Читаем Подкидыш онлайн бесплатно

Даже сквозь завесу проливного дождя Джоди Хопкинс отчетливо видела дорожный указатель. На нем значилось: «Улица Малиновок» — но это наверняка ошибка!

Она свернула налево и притормозила. Не может быть, чтобы ее двоюродная бабка Арета Колдуэлл жила здесь! Улица Малиновок — такое славное название. Так и встает перед глазами картинка: весело окрашенные в пастельные тона, обнесенные белым штакетником коттеджи под черепичными крышами, а вокруг гоняют на велосипедах детишки и кидают мячи в кольца, укрепленные над воротами гаражей.

Но эта улица выглядела просто ужасно. Расположенная на самой окраине городка, она была застроена редко разбросанными большими, старыми, облезлыми домами в окружении неухоженных лужаек и захламленных парковок.

Джоди пожала плечами. На этой стороне только два дома — тот, перед которым она остановилась, номер 900, потом идет глинистый, поросший жесткой травой пустырь, а потом еще дом, почти скрытый за деревьями и кустами. Уж конечно, не это особняк бабки Ареты!

Порыв ветра ударил в боковое стекло, когда Джоди медленно направила машину в другой конец улицы и остановилась перед густыми зарослями кустарника и дикого винограда, за которыми с тротуара дом было не разглядеть. Глубоко вздохнув, она выключила мотор. Никуда не денешься, придется подойти поближе.

В открытую дверцу машины ворвался холодный вихрь, и Джоди накинула на голову капюшон парки. Потом быстрым шагом прошла по разбитой цементной дорожке и, раздвигая ветки разросшегося кустарника, пробралась к парадной двери.

Тяжелые черные облака заполонили небо, нагоняя тоску и страх. Ветер пытается сбить с ног, ледяными струями окатывает дождь. Ну и местечко! Как раз для нее, самой трусливой трусихи в мире. В детстве на День всех святых она до дрожи боялась ряженых и выдолбленных тыквенных голов, в прорезях глаз которых жутко мерцали свечи, да и теперь все еще покрывается гусиной кожей, читая страшилки Стивена Кинга.

Бросить бы все, позабыть про эти развалины бабки Ареты и вернуться в свой хорошенький коттедж в Цинциннати!

Ну уж нет, она прикатила сюда, в Коппер-Каньон, штат Айдахо, в такую жуткую погоду только для того, чтобы вступить в права наследования, и не позволит этим декорациям из хичкоковского фильма ужасов помешать ей выполнить свои намерения. Если это именно тот дом, что оставила ей умершая несколько недель назад двоюродная бабка. Игра, надо полагать, не стоит свеч, но Арета была последней родственницей покойного отца Джоди. Они виделись всего один раз, восемнадцать лет назад, Джоди было тогда шесть. Она и думать забыла, что у нее есть бабка в Айдахо, пока не получила известия о ее смерти и о том, что она, Джоди, ее единственная наследница.

Это известие оказалось полной для Джоди неожиданностью, но, раз бабка Арета пожелала передать ей дом, самое меньшее, что она может сделать, это принять его.

С близкого расстояния было очевидно, что это развалюха. Блекло-бурая краска клочьями сползала со стен; и потрескавшийся портик, и ведущая к нему широкая лестница, казалось, вот-вот обрушатся.

Наверно, дом можно было считать трехэтажным, хотя нижний, полуподвальный этаж наверняка использовался под подсобные помещения, а жили только на втором и третьем.

Глубоко вздохнув, Джоди осторожно одолела десять ступенек и оказалась под портиком, где по крайней мере была защищена от дождя. На стене у двери обнаружился номер — 940, — и ничего иного не оставалось, как признать, что это именно то, что она искала. Но хочется ли ей войти внутрь?

Нет, очень не хочется, хотя наверняка там лучше, чем здесь, под дождем. Порывшись в сумке, Джоди выудила ключ, который переслал ей душеприказчик. Однако, открыв дверную решетку, она сразу обнаружила, что замок на тяжелой дубовой двери разбит и дверь отперта.

Кто-то взломал ее! Когда? Минуту назад или неделю? Может быть, взломщик еще там, внутри? Других машин, кроме ее собственной, поблизости не было, и, подъезжая, она не видела, чтобы кто-то болтался неподалеку. Да и кто в здравом рассудке станет разгуливать в такую погоду!

А с другой стороны, преступник может прятаться в доме!

Она протянула дрожащую руку и толкнула дверь. Та распахнулась настежь. Боже мой! Хотя шторы были опущены, а заросли вокруг дома почти не пропускали света, нельзя было не заметить, что в доме полный разгром. Мебель перевернута, ящики комодов вытряхнуты, лампы опрокинуты, посуда перебита, бумаги и вещи разбросаны по всей гостиной.

Кто-то разорил комнату — а может быть, и весь дом. Но Джоди отнюдь не отважная сыщица Нэнси Дрю. Она повернулась и опрометью кинулась вниз по лестнице. Ни за что в жизни она не сунется туда в одиночку! Нет, пусть с этим разбирается полиция!

На другом конце города Коппер-Каньон начальник департамента полиции Ричард Макбрайд положил телефонную трубку и вздохнул. Ох уж эта Эдди Рольф! Ей под девяносто, живет одна в том же доме, где родилась и выросла, и в какой-то момент в ее слабой голове укрепилась мыслишка, будто вся полиция у нее на побегушках.

Рик знает ее всю жизнь. Вскоре после того, как он вернулся в Коппер-Каньон шефом полиции, старушка упала и сломала ногу. Откликнувшись на звонок 911, Ричард отвез Эдди в больницу и, пока ее там штопали, держал за руку, потому что своей семьи у нее нет. Потом привез домой и договорился с соцслужбами, чтобы ей обеспечили уход, пока она не оправится.

Время от времени Рик заезжал к ней, привозил продукты, и с тех пор, как ей что-то понадобится, она ему тут же названивает и так умильно рассыпается в благодарностях, что ему не хватает духу ей отказать. Пришлось подрядить и своих подчиненных, что еще пуще укрепило старушку в убеждении, что она в полном своем праве.

Рик отодвинул бумаги и отправился из кабинета в главное помещение, где двое полицейских трепались с диспетчершей. Нельзя сказать, что Коппер-Каньон — криминальная столица мира. Присмотр за юными гонщиками, отлов подвыпивших водителей — да, бывает, а то подвернется еще случайный торговец наркотиками — вот и все правонарушения, так что порой не знаешь, чем и заняться.

— Ну, парни, кто у нас сегодня купит овощи и завезет бабульке Эдди?

— Простите, шеф, но хочу обратить ваше внимание, что я не парень, — заметила Эвелин Уильямс, диспетчер.

— Прошу прощения, мэм, поправка принята, — хмыкнул Рик. — Итак, кто?

— У нас сегодня вызов, — простонал один из полицейских мужского пола. — Сейчас позвонили, что ветка дерева надломилась и может свалиться на дом. Вот глянем на ветку, а потом займемся старушкой.

— Угу, и позвоните в электрическую компанию, пусть посмотрят, чтобы там ничего не рухнуло на провода.

— Да, сэр!

Отправив подчиненных, Рик повернул было обратно в кабинет, как вдруг услышал, что дверь снова открылась, и, повернувшись, увидел, что к стойке приближается весьма и весьма привлекательная молодая особа. Она откинула капюшон парки, и один взгляд на это точеное личико убедил его, что раньше он ее никогда не видел. Мало того, он понял, что был бы не прочь видеть ее почаще. Из чего следовало, что посетительница — не местная. Он здесь родился и вырос, да и шефом полиции уже три года, так что знает всех в округе: и преступников, и законопослушных. Никогда в жизни он не забыл бы эти золотистые волосы, эти сверкающие синие глаза, не говоря уж о длинных стройных ногах и соблазнительных бедрах, подчеркнутых облепившей их мокрой синей джинсой.

— Офицер, я хочу сообщить о… о взломе, — еще не отдышавшись, сказала посетительница. — Кто-то влез в мой дом и все там переломал, и…

— Ваш дом? — удивленно перебил он. — Вы здесь живете?

Не может быть, чтобы такая женщина приехала сюда жить и это прошло незамеченным!

— Нет, я… Вернее, дом принадлежал моей двоюродной бабке, но теперь она умерла, и…

Рик открыл дверцу в стойке и отступил, пропуская девушку.

— Входите! Прошу. Мы составим заявление, — мягко сказал он, давая ей время успокоиться и внятно объяснить, в чем, собственно, дело. — Садитесь за этот стол. Меня зовут Ричард Макбрайд.

— Джоди Хопкинс, — сказала она и протянула ему руку. Рука оказалась маленькой, мягкой, но рукопожатие было крепким, из чего он заключил, что вообще-то она человек независимый и не бегает в полицию по пустякам. Значит, случилось что-то серьезное.

Неохотно отпустив ее руку, он сел за компьютер.

— Могу я называть вас Джоди? — Он предпочитал обращаться к потерпевшим по имени, это помогало им быстрей освоиться.

— Конечно.

— А я — Рик. Теперь назовите мне свое полное имя и адрес дома, на который совершено нападение.

Кажется, она пришла в себя.

— Меня зовут Джоди Патрисия Хопкинс, адрес — дом девятьсот сорок по улице Малиновок.

— Как? Ваша бабка — Арета Колдуэлл? — вскинулся он.

— Да, — удивилась она. — Вы что, ее знали?

— Конечно, я ее знал. Ее знал весь город, но для меня новость, что у нее есть родня.

— Одна я, — сказала Джоди, — и я даже забыла, что у меня есть бабушка — двоюродная, конечно, — пока мне не сообщили о ее смерти.

Рик поднял палец:

— Одну минуту. — И повернулся к диспетчеру: — Эвелин, соединись с ребятами, которые только что уехали, и направь их к дому Колдуэллов на улице Малиновок. Скажи, может статься, там ограбление со взломом.

— Да, сэр. — И диспетчер заговорила в микрофон, а Рик снова перенес все свое внимание на Джоди.

— Они проверят, а вы мне сообщите, пожалуйста, свой постоянный адрес и номер телефона.

— Мой адрес — штат Огайо, Цинциннати, улица Желтых Кирпичей, тысяча пятьсот тридцать один.

— Улица Желтых Кирпичей?! — поднял он брови.

Джоди рассмеялась, и Рик подумал: какой у нее тихий, музыкальный, щекочущий смех, под стать голосу!

— Представьте себе. В нашей округе все названия взяты из «Мудреца из страны Оз» [1]. Но разве это удивительней, чем улица Малиновок в вашем Медном Каньоне [2]?

— Один-один, — усмехнулся он. — Номер телефона?

Она сказала.

— Род занятий?

— Я специалист по дошкольному воспитанию и работаю в детском саду «Малыш».

Сердце у него упало.

— Любите детишек, да?

— Обожаю, — снова улыбнулась она. — И когда-нибудь — я очень на это надеюсь — у меня будет целый выводок своих собственных.

Он разве что не зарычал от разочарования. Ну почему это женщины, которые ему нравятся, вечно оказываются квочками, которым не терпится наплодить кучу детей, и муж им нужен только затем, чтобы их мальцам было кого звать папой?

— Хорошо. Теперь скажите, какова цель вашего приезда в Айдахо и что привело вас в полицию. — Он удобнее устроился в кресле и дал себе слово держаться от этой красотки на расстоянии.

— Ну, — запнулась она, — после того как меня известили о смерти бабки Ареты и о том, что я ее единственная наследница, я взяла на работе отпуск и направилась в Коппер-Каньон за наследством. Я прибыла сюда около часа назад и сразу поехала по адресу, который сообщил мне душеприказчик, его зовут Харлан Лаури. Вам знаком мистер Лаури?

— Конечно. Это вице-президент Первого национального банка у нас в городе.

— Я… я хотела взглянуть на дом, который мне достался, прежде чем поехать к мистеру Лаури, но когда наконец этот дом нашла… — Голос ее пресекся, и она судорожно стиснула руки. — Офицер Макбрайд, я поверить не могу, что моя бабушка жила в таком ужасном месте…

— Мы договорились, что меня зовут Рик, помните? — перебил он. — А мой официальный титул — начальник полиции Макбрайд.

— Вы начальник полиции? — изумилась она.

— А что? — рассмеялся он. — И неплохой начальник, должен вам сказать…

— Нет-нет, я удивилась только потому, что вы так молоды, — объяснила она. — Обычно начальники куда старше…

— Мне тридцать три, и до того, как поступить в академию, я изучал полицейские науки в колледже, — все еще посмеиваясь, сказал он. — Не беспокойтесь, я хорошо подкован. Кстати, о возрасте — я забыл спросить, сколько лет вам.

Ее хорошенькое личико вспыхнуло от смущения.

— Пожалуйста, не подумайте, что я сомневаюсь в вашей квалификации. Мне двадцать четыре года, в колледже я прослушала курс по дошкольному образованию первой ступени.

Он занес эти данные в компьютер.

— Я правильно понимаю, что вы не замужем? Судя по тому, что вы не носите обручального кольца?

Она взглянула на свои руки.

— Нет, я не замужем. — И в свою очередь посмотрела на безымянный палец его левой руки, но спросить не решилась.

Это и польстило, и порадовало его. Она к нему присматривается! Может ли быть, чтобы он ей тоже понравился?

— И я не женат. Старый холостяк. После колледжа шесть лет работал в Детройте. Поверьте, полицейское управление большого города — неподходящее место для семейного человека. Там не улицы, а сущие джунгли.

Здравый смысл велел ему замолчать. Тоже мне разговорился. Девушка только и поинтересовалась, женат ли он, не спрашивала ведь, почему нет. Но тут она удивила его:

— Но теперь вы не работаете в детройтских джунглях. В Коппер-Каньоне, я полагаю, не так уж часто происходят преступления?

Он с радостью болтал бы с ней весь день напролет! Но не пора ли перейти к делу?

— Нет, не часто, но, кажется, одно как раз сейчас произошло. Расскажите мне, что случилось, когда вы вошли в дом вашей бабки.

Под разговор Джоди исподтишка разглядывала Ричарда Макбрайда. Очень хорош! Высокий, с коротко подстриженными светлыми волосами, проницательными черными глазами, которые, казалось, глядят ей прямо в душу. И, будто этого недостаточно, плечи под легкой форменной рубашкой бугрятся мускулами — так и хочется протянуть руку и потрогать!

Она рассказала, что увидела в доме.

— Я повернулась и убежала. Не думаю, что там было по-настоящему опасно. Вокруг ни единой души, но я всю жизнь прожила в большом городе и привыкла, что в таких случаях следует звать на помощь и предоставить полиции вести расследование. Слишком много у людей оружия, и они не задумываясь начинают палить на улицах.

— Вы все сделали правильно, — кивнул он. — В наши дни даже в маленьких городках попадаются свои психи. Я поеду туда и сам все осмотрю. Вы останьтесь здесь, в тепле…

— Нет, прошу вас, — перебила она. — Я поеду с вами. Постараюсь не мешать, но мне хочется, чтобы кто-то был рядом, когда я начну обходить дом. Там так… жутко…

Поглядев на нее, он, видимо, понял, в чем дело, и тихо сказал:

— Суть не в том, что вы будете мне мешать. Суть в том, чтобы не подставить вас под пулю. Тот, кто, возможно, орудует в доме, может пустить в ход оружие, если оно у него есть.

— Я поеду в своей машине…

— Ну уж нет, вместе так вместе, — твердо сказал он, вставая. — Я хочу, чтоб вы были у меня на глазах.

— Спасибо, — улыбнулась она и тоже поднялась. — Постараюсь не быть обузой.

Он накинул на плечи непромокаемую куртку, снял с вешалки такую же фуражку, твердо взял Джоди под руку, и они, выскочив под дождь, бегом кинулись к черно-белой полицейской машине, припаркованной перед зданием.

Ехать было недалеко, и по пути Рик давал ей указания.

— Там сейчас двое полицейских, а вас прошу посидеть в машине, пока я не удостоверюсь, что все под контролем. Это приказ, и он не подлежит обсуждению, я надеюсь, вы понимаете?

— Конечно, — кивнула Джоди, — но мне бы хотелось, чтобы вы потом со мной вместе обошли дом, ладно?

— А как же! Всенепременно. Вы можете мне сказать, сколько времени дом пустует?