Читаем Подарок онлайн бесплатно

Содержание

Cover Page

Содержание

Подарок

Подарок

Ирина Шайлина

Подарок

              Подарок

Я бежала по лестнице, дыхание  хрипло рвалось из груди, в боку кололо. Физическая подготовка ни к черту. Но я слышала его шаги, гулкий топот, и это меня подстегивало, фора у меня небольшая. Стоит только расслабиться, и нагонит. Тогда - беда. Влетев на площадку пятого этажа, сходу вставила в скважину  ключи,  и, радуясь, что старый замок не стал барахлить, ввалилась в квартиру. Захлопнула дверь, и щелкнула задвижкой засова. Почти сразу же она содрогнулась от удара. 

- Аня, открой! – дверь все  также  тряслась от ударов, я,  не доверяя хлипкой задвижке, дрожащими руками закрыла оба замка. –  Дура бестолковая!  Открой же! 

Ага, сейчас. Рухнула на пол и уткнулась в коленки. Отдышаться не получалось, надо всерьез заняться спортом. Лешка все говорил и говорил за дверью, но я его не слышала. Подкатились слезы, горькие, обидные. Я не пыталась их удержать, лишь старалась не всхлипывать. 

- Ты там ревешь, да,  Анька?  Ты пусти меня, я потом долго не приду, обещаю. 

- Пошел вон! – крикнула я. - Это мой район! 

- Ты сама придумала эти глупости!  Я на раздел города не соглашался! Аня!  Ну прости, пожалуйста, я так не могу, это и правда случайность, мы шли в поликлинику… 

Дальше слушать я не могла. Конечно, случайность. Но  чем больше он об этом говорит, тем больше я буду вспоминать. Встала тяжело, как старая бабушка, и, обходя коробки в коридоре, пошла в комнату. Легла на постель, вспомнила про туфли и кинула ими в стену. Одна попала в зеркало, оно накренилось. Засунула голову под подушку, не слушать его, не слышать, дверь у меня хлипкая, а он все говорит, когда же ему надоест. И не думать. Не  думать о том, что он так близко. Что можно впустить его, и никогда не выпускать. И не вспоминать. Хотя идиллическая картинка, увиденная мною буквально несколько  минут назад, действовала, как прививка от глупости. 

Прячась от себя и Лешкиного голоса, я не заметила, как уснула. Снилось мне, что я иду по улице, гуляю. Качу коляску, в ней сидит малыш. Мой, и Лешкин. Солнце печет, обещает лето, жужжат пчелы и яблони цветут. Мою ладонь, ту, что лежит на ручке коляски, накрывает его рука, и счастье захлестывает с головой. И тут впереди я вижу себя. Одну, с таким нелепым и  растерянным видом. Я разворачиваюсь и бегу, и на бегу понимаю, что коляска не моя, и счастье тоже. А вот то, что Лешка бежит сзади, скоро догонит - это правда. Просыпаюсь, ну вот. Что тут, что там. Смысл спать, если снится такая же мерзость, что и в жизни происходит? 

Но Лешка уже ушел - немудрено, я спала шесть часов. И вместо раннего вечера уже поздняя ночь. В этой квартире  я живу всего пару месяцев. И все. Завтра, точнее уже сегодня, переезд. На деньги, полученные при разводе, приплюсовав бабушкину трешку, я купила квартиру своей мечты. Теперь буду жить одинокая, нищая и счастливая. 

Спать уже не получалось, всю ночь, стараясь не шуметь, стены-то картонные, я тасовала коробки с вещами. Было их очень много, это еще учитывая, что половина хранится у Вадима. Вадим, это мой брат, младший. Баловень судьбы и семейства. Первый месяц после того, как я  ушла от Лешки, жила у родителей. Но мама жалела его и пускала, это было кошмарно. Потом переехала к Вадиму. У него обитала еще три месяца, благо он не возражал. Готовить я всегда умела, а поесть вкусно он любил. Да еще и имел в подъезде консьержа, и еще считал Лешку козлом. В общем, жилось мне там, как у Христа за пазухой. Выть только от тоски хотелось, а так ничего. 

Получив наконец развод, я пустилась в вояж. Четыре месяца моталась по Европе, спустив все свои сбережения. С удовольствием наматывала километры пешком, арендовала машинки, велосипеды. Не посетила ни одной экскурсии, зато не торопясь, со вкусом обследовала все интересные городки. Это, скажу  я вам, лечит душу. Жаль,  эффект временный. И еще два месяца ютилась тут, так как у Вадима завелась постоянная пассия, а мешать его личной жизни мне не хотелось, я мечтаю о племянниках. 

Итого - десять месяцев. Десять месяцев я живу без Лешки. И у меня получается, я могу. 

Утро застало меня совсем без сил, а день предстоял тяжелый. Вскоре засуетились грузчики, спуская вниз многочисленные коробки, и немногочисленную мебель. Одной мне много не нужно. Я сидела на кухне и помешивала чай. Не забыть бы забрать свою кружку! Стул напротив меня скрипнул, подняла голову - Леша. 

- Ты чего пришел? – я сердито насупилась. – Ностальгия измучила? 

- Не ерничай. Твои двери нараспашку, я не мог упустить такого момента. Нам нужно поговорить. 

- Не смеши меня, – я слишком устала, сегодня во мне не было даже эмоций. – О чем говорить?  Все уже давно сказано. У тебя свои дела, у меня свои. Квартиру вот купила. Следующий пункт на повестке  - любовник. – Про любовника я зря, зарекалась же  не дразнить. Кулаки его сжались, я нервно улыбнулась. Ничего, при свидетелях он меня не задушит. 

- Аня, хватит, пожалуйста. Ты все  решила за нас. Я не готов, никогда не буду готов без тебя жить, я это признаю открыто. В отличие от тебя. Зачем ты нас мучаешь? 

- Это я нас мучаю? - от несправедливости у меня дыхание перехватило. - Я, да?  Уходи. Пошел вон, сейчас! 

Он все стоял и мялся, а я чувствовала, что сейчас наброшусь на него, и все то равнодушие, которое я в себе старательно культивирую, сгорит синим пламенем. Толкнула его к двери, он пошатнулся. 

- Аня, давай поговорим, ну пожалуйста. Не будь ребенком. 

Обежала его, и заперлась в ванной. Как славно, что в мире столько дверей, и за каждой можно спрятаться. Стучать и упрашивать он не стал, и через десять минут я вышла. Он не ушел - таскал мою рухлядь вместе с грузчиками. Ну и хрен с тобой. Убедившись, что ничего не забыто, я поехала в свою новую квартиру. Она была прекрасна. Небольшой трехэтажный особнячок причудливой планировки. На каждом этаже лишь по  четыре квартиры. Моя на последнем. У меня выход на крышу и своя на ней мансарда. Точнее, часть общей, поделенной на четыре части. В мансарде низковат потолок, и моих личных тридцать пять квадратов. И выход на крышу прямо из нее.  Здесь пока серый бетон, но какая же красота у соседей! Вадимка мне поможет, какие- то цветы я успею посадить, на дворе май. 

Внизу, в самой квартире,  две комнаты и кухня. Большая лоджия, вдоль стены прихожей лестница наверх. Что я буду делать одна на такой площади, я не представляла, но это не мешало мне ею наслаждаться. Моя квартира обрастала барахлом. Горой коробок. В гостиную торжественно въехал диван. Я не знала, как мне избавиться от Алексея, поэтому просто позвонила Вадиму. 

Проблема решилась, а Вадим остался до ночи мне помогать. Спалось мне очень крепко, никто меня во снах не преследовал. Утро было солнечным, я с удовольствием пила чай на своей светлой кухне. Окно было открыто, занавески покачивало ветром, слышался детский смех. Я отставила кружку и подошла к окну. Воздух был мягок и легок, деревья в свежей зелени. Стайка девочек прыгала со скакалкой. А рядом с ними, на асфальте огромными буквами выведено – Анька, я тебя люблю. Так знакомо, так же размашисто, что и несколько лет назад под окнами маминой квартиры. Идиот. Господи, какое ребячество. Хорошее настроение как ветром сдуло. Первым желанием было позвонить ему, и накричать, но, боюсь,  именно этого он и дожидается. 

В дверь позвонили - приехал Вадим, опять же с коробками. 

- Давай скорее говори, что куда двигать, и куда  прибивать гвозди, – деловито оглядываясь, он обходил мои квадратные метры. – Времени у меня два часа, гоняй пока и в хвост, и в гриву. 

Я гоняла, и вместе мы успели многое, коробки таяли, вещи находили свои места. На кухне коронное место занял половник. Как шутя говорил Лешка, фамильная реликвия. Он достался мне от бабушки, она, как и я,  была знатной кулинаркой. На завтра у меня первый заказ. Я пекла торты. Красивейшие, не  постыжусь сказать произведения искусства. Платили за них много, и на жизнь мне хватало. Я с удовольствием посещала мастер-классы, сама преподаю два раза в неделю. Пробовала работать в ресторане, но бешеный темп производства и принудиловка не пришлись мне по душе. Куда приятнее не торопясь, на своей любимой кухне. 

Вадим уже ушел, и когда в дверь постучали, я подумала, что это он вернулся, и открыла без задних мыслей. Но это был Лешка. Не  давая мне времени на раздумья, отодвинул меня в сторону и вошел. В мои планы вовсе не входило говорить с ним в замкнутом пространстве и наедине. 

- Хватит уже ко мне ходить, пожалуйста, – я указала на дверь. 

- Пока мы не поговорим, я никуда не уйду. 

Он прошел на кухню, уселся на мой стул. Пододвинул чашку, заглянул в нее, и махом отпил половину. 

- Оставь мой чай в покое. И меня тоже. 

- Садись, говорить будем. 

Я послушно уселась, ну что мне еще делать? Бежать из своей квартиры?

 – На повестке дня мы. 

- Ты издеваешься сейчас?  Никаких мы уже давно нет. 

- Аня. – Он обошел стол, и сел у меня в ногах. – Ты меня уже наказала. Достаточно. Как дальше жить, я не знаю. 

- Живи счастливо,  - я отталкивалась его руки, во мне начинало клокотать бешенство, – со своей новой семьей и новым ребенком.

- Это ты за меня решила!  Передо мной выбора не ставили! Если бы у меня была возможность выбирать между тобой, и всеми детьми мира, я бы выбрал тебя! 

Я резко оттолкнула его, он откинулся назад, на пол. Ярость застилала мне глаза, единственное, чего мне сейчас хотелось – ударить его. Царапать, кусать, все  равно. Главное, сделать очень больно. Он вскочил и навис надо мной, и я почувствовала себя загнанной в угол. 

- Ты же любишь меня. Я люблю тебя. Зачем страдать? Смысл? 

- А чем ты тогда думал?  Полтора года назад? Когда трахал свою щедрую на ласки Инну? Когда делал ей ребенка? Ребенка, которого так хотела я! 

- Да я с ума сходил!  Мы год занимались сексом по дням, помеченным крестиком в календаре! Ты же помешалась! И я с тобой, думаешь, легко сознавать, что не можешь дать своей женщине то, чего она так жаждет? Да я бы всю жизнь с тобой прожил без детей, мне ты нужна, а не дети, ты понимаешь это? 

- И поэтому ты заделал ей ребенка? Может затем, чтобы доказать, что можешь? Ты представляешь, хоть на минутку, что я почувствовала, увидев ее, беременную твоим ребенком? Рядом с тобой! Когда осознала! И это когда я готовилась к ЭКО! 

Я вновь оттолкнула его и вскочила на ноги. Бежать отсюда, бежать. Пока он не сумел меня убедить. Пока я не убила его. 

- Я несколько лет пытался сделать тебе этого  ребенка! Я и сам его захотел! А с ней, один пьяный перепих, и все готово. Получайте. Да,  я возненавижу себя сейчас за свои слова, но он мне не нужен, мне ты нужна. Я уговаривал ее сделать аборт, безуспешно. Я смотреть на нее не могу. Я просто в аду жарюсь, Ань. И ты со мной. 

Я хотела бежать, но он схватил меня за руку. Другой, размахнувшись, ударила его по щеке. Он замер, и я тоже. В первые секунды меня затопил страх – я никогда еще не била людей. По -настоящему. Но потом меня окатила эйфория, я сделала это, ударила его! 

Он оттолкнул меня, в его глазах было удивление. А  я, не отдавая себе отчета в действиях, схватила кружку со стола, и бросила в него. Попала в грудь, по рубашке растеклось некрасивое пятно. Он дернулся ко мне, но я оббежала стол - он у меня большой и круглый. 

- Уходи! Пошел вон, – крикнула  я, и схватила тарелку.  - Тебе же хуже будет. 

- Неа. Я погляжу еще, на что ты способна, тихоня моя. 

- Я не твоя, – кинула в него тарелкой, но он ловко уклонился, и она бездарно разбилась о стену. Мы маневрировали вокруг стола, я напряженно за ним наблюдала – он делал ложные выпады и вполне мог меня поймать. – Видеть тебя не хочу. Никогда! 

- Врушка, – сказал он и дернулся влево. Я от него, одновременно метая тарелку. Опять не попала. 

Стопка тарелок стремительно таяла. Еще две разбились, миновав Лешку. Зато следующей я его достала. Раскололась прямо о его лоб, оставив некрасивую красную полосу. Я замерла, в страхе и восторге перед своей смелостью. И тут он меня настиг. Схватил за руку и поволок в мою девственную пока еще спальню. Я визжала и брыкалась, ему пришлось нелегко. Два раза, извернувшись, оцарапала. Но он уже бросил меня на кровать, накрыл своим телом, и начал избавлять от одежды. Работы я ему не облегчала, сопротивляясь по мере сил. Возбуждение и адреналин бурлили в моих венах, каюсь, я упустила момент, когда вместо того, чтобы вцепиться в его волосы, обняла за шею. Злость никуда не ушла, она так и кипела во мне, на Лешку, на себя, на жизнь. Но  тем крепче, тем яростнее я к нему прижималась, я даже кричала, чего в обычной жизни себе не позволяла. Лешка рычал, шептал какие то глупости, в смысл которых я не вникала, и двигался, двигался во мне… Удовольствие, затопив, отступило, а мы остались. Мокрые, тяжело дышащие. Я прятала глаза. Лешка хотел что-то сказать, но я остановила его движением руки. 

- Я сделаю вид, что этого не было. Пойду в ванную, а когда вернусь, рассчитываю быть в одиночестве. 

Долго стояла, включив душ на полную мощность, и не решаясь выйти. Была уверена, что Лешка не уйдет, но он ушел. Я обиделась, что, конечно, весьма глупо. 

Утром опять же заварила чаю, и выглянула в окно - надпись была на месте. Я улыбнулась, и тут же обругала себя. Но хорошее настроение никуда не делось, напевая,  я пекла торт, украшала его и ловила себя на том, что улыбаюсь. Торт удался, и заказчики были просто в восторге. 

Вечером двое мужчин в яркой форменной одежде принесли мне большой горшок. С лимоном. Деревце поднялось почти до метра в высоту, его усеивали мелкие плоды. Если бы это был букет цветов, я бы его выбросила без раздумий. Избавиться от лимона рука не поднялась, и он занял место в углу гостиной. Так вписался, как будто там и рос, всю жизнь, прямо с косточки. 

С тревогой ждала еще действий, но напрасно. Так пролетела неделя, признаться, я была даже рассержена. Неужели все кончится одноразовым сексом? Противоречила сама себе, срывалась, кричала на Вадима. Он и Лёля, это его девушка, помогали мне на крыше. Сначала ее устелили  влагоизолирующим материалом, его спаяли на швах. Поверх него высыпали очень много земли, которую мы, стеная, разровняли по всей площади. Настелили газон, посадили цветы, поставили качели. Какие - то цветы были в клумбах, какие – то в навесных горшках. Это было просто прекрасно, несмотря на то, что цвели только те цветы, которые мы купили большими уже саженцами. Я посеяла и пряные травы для кухни, с удовольствием их поливала и каждое утро проверяла на наличие ростков. Жизнь мне почти нравилась. Я вдруг допустила мысль, что могу просто забыть Лешку, и жить, радуясь, но от этой мысли стало нестерпимо грустно.