Читаем Пламя онлайн бесплатно
– Тебе тут одной не справиться, – словно не услышала Любовь Андреевна. – Живешь в голых стенах, без ремонта, без мебели. Что я, совсем, что ли, бессердечная? Оставлю свою единственную дочь в таких условиях? Помогу. Со всем помогу. И квартиру обустроим, и тебя в порядок приведем, и с кафе все организую. Беру все на себя, чтобы ты смогла нормально закончить учебу, не отвлекалась на всякую…
– Нет, – повторила Даша. – Нет, мама, нет. Услышь уже, пожалуйста. Ты не будешь здесь жить. Ты не будешь руководить ремонтом или командовать в кафе. Ты не будешь диктовать мне, как жить и что делать. Максимум, где пригодится твоя помощь, – в выборе цвета обивки мебели. Из двух оттенков, если вдруг буду сомневаться. И только если я сама попрошу тебя об этом.
– Даш, я же от всей души.
– Это мое условие, мама.
– Вот так родишь, ночами не спишь, кормишь, воспитываешь, вкладываешь всю себя! – Любовь Андреевна соскочила со стула, обиженно всхлипывая. – А она потом…
– Быть родителем – это тоже не только родить и вот это все, что ты перечислила, – уже в спину ей устало бросила Даша. – Это обнять при необходимости, поцеловать и сказать, что все будет хорошо.
Можно было уже не продолжать. Не для кого. Мать сбежала, хлопнув дверью, и не вернется, пока не придумает новый план по возвращению контроля над ней. Такие люди не меняются. Могут только сделать вид, да и то на время. Привыкшие так жить, манипулировать, изливать на близких свой яд, они уже вряд ли сойдут когда-то с этих рельсов.
Слушая повисшую в квартире тишину, Даша жалела только об одном. Она действительно очень любила маму. И все еще верила, что где-то в идеальном мире та будет искренне радоваться ее успехам, хвалить, поддерживать и крепко-крепко обнимать при встрече.
Сама она будет именно такой мамой. Можно даже не сомневаться.
Посидев немного в одиночестве за столом, девушка подошла к окну. Забралась на подоконник, обняла колени и долго любовалась вечерним городом. Как ни крути, она все-таки почувствовала вину за то, что огорчила мать. Нельзя отстоять свою свободу и ничего не лишиться. Всегда чем-то платишь. Всегда сомневаешься, правильно ли в итоге поступил.
Ей не хотелось быть одной в этот момент. Нужно было поделиться с кем-нибудь своей болью или, может, своим теплом. Даша решила: а что, собственно говоря, она теряет? Всего лишь девственность? Невелико богатство. Ради ночи в объятиях красивого и сильного мужчины – такая ли уж большая плата? Она ведь не собирается в него влюбляться, мечтать и строить совместные планы. Другие ведь девушки могут так – лечь к нему в постель, зная, что после ничего не будет. Вот и Даша тоже. Все лучше, чем оставаться сегодня одной.
Она направилась в спальню Плахова, уверенная, что потом ни о чем не пожалеет. Из комнаты доносилась негромкая музыка. Даша закусила губу. Еще можно передумать. Да к черту! Девушка осторожно толкнула дверь ладонью и замерла, когда та открылась.
Никита спал на своем матрасе. Голый по пояс. На животе, уткнувшись лицом в подушку. Даша впервые видела его широкую, мускулистую спину, покрытую в области затылка и ниже грубыми рубцами и темным обезображивающими шрамами. И у нее перехватило дыхание, а по спине поползли мурашки. Плахов мог быть груб или смешил ее без остановки, но никогда он не подавал вида, что может быть уязвим, что испытывал боль.
Эти уродливые отметины на его спине рассказывали больше иных слов. Месяцы сна на животе, обработки, перевязки, большое количество обезболивающих – вот о чем они говорили. Он, не раздумывая, закрыл собой товарища, чтобы потом ни разу не пожаловаться на муки, которые пришлось переживать день за днем. В одиночку. И на страхи не восстановиться до конца и не вернуться на службу. Потерять все. Никита просто молчал об этом при посторонних. И, наверное, только сослуживцы в душевой могли видеть эти раны и понимать цену, что он заплатил. Ведь вряд ли девицы на одну ночь, заметив шрамы, осознавали глубину того, с чем пришлось соприкоснуться их обладателю.
– Анжела, выключи музыку, – с трудом переборов желание подойти и коснуться ожогов на спине Плахова, узнать, каковы эти грубые узелки и пятна на ощупь, тихо сказала Даша.
– Выключаю, моя госпожа, – также тихо проговорила колонка.
Девушка улыбнулась, вырубила свет и закрыла за собой дверь.
♫
– Я знаю, как решить проблему с твоей мамой, – сказал Никита за завтраком.
– И как? – Даша сонно наблюдала за тем, как парень выкладывает на тарелку поджаренную сосиску, яичницу, фасоль, помидор и зелень.
– Нужно выдать ее замуж, – просиял он, вытерев руки о фартук.
И поставил перед ней блюдо.
– Чтобы она просто переключилась на этого несчастного? Кого же мне нужно так ненавидеть, чтобы отдать его ей на съедение?
– Сильный мужчина вряд ли станет терпеть такую. Нужен тот, кто нуждается в наставнице, эдакий профессиональный терпила! Тот, кто будет терпеть с удовольствием и еще спасибо скажет. Тот, кто ненавидит сам принимать решения и нести ответственность.
