Читаем Плоть орхидеи онлайн бесплатно

THE ORCHID

Copyright © Hervey Raymond, 1948

All rights reserved

Откуда-то из глубин здания, перекрывая рев ветра, от которого дребезжали окна и сотрясались двери, сквозь стены с мягкой обивкой просочился женский вопль. Это был жуткий звук, свидетельствовавший скорее о полной деградации, чем о боли или страхе, и он все нарастал, а достигнув своей кульминации, наконец сменился жалобными всхлипами сумасшедшей.

По широкому коридору, проходящему через все строение, шла молодая симпатичная медсестра и несла на подносе ужин. Она остановилась у одной из дверей и опустила поднос на белый эмалированный столик у стены.

Тут же из-за поворота появился приземистый смуглый мужчина с двумя золотыми зубами. Увидев медсестру, он цинично ухмыльнулся, но сверху снова раздался душераздирающий женский вой, и ухмылка превратилась в гримасу.

– Эти вопли надоели до скрежета зубовного, – сказал он, останавливаясь рядом с медсестрой. – Уж хоть бы дать ей повод поорать… Это я бы обеспечил с удовольствием.

– А, это номер десять, – ответила девушка, приглаживая пшеничные кудри, обрамляющие хорошенькое личико под накрахмаленным белым колпачком. – В грозу она всегда так. Надо бы перевести ее в палату со звукоизоляцией.

– Да пристрелить проще, – буркнул коротышка. – Действует мне на нервы. Если б знал, как оно обернется, в жизни не согласился бы на эту работу.

– Не капризничай, Джо, – сказала медсестра, равнодушно посмеиваясь. – Это ж психушка, чего ты хотел-то?

– Уж точно не этого. – Джо помотал головой. – На нервы действует. А урод из пятнадцатой палаты мне утром едва глаза не выколол. Слышала?

– Все слышали, – сказала медсестра и рассмеялась. – Говорят, ты как лист дрожал.

– Надеялся так выпросить у дока Траверса хоть глоточек бренди, – ухмыльнулся Джо. – А он, подлец, мне нюхательной соли дал. – Джо подумал немного и продолжил: – Слышишь, какой ветер? Тут и так жутко, а еще он воет, как заблудшая душа.

– Вот ведь книжек начитался, – сказала медсестра. – А я люблю звук ветра.

– Ну и наслаждайся, – отрезал Джо.

Вдруг женщина наверху рассмеялась, и смех ее прозвучал ясно, пронзительно, без малейшего оттенка истерики, и этот сверхъестественный пугающий звук слился с шумом бушующей на улице грозы.

– И эти хиханьки тебе тоже нравятся? – спросил Джо, поджав губы и беспокойно косясь.

– Привыкла, – сухо сказала медсестра. – Психи – они как дети: желают самовыражаться.

– С этим у нее все в порядке, может гордиться.

После непродолжительной паузы медсестра спросила:

– Дежурство закончилось?

Джо внимательно посмотрел на нее – не то насмешливо, не то дружелюбно.

– Это приглашение? – спросил он, придвигаясь поближе.

Медсестра засмеялась.

– Боюсь, что пока нет, Джо, – с сожалением сказала она. – Надо еще восьмерым подать ужин. Хорошо, если через час освобожусь.

– Да к черту все! Я – спать. Сэм уже пришел на смену. Вставать-то в четыре. И потом, не могу я больше слушать, как эта ненормальная орет, – хватит с меня.

– Хорошо, значит, иди спать. – Медсестра вскинула голову. – Найду другую компанию. Доктор Траверс хочет, чтобы я сыграла с ним в джин-рамми.

Джо фыркнул:

– Только на это он и способен. У дока Траверса ничему новенькому не научишься.

– Знаю… доктор Траверс – не первой свежести… Да и ты тоже, Джо.

Джо потянул носом, глядя на поднос.

– А неплохо их тут кормят. – Он стянул с подноса стебелек сельдерея. – Пока я здесь не начал работать, думал, им бросают сырое мясо сквозь прутья клетки.

Он принялся жевать сельдерей.

– Не трогай ужин пациентки, – с раздражением сказала медсестра. – Какой невоспитанный! Здесь так нельзя.

– Все, уже сделал, – простодушно сказал Джо. – Гадость какая! И потом, у нее столько денег… Вряд ли ее опечалит пропажа веточки сельдерея.

– А, так ты знаешь?

Джо хитро взглянул на нее:

– Я ничего не упускаю. Подслушал под дверью, когда док Траверс орал в трубку. Шесть миллионов баксов. Это же ей Блэндиш оставил, да? Подумать только! Шесть миллионов! – Он тихонько присвистнул.

Медсестра вздохнула. Эта мысль весь день не выходила у нее из головы.

– Ну, некоторым везет, да. – Она прислонилась к стене, оценивающе разглядывая Джо. Все-таки он не лишен привлекательности – так ей казалось.

– Какая она из себя? – спросил Джо, показывая стеблем сельдерея на дверь. – Рассказывают, понимаешь… Сэм говорит, сочная штучка. Это правда?

– Бывают и похуже, да, – отмахнулась медсестра. – Но не в твоем вкусе, Джо.

– Вот, значит, как. Да с шестью миллионами даже лошадь миссис Астор будет в моем вкусе. Если бы эта дамочка дала мне запустить руку в свой кошелек, я бы женился на ней хоть завтра. Может, уговоришь ее?

– Тебе такая жена точно не понравится, Джо, – хихикнула медсестра. – Будешь бояться глаза закрыть. Она прирожденный убийца.

– Если она так хороша, как говорит Сэм, я не захочу закрывать глаза, – парировал Джо. – И потом, ради таких денег стоит и рискнуть. Думаю, я бы с ней справился, взгляд у меня гипнотический. – Он потеребил медсестру за бок. – Однажды и тебя загипнотизирую.

– А меня не надо и гипнотизировать, – хихикнула она. – Ты же знаешь, Джо.

– И то верно.

Медсестра взяла поднос.

– Все, у меня работа. Неужели не увидимся сегодня? – Она посмотрела на него лукаво. – Правда, что ли, будешь валяться в постели?

Джо окинул ее взглядом:

– Ладно. Тогда в восемь. Но не заставляй меня ждать. Можем пойти в гараж и посидеть в машине. Если не найдем чем заняться, поучу тебя рулить. – Он прикрыл один насмешливый глаз. – Всяко повеселее, чем в джин-рамми играть.

И, погрузившись в свои мысли, зашагал по коридору – нескладный, приземистый, безразличный к собственной победе.

Медсестра посмотрела ему вслед, вздохнула и нашарила ключ, висевший на тонкой цепочке у нее на поясе. Пациентка на третьем этаже опять принялась кричать, словно нашла новый источник вдохновения, – ее вопли перекрывали шум дождя, хлещущего по оштукатуренным стенам лечебницы. Ветер, притихший было перед очередным порывом, постанывал в трубах. Где-то со стороны двора громко хлопнула дверь.

Медсестра отперла замок и вошла в незатейливо обставленную комнату. У окна стоял железный столик, в сторону двери было повернуто кресло – и оба предмета мебели были привинчены к полу. На высоком потолке горела лампа без плафона в проволочной оплетке. Светло-голубые стены были обиты мягким стеганым материалом. На кровати просматривались очертания женщины, очевидно спящей.

Медсестра чуть рассеянно, все еще думая о Джо, поставила поднос на столик и подошла к кровати.

– Проснитесь, – быстро сказала она. – В это время нельзя спать. Поднимайтесь, я вам ужин принесла.

Тело под одеялом не пошевелилось, и медсестра нахмурилась: ей вдруг стало не по себе.

– Просыпайтесь! – резко повторила она, касаясь спящей.

Когда пальцы ее погрузились во что-то мягкое, она поняла, что под одеялом – не человеческое тело. По спине пробежал холодок тревоги. Она откинула одеяло и едва успела заметить подушку и свернутое одеяло вместо пациентки: в этот миг стальные пальцы сомкнулись на ее лодыжках и сильно дернули.

Ужас сковал ей горло, не дав издать и звука, и она почувствовала, что падает. Миг, пока она отчаянно пыталась удержаться на ногах, показался ей бесконечностью, потом она рухнула на спину, и от сильного удара головой и плечами об покрытый ковром пол ей стало плохо. Ошеломленная, неспособная двигаться, она вдруг осознала, что оказалась наедине с опасной сумасшедшей, и отчаянно попыталась встать. Смутно ощущая, как кто-то над ней нависает, женщина тоненько пискнула от ужаса – мышцы отказались ей повиноваться. И тут поднос вместе со всем содержимым, с едой и посудой, обрушился ей на голову.

Женщина на третьем этаже снова смеялась – ее невеселый смех походил на дикий хохот гиены.

Джо поднял плечи, словно ожидая удара в затылок, и заторопился по темному коридору, потом вниз по лестнице, в цокольный этаж. Он рад был оказаться в спальне, которую делил с Сэмом Гарландом, шофером доктора Траверса. Гарланд хоть и лежал на койке под одеялом, но все еще оставался в брюках и рубашке. Его широкое добродушное лицо было обращено вверх, глаза закрыты.

– Ну и ночка! – оживился он, когда Джо вошел. – Несколько лет ничего подобного не было.

– Жутковато, – сказал Джо, подходя к камину и усаживаясь в кресло. – Наверху эта безумная то смеется, то воет, здорово действует на нервы.

– Слышал. А если она сбежит и заберется сюда, пока мы будем спать? – Гарланд спрятал ухмылку. – Только представь, Джо: явится с ножом, пока темно, и перережет нам, спящим, глотки. Вот посмеется-то тогда, а?

– Заткнись! – сказал Джо, вздрагивая. – Чего это ты вздумал страху на меня нагонять?

– Да такое уже было, – соврал Гарланд, устраиваясь поудобнее на засаленной подушке. – Одна вот заявилась к медсестре с бритвой – а когда ее нашли, она в коридоре играла в футбол головой этой самой медсестры, катала ее туда-сюда. Это еще до твоего прихода случилось.

– Враки! – разозлился Джо. – Заглохни! Говорю же, у меня сегодня нервы на пределе.

– Да я ж просто так – поболтать… – Гарланд усмехнулся и снова закрыл глаза. – Расслабься. Хорошая работа, особенно если не дергаться.

– А мне-то свезло как, – сказал Джо, почесывая затылок. – Иду на свидание с блондинистой сестричкой со второго этажа, в восемь часов. Не думаю, что в темноте получится у нас что-то хорошее.

– А, с той, – презрительно бросил Гарланд. – Она со всеми новенькими встречается. Не такая уж она и красотка.

– Ну, на заднем сиденье машины сойдет. Пару дней назад у нас была репетиция в костюмах… Вполне себе энергичная дамочка.

– В том-то и проблема, – сказал Гарланд. – Слишком энергичная.

Но Джо не слушал. Он подался вперед, пристально глядя на дверь.

– Сейчас-то что не так? – озадаченно спросил Джо.

– Снаружи кто-то есть, – прошептал Джо.

– Может, мышь или твоей блондиночке уже не терпится, – усмехнулся Гарланд. – Ну есть там кто-то – и что?

Но Джо был так явно напуган, что это подействовало и на Гарланда, – он тоже сел и прислушался.

Снаружи скрипнула половица, потом другая. Чья-то рука коснулась стены, потом еще раз – уже ближе.

– Может, это Борис Карлофф, – предположил Гарланд, но улыбка застыла на его лице. – Сходи глянь, Джо.

– Сам глянь, – прошептал Джо. – Я туда и за сотню баксов не сунусь.

Никто из них не пошевелился.

У двери кто-то зашарил рукой, опять скрипнула доска, потом топот ног по деревянному полу коридора заставил мужчин вскочить. Гарланд отбросил одеяло, Джо споткнулся о свое кресло. Тут же хлопнула задняя дверь, и по коридору пронеслась волна холодного воздуха.

– Кто это был? – спросил Джо, пятясь назад.

– Да просто кто-то вышел, дуралей, – проворчал Гарланд, садясь на кровать. – Что с тобой? Я вот теперь тоже дергаюсь.

Джо запустил пальцы в волосы:

– Меня сегодня натурально трясет. И наверху эта кричит не переставая, да еще гроза.

Он продолжал прислушиваться, глядя на дверь.

– Потому что хватит жрать витамины пачками, – резко сказал Гарланд. – А то сам в дурку загремишь.

– Слушай! Это собака. Нет, ты прислушайся.

Где-то в саду тоскливо завыла собака. Ветер подхватывал звук и уносил его прочь.

– Чего ж ей не повыть, если хочется? – неуверенно спросил Гарланд.

– Не в том дело. – Лицо Джо приняло сосредоточенное выражение. – Так собака воет, только если ее сильно напугать. Что-то ее страшит.

Они прислушались к тоскливому вою, потом Гарланд вдруг вздрогнул.

– Ты накручиваешь меня, – сердито сказал он, выглядывая в окно, в мокрую темноту. – Ничего не видно. Может, нам спуститься – у нее хоть будет причина для вытья?

– Я не пойду. – Джо сел. – Туда, в темноту, – да ни за какие деньги!

Но пронзительная трель звонка тут же заставила его вскочить.

– Это тревога! – закричал Гарланд, хватая пиджак. – Пошли, Джо, давай быстрее!

– Тревога? – непонимающе спросил Джо. У него по спине пробежал холодок до самых корней волос. – Какая тревога?

– Кто-то из психов сбежал! – проорал Гарланд, протискиваясь мимо Джо к двери. – Нравится тебе или нет, придется двинуть в темноту прямо сейчас.

– Так вот почему завыла собака, вот что мы с тобой слышали, – сказал Джо, не решаясь сдвинуться с места.

Но Гарланд уже бежал по коридору, и Джо, которому было страшно оставаться одному, поспешил за ним.

Перекрывая шум ветра и дождя, снова завыла собака.

Шериф Камп стряхнул воду с черной шляпы, входя вслед за медсестрой в кабинет доктора Траверса.

– Слышал, у вас тут неприятности, док. – Он пожал руку высокому угловатому человеку, шагнувшему ему навстречу. – Кто-то сбежал, верно?

Траверс кивнул. В его глубоко посаженных глазах читалось беспокойство.

– Мои люди сейчас ищут пациентку, – сказал он, – но нам пригодится любая помощь. Нервная работа: понимаете, она опасна.

Шериф потянул соломенный ус, пожелтевший от табака, ошарашенно глядя светлыми глазами.

– Так, значит? – медленно выговорил он.

– Я в очень затруднительном положении, – продолжал Траверс. – Если эта история попадет в газеты, мне конец. Именно эту пациентку никак нельзя было потерять.

– Помогу, чем смогу, док. – Камп сел. – Можете на меня положиться.

– Знаю. – Траверс принялся расхаживать туда-сюда и вдруг продолжил: – Пациентка – наследница Джона Блэндиша. Его имя вам о чем-то говорит?

Камп нахмурился:

– Джон Блэндиш? Да, кажется, что-то слышал. Это тот миллионер, у которого лет двадцать назад похитили дочку?

– Именно. Пациентку нужно вернуть на место раньше, чем кто-либо узнает о ее побеге. Вспомните, какой шум поднялся, когда Блэндиш умер в прошлом году. Если новости просочатся, все начнется по новой, хоть клинику закрывай.

– Да расслабьтесь, док, – спокойно сказал Камп. – Получите вы ее назад. – Он снова потянул себя за ус. – Говорите, она наследница Блэндиша? А о чем он думал, когда завещал деньги сумасшедшей? Бред же.

– Это его незаконнорожденная внучка, – сказал Траверс, понизив голос. – Просто чтобы вы были в курсе, и больше никому не говорите.

– Повторите, пожалуйста, – сказал Камп, выпрямляясь.

– Дочку Блэндиша похитил убийца-дегенерат, – сказал Траверс после минутного колебания. – Когда ее нашли, она успела пробыть в его руках не один месяц, и, помните, она покончила с собой – выбросилась из окна, не дождавшись встречи с отцом. Она умерла от полученных травм.

– Да, я в курсе, – нетерпеливо сказал Камп.

– Но вот чего вы не знаете: перед смертью она родила дочь. Отец ребенка – похититель, Гриссон.

Камп шумно выдохнул:

– И этот ребенок – ваша пациентка, ну, в смысле, уже взрослая, так?

Траверс кивнул: