Читаем Подлые онлайн бесплатно

Звук телефона ни на секунду не замолкает, предательски напоминая о предстоящем разносе от матери, который она устроит мне за опоздание на заключительную примерку платья. Я стараюсь усерднее крутить педали велосипеда, мышцы забились, а ноги не слушаются. Будто это поможет мне быстрее добраться до дома. Чувствую, как капельки пота стекают по спине. Сейчас бы не помешал легкий ветерок. Не смотря на изнуряющую жару, которая стоит уже пару недель, я обожаю лето. После окончание учебного года наступают долгожданные каникулы. Палящее солнце Санта Моники продолжает прожигать спину через толстую ткань толстовки. Горячий воздух, окутывает все вокруг, я словно задыхаюсь, сердце стучит как сумасшедшее. Скорее всего я бы уже отключилась от солнечного удара или перегрева, если бы впереди не виднелись ворота нашего дома, спасительно открывавшие во мне второе дыхание.

Наконец-то подъехав к воротам, я молниеносно соскочила с велосипеда, и бросив его, со всех ног побежала по вымощенной гранитным камнем дорожке, к большому двухэтажному дому. Без угрызения совести забежала на газон, чтобы срезать путь до крыльца. В сумочке снова зазвонил телефон.

Господи! Как я могла забыть?

Запыхавшись, я заскочила на крыльцо, и не успев дотронуться до ручки, входная дверь распахнулась передо мной.

На пороге меня встретила хмурая седовласая женщина, которая всем видом показывала, что была крайне недовольна меня видеть. Волосы её были коротко стрижены, одета она была в строгий черный брючном костюм, лацкан которого всегда украшала причудливая брошь. Сегодня там был золотой жук. На вид ей было около пятидесяти лет. Двадцать из которых, как мне известно, она прожила в нашем доме. Габриэлла — была управляющей в доме. В её подчинение находился весь персонал. Мать ей полностью доверяет, и никогда не упускает возможности сказать, что Габриэлла её правая рука.

— Вы опоздали! — сердито пробурчала она.

Как верно подмечено.

— Миссис Кларк, несколько раз спрашивала, вернулись ли вы домой, — строгим тоном будто отчитывая, проговорила она.

Как и прежде, игнорируя её замечания, молча я проскользнула мимо, и быстрым шагом направилась к большой мраморной лестнице, которая на втором этаже делилась на две поменьше, уводя каждую в разное крыло дома. Одна часть дома принадлежала родителям, там же был кабинет отца, и цветочная оранжерея матери. Вторая часть дома принадлежала нам с сестрой. В этой части кроме наших комнат были еще две комнаты для гостей.

Габриэлла конечно же шла за мной.

— Ваше платье готово. Дизайнер уехала. Давно, — подчеркнула она. — Платье отпарено, висит у вас в гардеробной. Мне нужно оповестить Мисс Кларк о вашем приходе, — не унималась она. — Тогда она составит для меня дальнейшие распоряжения до вашего отъезда, который, назначен на шесть часов вечера.

— Спасибо Габриэээла, — пропела я, при этом недовольно закатив глаза.

Не понимаю зачем мне столько лишней информации? Как только мы дошли до моей комнаты, я открыла дверь, развернулась, остановилась на пороге, не давая возможности ей, войти.

— Думаю дальше я разберусь сама, — и захлопнула дверь перед её носом.

Господи.

С облегчением, кинула на кровать сумочку и следом туда полетело влажная от пота розовая толстовка с капюшоном. Глупая была идея её надевать. Следом на кровать плюхнулась и я. Развернувшись на живот, начала искать сумочке телефон. А когда наконец-то нашла, то увидела огромное количество пропущенных звонков, и смс от матери и Виктории.

В: «Ты уже померила платье? Мое просто отпад…»

В: «Биатрис сильно ругала тебя?»

Недовольно поджав губы, я слегка поморщилась, почему все прибывают в таком восторге от этого мероприятия? Каждый год моя семья устраивает благотворительный вечер. Все очень ждут этого события. Суетятся, готовятся, женщины надевают лучшие наряды и украшения, мужчины буквально готовы сыпать деньгами. Для меня же это вечер ада, в прямом смысле. Все вокруг только и делают, что воспевают чертовы достоинства моей старшей сестры, которых нет, и никогда не было. И знаю об этом я не понаслышке.

Недовольно вздохнув, я прикусила нижнюю губу, и стала набирать сообщение Виктории, как тут же взглядом уловила, что дверь моей комнаты распахнулась. На пороге собственной персоной, стояла Кимберли Кларк, моя старшая сестра.

По мнению моей семьи, она представляет собой образ идеального человека. Является самой лучшей дочерью, лучшей подругой, и девушкой. Имеет высший балл в школе, при этом не является ботаничкой. Как вы уже, наверное, догадались, конечно же она капитан команды чирлидинга, и естественно, как это полагается по всем законам вселенной, она встречается с самым, популярным парнем в школе, который к тому же очень красив. Моя сестра красивая, с этим не поспоришь, гены сделали свое дело. Длинноногая с безупречным чувством вкуса и стиля, который она унаследовала от мамы. С идеально уложенными белыми волосами, которые, кстати, не натурального цвета, но об этом практически никто не знал.

Словом, «Она само совершенство».

Ким вошла в комнату, и облокотилась плечом о косяк, скорчив недовольную гримасу, скрестив руки на груди. На ней был надет белый топ в бельевом стиле, который идеально подчёркивал пышную грудь, на спину спадали завитые белые локоны, ноги обтягивали брюки цвета слоновой кости. Выглядела она всегда, будто и правда только, что сошла с обложки VOGUE.

— Тебя сюда не приглашали. Выйди, — я пренебрежительно махнула рукой в сторону двери чтобы она катилась ко всем чертям из моей комнаты.

Игнорируя мои слова Ким, не сдвинулась с места, и начала.

— Знаешь Тави я тут подумала, — она стала стучать указательным пальцем по своим пухлым губам, театрально изображая будто и правда задумалась. — Хочу, чтобы ты отдала свое платье, оно мне необходимо, я поняла это сегодня утром, когда курьер доставил его, а потом, когда ты не пришла на примерку, ты же понимаешь, я была вынуждена сделать это за тебя, и окончательно убедилась, чтооноидеальное и подходит мне больше того, которое я уже выбрала.

Растерявшись от её наглости, я поднялась с кровати, и подошла к ней ближе, остановившись на против нее, прежде чем она успеет произнести еще хоть слово, показала средний палец.

— Ты не получишь его. Так, что катись к черту Кимберли.

Она выпрямилась, лицо её стало выражать угрозу.

— Ты ведь знаешь, я могу сказать маме. Даю тебе шанс отдать егопо-хо-ро-ше-му, — не унималась она. — Подумай, лучше бы тебе отдать его.

— Лучше бы тебе Ким проваливать от сюдапо-хо-ро-ше-му, — передразнила я ее. — Ты ведь знаешь, что, если не уйдешь прямо сейчас из моей комнаты, я вырву все твои идеально уложенные волосы. «Ты же не хочешь выйти в свет с эксклюзивной прической от меня?», — постукивая по губам указательным пальцем спросила её я.

— Я тебя предупредила Октавия! — прошипела она.

Бросив свой уничтожительный взгляд, и улыбнувшись своей подленькой улыбочкой, развернулась, и медленно вышла из комнаты, мне хотелось её вытолкнуть, чтобы она быстрее пошла прочь, и я клянусь, еле сдержалась. Стуча каблуками по белому мраморному полу, она пошла в противоположную сторону дома, где находилась комната родителей.

— Ненавижу, — едва слышно я бросила ей в след.

Закрыв дверь, повернула ключ и закрыла замок, чтобы больше не было не прошенных гостей.

Тяжело вздохнув, мысленно я начала готовится к тому, во что сейчас всё это обернётся. Она, вероятно, уже рассказывает маме все в красках, как всегда, привирая и приукрашая, о том, как она просила и умоляла поменяться платьями на вечер, а я нахамила ей и выгнала из комнаты. Зная маму, она даже разбираться не станет. Начнет обвинять меня, в жестокости по отношению к сестре. Станет говорить какая я невоспитанная и грубая, как я могу так обращаться и разговаривать со своей старшей сестрой. По её мнению, я должна так же, как и все вокруг, идти на поводу у Ким, выполняя все её прихоти.

Все эти годы меня мучал только один вопрос, «Как можно так сильно любить одного ребенка и при этом в упор не видеть второго?»

Я правда пыталась понять свою мать, так отчаянно любящую свою старшую дочь.

Наверное, это невыносимо жить, зная, что однажды ты могла потерять долгожданного ребенка. Ведь много лет назад родители организовали фонд помощи больным детям не просто по велению сердца. Дело в том, что они и сами столкнулись со страшной бедой. В возрасте двух лет Ким чуть не умерла от тяжелого заболевания крови. Но все давно прошло, она здоровая, взрослая девушка, которая живет полноценной жизнью. Только вот с тех пор, родители не видят никого кроме нее, иногда я удивляюсь как вообще смогла появится на свет в этой семье, у них должен был быть только один ребенок. Они не способны любить кого-то еще. По крайне мере моя мать точно. Она создала особый титул для Кимберли, в свое жизни, и даже в обществе, заставляя весь мир, любить и восхищаться Ким. Главное лицо благотворительного фонда, Кимберли Кларк всегда должна выглядеть безупречно.

В один момент силы будто покинули мое тело, я медленно опустилась на край кровати.

— Почему ей достается все самое лучшее? — с досадой прошептала я.

Потерев глаза от усталости, совсем забыла, что они были накрашены тушью, которая скорее всего размазалась.

Черт.

Не прошло и пяти минут как в комнату вошла Габриэль, как будто я и не запирала дверь на ключ. Как и прежде недовольным тоном она протараторила, что-то типа «Мисс Кларк, сказала немедленно вам явится, в её комнату».

— Какая неожиданность, — съязвила я.

Не торопясь, я встала с кровати, стянула плиссированную бежевую юбку-шорты, в которой была сегодня в школе, а после и на пляже, сбросив небрежно на пол, оставшись в одних белых трусиках, медленно перешагнула через неё, пошла в сторону к гардеробной. Обернувшись, увидела, что Габриэль поставила руки на бедра, щеки её пылали, а лицо исказила недовольная гримаса, она должно быть закипала от гнева.

Хохотнув про себя, при этом не выражая никаких эмоций безразлично кинула ей.

— Скажи маме, я уже спешу, — отвернувшись я пошла дальше в гардеробную, искать свои любимые потертые джинсы.

Через пару минут медленно перебирая ногами миновала коридор и гостиную на втором этаже оказалась в комнате родителей. Спальня родителей для меня всегда казалось, холодной, не уютной. Дизайн комнаты, поддерживал общий стиль дома, стены и мебель были выполнены в светлых оттенках. В центре стояла большая кровать с мягким изголовьем, выполненная из итальянского шелкового бархата. Она всегда была идеально заправлена, иногда я даже сомневалась спят ли родители на ней. На против кровати висел большой плазменный телевизор, который скорее всего никогда не включался. Отец постоянно допоздна пропадает на работе, как и чем жила мать, меня не особо интересовало. Я всегда старалась держаться по дальше от нее и уж тем более её интересов, чтобы случайно не угодить в ловушку, и не стать бесплатным подручным в очередном бессмысленном увлечении, так как она является членом каких-то многочисленных клубов.

К сожалению, мы не были большой и дружной семьей. Мама и Ким были семьей. Постоянно неразлучны, у них много общих увлечений. Всегда что-то обсуждают, часто где-то пропадают. Вдвоем. Что касается меня то я всегда была другой, никогда не могла промолчать, где требуется, могла вспылить, не сдержать своих эмоций, за что часто получала наказание. По духу и характеру я ближе к отцу, мы всегда больше понимали друг друга. Были на одной волне. Но одно время я так сильно хотела получить хоть каплю материнской любви и одобрения, старалась соответствовать сестре и маме, пыталась вписаться в их компанию, но часто получала отказы, или что еще хуже чувствовала себя лишней. Меня это сильно обижало. Сейчас я выросла, поумнела, и теперь это ничуть не задевает. Я с трудом могу вынести их компанию чуть больше получаса.

Как я и ожидала, в центре комнаты на софе, расположилась Ким. Всем своим видом она излучала самоуверенность. В то время как голос мамы доносился из гардеробной, она что-то без остановки говорила, вероятно обращаясь к сестре.

Я села на противоположную сторону софы, чтобы держаться подальше от этой стервы. Между нами струилась шелковая ткань лавандового цвета. Платье матери для приема, под ним на ковре стояли замшевые серые шпильки. Я старалась не вникать в их разговор, уставившись в экран смартфона, стала пролистывать ленту в фейсбук. На самом деле меня мало интересовала лента, я была сосредоточена на том, что в данный момент будет говорить мать. Неосознанно проигрывая предстоящий разговор в голове.

Не имеет значение, что она скажет, какие доводы она приведет, я не уступлю.

Твердо решила я.

Ким не чем не лучше меня. У нее было право выбора. Месяц назад на предпоследней примерке, когда мы еще могли изменить выбор нарядов для вечера, она им не воспользовалась, а теперь какая неожиданность она поняла, что мое платье — это то, о чем она «мечтала всю жизнь».

Стерва.

Внутри все сильнее росло раздражение. Я уверена она все делает специально, чтобы в очередной раз показать свою значимость.

«Я все делаю правильно», — как мантру я в очередной раз повторила про себя.

Голова мамы появилась из гардеробной, первым делом она оценивающе посмотрела на меня.

— Господи, что опять на тебе надето? — возмутилась она.

Опустив глаза обратно в экран телефона, я закатила глаза. Мама опять скрылась в гардеробной.

— Тебе всего шестнадцать Октавия, а ты выглядишь не как девушка из высшего общества, — наступила секундная пауза, указывая на то, что она скорее всего старается подобрать слова чтобы помягче меня оскорбить. — А как потрепанная девица, скажи ты разве не понимаешь, что выглядишь вульгарно? — ну вот, очень даже мягко, слава богу на этот вопрос мне не нужно отвечать.

— Сколько раз я говорила тебе, чтобы ты не надевала эти джинсы и выбросила наконец-то эти ужасные кеды, — и вот снова пауза, чуть понизив голос мама продолжила. — Приличные девушки Октавия не носят кеды.

Не отвечай. Просто молчи.

Мать не унималась.

— Посмотри на свою сестру, она всегда выглядит уместно и элегантно! Если у тебя проблемы со вкусом, я уже много раз говорила, пусть Кимберли объяснит тебе, как нужно подбирать гардероб и что значитвыглядеть уместно. И хотелось бы знать, когда закончатся твои выходки в школе? Мне надоело получать постоянные замечания по поводу твоего внешнего вида. Если бы не отец, я бы давно отправила тебя в обычную городскую школу. Ты не заслуживаешь учится в элитном частном заведении, где неоднократно плюешь на установленные правила и никого не уважаешь.

«Ты не заслуживаешь.»

От этих слов внутри я просто слетела с катушек. Мысленно стала отвечать ей. Орать, хамить, и вступать в перепалку. Наверное, она забыла, что я как и Ким вхожу в пятерку учеников с самым высшим балом.

«Ты не заслуживаешь.»

В висках так сильно застучало, когда снова эта фраза эхом прозвучала у меня в голове. Внутри появилось уже знакомое чувство, я сжала челюсть так сильно как только могла.

Я все делаю правильно.