Читаем Пламя у границ империи онлайн бесплатно

Расплывающийся от горизонтальных искажений убийца выставил перед собой меч. Короткую синобигатану с обоюдоострой заточкой. Нечто среднее между саблей и танто. Без изгиба.

Проекция?

Артефактный костюм?

Враг скользнул вперёд, сокращая дистанцию, но у него была одна проблема. В режиме проницаемости ты никого не можешь убить. Клинок надо сделать материальным.

Собственно, так и произошло.

Полупрозрачное лезвие, искажённое помехами, обрело вещественность… и было поймано в крестовину одного из моих саев. Я тотчас вывернул кисть, беря на излом. Убийца мгновенно сориентировался и вышел из захвата, вернув мечу проницаемость.

Крутанув правый сай через большой палец, я ткнул противника в грудь, придав ей вещественность. Убийца шагнул в сторону и взмахнул мечом, намереваясь отсечь мне кисть. Пришлось сделать себя бесплотным. Навершие сделалось прозрачным.

Шиноби попытался разорвать дистанцию, но я шагнул вперёд и провёл быструю ударную связку. Противник выставил меч, сделав его плотным, я тотчас придал оружию проницаемость, а корпус врага уплотнил. Навершие левого сая врезалось в рёбра убийцы, заставив того скривиться.

Свист рассекаемого воздуха.

Превращаюсь в тень.

Пропускаю меч через себя и вгоняю один из острых зубцов в предплечье врага. Шиноби подёрнулся помехами, но я отменил его проницаемость и вогнал зубец в плоть. Вырвал, разбрызгивая кровь.

Убийца врубил полный теневой режим, проскочил сквозь меня и устремился к дому. Вне всяких сомнений, он хотел проникнуть в Бродягу и завершить начатое.

Рявкнул на ментальном уровне:

Внешняя оболочка!

Сергей, я вижу.

Шиноби расплылся от скорости, утратил вещественность и шагнул в дверь, но был отброшен неведомой силой. По размазанной фигуре пробежались волны искажения. На уровне шеи что-то вспыхнуло оранжевым светом. Убийца вновь попробовал преодолеть защиту домоморфа, и на сей раз у него почти получилось! Рука с клинком частично вошла в полотно двери. Я видел, что убийца напряжён. По окрестностям распространялись энергетические волны.

Он проламывается через многомерность.

Голос Бродяги по-прежнему был лишён эмоций.

Ты выстоишь?

Не уверен.

Перебрось все ресурсы на защиту. Пожертвуй комфортом. Я иду на помощь.

Убийца на несколько секунд завяз в уплотнившейся двери. Мне этого хватило, чтобы придать ему материальность. Обычному человеку просто оторвало бы руку по самое плечо, но этот урод исказился, выпал из дверного проёма и развернулся, чтобы встретить мою атаку.

Готово.

Что — готово?

Я изменил полярность внешнего щита. Теперь он не пройдёт.

На моих губах заиграла кривая ухмылка.

Двигаюсь вперёд, удерживая оба сая на обратном хвате. Указательные пальцы на рукоятях. Обожаю эти штуки. Сай — он вообще не имеет лезвия и заточки как таковой. Но при умелом обращении может наносить просто чудовищный урон. Мне же достаточно вовремя уплотнить противника, чтобы достать до его челюсти, глаза или виска.

Верно и обратное.

Странно, что враг не додумался воздействовать на мою проницаемость.

Или… не может?

Противник бьёт мечом сверху, уплотнив только часть клинка. Принимаю на крестовину сая и бью гранёным навершием второго трезубца в челюсть убийцы. Помехи сметают моё воздействие, рукоять проваливается в пустоту. Переворачиваю сай, снова пробую уплотнить врага, и на сей раз тот не успевает среагировать. Голова на краткий миг становится материальной, и я цепляю тупым концом сая мочку уха противника, затем обрушиваю всю тяжесть стального прута на вражеское плечо.

Клинок гатаны выскальзывает из захвата, несётся к моей ноге.

Отступаю.

Сгибаю колено, пропуская сталь в сантиметре от ноги. Бью правой рукой наотмашь вниз, целясь по пальцам шиноби. Сай проскальзывает сквозь пустоту. Не беда, доворачиваю его на крестовине, одновременно опуская ногу, и хреначу навершием в подбородок наглеца. Шиноби слегка отклоняется назад, уходя от атаки, но получает со второй руки наконечником в ключицу. Слышу хруст.

И вот здесь ублюдок не выдерживает.

Подёргивается помехами, окутывается невразумительной серой мутью… и на доли секунды мне кажется, что глаза видят Бездну. Запредельную непостижимую Бездну, через которую путешествует Бродяга. К горлу подступает комок тошноты.

Я по инерции наношу два быстрых удара.

Тычки рукоятью и наконечником.

В пустоту.

— Хочешь сказать, он ушёл через иные измерения?

— Как и пришёл.

— И ты не смог его отклонить?

— Я не управляю чужими траекториями в многомерности.

Расхаживая по кабинету и задавая вопросы домоморфу, я был в ярости. Существование убийцы, владевшего моим Даром, ставило под вопрос моё безоговорочное доминирование в теневой сфере. Но проблема глубже. Этот выродок чуть не проник в Бродягу!

Барский сидел в кресле и пил травяной чай.

Успокаивался.

Снаружи работали агенты, которым я выдал разрешение на телепортацию. И ещё одна бригада выехала из Гадюшника, чтобы забрать трупы и провести экспертизу. Насколько я понимал, среди прибывших будет ясновидец. А я не люблю, когда эти хмыри отираются на моих землях.

— Ладно, — я почти успокоился. — Ты изменил полярность. Что это нам даёт?

— Безопасность, — ответил домоморф. — Повторно влезть сюда убийца не сможет.

— Как он это проворачивает вообще?

— Артефакторика, — последовал невозмутимый ответ. — Костюм или комбинезон. Устройство позволяет ему менять плотность и выживать в условиях многомерности.

— Но только свою, — заметил я. — Он не сумел повлиять на меня.

— Правильно, — согласился Бродяга. — Значит, это не Дар.

— Но у него куча артефактов, — задумчиво произнёс я. — Он ускоряется, продавливает твои барьеры.

— Или меняет метаболизм, — резонно возразил домоморф. — Хорошо экипированный мета.

В наш диалог вмешался Барский:

— Ты смог его достать. Я видел из окна.

— Думаю, я мог его убить.

Поразмыслив, силовик кивнул:

— Мог.

Перестав ходить туда-сюда, я отдал приказ Бродяге:

— Саи переправь в мой арсенал.

— Будет сделано.

Оружие, которым я дрался с шиноби, лежало на подоконнике. Стоило мне отдать приказ, и оба сая провалились в стену, бесследно исчезли.

— Это улики, — напомнил Барский.

— Уже нет, — отрезал я. — Не хватало ещё, чтобы ваши ясновидящие извлекли оттуда информацию обо мне. Просто забудьте, Барский. Как страшный сон.

— Ты его запомнил?

Качаю головой.

— А вы?

Риторический вопрос.

То ли пространственные искажения, то ли ещё что, но образ убийцы в памяти не удержался. Вроде и видел лицо, но все подробности смазаны.

— Осмелюсь высказать предположение, что артефакторные вставки вшиты в костюм убийцы, — нарушил молчание Бродяга. — Интегрированы.

— В чём разница? — удивился я.

— Все детали экипировки составляют единое целое, — пояснил домоморф.

Я посмотрел на погрустневшего Барского.

— Почему расстроились, граф? Вы чудом выжили. Можно сказать, заново родились.

Барский вернулся в реальность.

— Шутишь? За покушением стоят британцы. Или Наска. Сегодняшний случай доказал, что никто из верхушки Эфы не в безопасности. Убийца с твоими способностями, который просачивается сквозь стены и путешествует по измерениям… От него не укрыться. Он до сих пор жив и может в любой момент прийти за моей головой.

— Логично, — признал я.

Хотя подобные типчики мне уже встречались. Достаточно вспомнить индонезийца, с которым я схлестнулся до встречи с мастером Багусом. Тот вообще искажал траекторию движения домоморфа, и Бродягу выбрасывало из многомерности в совершенно непредсказуемых местах.

— И наши враги очень хорошо информированы, — озвучил своё мнение Барский. — Они знали, что я прибуду к тебе. Вычислили момент, когда я должен выйти из дома. Покушение распланировано с точностью до секунды.

— Правда ваша.

— Значит, — продолжил рассуждать граф, — кто-то сливает информацию прямо из моего ведомства.

— И у них есть артефакт, позволяющий вести слежку за домом из многомерного пространства, — добавил я. — Не думаю, что убийца просветил стены. Он просто затаился за гранью видимости и наблюдал за крыльцом.

— Я теперь не могу чувствовать себя в безопасности, — буркнул начальник СБ. — Никто не может.

— Никто, кроме меня, — ухмыляюсь в ответ. — Но Бродяга не резиновый.

— Да я и не смогу вести дела из Красной Поляны, — расстроенно протянул Барский. — Это неудобно. Сейчас, когда наши враги активировались… Они просто хотят выключить меня из игры!

— Похоже на то. Хотите совет? Уезжайте из Фазиса, никого не предупреждая. Назначьте временно исполняющего обязанности. И контролируйте его из какого-нибудь дирижабля. Пока всё не разрулится.

— И кто всё это будет разруливать? — изумился граф.

— Известно кто, — я ухмыльнулся. — Достаточно лишь попросить. Но тут уже полигоном и станцией канатки не обойтись. За безопасность правящего ядра придётся заплатить серьёзную цену.

Барский застонал.

После того, как Барский покинул мою усадьбу, нападения не повторялись. Никто не телепортировался, не перемещался и не прилетал каким-либо извращённым образом в Красную Поляну. Зато в новостях промелькнула информация о том, что граф Артур Олегович Барский покинул город. улетев в неизвестном направлении «по приказу лидера клана». Вместо себя Барский оставил и.о. — герцога Александра Брема, с семьёй которого, по слухам, находился в очень близких отношениях.

Брем…

Я напряг память.

Ну, конечно!

Когда я был на Зимнем балу, где убил Гамова и фактически спровоцировал возвышение Барских, Регина представила мне своего кавалера — паренька лет шестнадцати. Бремы много путешествовали, но занимали высокую позицию в клановой иерархии. Значит, отец Венедикта сейчас управляет внутренней и внешней разведкой. Интересный поворот.

Через пару дней у меня намечалась встреча с Барским и Трубецким, которая, предположительно, состоится в сонном конструкте. На этой встрече мы обсудим условия новой сделки. Насколько я понял, под вопросом стоит вопрос национальной безопасности, а не только сохранение жизней высокопоставленных аристо.

Разговор с Джан я отложил до вечера следующего дня.

У нас должен был состояться ужин на крыше итальянского ресторанчика, и в глазах морфистки это было… вроде как свидание. Как по мне, ужин ни к чему не обязывает, но Джан искренне верила, что в обозримом будущем сможет сделать наши отношения… более романтическими.

Джан мне нравилась.

Но, как и прежде, я не спешил обнадёживать девушку, что-то ей обещать и уж тем более тащить в постель. Молодое тело, безусловно, требовало любви. В крови кипели гормоны, но я научился всем этим управлять ещё в незапамятные времена. Разум у меня не просто древний, но и тренированный.

В будущем, если сумею раздобыть Великий Артефакт и обрести физическое бессмертие, а также разделить эту вечность с кем-нибудь из своих близких, мне придётся создать семью, родить детей, вырастить толпу потомков. Без этого укрепление Рода немыслимо. Вопрос в том, сколько жён я хочу иметь. С кем думаю провести остаток дней. Джан нельзя назвать глупой барышней, скорее, наоборот… но между нами пролегает бездна. Тысячелетний опыт… он накладывает на человека неизгладимый отпечаток. Я это чувствую в Маро.

После восьми вечера, когда спала жара, и город укрылся неоновыми огнями, мы сели в «Ирбис» и поехали в сторону Турецкого Квартала. Я в этом усмотрел некий знак свыше, если вспомнить беглого халифа, который вскоре будет у нас укрываться. Джан надела красивое вечернее платье, чёрное с блёстками, туфли на каблуках и дорогие украшения. Я по такому случаю тоже принарядился, влез в один из своих строгих костюмов. Девушка пребывала в радостном настроении, а я раздумывал, как ей сообщить новость про Махмуда. Демон и мастер Багус уже были в курсе происходящего.

Решил поговорить на обратном пути.

Время в ресторане промчалось незаметно. Я люблю средиземноморскую кухню, а повар готовил изумительно. Мы с Джан болтали о всякой ерунде, любовались звёздами, старыми крышами и подсвеченными пальмами на тихой пешеходной улочке. Я впервые за несколько месяцев расслабился и поймал вайб местных жителей, которые никуда не спешат и живут сегодняшним днём. Играла приятная музыка, под которую мы танцевали. Джан нежно обвивала мою шею руками, что-то шептала на ухо и прижималась чуть откровеннее, чем следовало бы. Я держался из последних сил — между нами явно проскочила искра.

Длилось это состояние недолго.

Минут через сорок пришлось извиниться перед девушкой, сославшись на желание сходить в туалет. Пошёл я, разумеется, не туда. Спустившись по боковой лестнице, завернул за угол, где была припаркована моя машина, прогулялся ещё немного по тёмной аллее и нырнул в арку, где меня дожидалась молчаливая фигура в рясе.

Я был безоружен.

Но это больше не играло роли.

При желании, я разделался бы с противником и голыми руками, учитывая мои способности.

— Что вы здесь делаете?

Из темноты раздался голос отца Симеона:

— Ты хотел спросить, почему я жив. И почему твоего Бродягу не штурмуют каратели инквизиции. И почему я здесь совершенно один, без силового сопровождения.

— И это тоже.

Отца Симеона я заметил, когда тот стоял на улице, примыкающей к ресторану, и неотрывно пялился на меня. Он ничем не отличался от своей прежней версии, а также от аватара, с которым я воевал во сне. То, что инквизитор не планирует нападать, я понял сразу. При нём даже сакса не было.

— Давай так, — предложил отец Симеон. — Ты не будешь меня убивать, а я всё расскажу.

— Попробуем, — кивнул я.

— Начну с главного. Я — один из тронутых. И эта встреча санкционирована Администратором.

— Фокусники предпочитают не раскрывать свои методы, — заявил Симеон. — Скажу лишь одно. Ты на самом деле убил трёх инквизиторов, они подчинялись мне. Морфист, которого ты принял за меня, был прикрыт иллюзионом. Против своей воли, разумеется. Артефактная ловушка была установлена рядом с дверью в квартиру.

Здорово.

А труп с отсутствующей половиной черепа был настолько обезображен, что я не присматривался.

— Откуда вы знаете, что я убил того инквизитора?

— Вёл наблюдение через Проектор.

— У вас есть Проектор?

— Ну, ты же не думаешь, что Администратор не поделился этой технологией и с другими? Проекторов мало, но они не уникальны.

Новый факт мне не понравился.

— И зачем вся эта клоунада, отец Симеон?

— Чтобы выиграть время, естественно. Супрема тобой заинтересовалась. Я курировал расследование. Сейчас люди, знавшие правду, мертвы. Выйти с ними на связь не удаётся. Расследование заглохнет, потому что я его сверну.

— Администратор не говорил мне о вашем существовании. Я могу проверить эту информацию.

— Разумеется, можешь, — Симеон даже не изменился в лице. — Могу подождать, пока ты это сделаешь.

— И как я, по вашему, связываюсь с Администратором?

Отец Симеон поднял к моим глазам руку с игральной костью. Точная копия моего коммуникатора. Как ни крути, а осведомлённость этого типа вызывает уважение.

Сунув руку в карман, я сжал грани кубика.

В голове прозвучал знакомый голос:

Я на связи, человек.