Читаем Пик Ленина онлайн бесплатно

Пик Ленина — третья по высоте вершина СССР и высочайшая точка Заалайского хребта (7134 м) — был открыт и впервые нанесен на географические карты известным исследователем Средней Азии А. П. Федченко, совершившим в 1871 г. путешествие к северной окраине Памира. А. П. Федченко дал первые достоверные сведения об орографии Памирского нагорья. Открытие А. П. Федченко Заалайского хребта, простирающегося с запада на восток более чем на 200 км, с главной вершиной, имеющей высоту более 7000 м над уровнем моря, и мощными оледенениями позволило опровергнуть прочно установившееся к тому времени в географической науке мнение о существовании меридионального хребта Болор, центра горных систем Внутренней Азии.

В истории дальнейшего исследования Памира, продолженного видными русскими учеными и путешественниками и получившего огромный размах в Советском государстве, район пика Ленина занимает особое и примечательное место. Детальное изучение Заалайского хребта в 1928 г. положило начало деятельности советских исследователей Памира, многолетний и самоотверженный труд которых увенчался разрешением самых сложных географических загадок, возникших при изучении этой горной страны. В 1929 г. в районе пика Ленина советские альпинисты получили первый опыт высотных горовосхождений, позволивший им впоследствии проложить маршруты в высокогорной зоне советского Памира и Тянь-Шаня, а также взойти на пик Ленина и другие высочайшие вершины СССР.

Восхождения на пик Ленина и соседние с ним вершины Заалайского хребта до наших дней продолжают оставаться школой подготовки советских альпинистов-высотников, которые оказывают ученым незаменимую помощь при исследовании труднодоступных высокогорных районов нашей Родины.

Автор этой книги ставил своей целью изложить историю географического изучения района Памира, примыкающего к пику Ленина, и ознакомить читателя с испытаниями, выпавшими на долю тех, кто стремился проникнуть в глубь оледенений Заалайского хребта и подняться на его высочайшую вершину.

Автор принимал участие в экспедициях на пик Ленина и при написании этой книги использовал свои личные впечатления.

Со времени первого издания книги «Пик Ленина», осуществленного Географгизом в 1958 г., прошло более десяти лет. Предположение о том, что пик Ленина станет излюбленным объектом восхождений альпинистов-высотников и местом их тренировок, оправдалось. Число восходителей на эту вершину, составившее к 1958 г. шестьдесят два человека, достигло к 1969 г. восьмисот восьмидесяти восьми человек — количества небывалого в истории покорения семитысячных вершин мира.

Восхождение на высочайшую вершину Заалайского хребта становится все более популярным среди зарубежных альпинистов. За последние годы на пике Ленина и прилегающих к нему участках Заалайского хребта проложено много новых маршрутов, расширивших наши знания об орографии этого района Памира. Все это обязало автора пополнить книгу новыми сведениями, и в частности данными экспедиций 1958, 1967 и 1969 гг., в которых он принимал участие.

Автор пользуется случаем выразить благодарность за помощь при издании этой книги Е. Д. Симонову, В. И. Рацеку, В. М. Божукову, В. С. Мошкову и Федерации альпинизма СССР, а также всем тем, кто разделял с ним трудности памирских походов и чьи впечатления отражены в этой книге.

Выход в свет второго, дополненного издания книги совпадает со знаменательной датой в нашем государстве — столетием со дня рождения В. И. Ленина. Имя Ленина в СССР присвоено передовым предприятиям, колхозам и совхозам, гидростанциям и другим сооружениям. Это имя носит и одна из самых высоких вершин СССР.

За последние годы альпинисты совершили несколько массовых восхождений на эту вершину. Наиболее значительное из них — восхождение трехсот одного альпиниста в 1967 г. в ознаменование пятидесятилетия Советского государства. Горовосходители — а в их числе были делегации альпинистов социалистических стран, — преодолевая многочисленные трудности, установили на высшей точке пика монумент с изображением великого Ленина. Таким образом, пик Ленина на Памире стал пьедесталом высочайшего в мире памятника Ильичу.

Внутренние области Памира оставались совершенно неисследованными вплоть до второй половины прошлого столетия. Первая попытка проникнуть в глубь этой горной страны принадлежит Алексею Павловичу Федченко.

А. П. Федченко в 1864 г. блестяще закончил Московский университет и с увлечением занимался естественными науками. Он уже имел самостоятельные научные работы по зоологии, энтомологии, этнографии и антропологии и был известен как серьезный, многообещающий ученый.

В конце 60-х годов XIX в. туркестанский генерал-губернатор К. П. Кауфман обратился в Общество любителей естествознания, антропологии и этнографии с предложением принять участие в изучении областей Средней Азии. Выбор руководителей общества, принявшего это предложение, остановился на А. П. Федченко. А. П. Федченко оказался наиболее подготовленным к выполнению ответственных обязанностей, связанных с самостоятельными исследованиями в Средней Азии.

Первое путешествие А. П. Федченко в Среднюю Азию началось в октябре 1868 г. В ходе этого путешествия Федченко обследовал долину р. Зеравшан.

В результате второго и третьего путешествий А. П. Федченко в Среднюю Азию, которые состоялись соответственно в 1869 и 1871 гг., были исследованы Кухистан — горная местность в верховьях Зеравшана и его притоков — и районы пустыни Кызылкум, примыкающие к Сырдарье.

После возвращения в Ташкент в мае 1871 г. А. П. Федченко начал подготовку к новому, самому значительному своему путешествию. Он решил проникнуть в горы, лежащие к югу от Ферганской долины и составляющие южную окраину Кокандского ханства, то есть исследовать загадочную горную страну, расположенную между верховьями Сырдарьи и Амударьи. «Мысль о посещении этого пространства — так называемого Памира, — писал позже путешественник, — преследовала меня с самого приезда в Туркестан в 1869 г.». «На юг от Оша, — писал он, — я должен был встретить горы, которые соединяют Тяньшанское нагорье с Гималайским и с Гиндукушем и являются на наших картах в виде меридионального хребта или в виде меридионального же высокого плато».

А. П. Федченко заручился рекомендательным письмом туркестанского генерал-губернатора К. П. Кауфмана к кокандскому хану Худояру. Из письма явствовало, что А. П. Федченко намерен был обследовать пути в долинах рек Исфара и Сох, по которым кокандцы сообщались с местностями, расположенными в верховьях Зеравшана, посетить перевалы, выходящие в Алайскую долину, лежавшую за горами Южного Коканда. В составе экспедиции находились: супруга Федченко Ольга Александровна Федченко, на обязанности которой лежало составление гербария и зарисовка видов местности, препаратор животных Я. С. Савельев, стрелок-охотник, переводчик и шесть джигитов, нанятых в Ташкенте.

2 июня 1871 г. А. П. Федченко и его спутники выехали из Ташкента по почтовой дороге на Ходжент. За селением Махрам открылся вид на покрытый снегом хребет, протянувшийся вдоль южной окраины Ферганской долины. За его перевалами лежала Алайская долина и начинались области Памира: там Федченко рассчитывал найти ответы на вопросы общей орографии края и исследовать пространства загадочного Болора, который географы того времени считали остовом горной системы Внутренней Азии.

Вначале было решено посетить долины притоков Сырдарьи — рек Исфара и Сох. По словам кокандцев, дорога, ведущая из верховий р. Сох через горный перевал в верховья р. Сурхоб, была опасной. При прохождении по этому пути через тарак (трещину в леднике) путники должны привязывать к своему телу крест-накрест длинные палки, чтобы в случае падения в трещину можно было зацепиться за ее края. Путешественники ехали верхом. Все необходимое для путешествия перевозилось на вьючных лошадях. Во время первой поездки в глубь гор были исследованы истоки р. Исфары.

В верховьях р. Каравшин — одной из двух рек, образующих Исфару, — Федченко обнаружил большой ледник, названный им впоследствии именем известного русского геолога и путешественника Г. Е. Щуровского. Попытка Федченко и его спутников пройти в верховья этого ледника и отыскать там перевалы через хребет закончилась неудачей. В результате десятичасовых усилий удалось продвинуться в верховья ледника всего на 4 км. «Я… не мог рассчитывать на больший успех, — писал в своих путевых записках А. П. Федченко. — С другими приспособлениями, с другой опытностью, я уверен, можно было бы пройти до гребня, да, вероятно, и спуститься вниз». Однако наблюдения, произведенные Федченко у ледника Щуровского, позволили ему высказать оправдавшиеся впоследствии предположения о связи верховьев ледника Щуровского с Зеравшанским ледником.

Экспедиция отправилась далее на восток, чтобы в верховьях р. Сох обследовать перевал Тарак, о котором так много рассказывали Федченко в Коканде. Федченко установил, что этот перевал лежит в верховьях одного из притоков р. Сох — р. Тарак — и через него летом, невзирая на опасности, проходят многие каратегинцы, намеревающиеся в поисках сезонной работы кратчайшим путем достигнуть Коканда. Но Федченко не удалось проехать в глубь гор. Однако на основе расспросных сведений он составил схему притоков р. Сох.

Федченко и его спутники непрерывно вели ботанические и зоологические наблюдения и пополняли коллекции экспедиции.

Путешественники пересекли несколько северных отрогов Южно-Кокандских гор и достигли небольшого селения Шахимардан. Федченко рассчитывал отыскать отсюда путь в Алайскую долину. Небольшой отряд Федченко вступил в верхнюю часть долины р. Аксу и, достигнув подножия перевала Караказык, возвратился обратно в Шахимардан. Позже Федченко узнал, как близко находился тогда от Алайской долины. Спустившись с перевала Караказык в долину р. Кексу, через день или два он мог бы достигнуть р. Кызылсу и западной окраины Алайской долины.

Как только Ольга Александровна закончила зарисовки видов Шахимардана, экспедиция снова двинулась в путь. Путешественники шли вверх по долине р. Исфайрамсай. Перевал в Алай, по сведениям кокандцев, лежал в верховьях этой реки.

Было уже совсем темно, когда путешественники выехали на ровную часть долины р. Тенгизбай. Вьючные лошади задержались на крутом подъеме, и расположиться на ночлег удалось очень поздно. Ночь была холодной, палатки покрылись инеем. Утром открылся вид на долину р. Тенгизбай, которая тянулась с запада на восток. Склоны ее были покрыты низкой зеленой травой. Невысокие горы замыкали ее с юга. Как сообщили путешественнику киргизы, находившиеся со своими стадами в долине, из урочища Тенгизбай в Алай ведут три перевала. Самый доступный из них Тенгизбай (Исфайрам), его седловина возвышается над уровнем долины всего на 250–300 м, и к ней ведет пологий подъем.

А. П. Федченко с двумя джигитами выехал к перевалу. Там, за его седловиной, лежал легендарный Алай, а за ним простирались области Памира, которые, как и все неизвестные земли, обозначались на географических картах того времени белыми пятнами.

Пологий подъем закончился на высоте 3600 м. Остановившийся на перевале исследователь увидел цепь исполинских гор со снежными вершинами, лежащих к югу от него. Отроги ближайших гор закрывали панораму, и Алексей Павлович, оставив свою лошадь джигитам, стал подниматься на ближайшую вершину. Вскоре он уже стоял на ее куполе, возвышавшемся метров на 200 над перевалом Тенгизбай. Теперь внизу, между боковыми гребнями Кокандских гор, была видна часть ровного пространства Алайской долины. Ее пересекала полоска реки, это была Кызылсу. За Алайской долиной прямо перед путешественником поднимались высочайшие вершины, покрытые вечными снегами. Было видно, что к востоку горная цепь становилась выше.

«Под углом 115°, т. е. почти на восток уже, виднелся пик, который, несмотря на свое наибольшее отдаление, был все-таки выше других, — писал А. П. Федченко. — Я заметил его еще снизу с перевала как весьма высокую точку. Вершину эту почти постоянно закрывало облако, и надо было долго смотреть на нее, чтобы составить понятие об ее форме. Форма этой вершины оказалась весьма характерной: пирамида, основание которой очень велико сравнительно с высотой, впрочем, это неправильная пирамида — северный склон ее крут, а южный полог, постепенно переходит в массу гор. Ни одной черной точки, все сплошь засыпано снегом!.. Позже и снизу, из Алая, я увидел эту вершину, и оттуда она казалась самой высокою. Что касается до ее высоты, то за неимением измерений я должен довольствоваться косвенными выводами… Именно, я полагаю, что она близка к 25 000 футов (7620 м. — Ред.)». (Судя по всему, в этом описании Федченко идет речь о пике Ленина.)

До хребта, который возвышался перед путешественником, было, по его определению, каких-нибудь тридцать верст. Ему казалось, что он в ближайшие же дни проникнет в эти горы и дойдет до тех мест, которые называют крышей мира.

По хорошей тропе вдоль р. Дараут путешественники подошли к сужению долины, где образовалось ущелье реки. Здесь, на крутом склоне, пришлось сойти с лошадей. После небольшого поворота открылся вид на Алайскую долину. У р. Кызылсу стояло укрепление, воздвигнутое здесь кокандскими властями; его глинобитные стены окружали несколько невзрачных построек. Это был Дарауткурган.

Лагерь экспедиции был разбит на берегу р. Кызылсу. Ее мутные воды, окрашенные в красный цвет примесями глины, стремительно неслись на запад. В предгорьях зеленели луга, покрытые роскошной травой. На западе, в десятке километров от Дарауткургана, отроги высоких горных хребтов подступали вплотную к реке. К востоку же, между двумя цепями гор, до самого горизонта раскинулись необозримые просторы Алая, напоминающие ровную степь, поднятую в горы на огромную высоту. В отличие от предгорий долина была покрыта бурой, выгоревшей на солнце степной растительностью.

К югу от реки тянулась цепь вершин, ограничивающих Алайскую долину. Она простиралась с запада на восток с небольшим отклонением к северу и уходила, за линию горизонта. А. П. Федченко назвал эту горную цепь Заалайским хребтом, а главную ее вершину, открытую им с перевала Тенгизбай, — пиком Кауфмана (в советское время она была переименована в пик Ленина).