Читаем Под мостом (СИ) онлайн бесплатно

Одноногий Солдат служил на городском вокзале. Не вполне официально, правда, а так, по собственной инициативе. Каждое утро он подходил к камере хранения и вставал рядом с окошечком, упёршись спиной в стену, в ожидании того, кому потребуется его помощь. Иногда приходилось стоять часами, и даже бывали дни, когда он возвращался домой совсем без заработка, но на этот раз ему сразу повезло. Ещё издалека он увидел красивую молодую женщину с двумя мальчиками примерно пяти и восьми лет, волокущую по полу два огромных чемодана на колёсиках.

Она вступила в короткие переговоры с приёмщиком, и Одноногий Солдат невольно услышал её громкий возмущённый голос:

- Тридцать золотых в час?! Это неслыханно! У меня нет таких денег!

- Извините, - ответил ей приёмщик. - Все тарифы утверждены начальником вокзала. Если вам так угодно, вы можете оставить жалобу в книге.

Женщина в бессилии покачала головой, и Одноногий Солдат понял, что его время настало. Он сделал шаг навстречу к даме и откашлялся.

- Позвольте мне помочь вам, - сказал он, стараясь произносить слова ровно и уверенно, чтобы не испугать её. - Я могу присмотреть за вашими вещами. И возьму недорого — всего десять золотых за целый день.

Женщина окинула его изучающим взглядом, но, видимо, ничего, подлежащего осуждению, не нашла — как ни была потрёпана временем его одежда, она всё-таки оставалась в глазах простых людей военной формой.

- Вы позволите взглянуть на ваше удостоверение? - спросила женщина.

Одноногий Солдат предвидел этот вопрос, поэтому без промедления достал из внутреннего кармана сложенный вчетверо листок бумаги.

- Удостоверения, к сожалению, у меня нет, - ответил он. - Но есть рекомендации. Это письмо от Командующего 5-ой Гвардейской Дивизией, где я раньше служил.

- Не надо! - горячо откликнулась женщина, устыдившись собственной подозрительности. - Я верю вам!

С этими словами она вручила Одноногому Солдату оба чемодана.

- Мне нужно всего два часа, - пояснила она.

- Не беспокойтесь и не торопитесь. Делайте ваши дела.

Женщина с благодарностью посмотрела на него, взяла детей за руки и быстрым шагом направилась к выходу, ведущему на привокзальную площадь.

Одноногий Солдат придвинул чемоданы к стене, чтобы они не мешали другим пассажирам, а сам встал рядом в своей привычной позе. Приёмщик не прогонял его, потому что с каждой удачной сделки получал свою долю. К тому же, мирно стоящий пожилой мужчина в военной шинели не привлекал внимания железнодорожной полиции.

Через два часа женщина, конечно, не вернулась, что Одноногий Солдат вполне себе предвидел — у любого человека всегда найдётся пара-тройка дополнительных дел, о которых он поначалу и не подозревал. Но когда прошло двенадцать часов, и ему пришлось вынести чемоданы из закрывающегося на ночь вокзала, он подумал, не случилось ли чего.

На освещённой яркими фонарями площади не спеша прогуливались жители города, но и они вскоре покинули её. Во-первых, становилось слишком поздно, а во-вторых, где-то в отдалении прошумел гром, предупреждая о приближающейся грозе.

Солдат не боялся стихии и за чемоданы был совершенно спокоен — он предусмотрительно поставил их под обширным козырьком главного подъезда. Жаль только, что он пропустит из-за этого вечерний чай с друзьями. Ну, да ладно, будет завтрашний день, который всегда наступает именно для того, чтобы завершить начатое вчера.

С неба обрушилась вода. Похолодало. Солдат перебрался поближе к вещам, которые охранял, и поднял воротник, чтобы хоть как-то уберечься от ветра. Слава Богу, дождь длился недолго, смилостивившись над теми, кого вынудили в ненастную пору оказаться на улице обстоятельства.

Он пробыл на посту всю ночь, и пришедший утром на работу приёмщик посмотрел на него с удивлением.

- Что, до сих пор её нет? - спросил он, но больше для порядка, поскольку и так знал ответ.

- Придёт, - ответил Одноногий Солдат.

- Эх! - Приёмщик махнул рукой. - Мой тебе совет: сходи домой, хорошенько выспись и поешь.

- Не могу, - покачал головой Одноногий Солдат. - Ведь она может вернуться в любую минуту. Что она подумает, если не застанет меня здесь?

Но женщина не появилась и в этот день, который ознаменовался, к слову сказать, первым снегом. Задержаться на разгорячённом после лета асфальте ему не удавалось, но он упорно падал и таял, уверенный в том, что рано или поздно придаст упрямой поверхности нужную температуру.

Ближе к ночи солдата стала пробивать мелкая дрожь, но он согревал себя мыслями о тёплом одеяле, которое ждало его дома, о горячем чае, который он вот уже второй раз так опрометчиво пропустил, и о том, что не бывает худа без добра — теперь ему полагалось двадцать золотых вместо оговоренных десяти.

Вторая ночь получилась ещё более нескончаемой и грустной. Её наполнили воспоминания и размышления о будущем, а навязчивый и соблазнительный шёпот о том, чтобы бросить всё и уйти, солдат отгонял, произнося вслух простое заклинание, которое придумал сам:

- Слабые духом не долго держатся в теле!

Снег закончился, едва солнце показалось на востоке. Теперь небесному светилу предстояло осушить неожиданно возникший мокрый беспорядок, и оно принялось за эту работу с вдохновением. А вскоре снова открылся вокзал, и солдат вернулся на своё обычное место возле камеры хранения.

Когда зал наполнился первыми посетителями, он заметил владелицу багажа, идущую быстрыми шагами к нему. На этот раз она была совершенно одна — наверное, оставила детей у кого-нибудь из знакомых. Приблизившись к нему вплотную, она нежно взяла его за руку.

- Извините, - виновато произнесла она. - Мне пришлось немного задержаться.

Одноногий Солдат понимающе кивнул.

- И у меня, - женщина опустила глаза, - нечем с вами расплатиться.

- Пустяки, - сказал солдат. - Отдадите потом, когда появится возможность. Вы всегда можете меня найти на этом месте.

- Вы такой добрый, - произнесла она и погладила солдата по небритой щеке.

Забрав вещи, она двинулась к выходу на перрон, где заканчивалась посадка на курьерский поезд до столицы. У самой двери она обернулась и помахала ему рукой. Он сделал то же самое.

- Всё в порядке? - участливо спросил приемщик.

- Да, - ответил Одноногий Солдат. - Но можно я отдам тебе твою долю завтра? У меня возникли кое-какие непредвиденные расходы. - Он не хотел, чтобы приёмщик подумал о женщине плохо.

- Конечно, - согласился тот. - У меня нет причин не доверять тебе.

- Спасибо, - сказал Одноногий Солдат и прислонился к стене, замерев в ожидании своего следующего клиента, потому что до темноты оставался ещё целый день.

Несмешной Клоун аккуратно расставил свой реквизит и стал ждать, когда на городской площади появятся первые зеваки. Он знал, что ещё, по крайней мере, часа два здесь никого не будет, но он не мог позволить себе пропустить хотя бы одного зрителя, даже случайно забредшего на площадь. Ведь никогда заранее неизвестно, кто из них греет в кармане горсть монет, приготовленных для бедного служителя искусства.

И в самом деле, не прошло и пятнадцати минут, как он увидел одинокий силуэт, показавшийся из проулка. Несмешной Клоун взял в руки три упругих мяча и подбросил их в воздух один за другим, стараясь не уронить.

- Спешите! Спешите! Спешите! - бодро прокричал он. - Самое удивительное и незабываемое представление! Фокусы, миниатюры, пародии!

Он оборвал себя на полуслове, так как различил в идущем к нему человеке Бдительного Полицейского.

- Здравия желаем! - брякнул артист, может, несколько фамильярно, но клоунам это позволяется.

- Доброе утро! - ответил полицейский, подходя поближе. - Рано ты что-то сегодня.

- О, нет! - ответил Несмешной Клоун. - Я-то как раз вовремя, а вот вы, господин полицейский, действительно поднялись ни свет ни заря. Уж не случилось ли чего?

- Нет, - ответил страж порядка. - Просто у меня на сегодня накопилось много дел. Вот и решил начать свой рабочий день пораньше. - Он достал из кармана носовой платок и протёр им лицо. - Жарко днём будет, как ты считаешь?

- Да, гораздо жарче, чем вчера, - подтвердил клоун, но тут же спохватился. - Извините меня, ради Бога! Я вас, наверное, отвлекаю?

- Пустяки, - отозвался полицейский. - Тем более, что я пришёл сюда специально, чтобы поговорить с тобой.

- Со мной? - удивился клоун. - Но о чём?

Бдительный Полицейский тяжело вздохнул.

- Боюсь, у меня плохие новости, - произнёс он после короткой паузы.

К плохим новостям Несмешной Клоун привык с детства, поэтому он лишь криво улыбнулся раскрашенным ртом.

- Почту за честь услышать их из ваших уст, - придумал он на ходу, но Бдительный Полицейский не поддержал его весёлого тона.

- Мэрия решила повысить пошлины на выступления бродячих артистов в городе, - сказал он.

Улыбка застыла у Клоуна на лице — действительно, эта новость могла считаться худшей из худших.

- Теперь тебе придётся платить не триста золотых в месяц, как раньше, а шестьсот.

- Боже! Что они делают! - воскликнул клоун. - Я не собираю за месяц такой суммы! Вы же знаете, господин...

- Я-то знаю, но указ уже подписан Главным Администратором. Вот в чём проблема. Несомненно, будь на то моя воля, я бы оставил всё, как есть. Однако обстоятельства иногда выше нас.

- Да. Это так, - согласился с ним Несмешной Клоун.

Они помолчали, думая каждый о своём. Когда же поддерживать тишину дальше стало неприлично, Бдительный Полицейский первым вернулся к диалогу.

- Ты попробуй выступать не на площади, а на рынке, - посоветовал он. - Там пошлину подняли всего до четырехсот золотых.

Возможно, он размышлял над этим предложением накануне и заранее приготовил произнесённую только что фразу. Но клоун отрицательно покачал головой:

- Человек не должен опускаться ниже той черты, которую сам себе наметил. Иначе он потеряет уважение к самому себе.

- Интересная мысль, - согласился с ним полицейский. - Ты позволишь, я запишу её?

- Конечно.

Бдительный Полицейский немного повозился, доставая ручку и блокнот. Но клоун не торопил его и с удовольствием повторил свой немудрёный афоризм, когда потребовалось.

- Так что ты собираешься делать? - спросил полицейский, закончив писать.

Клоун ответил ему не сразу. Он прокрутил в голове все возможные варианты и лишь потом осмелился озвучить их.

- Послушайте, господин полицейский, - обратился он. - Сколько мэрия берет с нищих, просящих милостыню?

- Нисколько, - ответил полицейский.- Они же не оказывают никаких услуг, и по логике закона не должны облагаться налогами.

- А если я буду тоже просить милостыню и показывать при этом свои номера? Как бы невзначай.

- Как это? - не понял Бдительный Полицейский.

- А вот так!

Несмешной Клоун в очередной раз подбросил в воздух мячики и стал декламировать:

- Подайте бывшему клоуну, который больше не может выступать на городской площади по причине повышения пошлин!

Полицейский насупился.

- Нет, так не пойдёт. Получается, что ты выступаешь против распоряжений власти и даже в некотором роде критикуешь её. А это у нас запрещено.

- Простите, я забыл, - смутился клоун. - Мои мысли сейчас слишком спутанны. Тогда так: подайте несчастному клоуну, которому судьба больше не позволяет показывать свои весёлые номера.

Полицейский нахмурился снова:

- А ты не мог бы не подбрасывать эти дурацкие мячи? - буркнул он.

Клоун остановился.

- Подайте несчастному клоуну! - сказал он.

- Хм, - задумался полицейский. - Так гораздо лучше. Только ещё убери слово «клоун». Для твоей же пользы. А то подумают, что это обычное выступление и возьмут с тебя пошлину.

- Подайте несчастному, - пролепетал Несмешной Клоун.

Бдительный Полицейский достал из кармана монетку и воткнул её в руку собеседника.

- С почином тебя, дружище! - поздравил он.

Служба в церкви Святого Захария подходила к концу. Дождавшись знака священника, Уродливый Карлик взял приготовленный заранее кувшин с водой и прошёлся по рядам прихожан. Они вытягивали вперёд руки, складывая ладони лодочкой, а карлик поливал их тонкой струйкой, совершая древний обряд. Люди благосклонно смотрели на него, и невольные слёзы счастья наворачивались у него на глазах. Ведь он был настолько уродлив, что даже нищенствование не приносило ему дохода — прохожие просто шарахались от него в испуге. А здесь он обрёл покой и возможность быть полезным обществу. Кроме того, после каждой службы священник давал ему десять золотых, чего вполне хватало на жизнь при его умеренных притязаниях.

Уродство своё он получил при рождении, но никто и никогда не рассказывал ему, что именно произошло. Он знал лишь то, что женщина, давшая ему жизнь, не смогла вынести вида покалеченного дитя и попросила отдать его в приют.

Когда он подрос и стал разбираться в тонкостях бытия, он много раз мысленно обращался к ней и вопрошал, зачем она оставила его жить, обрекая на вечные мучения и презрение людей. Но потом, когда он познакомился со священником, тот объяснил ему, что так думать грешно. Что каждая жизнь достойна уважения, потому что дана Богом, и что в любой жизни, даже самой жалкой и беспросветной, всегда присутствует Божий замысел. А того, кто больше других страдает на Земле, ждёт воздаяние на Небесах. Через эти простые слова Уродливый Карлик уразумел суть своего существования.

После того, как с омовениями закончили, священник встал возле киота и торжественно произнёс:

- Теперь, когда мы очистились от скверны, давайте выслушаем нужды наших братьев и сестёр и помолимся за них.

Первым поднялся со своего места высокий мужчина в длинном сером плаще.

- Помолитесь за мою дочь, - обратился к собранию он. - Она скоро сдаёт выпускные экзамены.

- Образование — богоугодное дело, - подтвердил священник. - Попросим у Господа, чтобы Он благословил сердца учителей и вселил в твою дочь дух тяги к знаниям.

Раздались отдельные голоса в поддержку просьбы, после чего все присутствующие склонились в короткой молитве.

Затем пожилая женщина попросила защитить её от придирок домохозяйки, у которой она арендовала комнату. За неё помолились тоже. Респектабельный гражданин в дорогом костюме пожелал Божьего благословения перед предстоящей крупной сделкой. И так продолжалось до тех пор, пока просьбы прихожан не иссякли. Священник в последний раз обвёл взглядом присутствующих, чтобы убедиться — никто не остался без внимания. И тут вдруг Уродливый Карлик неожиданно для самого себя сделал шаг к алтарю и сказал:

- А можно помолиться за меня?

В наступившей тишине раздался короткий смешок, послуживший сигналом всем остальным — прихожане разразились весёлым смехом.

- Сын мой! - добродушно произнёс, наконец, священник, вытирая слёзы умиления. - Уже тем ты должен быть доволен, что мы не прогоняем тебя и позволяем омывать нам руки. Чего ещё ты хочешь? Зачем понапрасну собираешься тревожить Бога?

- Простите, - пробормотал карлик, понимая, что совершил глупость.

Священник ласково посмотрел на него.

- Не беспокойся и не мучайся о сегодняшнем твоем проступке. Бог милостив — Он простит. И мы, братья и сёстры, давайте тоже простим его.

- Аминь! - раздались многочисленные голоса.