовало использовать по максимуму, тем более что вход в помещение общего пользования, помаргивая пунктиром на фоне набегающих на зал ожидания волн, располагался неподалеку. У автомата стоял тонкокостный верзила в голубом комбинезоне с петлицами геологического департамента и наливался кофе, не отходя ни на шаг.

   -- Вы позволите? -- спросил Асинус, разглядывая красноватый шеврон на рукаве фирменного одеяния невольного попутчика.

   -- Сколько угодно, -- пробормотал верзила, делая шаг в сторону. -- Не думаю, что мы сможем опустошить эту емкость даже вдвоем.

   -- Титан? -- из вежливости спросил Асинус, вставляя стаканчик в приемник.

   -- Он самый, -- хохотнул верзила. -- Полтора года вахты как один день. Пора возвращаться домой. Спросите, почему на перекладных, а не прямым рейсом? Экономия, мать твою. Никому не хочется спустить половину заработанного бабла за каютку в транслайнере. Компания оплачивает только местные линии. А вы...

   -- Инспектор технадзора, -- ответил Асинус. -- Никакой романтики. Командировки, проверки, сертификаты и тому подобное. Рутина. Галилеевы спутники Юпитера, теперь вот на Марс. Кстати, на Титане я тоже был. В прошлом году.

   -- Землянин? -- уважительно приподнял брови верзила.

   -- Он самый, -- снисходительно улыбнулся Асинус. -- Вас это удивляет? Больше половины человечества все еще живет на Земле.

   -- Нисколько! -- замахал руками верзила. -- Никогда не был на Земле. Любопытно, как там... Поди, родные заждались вас? С этакой работой... Жена, детишки...

   -- Я одиночка, -- успокоил собеседника Асинус. -- Успею еще. А вы? Полтора года... Ваши родные?

   -- Терпят, -- подмигнул Асинусу верзила. -- С матушкой по видеосвязи, а девушку вот буду искать. Семейная жизнь требует расходов. И теперь я их могу обеспечить. А со здоровьем у вас как?

   -- Прекрасно, -- нахмурился Асинус. -- А почему вас это интересует?

   -- Просто любопытствую, -- виновато улыбнулся верзила. -- Наверное, и зарплата у вас приличная?

   -- Не жалуюсь, -- решил оборвать недолгое знакомство Асинус, но верзила вдруг скривился, зажмурился и, ухватив собеседника за плечо, громко чихнул, заставив последнего потянуться за носовым платком.

   -- Простите, -- верзила скорчил виноватую гримасу и ткнулся в носом в локтевой сгиб. - Кажется, аллергия на здешний пластик. Что они в него добавляют?

   -- Ничего, -- буркнул Асинус, дергая плечом. Клешня у случайного знакомца оказалась чуть ли не стальной. Настроение было испорчено окончательно, пить кофе расхотелось.

   -- Этот пластик ничем не отличается от того, который используется на Титане, -- отчеканил он, отправляя нацеженный латте в мусорный отсек.

   ***

   Прыщ вскочил на груди у Асинуса уже на борту лайнера. Асинус проснулся в своей каюте от неприятного зуда, хотел почесаться и нащупал какое-то уплотнение. Выбрался из капсулы, метнулся к зеркалу и обнаружил выпуклость точно над грудной костью. Небольшое вздутие диаметром в три сантиметра с черной точкой по центру отливало мертвенно белым цветом. Асинус попробовал выдавить образование, но оно пружинило под пальцами словно мяч.

   Через полчаса Асинус сидел в рубке корабельного медика. Тот, переключая видеофайлы, задумчиво щелкал пальцами в воздухе, пока не обнаружил то, что искал. Увеличил и развернул изображение похожей опухоли, которая была чуть больше той, что медленно набухала на груди Асинуса, к тому же поблескивала чем-то влажным на месте черной точки.

   -- Вот! -- торжествующе произнес он.

   -- Что это "вот"? -- раздраженно спросил Асинус.

   -- Impudens equitem! -- ответил медик. -- Вы даже не представляете... Это величайшая редкость!

   -- Что это за зараза? -- спросил Асинус. -- Что за импуденс иквитем? И чему вы радуетесь?

   -- Это латынь, -- понизил голос медик. -- Бесстыжий наездник, если по-нашему. Негуманоидная форма разумной жизни. Гуманитарный паразит.

   -- Вы с ума сошли? -- начал подниматься на задрожавших ногах Асинус. -- Какая еще негуманоидная форма жизни? Что еще за гуманитарный паразит? И почему на мне? И почему вы так спокойно об этом говорите? Боже мой... да у вас глаза заблестели! Почему я не слышу сирену тревоги, почему вы не объявляете карантин? Удалите это из меня! Вырежьте! Немедленно!

   -- Тихо! -- поднял руки медик. -- Не нужно кричать. Садитесь. Вам, может быть, радоваться надо, а вы шумите. И не нужен вам никакой карантин. Тихо. Садитесь, я вам говорю!

   -- Как это не нужен? -- изумился Асинус. -- Очень даже нужен! И чему это я должен радоваться? Я говорю - вырежьте!

   -- Не могу, -- признался медик. -- И вы тоже не можете. Нет, если бы вы попытались сделать это самостоятельно, возможно, у вас что-то и получилось бы, хотя таких попыток никто не делал. Вроде бы не делал. Да и время уже упущено. Дело в том, что вот этот... наездник появляется в виде опухоли только тогда, когда он уже прикреплен к вашей кровеносной системе. Так что... это все равно, что ковырять какую-нибудь артерию. Да и мы с вами не в поликлинике, знаете ли. Вы, главное, успокойтесь. Это, конечно, редкое заболевание, но вполне безобидное. Вам предстоит потерпеть всего десять дней. Мы даже до Марса долететь не успеем. Понимаете? Послушайте, ведущий хирург системы испытал подобное заражение на самом себе. Наблюдал, можно сказать, воздействие этого паразита на собственный организм. Этот случай описан в научной литературе. Хотите полюбопытствовать?

   -- Я вас не понимаю, -- Асинус тряхнул головой. -- Вы меня успокаиваете или уговариваете?

   -- Я излагаю факты, -- развел руками медик. -- По сути, вы стали невольной жертвой казуса. И пусть вас не пугает слово "жертва", лично вам ничего не грозит. Общее количество описанных случаев не составляет и сотни за последние двести лет. На фоне существующих контактов с инопланетными формами жизни -- ерунда. Происхождение паразита -- неясно, но вам и в самом деле не о чем беспокоится. Мы не знаем, как он разносится, поскольку не зафиксировано никаких продуцируемых им частиц. Более того, все исследованные случаи не приводили к его распространению. И откуда он берется -- тоже до сих пор не установлено. Возможно, ваш случай поможет разгадать эту загадку. Отсюда и моя радость. Это азарт ученого, понимаете? Собственно, и главный хирург системы занял свою должность именно после исследования аналогичного случая. Во всем этом полно загадок. И лишь одна разгадка -- он абсолютно безопасен.

   -- И это вы называете описанным случаем? -- поморщился Асинус. -- Или вы тоже хотите стать главным хирургом?

   -- Какое это имеет значение для вас? -- улыбнулся медик. -- Сейчас важно другое, в вашем теле нет никаких посторонних включений. Вы можете счесть это образование доброкачественным. То есть, этот паразит выстраивает свою плоть, используя ваши клетки. Я повторяю, его цикл -- всего десять дней. Возможно, мы, как биологический вид, не подходим для его развития. Все описанные случаи абсолютно идентичны. По прошествии десяти дней паразит засыхает и отваливается. Обращается, так сказать, в прах. Самоуничтожается! А вы получаете заряд бодрости. Да-да, я не просто так сказал, что вам нужно радоваться. Во всех случаях зафиксировано реальное омоложение на срок от десяти лет до четверти века. Эта зараза каким-то образом дает хороший пинок нашей иммунной системе, я бы даже сказал, доброкачественно встряхивает его! Как бы перезагружает. И, кстати, заметьте. Я не закрываюсь от вас маской или еще чем. Это абсолютно безопасно.

   -- Вы все-таки не хотите вызвать этого геолога с Титана? -- спросил Асинус. -- Все началось после того, как он чихнул. Возможно, если бы он был в маске...

   -- Увы, он не сел на лайнер, -- ответил медик. -- Сдал билет. Вероятно, передумал лететь. Я, конечно, отправлю запрос, но зачем вам этот геолог? Я же говорю, это не вирус, он не передается воздушно-капельным путем. Скорее всего, это просто совпадение. Лучше запишите название заболевания. Вам же придется скачать инструкцию.

   -- Какую еще инструкцию? -- не понял Асинус.

   -- Как вести себя с этим образованием, -- объяснил медик. -- Вы будете смеяться, но по международной классификации этот паразит считается ущемленным разумным существом. И даже наделяется определенными правами! Но согласитесь, десять дней -- не слишком много. А уж с учетом его обреченности... Так что, готовьтесь.

   -- К чему? -- напрягся Асинус.

   -- Отвечать на его вопросы, -- подмигнул медик. -- Вы не должны оставлять его в одиночестве. Да и не сможете. Да, рекомендую вам пока оставаться в каюте. Я уже распорядился, еду вам будут доставлять.

   -- Все-таки изолируете меня? -- понял Асинус.

   -- Скорее, изолирую от вас остальных пассажиров, -- понизил голос медик. -- Я должен заботиться об их психическом здоровье. Знаете, чревовещание не всем нравится. Да и инструкции тоже... имеются. Кстати, вы можете рассчитывать на изрядную компенсацию от астрокомпании. Это страховой случай.

   ***

   Асинус хотел заклеить образование пластырем, но открытая им инструкция запретила это делать первым же пунктом, предупредив о возможном повреждении зрительного аппарата существа. Дальше было написано что-то о бесчеловечном отношении к братьям по разуму, но Асинуса это не слишком обеспокоило. Он никогда не пытался воспитывать в себе толерантность или терпимость. Первым делом он уяснил для себя два главных обстоятельства: активный срок существования паразита должен был продлиться семь дней из десяти, а компенсация от страховой компании составляла внушительную сумму с несколькими нолями. Именно это его слегка успокоило. Пожалуй, он мог лет на десять уйти со службы. Оставалось перебороть отвращение к собственному телу, которое казалось ему захваченным какой-то внеземной поганью. Собственно, так оно и было. Когда Асинус на следующее утро намазал щеки бритвенным гелем и нечаянно скосил взгляд на собственную грудь, он обнаружил, что черная точка на выпуклости превратилась во что-то вроде зрачка. Более того, чуть пониже ее образовалась кожистая складка, которая время от времени перекрывала зрачок, смачивая его слизью.

   -- Моргает, -- с отвращением пробормотал Асинус. -- Вот ведь... Циклоп.

   На ночь он надел плотную пижаму, и все равно ему казалось, что по груди его что-то ползает. По переборкам транслайнера распространялось легкое гудение, за дверью как будто время от времени слышались голоса возвращавшихся из бара пассажиров, в псевдоиллюминаторе сверкали точки звезд, а Асинус ворочался с бока на бок и думал, что надо бы получить всю возможную информацию об этом паразите. Натура занудливого технаря не могла смириться с тем, что заражение подобной мерзостью не приравнивается к чрезвычайному происшествию, и на корабле не объявляется карантин. С другой стороны, выйти из каюты даже в коридор он не мог. Дверь оказалась заблокирована.

   Медик появился на третий день. Постучался, разблокировал дверь, вошел в каюту, осведомился, как настроение и, кивнув в ответ на угрюмое молчание Асинуса, попросил его снять рубашку.

   -- Все идет по плану, -- бодро объявил он через несколько секунд. -- Смотрите. Он меня видит. Моргает. Привет-привет! Видите вот эту линию под глазом? Это его рот. Точнее, начало его рта. Завтра проклюнется.

   -- Вам самому не противно? -- мрачно спросил Асинус.

   Наличие на собственной груди выпуклости размером с два кулака вызывало у него позывы к рвоте.

   -- Я врач, -- хмыкнул медик. -- А врачи -- это особый народ. Есть какие-то вопросы?

   -- Надеюсь, мне кормить его не придется? -- спросил Асинус.

   -- Нет, конечно, -- засмеялся медик. -- Просто ешьте сами. Собственно, и его рот будет... ненастоящим. Вот, видите эти точки по краям опухоли. Здесь воздух будет всасываться, а потом выходить через вот это пока что лишь намечающееся отверстие с соответствующей вибрацией. Кроме всего прочего вы будете слышать его через собственное тело. А вот кто-то посторонний... может подумать, что вы держите за пазухой и мучаете котенка.

   -- Поэтому мне заблокировали дверь? -- поинтересовался Асинус.

   -- Только ради вашей собственной безопасности, -- ответил медик. --- И ради общественного спокойствия. Я загляну послезавтра.

   ***

   -- Меня зовут Фачендо, -- услышал Асинус следующим утром.

   Сначала ему показалось, что ему это снится, но фраза повторялась раз за разом, и он, в конце концов, не выдержал, связал неприятное шевеление на собственной груди, гул в висках и тонкое мяуканье, которое раздавалось из-под одеяла, в одно целое и заорал:

   -- Заткнись!

   Мяуканье прекратилось минут на пять. Затем раздалось снова:

   -- Меня зовут Фачендо.

   -- Мне все равно, как тебя зовут, -- ответил Асинус.

   -- А как зовут тебя?

   -- Какая тебе разница? -- буркнул Асинус. -- Кстати, кто тебя учил говорить? И откуда ты знаешь собственное имя? Тебе же отроду... пара дней.

   -- Я знаю все, что знаешь ты, -- ответил голос. -- Я... считываю. Уже три дня.

   -- Тогда скажи, как меня зовут? -- скрипнул зубами Асинус. -- Ну, если ты все знаешь.

   -- Тут много... -- пробормотал голос. -- Много имен. Я не знаю, какое выбрать. Малыш, детка, сыночек, Асинус, Нусик, ослик, красавчик, зануда, мерзавец, неблагодарная тварь, самовлюбленный урод, мистер Инепта, скотина, эгоист, умник, пассажир, чиновник, пес, землянин...

   -- Стоп! -- прошипел Асинус. -- Меня зовут Асинус! Лучше скажи, какого черта ты копаешься у меня в голове?

   -- Я не... копаюсь, -- ответил голос. -- Я... внутри этого. Это... как дышать.

   -- Разве ты дышишь? -- спросил Асинус.

   -- Нет... -- ответил голос. -- Не знаю. Не могу сказать точно. Это твоя фраза. Ты ею часто пользуешься.

   -- Не воруй у меня фразы, -- процедил сквозь зубы Асинус. -- Откуда ты узнал, что тебя зовут... Фачендо? Твоего имени у меня не было в голове.

   -- Не знаю, -- ответил голос после недолгой паузы. -- Это произошло само собой. Это имя само приклеилось ко мне. Я не знаю, что оно означает.

   -- А кто ты, ты знаешь? -- спросил Асинус.

   -- Нет, -- услышал он в ответ. -- А кто я?

   -- Это неважно, -- сказал Асинус.