Читаем Песочница. Дилогия онлайн бесплатно

Все события развиваются не в столь и отдалённом будущем.

Поэтому прошу не удивляться сочетанию какой-то непонятной технологии «полного погружения» в виртуальный мир с нашей повседневной жизнью. Ведь в конечном итоге, ещё в начале 90-х многие даже не слышали о сотовых телефонах, не говоря уж о смартфонах. Сейчас же эти вещи есть если не у всех, то у многих. Но вместе с тем, уклад нашего общества почти не изменился. Люди как жили в хрущёвках да в бараках, так и продолжают жить. Поколение за поколением.

— А в той палате у вас кто? Уж больно складно матерится для психа…

Невысокий мужчина лет 50-ти в докторском халате недовольно поморщился и наставительно обратился к своему собеседнику

— Павел Юрьевич, повторяю, у нас нет психов, у нас …

— Знаю, знаю. Вы мне сегодня этим все уши прожужжали. Но какая разница как этот мусор называть? Разве от этого что-то изменится? И кстати, Иван Фёдорович, я не привык повторять свои вопросы. Кто в той палате?

Атлетично сложенный мужчина лет тридцати в дорогом костюме, повернулся к доктору и указал пальцем на железную дверь.

— Там…, да там ничего интересного для вас. Обычный шизофреник. Запущенный случай.

— Хотелось бы услышать всё же подробности

Тяжело вздохнув, доктор повернулся к своей ассистентки

— Танюша, голубушка, принесите, пожалуйста, дело на больного из 126-ой палаты.

— Татьяна, стойте. Ваш начальник сейчас пошутил, — властный голос остановил уже развернувшуюся девушку, — Иван Фёдорович, я отлично знаю, что вы прекрасный врач и что вы дорожите этой работой. По сути это, — мужчина широким взмахом руки обвёл пространство вокруг себя, — единственное, что у вас есть. Так почему же вы сейчас начали прилагать все усилия, что бы я вас этого лишил?

— Но позвольте, — доктор дрожащей рукой поправил на переносице очки, — я же не могу помнить всех свой пациентов.

— Имя? — неожиданно гаркнул его собеседник, за спиной доктора раздалось испуганное оханье ассистентки.

— Соколов Артур Юрьевич. 30 лет. Единственный ребёнок в семье среднего достатка. Диагноз — прогрессирующая шизофрения, — зачастил доктор. — Уже несколько месяцев как помещён в отделение для буйных. Полное отсутствие адекватного восприятия окружающего мира.

— Тоже Юрьевич значит, — Павел заинтересованно посмотрел на дверь. — Открывайте, хочу посмотреть на этого Юрьевича.

— Но позвольте, — в нём нет ничего интересного. — Я специально отобрал для вашего случая интересные экземпляры.

— На них тоже поглядим, а сейчас не испытывайте моё терпение. Второй раз повышать голос не буду, а просто посажу в ваше кресло эту симпатичную девушку за вашей спиной.

Ещё раз тяжело вздохнув, доктор повернулся и крикнул вконец длинного коридора

— Санитары.

Привязанный к кровати осунувшийся молодой человек невидящим взглядом смотрел на обшарпанный потолок своей палаты и изредка выкрикивал забористые матерные тирады.

— Чем вызвана шизофрения? Вернее не что вызвало, а как он воспринимает окружающий мир?

— Причину, как и у всех больных шизофренией назвать трудно. Обычная семья, обычной воспитание. Единственное, — поздний ребёнок. Отцу было 40 матери 35. А восприятие классическое для его случая, — мы все агенты могущественного врага, которые хотят убить его. Враг каждый раз разный. От нашего правительства до мирового тайного «владыки».

— И как же, интересно это проявлялось? — Павел заинтересованно склонился над лицом шизика.

— Да почти никак. Просто стал кидаться на своих коллег

— Вот так? Без всяких причин? Просто был нормальным человеком и в один прекрасный день вдруг просто кинулся на всех с кулаками? Доктор, давайте-ка мы сейчас попьём в вашем кабинете чайку, и вы мне подробно и обстоятельно расскажите: каково это? За один день съехать с катушек.

Кулак огромного орка буквально расквасил нос мобу[1] под номером 6.

— Ну что, гадёныш, ещё или достаточно?

Потеряв всякую ориентацию в пространстве и взвыв от боли, моб попытался с разбегу протаранить противника, но упал от классической подножки. Захохотав, победитель изо всех сил пнул лежащее у своих ног тело.

— И это всё? Давайте следующего. Мне ещё четыре победы до топора нужно.

Сильные руки подхватили Артура под локоть и поволокли в ямы арены.

«Стоп. Артура? Да я Артур».

Моб дёрнулся, пытаясь вырваться из сильных рук орчихи, одетую в препачканный кровью кожаный доспех.

— О-о-о, да вы только посмотрите! Дитятко хочет продолжения.

Пинок противника по животу заставил «дитятко» скрючится от боли. Стоявшая рядом с поверженным мобом орчиха, неожиданно громким металлическим голосом обратилась к орку-победителю.

— СуперХан! Вам выносится предупреждение. Запрещается добивать или калечить поверженных на арене противников. Наказание — 24-х часовой бан всего аккаунта.

Подойдя вплотную к низкорослой орчихе, СуперХан наклонился к её лицу и что есть сил, проорал:

— Да начхал я на твои баны кукла механическая!!! Мне. Нужен. Топор!!!

С этими словами орк задрал кулаки к небу и громко проревел победный клич.

Грубо сколоченный дощатый пол на расстоянии вытянутой руки заканчивался каменной стеной. Откуда-то сверху падал солнечный свет, оставляя явственную тень решётки. Простонав Артур попытался перевернуться на другой бок и его тут же скрючило от сильного приступа кашля и боли.

«Боже. Как больно-то». Кашляя и отплёвываясь кровью Моб?6 задержал дыхание и стараясь больше не шевелиться тупо уставился на солнечную тень от решётки. «Артур! Я Артур. Мне …. Сколько мне?». Размышления моба прервал новый приступ кашля, закончившийся нестерпимой головной болью. «Да что же это? Я в тюрьме? Да… точно…. Наверняка этот гад засадил меня за решётку. Было бы глупо рассчитывать, что он успокоится на моём избиении»

Борясь с очередным приступом кашля, Артур перевернулся на живот и резко встал на корячки. Затем, готовясь прокашляться, моб глубоко вздохнул и его взгляд упал на собственные руки.

Секунды тянулись бесконечно долго. Редкие удары сердца отдавались дрожью во всём теле, головной болью и звоном в ушах. Забыв о кашле и боли, моб?6 медленно сел на колени и поднёс руки к лицу. «Я человек. Это же бред. Я человек. У меня не может быть таких рук. Я же помню, какие у меня руки. Бред».

Неожиданно тюремную камеру накрыла темнота, словно кто-то щелкнул выключателем и через мгновение послышался удар падающего на доски тела.

Просторная белая комната, насыщенный запах лекарств, размеренное жужжание и пиканье каких-то приборов, стоящих где-то сбоку. Артур слабо улыбнулся. Вот теперь всё сложилось в целостную картину. Его избили, и он оказался в больнице, причём, судя по обстановке, наверняка в областной. А значит, его били так, что перепугались, как бы он не склеил ласты. Следовательно, тот кошмар про арену и тюремную камеру, — это всего лишь бред больного.

Артур осторожно попробовал подвигать пальцами ног и рук и облегчённо вздохнул. Двигаются. Значит ещё побарахтаемся.

— А вы действительно незаурядный человек Артур. Никакой паники, никаких вопросов. Просто сухой анализ обстановки и собственного тела.

Повернувшись на голос, Артур увидел сидящего рядом с его кроватью мускулистого парня, одетого в простую майку и в потёртые джинсы.

— Ну что, начнём разговор? Или будете жаловаться на плохое самочувствие и звать врачей?

— Ты от Сидорина?

Простой и ясный вопрос неожиданно вызвал у качка приступ смеха.

— Вот ведь действительно — имидж это наше всё, — отсмеявшись, парень встал со стула и подошёл к его кровати вплотную. — Я действительно так похож на посыльного?

Властный и холодный взгляд буквально пригвоздил Артура к больничной кровати. Не зная почему, он это делает, но потупив глаза Артур тихо буркнул под нос:

— Простите

— Ничего, сам виноват. Ты уж прости меня за внешний вид, но сам должен понимать… выходной. В кое-то веке решил выбраться с семьёй на природу и тут вдруг звонок. Наш больной, ведете ли, соизволил очнуться. Так, что я решил не откладывать наш разговор в долгий ящик и по пути заскочить к своему пациенту.

— Вы не похожи на доктора

— А я и не говорил что я доктор. Ты слышал что-нибудь о компании «JMK» и о её онлайн игре «JMK Global order» в народе прозванной «Песочницей»?

О такой компании Артур разумеется, слышал. Один из первых разработчиков онлайн игры с полным погружением. Компания так бы и осталась «одним из», если бы не её единственный программный продукт «JMK Global order». За пару месяцев простая и заурядная песочница, буквально «выпнула» своих конкурентов с мирового рынка, превратив своих создателей едва ли не в монополистов на рынке онлайн развлечений.

— Ну…, по глазам вижу, что слышал, — парень присел на край больничной кровати. — Я директор российского филиала этой компании Смирнов Павел Юрьевич. Кто ты, я и так знаю. Так что будем считать, что познакомились. А теперь скажи-ка мне Артур Юрьевич, что ты помнишь последнее? Про вашу ссору с Сидориным и о её причине можешь мне не рассказывать. Начни с момента, когда тебя избили его охранники. Что было после этого?

— Я очнулся тут.

— И всё?

— Ну снился какой-то бред, но к реальности он не имеет никакого отношения.

— О том бреде мы с тобой позже поговорим. Ладно…, мне сказали, что физически ты уже абсолютно здоров, и прикован к кровати просто из-за атрофированных мышц. В общем, пара недель терапии, и будешь абсолютно здоров. А потому, — парень встал с кровати и подошёл к одному из приборов, — почитай на выходных, и подумай, куда тебе податься с таким диагнозом, когда тебя выпишут.

На грудь Артура упала тонкая папка.

— Сестра, — в дверь тут же прошмыгнула белокурая девица.

— Вы звали Павел Юрьвич?

— Помогите больному сесть поудобней, — бросил через плечо уходящий мужчина.

Дрожащими руками Артур листал папку и просто отказывался верить написанному.

— Сука!!! Сволочь!!!

Начальник Артура не просто избил его и выбросил на улицу, как обещал до этого. Нет!!! Этот гад не остановился на этом, и заботливо вызвал скорую. Почти все сотрудники банка, с которыми он работал не один год, дружно подписали бумагу, исходя из которой они стали свидетелями как Соколов Артур Юрьевич без всякой причины, с кулаками набросился на своего начальника Сидорина Александра Владимировича. Дальше следовала медицинская экспертиза, которую Артур совершенно не помнил (и у него были сильные сомнения, что она вообще была), и диагноз — скрытая шизофрения, переросшая в злокачественную.

Последним листком, была смятая ксерокопия больничной выписки, об успешно проведенном аборте Сидориной Зои Александровны.

— Сестра! Сестра!!!

— Нус-с…. Что случилось больной? — в палату зашёл, а, точнее, всё же закатился лысый «колобок».

— Мне нужен телефон. Я могу позвонить?

— Да, да, конечно, — толстячёк подошёл к артуровой кровати и положил влажную ладонь на его лоб, — Мда-а-а…. Без всяких градусников ясно, что у вас температура. Зря Павел Юрьевич сразу же отдал вам эту папку.

— Послушайте, я прекрасно себя чувствую. Могу я отсюда позвонить?

— Молодой человек, я врач, а потому мне куда виднее как вы себя чувствуете. Сейчас Леночка принесёт вам телефон и аспирин. И, уж извините меня, но телефон вы получите только после того, как вы выпьете таблетку.

Не глядя, больше на пациента, толстяк «покатился» к двери.

— Ленка, дай бальному из второй палаты аспирин и принеси ему телефон.

Через минуту в палату вбежала всё то же белокурое создание и, ничего не говоря, положила в протянутую артурову руку таблетку. Быстро проглотив клятую пилюлю, парень буквально вырвал из рук девушки сотовый и набрал так хорошо ему знакомый Зоин номер.

— Ало? Говорите. Ало?

Грустно улыбнувшись, Лена подняла с пола телефон, выпавший из рук заснувшего пациента, и нажала на сброс.

— Мужики всё же такие эгоисты, — сокрушённо покачав головой своим мыслям, Лена вышла из палаты.

Солнечный свет бил Артуру прямо в глаза. Пытаясь хоть как-то оградиться от него, парень повернул голову набок и встретился с холодным взглядом Павла.

— Ну что? Очнулся узник совести?

На этот раз на Павле был дорогой костюм, начищенные до блеска туфли, а на левой руке поблёскивали золотые механические часы. Не дождавшись ответа, он с раздражением задал следующий вопрос.

— И кому ты собирался звонить, если не секрет?

— Ты не поймёшь. Телефон больным тут выдаётся?

— Да, пожалуй, я тебя понимаю больше, чем ты сам. Видишь ли, с одной стороны я ведь почти твой ровесник, а с другой как отец пока единственного ребёнка, кстати, то же дочери, я отлично понимаю твоего Сидорина.

— Да пошёл ты со своим пониманием… Телефон дашь?

— Дам, но прежде ты ответишь мне на несколько вопросов, и если я в тебе не ошибся, ты сам скоро не захочешь никуда звонить.

— Задавай

— Сколько тебе сейчас лет?

— 27 может уже и 28. Я так понимаю, меня не один месяц продержали в той дурке?

— Не один. И даже не месяцев, а лет.

Затянувшаяся пауза надоела Павлу и он открыл ещё одну тонкую папку, которая лежала на его коленях.

— Тебе сейчас 30. В психиатрической больнице ты провёл почти три года. И, судя по реакции Сидорина, который примчался в больницу чуть ли не со всей банковской охраной, к моменту, когда мы тебя оттуда вывозили, лежать бы тебе в той больнице ещё очень и очень долго, — сделав паузу и недождавшись никакой реакции от Артура, Павел продолжил. — Сидорина Зоя Александровна в прошлом году вышла замуж, сейчас на 5-ом месяце беременности. В браке, наверно, счастлива, по крайне мере её отец не пытается упечь своего зятя в ещё одну палату. Твоя мать, работает на прежней работе, отец вышел на пенсию. Собственно это и всё.

— Дай телефон.

— Держи.

Дрожащими руками Артур набрал знакомый номер

— Ало, мама?

— И сколько в вашей игре таких как я?

— На самом деле не так много как нам того хотелось бы, 1 человек на сотню тысяч обычных игроков. Учитывая огромные масштабы игрового мира и тот факт, что некоторые из них ведут самую обычную жизнь простого обывателя средневекового мира, можно с уверенностью сказать что активных «добровольцев» где-то 1–2 на полмиллиона.

— И что, никто из них не рвётся назад?