Читаем Первый проповедник онлайн бесплатно

Глава 1

Джойс с Джоном решили что все-таки пора разобрать чемоданы. Прилетев в Москву вчера вечером, наскоро перекусив в отеле, сразу отправились гулять.

Хотелось посмотреть все и сразу. Надо было обязательно посетить московское метро и поглазеть на вечерние звезды кремля. Все как у обычных туристов – жажда новых впечатлений от этой загадочной страны, восторг и удивление непривычным вещам. Сначала они обнаружили, что вопреки американским фильмам о России, тут никто не ходит в драповых пальто и шапках – ушанках.

Медведи по пути им тоже не встречались. Обыкновенные люди. Одеты средненько, как и везде. Иногда в толпе мелькнёт излишне разряженая девушка или встретится пара неформалов – это нормально. В магазинах цены – как на родине. Что-то и дороже, а что-то дешевле. В общем Москва им приглянулась.

В отель вернулись ночью. С утра опять побежали опять смотреть огромную столицу.

У Джойс в блокноте были помечены места, которые за четыре дня надо было обязательно посетить. Поэтому вернувшись вечером уставшие и довольные, решили,что пора достать другой комплект одежды. Разобрать свои маленькие чемоданы и настроится на важную встречу – основной вопрос их поездки.

Джойс работала журналистом в Вашингтоне. Вела колонку непознанного в одном не самом популярном издании. Она со своим редактором очень надеялась, что рано или поздно их небольшого тиража эзотерический журнал станет наконец то популярным востребованным изданием.

Девушка постоянно искала интересные темы для новых выпусков, вела электронную версию журнала и была вся отдана своей заветной мечте – увеличить тираж и соответственно свой гонорар за статьи.

Рыжая в веснушках, немного полноватая тридцатилетняя журналистка совсем недавно обзавелась настоящим женихом – Джоном. Влюбленный, он не сводил с нее глаз и готов был перевернуть землю, если его принцессе что-либо было надо.

В этот раз Джойс прибежала сработы с горящими глазами:

– Джон, ты не поверишь!

Если мы поедем в Москву как туристы, журнал готов оплатить нам часть расходов.

Дело в том, что в последнее время Джойс зачитывалась в интернете книгами запрещенного русского писателя. Его запрещено было печатать, настолько провокационные вещи в отношении власти и системы он свободно писал. Найти его книги можно было только в закрытых группах в свободной сети. Называл он себя проповедником и судя по всему Джойс сошла с ума, когда решила,что сможет его отыскать и взять интервью. Проповедник писал эзотерику взрывающую мозг, фантастику настолько приближенную к реальности,что в нее хотелось верить.

Имел армию фанатов и последователей, но никто никогда не видел его лица. Никто не знал, как его найти. Просто проповедник и все.

Идея Джойс – найти этого писателя в очередной раз показывала, что ради тиража своего любимого журнала, она пойдет на все. Конечно, заполучить интервью с такой известной личностью дорого стоит. Но как она сможет его найти?

И тут то и случилось чудо. Джон перешел на работу в журнал к Джойс где-то пол-года назад. Работал Джон фотографом и по совместительству верстальщиком. А на прошлой работе, в небольшом фото -агентстве остался друг, который имел родственников в России. Так вот эти родственники оказались знакомыми проповедника. Узнал Джон об этом случайно. Потом рассказал Джойс и пожалел. Краснея и бледнея он последние три недели пытался достать у своего приятеля информацию о писателе. В итоге, встреча была обговорена : в Москве, Кусковский Парк, пол-часа времени к назначенной дате, в три часа дня.

Это было чудо. Джойс визжала от восторга. Джон был вознагражден за свои усилия сразу, на пороге их маленькой квартирки.

Осталось дело за малым: найти деньги на поездку и договориться с издательством.

И тут тоже все отлично сложилось. И деньги нашлись и главный редактор помог с оплатой отеля и билетов. Джона отпустили с Джойс в надежде,что он сможет сделать несколько фотографий. Тогда их журнал ждал бы оглушительный успех. Никто не знал настоящего лица Проповедника. Вылет назначили за пару дней до даты встречи. И вот они уже в Москве.

Перед встречей с американской журналисткой я сам начал притягивать воспоминания. Зачем я согласился на эту встречу? Ведь мне не нужна лишняя слава, я не хочу,что бы мое лицо стало известным. Что – то дернуло меня ответить –да. И сейчас я погружен в воспоминания о прошлых событиях жизни. Моей ? Не знаю.....

– Олежек, не беги!

Кричит мне мать.

А я бегу, бегу изо всех сил по бескрайнему зеленому полю. Я бегу наслаждаясь свежим запахом травы и цветов, наслаждаясь движением своих маленьких ног. Раскинув руки обнимаю небо. Ветер треплет мои русые волосы, солнце смешно щекочет лицо.

Бегу.

Жизнь радостно бурлит во мне и вокруг все вторит этому безграничному счастью. Свобода.

Проснулся в холодном поту. Белый больничный потолок,в глазах слезы. Как хорошо,что мать давно умерла и не видит меня таким. Выдержало бы ее сердце столько страданий? Выдержало бы мое сердце видеть ее слезы?

Занимается рассвет. В коридоре вовсю шуршат медсестры. Боль проснулась и выползла из своего укрытия, накатила волной, показывая, кто тут хозяин.Сейчас я дождусь. Дотерплю. Не буду жать на красную кнопку. Я еще хочу договориться с болью,чувствую еще в себе силы. Но приходит медсестра и делает свое дело.

Боль снаружи затихает, притупляется, скукоживаетсяи прячется в тень рядом со мной. Боль внутри остается. С ней мы теперь не разлучны.

Я потерял свои ноги по пути с работы домой. Просто шел, задумавшись, о чем, уже не вспомню. Работал начальником склада одной небольшой веселой компании. Почему веселой? Потому,что проработав там семь лет, отдав немало молодых своих сил, я получил после произошедшего пару звонков от директора и отдела кадров. Винтик. Винтик в системе. Винтик сломался, куча проблем – больничный, документы, справки. Но они быстро уладили все свои дела и заменили его на новый винтик. А хотелось простого участия, человеческого отношения. Ну ладно, я отвлекся. Как все случилось?

Звук шин, звенящие тормоза на всю округу, я оборачиваюсь и меня вдавливает в бетонный забор. Удар. Потеря сознания. Пару раз очухивался, но сразу отрубался вновь. Уже в скорой обнаружится пропажа телефона и денег из кошелька. Спасибо, хоть паспорт оставили. Потом уже в палату пришел следователь. Отводя глаза рассказал, что камер на участке где меня сбили не было, свидетелей тоже. Промзона, никто ничего не знает. Нашли меня на дороге такие же работяги, как и я. Вызвали скорую. Про ограбление и пропажу денег и телефона – предложил замять. Сказал,что искать никто не будет.

Сучий мир. Теперь я понимаю в каком мире я живу.

Проблески света – в больнице врач с добрыми усталыми глазами и молоденькие симпатичные медсестры.

Ноги мне отрезали через два часа после аварии. Очень оперативно. Узнал я об этом только через сутки. Сутки – блаженного неведения в реанимации.

Так что я теперь новый Олег. Олег в неполной комплектации, но с новым жизненным опытом.

В свои тридцать три я не успел сделать ничего. У меня нет семьи, жены, детей.

Родители погибли в аварии пять лет назад. Только сейчас я осознал, как на самом деле одинок. Одинок и беззащитен. Мне носят утку, меня моют, мне меняют постельное белье. Я недо-тело с мозгами. Зачем мне они теперь?

Боль. Серая тень,что всегда со мной. Моя невидимая миру, но видимая мне – бестолковая подружка. Изменчивая и непостоянная. Она прячется под моей больничной койкой, отползает туда, в тень, после каждого укола. Уколы она не любит. Плотная, серо-черная масса ,выползает через пару часов из своего заточения. Сначала стоит рядом, немного играя,показывает,что она еще со мной. Потом медленно вырастает до размеров палаты накрывая меня с головой. Входит в меня, сливаясь с моим измученным телом и захватывает весь мир. Волны. Она накатывает жаркими огненными волнами дьявольского моря и я оказываюсь в преисподней. Мой маленький ежедневный ад. Черти жгут мое тело на раскаленной сковороде, глаза застилает алая пелена. Душа проходит очищение огнем. Мое тело – фабрика боли.

Потом прибегает добрая фея, достает шприц и через несколько минут я покидаю врата ада. В голове остается чувство полной пустоты. Нет мыслей, нет желаний. Ты просто лежишь, смотришь, наблюдая как твоя подружка – боль уменьшается в размерах, скукоживается и ищет место куда спрятаться. Мысли начинают проясняться. Ты оживаешь.

Фиксируешь странное ощущение. Когда боль рвет твое тело на части, где-то есть часть, не затронутая ничем. Часть сознания, что не участвует в этом процессе.

Эта часть наблюдает,что происходит с тобой. Без чувств, без эмоций. Кто это? Что это за часть меня? Кто этот наблюдатель?

Как – то днем пришли ребята. Я обрадовался как ребенок, в тоже время жутко стеснялся своего нового положения.Мне действительно было стыдно. Странно. Раньше я никогда не думал об инвалидах, как о людях стесняющихся своего положения. Но когда пришли ребята с работы мне хотелось провалиться со стыда от своей немощи. Я ненавидел свое новое состояние за ощущение бесмомощности.

За то,что Валерке пришлось поднимать меня на подушках, а Лешка суетливо пододвигал тумбочку к больничной койке и раскладывал принесенные гостинцы.

Мой внутренний наблюдатель фиксировал все как-бы со стороны. Я одновременно мог находится в двух местах. Внутри себя, как нормальный человек общаясь с друзьями и где-то рядом. Мое сознание расщепилось после аварии на две части. Одна из этих частей наблюдала все происходящее со мной откуда-то вне меня.

Погруженный в зыбкую топь воспоминаний о первых днях, проведенных в больнице, я не чувствую уже ни боли, ни сожаления. Я ощущаю радость. Сейчас я осознаю, что пережитая физическая боль подарила мне встречу с моим подсознанием. Я радуюсь, как ребенок, получивший подарок просто так, даже без праздника. Готовясь к встрече с журналистами, прокручивая в мозгах начало моей новой судьбы, я сам делаю открытие – зачем мне эта встреча. Надо все вспомнить и подвести итоги. Вычленить главное для себя и никому этого не рассказать. Это моя история и она останется только со мной…

Глава -2 Первый шаг

Я помню, как мать мне в детстве говорила,что первый шаг – он самый важный.

Определяет дорогу по которой ты пойдешь. Каждый день перед нами стоит выбор: соврать или сказать правду, убрать за собой или оставить грязную посуду.

Усыпляя свою совесть сначала маленьким враньем – мы привыкаем врать все больше и больше. Усыпляя свою брезгливость маленькими шажками становимся свиньями живущими в хлеву. Первая бутылка пива может привести к алкоголизму, а может и не привести. Все зависит от того, когда ты остановишься. И все в таком духе…

Первый шаг зачастую определяет твой выбор. Он самый сложный – выбор направления. Выстилает тропинку перед тобой, потом дорогу. И только ты решаешь, хочешь ли ты по этой дороге идти. Всегда можно развернуться и сделать шаг в другую сторону. Вот и я однажды вместо того, что бы испугаться, бросить свое невероятное занятие, решил приоткрыть дверь в неведомое по-шире и ступить на незнакомую и такую чарующую дорогу волшебства.

Все началось с куска пластилина. Обыкновенного скульптурного пластилина, бог весть как оказавшегося в большом столе. Один маленький кусок, один верный или неверный шаг? И я ступил на неведанный путь в свой новый мир. Конечно сейчас по прошествии времени можно сказать,что были причины. Для оправдания своих первых шагов мы всегда найдем тысячу причин. Но я научился быть честным с самим собой. Обездвиженный, одинокий, раздавленный депрессией, я хотел свободы. Я желал безнаказанной свободы стать собой настоящим.

Из больницы меня привезли домой ребята. Сначала обрадовали, вкатив в палату потрепанную инвалидную коляску. Смущаясь, рассказали, что нашли не новую, зато бесплатно. На работе коллектив собрал в конверт мне помощь. Говорят директор тоже принял участие – приятно.

Меня привезли в мою двухкомнатную квартирку в хрущевке, благо первый этаж.

Лешка сгонял за пивом и едой и мы хорошо посидели. Квартира была вся в пыли после моего долгого отсутствия, успели даже немного прибраться.

Потом я остался один. День, два, три , не помню сколько я тупо сидел и смотрел телевизор. Не знал как жить дальше и что делать. Понемногу скисал.

Рядом со мной был и мой наблюдатель. Я чувствовал его спокойствие и глубину, но они меня раздражали. Ощущение,что за мной кто-то следит не покидало меня ни на минуту. И было стыдно. Стыдно в одиночестве лить слезы, бить рукой о ручку кресла с криком отчаяния и чувствовать в этот момент,что я не один. Кто-то большой, огромный наблюдает за мной. И сумашедшая мысль, что это я сам, не покидала меня…

Однажды в минуту полного отчаяния, когда я сходил с ума от понимания безысходности своего нового положения, когда мое одиночество переросло в огромное горе, вынести которое было уже не по силам, мой наблюдатель спустился в меня. Или,скажу точнее, я позволил себе стать им. Уйти за грань своего привычного ощущения и слиться с этим большим сознанием. Просто потянулся к нему и увидел себя со стороны, плачущего, заросшего щетиной, немытого и голодного. Доведенного до отчаяния своими собственными мыслями,что кружили, роем навозных мух в моей голове. Я понял, что этот сидящий в инвалидной коляске человек сам убивает себя. День за днем. Сам доводит себя до ручки и даже не пробует бороться. А за окном – свет солнца, смех детишек на детской площадке, голубое небо. Стремительно проносящийся мимо мир. Жизнь, что проходит не замеченной и не востребованной. Я увидел себя такого жалкого со стороны и ни одна эмоция не коснулась меня.В тот момент я стал больше, чем просто человек – я стал сознанием..

Тут- же почувствовал как меня накрывает глубокое спокойствие и умиротворение.

Вернувшись в свое тело, очнулся от внезапного морока.

Взял листок бумаги и бысто начеркал план. План, как мне жить. Жажда жизни наполнила мой высохший колодец желаний. Писал увлеченно, придумавая себе новую жизнь. Жизнь вне этих бетонных стен, наполненную энергией и смыслом.

Утром проснувшись я обнаружил эту записку и перечитал. Оказалось,что я решил жить на даче ( от родителей остался маленький кирпичный домик в деревне), сдавать квартиру, найти удаленную работу и обязательно хобби.

План был подробнейшим образом расписан и я с воодушевлением и азартом взялся за его выполнение.

Но сам конечно, я ни за что не справился- бы. Сначала надо было решить вопрос с инвалидностью, дотациями, побегать покабинетам. Потом надо было подготовиться. Тщательно все обдумать, найти работу ( конечно-же удаленно) решить кучу мелких дел. И тут на помощь пришли мои ребята.