Читаем Плюмбум (СИ) онлайн бесплатно

Плюмбум

https://ficbook.net/readfic/70762

Автор:

Rinhur

Фэндом:

Ориджиналы

Пейринг или персонажи:

м/м

Рейтинг:

R

Жанры:

Ангст, Психология

Предупреждения:

Нецензурная лексика

Размер:

Миди, 57 страниц

Кол-во частей:

18

Статус:

закончен

Описание:

Что чувствует охотник, превратившийся в жертву? Как жить, после того как, казалось бы, твоя жизнь разрушена? Мстить или признать, что получил по заслугам своим? Существует ли на свете чистое, незамутненное зло? Может ли настоящая дружба спасти и вытащить из бездны ненависти и боли?... Есть ли ответы на эти вопросы?...

сиквел к "Куколке" http://ficbook.net/readfic/20962

P.S. История второстепенных героев "Плюмбума" - Вика и Лёхи - подробно описана в рассказе "Лёшкино солнце".

Публикация на других ресурсах:

Нет.

Примечания автора:

Предупреждение: 18+. Упоминание наркотиков. По этому поводу автор заявляет, что является противником принятия любых наркотических средств и считает, что любые наркотики, даже так называемые "легкие", опасны, и не стоит их принимать даже за ради "я только один раз попробую и больше никогда не буду".

Ну и по традиции, мое видение героев:

Алекс и Димка: http://s019.radikal.ru/i607/1511/dd/7a885b67cbb8.jpg

Алекс и Димка: http://s004.radikal.ru/i206/1511/70/5e70714a6f8f.jpg

Алекс и Димка играют в пейнтбол: http://s017.radikal.ru/i425/1511/a9/b191d56a072f.jpg

Алекс и Димка от mssPElena: http://i003.radikal.ru/1511/7b/000fd1309eca.jpg

Содержание

Содержание

1 часть

2 часть

3 часть

4 часть

5 часть

6 часть

7 часть

8 часть

9 часть

10 часть

11 часть

12 часть

13 часть

14 часть

15 часть

16 часть

17 часть

18 часть (заключительная)

1 часть

****

Димка не любил ходить вечером через эту темную арку. Не то чтобы он боялся, просто, как только он заныривал в чернильную глубину подворотни, ледяные мурашки неприятно холодили кожу, от чего на теле дыбом вставали волоски, и сердце ухало куда-то в желудок. Но обычно все проходило благополучно и, уже сидя в светлой уютной кухне, грея руки о большую кружку черного чая с лимоном, Димка с улыбкой вспоминал неприятное, сосущее под ложечкой ощущение.

В этот вечер все пошло по-иному. Стоило Димке шагнуть в темный проем, как дорогу ему преградил высокий, бритоголовый парень в Адидасе и пижонской кепочке. Димка, нервно оглянувшись назад, увидел еще двоих, перекрывших путь к отступлению.

-Пацанчик, закурить не найдется? — сквозь зубы процедил бритоголовый.

Понимая, что все это только запевка, а в случае драки с тремя ему точно не справиться, Димка, мысленно распрощавшись с новеньким мобильником, все же попытался вступить в переговоры:

-Э, парни, не курю я.

-А если проверю? – насмешливо спросил бритоголовый и, расхлябанной походкой приблизившись к Димке, обшарил карманы его куртки. — Опа-на, какая знакомая мобилка. Пацаны, гля, у Тайсона недавно такую же тиснули.

-Парни, ну вы чего? Мой это телефон, я его в магазине покупал, — понимая всю бессмысленность этого разговора, Димка все еще не терял глупую надежду на благополучный исход встречи.

-Вот ща и проверим, — пообещал бритоголовый, — Тайсона позовем... или гони семь косарей, и разойдемся по-хорошему, а то Тайсон — пацан нервный, может и не сдержаться, прибьет ненароком.

-Парни, да мой это телефон, могу паспорт на него показать, — бубнил Димка, шаг за шагом потихоньку отступая в сторону двора.

И вот, когда казалось, что свобода уже близка, в раме темного проема подворотни показалась фигура высокого черноволосого парня. Ссутулив плечи и засунув руки в карманы, он шел, не обращая ни на кого внимания, сосредоточено смотря себе под ноги и попыхивая торчащей из уголка губ сигаретой.

-О, — обрадовались гопники, — вот и еще один... Поцик, дай закурить.

-Отъебись, — равнодушно бросил парень, не притормаживая и все так же, не поднимая взгляда, собираясь пройти мимо компании.

-А хули ты такой борзый?! — взвился подельник лысого, шагая в сторону новой жертвы и замахиваясь для удара, но тут же согнулся, тихо заскулив и хватаясь за нос, из которого на грязный асфальт подворотни закапала кровь.

Димка сначала даже не понял, что произошло, лишь мгновение спустя, сообразив, что парень одним неуловимым движением въехал локтем гопнику по носу и сейчас спокойно продолжает путь.

-Ты чё, сука?! — оправившись от ступора двое подельников, забыв о Димке, двинули на парня.

Отследив краем глаза их движения, тот притормозил и, встав спиной к стене арки, приготовился к обороне, лишь после этого подняв на противников темный, тяжелый взгляд. От всей его фигуры веяло злой решимостью, звериной жестокостью и готовностью убить… или быть убитым, причем с одинаково-равнодушным допущением и того, и другого. Нападающие, как будто наткнувшись на стену исходившей от него черной энергии, притормозили немного, и тут лысый, приглядевшись, удивленно спросил:

-Алекс? Ты?!

-Щербатый? — парень немного расслабился, в его взгляд постепенно возвращалась осмысленность, но он продолжал настороженно наблюдать за взявшими его в "клещи" гопниками.

-Блять, Алекс, и правда ты! — обрадовался Щербатый. — А я откинулся недавно, прихожу, а тебя нет, квартиру продали, и никто не знает где тебя искать... Ну, чё встали? Не видите, кореш это мой лучший, — оттолкнув дружков, Щербатый подошел к Алексу и, крепко пожав ему руку, приобнял за плечи, похлопывая по спине.

-С возвращением, — Алекс пожал в ответ руку и, окончательно расслабившись, криво усмехнулся. — Ну что, раз такое дело, надо встречу отметить. Пошли, Щербатый, выпьем.

Вся компания, как будто в миг забыв о своей первой жертве, дружно двинула из подворотни в сторону кафе, где обычно тусовалась местная гопота.

Димка, с трудом веря во внезапное спасение, рассеяно подобрал свой мобильник, выроненный лысым, и теперь, удивленно и немного отстранено, как будто смотрел кино, наблюдал за происходящим. Ему, почему-то, стало даже немного досадно, что все разом забыли о нем, и он нервно хихикнул, представляя, как недовольным тоном спрашивает уходящих: "Эй, вы куда? А я?".

То ли услышав его нервный смешок, или еще по какой-то причине, черноволосый парень обернулся и, окинув Димку пустым, словно мертвым взглядом, вместе со всей компанией скрылся за углом...

2 часть

***

Сидя за грязным столиком кафе, Алекс холодно и бесстрастно смотрел на Щербатого, возбужденно и сбивчиво рассказывающего, как он провел все это время, после памятной ночи, когда они чуть не изнасиловали Алексова сводного брата, а потом, пьяные и обкуренные, кружили по городу на ворованной тачке, предварительно избив и выкинув из машины ее хозяина.

-Я тогда тоже из города дернул, — самозабвенно вещал Щербатый, — это я уже через полгода по глупости влетел — ларек по-пьяни грабанул. До сих пор не пойму, нахуя мне этот ларек сдался, словно кто под руку толкнул. Вот правду говорят, что у человека на одном плече сидит черт…

-А на другом «петух»*, — пробормотал Алекс.

Щербатый завис на секунду, недоуменно глядя на парня, и тут же заржал, переглядываясь с дружками.

-Блять, Алекс, ты в своем репертуаре.

Вдоволь насмеявшись, Щербатый вытер выступившие слезы и, заговорщицки наклонившись в сторону бывшего приятеля, мечтательно закатил глаза:

-А знаешь, Алекс, я на зоне все время вспоминал твою «сестренку» кареглазую. Жаль твой папаша тогда не вовремя пришел, не дал пацанчика натянуть. Как думаешь, может сейчас к нему подкатить? – и Щербатый вопросительно посмотрел на Алекса.

-Подкати, — безразличным тоном ответил тот, — если найдешь.

-Так он не с вами теперь живет? – на лице Щербатого отразилось разочарование.

-Он уехал, пока меня не было.

-Жаль. И что, не знаешь где он сейчас? — парень не сводил с Алекса просительного, полного надежды взгляда и, когда тот, равнодушно пожав плечами, отрицательно покачал головой, Щербатый огорченно вздохнул и, откинувшись на спинку кожаного, потрепанного диванчика и развязно развалившись на нем, опять протянул. – Жаль. Красивая сучка и совсем на парня не похож, ему надо было девчонкой родиться. Был бы такой у нас на зоне, без дела точно не остался, через неделю затрахали бы до смерти. А так приходилось всякую хню тощезадую ебать.

Алекс, не отрывая от Щербатого пристального взгляда, медленно, словно воду, цедил дешевую водку из толстостенного, чуть сколотого с одного края, стакана. Он пил, совершенно не пьянея, лишь иногда чуть морщась и становясь все мрачнее с каждым глотком.

После той ночи, когда его изнасиловали, Алекса не брал алкоголь. Первую неделю после произошедшего в подвале он пил не просыхая. Впрочем, без особого результата — организм не принимал излишки спиртного, выворачивая желудок наизнанку. Тогда Алекс взялся за порошок и колеса. Но долгожданное забытье не приходило. Наоборот, измученное сознание, словно мстя, подсовывало ему яркие образы прошлого.

Барахтаясь в наркотическом бреду, Алекс иногда видел Тёмку. То с разбитыми, надорванными в уголках рта губами. Беспомощно и трогательно-беззащитно распластанного на грязном матраце. А то пепельно-белого — но все равно очень красивого — как символ неотвратимости возмездия застывшего в темном проеме двери подвала. Но чаще всего он видел себя: избитого и униженного, в жесткой хватке безжалостных рук насильников, обрабатываемого с двух сторон. Словно наяву, снова и снова, он ощущал, как чужие члены вбиваются в него, раздирая тело напополам, чувствовал тошнотворный запах и вкус крови и спермы, от которых хотелось блевать, пока кишки не вывернутся на изнанку. В такие минуты Алекс испытывал бессильную злобу, переплетающуюся с чувством обреченности и желанием умереть. И ему хотелось биться головой об стену до тех пор, пока череп не расколется на куски, как спелый арбуз, и тогда все мысли и образы, вместе с мозгом, разлетятся в разные стороны и больше не будут мучить его. Или хотя бы пока он не потеряет память и уже не будет помнить об этой ночи никогда…

Не в силах раз за разом, опять и опять переживать все, что с ним случилось, Алекс, так и не скатившись до иглы, с наркотическими экспериментами завязал.

Теперь, молча глядя на самодовольного Щербатого, Алекс с некоторым мрачным злорадством думал, что бы сейчас сделал дружок его закадычный, узнай он, что здоровался за руку, а сейчас пьет с «опущенным».

_______________________

* черт, петух – жаргонное обозначение статуса заключенных в тюремной среде.

3 часть

****

«За все надо платить», — любил повторять Алексу отец, имея в виду, что сыну пора прекращать бездельничать и надо браться за ум, помогать отцу в бизнесе, ведь ничего в жизни не дается просто так.

Но думал ли когда-нибудь Алекс, что эти слова воплотятся в жизнь настолько буквально и ему придется на своей шкуре испытать их смысл.

Ту ночь в подвале, когда его изнасиловали, а потом, внезапно оставив в покое, бросили одного на грязном матраце, он помнил хорошо. Помнил, словно яркий кошмарный сон, от которого просыпаешься на сбитой постели в холодном поту, с бешено колотящимся сердцем и, не в состоянии опять уснуть, пялишься испуганно в потолок, вновь и вновь, не в силах забыть, прокручивая мысленно приснившееся, лихорадочно пытаясь осознать, сон это или реальность.

Он помнил, как еле поднялся на подгибающихся ногах, упираясь в заплеванный пол трясущимися, со сбитыми костяшками руками, как, собрав и с трудом нацепив рваные, окровавленные тряпки, в которые превратилась его одежда, шел шатаясь по темным улицам, как, нащупав ключи, совершенно случайно не выпавшие из кармана, и с трудом попав в замок, на автомате открывал дверь.

К счастью коммунальная квартира, где они теперь жили, встретила его тишиной: отец еще находился в больнице, а старенькая соседка — баба Варя, крепко спала сном праведника, чья кристально чистая совесть, за всю долгую жизнь, не запятнанная ни одним грехом, не достает хозяйку по ночам. Хотя, может, чистая совесть была здесь и ни при чем, просто старушку не мучили приступы артрита.

Еще одни соседи — семейная пара, вместе со своей шестилетней дочкой, как раз накануне уехали отдыхать. Поэтому Алекс, пробравшись по темному коридору в ванную комнату, мог сколько угодно долго лежать в душистой пене, пытаясь ее ароматом перебить запах грязного подвала, крови, чужого пота и спермы.

Двигаясь как бездушный робот, Алекс забрался в ванну и устало откинул голову на бортик. Выставив из воды руки, он задумчиво водил острием старой, дедовой, опасной бритвой вдоль набухших вен, представляя, как вдавливает лезвие в кожу, и она, лопаясь под напором стали, расходится медленно в стороны, выпуская темную, густую кровь, и та, щекоча руку, стекает ленивыми струйками в теплую воду, окрашивая в розовый ароматную пену, и Алекс тихо засыпает. И не будет для него ни мук, ни боли, ни печали...

А утром, шаркая подошвами старых, потертых тапочек, соседка баба Варя зайдет в ванну и, щуря подслеповатые глаза, увидит его, плавающего голым в остывшей красной воде, тихо вскрикнет, поняв, что здесь произошло, и мелко закрестится, быстро шепча молитвы сухими губами.

Потом, равнодушно упаковав тело в черный мешок, его унесут пьяные санитары. И никому до этого не будет дела, с его уходом в этом мире ничего не изменится — все так же ярко будет светить солнце, древняя баба Варя будет шаркать по большой кухне изношенными тапочками, и пылинки, вспугнутые ее движением, будут весело плясать в ярких лучах.

А Алекса уже не будет никогда, и его отца, наверно, тоже. Вряд ли отец, еще не оправившийся после сердечного приступа, сможет пережить самоубийство сына. И род Епифанцевых просто исчезнет с поверхности этого суетливого шарика, как будто его никогда и не было на земле... А сученыш со своим любовником останутся и будут наслаждаться жизнью...

Резко закрыв опасную бритву, от чего лезвие протестующее и как-то разочарованно звякнуло, Алекс выдернул пробку, закрывающую слив и, зло сжав челюсти и скрипнув зубами, решительно открыл душ, вставая под ледяные струи...

Хер им, не дождутся, им не удастся сломать его.

****

После краха, внезапно настигшего их семью, Алекс с отцом восстанавливались постепенно, с трудом поднимаясь из пепла.

Домой Константин Анатольевич вернулся какой-то потухший, с припорошенными сединой висками. Отца сопровождала пухленькая, смешливая женщина, лет сорока, которую Алекс часто видел в палате отца, когда навещал его в больнице. Кажется, она работала там медсестрой, припомнил Алекс.

-Это Надя, — представил женщину Константин. – Мы решили жить вместе.

Алекс только равнодушно пожал плечами и скрылся в своей комнате, плотно прикрыв дверь.

К женщинам Алекс всегда относился потребительски. А после знакомства с Татьяной стал еще и презирать их. Он считал что все бабы - безмозглые, жадные сучки, не заслуживающие доверия и хорошего отношения, которыми нужно пользоваться, как одноразовой посудой, когда возникнет желание «поесть», а после выбрасывать без всякой жалости.